У нас с Галкой каникулы

У нас с Галкой каникулы

Художник В. Нагаев

© Издательство «Советская Россия», 1974 г.

Отрывок из произведения:

Спать мне не хочется, значит, я выспалась, значит, уже утро. Но, наверно, раннее, хотя совсем светло, летом не поймешь, утро это или еще ночь.

Часы у меня будут, когда мне исполнится шестнадцать, не раньше, так сказала мама. Поезд наш очень скорый, он останавливается только на самых больших станциях. Это хорошо, ведь на каждую станцию у поезда уходит уйма времени. С разбегу не остановишься, нет, надо идти все медленнее и медленнее, потом еще сколько-то минут по­стоять, потом опять сразу не больно разгонишься. Зато на станциях висят большие часы и можно узнать, сколько сей­час времени и скоро ли будет Москва.

Популярные книги в жанре Детская проза

Антон Шутов

*[и з ц и к л а "Про Славика Желтова"]*

Маленький принц

Домашние собрались на кухне, там слышны голоса и шелестящий шум телевизора. Путь от зала до темной комнаты безнадежно далекий. В пустом коридоре из-за угла сначала показывается легкий дрожащий вихор, светленькая прядь. Затем выглядывает острый кончик носа. И вот осторожный и напряженный Славик тихо выходит. Крадучись он проходит в дальний конец коридора. Hикто не заметил.

Антон Шутов

ЖЕЛТОВ, ТЫ ВСЕХ УМОРИЛ

Hаписать сочинение, это вам не хухры-мухры. Так просто взять, думаете, и написать? Hет. Это может быть кому-то очень просто что-то придумать, а потом взять и всё выложить на бумагу слово за слово. Это хорошо, если слов много знаешь учёных, тогда действительно просто. А когда ты учишься в пятом классе и тебе первый раз в жизни учительница говорит "дома напишите сочинение", то тут сразу понимаешь, насколько всё сложно.

У одной собаки-овчарки хозяин был недобрый человек, и потому ей приходилось немало терпеть от голода. Будучи не в силах выносить этот голод, собака в конце концов ушла от него, совсем опечаленная.

На дороге повстречался с ней воробей и сказал: «А скажи-ка ты мне, песик-братик, отчего ты так закручинился?» Пес отвечал: «Я мучусь от голода, а поесть мне нечего». И воробей сказал: «Братец, пойдем в город, там я тебя накормлю досыта».

Вот и пошли они вместе в город, и когда подошли к мясной лавке, воробей сказал: «Постой здесь, я тебе сейчас кусок мясца с прилавка сцапаю».

Гейнц был очень ленивый. Он каждый раз тяжко вздыхал, когда возвращался домой с работы. А всего и работы-то у него было – козу на лугу пасти.

– Вот уж тяжелое и утомительное дело – все лето, с весны до поздней осени, козу пасти! – говорил он. – Если бы хоть прилечь можно было да поспать, ну тогда еще туда-сюда. Так нет же, надо во все глаза глядеть, как бы она молодые деревца не объела да не забрела бы к кому-нибудь в сад, а то и вовсе не сбежала бы. Ну разве можно при такой работе жить спокойно и радостно!

У одного крестьянина было три сына. Как-то раз позвал он к себе всех троих и сказал:

– Я уже стар и решил, пока жив, поделить между вами наследство. Денег у меня нет, и потому я оставляю в наследство одному из вас петуха, другому – косу, а третьему – кошку. Вещи не очень-то ценные, но если распорядиться ими разумно, и они могут принести большую пользу. Попробуйте-ка найти такую страну, где люди никогда не видали этих вещей, и тогда будете счастливы

Назад тому лет двести, а может быть, и побольше, когда люди еще далеко не были настолько умны и плутоваты, как теперь, случилось в небольшом городке диковинное происшествие.

Одна из очень больших сов залетела ночью из соседнего леса в житницу одного из горожан и на рассвете не решалась выйти из своего укромного уголка из опасения, что при вылете ее, как и всегда, птицы поднимут страшный крик.

Когда поутру слуга заглянул в житницу, чтобы достать из нее соломы, он так перепугался, увидев в углу сову, что тотчас выбежал, бросился к хозяину и возвестил ему: «В житнице сидит чудовище, какого я в жизнь свою не видал, – глазами ворочает и каждого живьем проглотить готово». – «Знаю я тебя, – сказал ему хозяин, – за черным дроздом в поле гоняться – на это ты мастер; а к дохлой собаке без палки не подойдешь. Сам пойду посмотрю, что ты там за чудовище открыл», – и храбро пошел в житницу и стал кругом озираться.

Жил да был однажды старый лис о девяти хвостах; и покажись ему, что жена его, лисица, обманывает его; вот и задумал он ее испытать. Вытянулся под лавкой и прикинулся мертвым. Лисонька тотчас пошла к себе в комнату и заперлась в ней; а ее служанка, кисонька, сидела у очага и стряпала.

Когда разнеслась весть, что старый лис умер, явились и женихи. Служанка, заслышав, что кто-то в дверь стучится, пошла и отперла, и видит – стоит у дверей молодой лис и говорит:

Переиздание двух ранних повестей о детстве: «Пимокаты с Алтайских» (1934 г.) и «Мечта» (1939 г.). Прочтя их, сегодняшние дети узнают о том, как жили, учились, дружили… их бабушки и дедушки. В те далёкие годы они тоже были детьми, вступали в пионеры, готовились стать юными красноармейцами и, как все люди нашей страны, «учились мечтать, дерзко переделывая мир».

Для младшего школьного возраста.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Когда-то давно Московское метро замышлялось как гигантское бомбоубежище, способное спасти десятки тысяч жизней. Мир стоял на пороге гибели, но тогда ее удалось отсрочить. Дорога, по которой идет человечество, вьется, как спираль, и однажды оно снова окажется на краю пропасти. Когда мир будет рушиться, метро окажется последним пристанищем человека перед тем, как он канет в ничто.

Я гражданин Украины: живу в Киеве 49 лет. Здесь десятки моих учеников и тысячи бывших пациентов. Жена украинка. Интересы Украины — мои интересы. Но, в то же время, я — русский по языку, по культуре, поэтому судьбы России мне близки. Украина от революции в конечном итоге выиграет непременно, а вот Россия: боюсь, что может проиграть окончательно. Большая страна — останется, Великая — едва ли: Впрочем, после 1917 года, говорили то же самое — "Пропала Россия!", а вон, что получилось! Второе место в мире точно занимала.

Рейтинг: r

Размер: Макси

События: Седьмой курс, Времена Мародеров

Саммари: Задумывался как рассказ об истории (ненависти? любви?) Гермионы Грейнджер и Драко Малфоя. По ходу дела появился Люциус Малфой, который потребовал рассказать историю своей любви и своей ненависти. Таким образом появилась Нарцисса, которая ничего не требовала, а просто жила и любила. Так в истории возник Сириус Блэк. А начиналось все просто: прогулка в парке, ясный день и искорки смеха в ярко-зеленых глазах Мальчика-Который-Выжил. Миг счастья у всех был недолгим, но этот цвет − Надежды запомнился на всю жизнь.

Никто не в силах остановить бег времени. Приговор: «Миссис Малфой» — и нет веселой непредсказуемой девчонки; «Азкабан» — и нет синеглазого паренька, который так и не стал великим; «Просьба Дамблдора» — и все труднее семнадцатилетней девушке играть свою роль, каждый день находясь рядом с ним; «Выбор» — два старосты Слизерина. Одна кровь. Один путь. Между ними двадцать лет и сделанный выбор. И в этой безумной войне, когда каждый оказался у последней черты, так важно знать, что вот-вот серую мглу разорвет всполох цвета Надежды. И тогда все закончится… или только начнется, это как посмотреть.

Предупреждение: Смерть второстепенных персонажей.

Коментарии: Фик был написан в период с 2004 по 2007 года. В нем не учитываются события шестой и седьмой книги, так что это своего рода АУ. Все стихотворения, использованные в фике, — плод моего творчества. За исключением отрывка из стихотворения М. Семеновой «Мой враг».

Притяного прочтения. =)

NollaSV, CookieVanilla, Marisa Delore,marina88, Lalayt, Elizabetha,Tanita F., Ехидна вредная.

Так что спасибо всем, кто был рядом. =)

Коммунисты появились первыми. Человек двенадцать быстро шагали по бульвару, который тянулся от Комбá к Менильмонтан: молодой мужчина с девушкой чуть отставали, потому что у него болела нога, а она помогала ему идти. На их лицах читались нетерпение, досада и отчаяние, словно они пытались успеть на поезд, в глубине души осознавая, что поезд этот уже ушел.

Хозяин кафе увидел их издалека: горели уличные фонари (вскоре лампы будут разбиты пулями и этот парижский квартал погрузится во тьму). Собственно, на всем широком пространстве бульвара больше никого не было. С наступлением сумерек в кафе зашел только один человек, а после того, как солнце село, со стороны Комба послышались выстрелы. Метро давно закрылось, однако хозяин не торопился опускать жалюзи, то ли из врожденного упрямства, то ли из нежелания отступать перед превратностями жизни. А может, от жадности. Наверное, он и сам не назвал бы истинную причину. Прижимаясь широким желтоватым лбом к стеклу, он старался разглядеть, что творится на бульваре справа и слева от кафе.