Туманный дом

Н.Маркелова

ТУМАННЫЙ ДОМ

Порою, когда я думаю, что будет завтра, мне становится страшно. Жизнь кажется мне банальной, как неудавшийся роман. Там в впереди либо одиночество, состоящее из работы, дома и книг, редких писем друзей и старых фотографий, напоминающих о безумной молодости. Либо семейное счастье, тоже одиночество плюс дети думающие, что они умнее и свободней своих родителей, и муж, которого даже на свадьбе ненавидишь, а тем более сейчас с отвисшим брюшком и бычьим сопением, собака, счастье которой состоит знать, что лежит на столе, и отрада долгих ночей, когда муж, насытившись, храпит тебе в бок, воспоминание той первой и последней любви. И мысли, что было бы, если не закрылись двери Туманного дома, а они обязательно, когда ни будь, закроются. Это случится не сразу, а тогда когда я предам в себе все, что так ценят там. Любовь, фантазию, безрассудность и умение бросить все. Но пока этот дом открыт для меня, и я могу войти в него прямо сейчас. Пробраться сквозь заросли давно неухоженного сада, на чьих ветвях клоками собачей шерсти висит серебристый туман и оказаться у крыльца ведущего на веранду, на которую, из открытой двери гостиной, текут звуки рояля. Мелодия кажется знакомой и в тоже время я не могу ее узнать. Я иду по белым ступеням тишины состоящей из этой нежной таящей в себе грусть музыки. Дом пуст и одновременно наполнен тенями и обрывками голосов. Если оглянуться, можно увидеть туманные образы, шарахавшиеся в сторону, но я гляжу только вперед. Гостиная - большая комната, тонущая в свете, что выливается из огромных окон. Она пуста, лишь по середине стоит рояль, за которым никого нет, но музыка продолжает искриться и два глубоких кресла у стены, в одном из них сидит мужчина Его всегда можно найти тут. Кто он хозяин этого дома, или его слуга, впрочем, разве это важно? Он отрывается от созерцания чего-то в саду и поворачивает голову, лежащий у его ног дог тоже поднимает голову и зевает во всю пасть, демонстрируя два ряда превосходнейших зубов. Мужчина жестом предлагает занять кресло напротив, я послушно опускаюсь в его глубины, собака перемещается к моим ногам. Мы молча смотрим в окно на сад, который ни когда не меняется, здесь не бывает лета и зимы, сюда не заходит весна, тут вечно царит осень. Я знаю, что раньше было иначе. Гостиная наполняется прозрачными вальсирующими парами, на мгновение лицо моего "собеседника" оживает, он с надеждой глядит на меня, словно ожидая чего-то, но пары растворяются в воздухе и он вновь погружается в себя.

Другие книги автора Наталья Евгеньевна Маркелова

Кто-то думает, что любовь – только результат химических процессов в мозгу. Кто-то считает, что она – самая большая загадка Вселенной… Ну а авторы этого сборника уверены, что Любовь – это настоящая Магия. И хотя вам предстоит прочесть про эльфов, драконов и колдунов, про невероятные приключения и удивительные события, знайте, что на самом деле в каждом рассказе этой книги речь идет о Любви.

И самое главное! В состав сборника «Любовь и Магия» вошли произведения не только признанных авторов, таких как Елена Звездная, Анна Гаврилова, Кира Стрельникова и Карина Пьянкова, но и начинающих литераторов. Их рассказы заняли первые места на литературном конкурсе портала «Фан-бук», где более двухсот участников боролись за победу. Так что, прочитав рассказ, вы можете зайти на сайт fan-book.ru и поделиться впечатлениями – авторы их очень ждут.

Сборник «Миры Ника Перумова. Мельин и другие места» составлен из рассказов победителей литературного конкурса «Изумрудный дракон. Незаконченные сказания», проводившегося на интернет-портале «Цитадель Олмера» при участии журнала «Мир фантастики».

Н.Маркелова

ЯРКИЕ ПЯТНА

Я иду по ночному городу. Вдоль дороги тянутся коробки домов, окутанные темнотой, под моими ногами зима, грязный снег. Вся моя жизнь похожа на эту зиму, которая никогда не кончится. Бесконечная русская зима, в которой присутствует лишь один цвет серый - и от этого тупеет мозг. Моя родина, что это? Это тощие березки, тянущие к тёмному небу свои голые тонкие ручки в мольбе о помощи? Не дождётесь! Так же как и не дождусь её и я. Наверное, Богу тоже неприятно смотреть на эту серую бескровную землю. Вот это и есть моя жизнь - вечное ожидание весны. Это и есть моя родина. Родина, в которой хорошо живётся только таким же серым людям - легче маскироваться, а остальным приходиться выживать, утопая в этом грязном снегу. И иметь лишь одну возможность разукрасить его, сделать ярким, так чтобы Господь Бог, оглядывая утром землю, заметил это яркое пятно и задержал свой взгляд на России, разукрасить его своей кровью.

Н.Маркелова

ПРОКЛЯТЬЕ

И Боги прокляли его. А Он смеялся, глядя им в глаза, Он был смел и не боялся проклятий.

Тогда они послали ему ненависть, и своя кровь смешивалась на Его теле с чужой и Он смеялся.

А Боги создали Его нищим, и Он стал философом.

И Боги наслали Ему болезни и тогда Он сделался святым.

И подумав, Боги даровали Ему любовь. И вот тогда упав на колени, Он заплакал.

Н.Маркелова

А В О С Ь !!!

Разыскивается!

Тремя королевствами и советом магов,

Разыскивается особо опасная

шпийонка, убийца и ведьма

Натали!

За доставление оной в исключительно

живом состоянии будет выплачено

5000

золотом или одно магическое

желание.

Далее шли три королевских печати и печать магистра объединённого общества семи королевств. А так же рисунок девушки в мужской одежде.

Н.Маркелова

ПОДАРОК

Этой ночи Будимир ждал всю свою долгую жизнь. По крайней мере, большую её часть.

И эта ночь пришла именно теперь, когда седина посеребрила его голову и бороду, а зоркость глаз была совсем не та, что в молодости, когда он научился видеть внутреннем взором, взором, который не обманет ни хитрость врага, ни холодность друга.

Он был стар, но ещё крепок, как древний дуб и его мастерство славилось далеко за пределами его кузни. Мечи и кольчуги, ножи и щиты со знаком ворона обрастали легендами. А кони, подкованные им, летали быстрее ветра, спасая хозяина от злой холодной Мораны, и обгоняли её охоту. Он мог бы гордится своей не в пустую прожитой жизнью, но без этой ночи он бы считал её напрасной.

Н.Маркелова

ДЕРЕВНЯ

Снежное поле тянулось до самого белёсого изорванного облаками горизонта. Изъеденное язвами желтой травы, с редкой шерстью кустов и голыми душами берёзок, за что-то брошенных под ветер. Оно походило на юродивого, зачем-то боровшегося за свою никому не нужную причиняющею ему самому только боль жизнь. И во всём этом было столько всего противоестественного, что вызывало лишь отвращение.

По полю шла серая лошадь, кое-где она проваливалась в снег и с трудом вытаскивала дрожащие окровавленные ноги, очевидно содранные об острый как зубы чудовища наст. Когда позёмка запутывалась в её копытах, лошадь останавливалась и начинала жалобно ржать. В абсолютной гнетущей снежной тишине её голос походил на звон колокола, на разрушенной колокольне, над пустым заброшенном кладбищем.

Н.Маркелова

ЗДРАВСТВУЙ!

(Из цикла "Воспоминания, которых нет")

Для Наденьки Шубинской.

С низких сводов подземелья падали время от времени крупные грязные капли воды, впрочем, может быть и крови, потому как прямо где-то надомной высоко над этой конурой находилась пыточная камера, из которой меня только что и привели. А точнее сказать притащили, идти я не могла, и грубо бросили на грязный каменный пол, потом со скрежетом затворилась дверь и наступила тишина. Полной тишины вообще-то не бывает, если только там, откуда нет возврата и где как говориться все мы будем, но вот я там должна была оказаться следующим утром. Только, честно говоря, я не знала грустить мне или радоваться, если вам когда-нибудь, конечно не дай Бог, придётся повисеть на дыбе, вы меня поймёте, и теперь я лежала и размышляла о том, как же всё глупо было в моей никчёмной жизни, да впрочем, ничего и не было ни любви не друзей хороших, лишь книги, книги, книги, да поиски чего-то между строк, вот эти поиски и довели до подземелья Святой Инквизиции дочку благороднейшего человека красавицу за руку, которой устраивались целые бои. Где же вы теперь-то господа благородные рыцари?

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Ц.-Е. НАМОРКИН

(Цицерон-Елисей Наморкин)

СУЕТА В БЕЗВРЕМЕНЬЕ

(Палиндром)

Ля фам э ля компань да лем

Амвросии Выбегалло, доктор наук

Струей протекало время. Закольцовывалось пространство, сжималось.

Снова Выбегалло тревожился - тайм-рекогнсциратор-дупликатор клинило.

Дубель возник размытым пятном:

- Привет!

- Привет!

- Знаешь меня, а?

Обнялись.

Стелла фыркнула:

Величка Настрадинова

ПРОДЕЛКИ ДОКТОРА ПРОДЕЛКИНА

Когда в Амарии вспыхнул мятеж, доктор Проделкин находился в джунглях, и потому с полной уверенностью можно утверждать, что не он был его зачинщиком.

Но сначала расскажем о докторе Проделкине, а потом уже перейдем к мятежам.

В сущности, у доктора Проделкина есть прекрасное, длинное и осмотрительно выбранное его родителями имя, но всему миру он известен своим прозвищем или, как он любит сам говорить, - псевдонимом "Проделкин". Ибо вся его жизнь - это непрерывная цепь совершенных им проделок.

Величка Настрадинова

РОДСТВЕННИК МАГРИБИНСКОГО КОЛДУНА

Лежа на берегу озера, Васко с самым беспечным видом наблюдал за рыбками.

В это время к нему и подошел Неизвестный. Он курил диковинную трубку, и в выражении его лица была некая лукавинка. В остальном же он был как все люди, так, ничего особенного. Неизвестный вынул трубку изо рта и сказал:

- А в районе Соломоновых островов скоро будет страшный ураган. Все спешат куда-нибудь укрыться.

Величка Настрадинова

ВЕСТНИК МЕРТВЫХ

Когда над этой пустынной планетой взойдет Светило, вместе с ним на горизонте взметнутся белые язычки пламени. Будто Светило исторгает их из гладкой, словно полированной поверхности. Пламя разгорается, распространяется все дальше и дальше. И приходится отступать...

Вечно я бегу, бегу от этой адской звезды, мечтая о нашем добром солнце, от которого не нужно прятаться на каждый шестой час земного времени.

Елена Навроцкая

ЛИЧНЫЕ НЕБЕСА

Посвящается К.

Я лишь завидую вам, мертворожденные,

Приветствую вас, мертворожденные,

Радуюсь с вами, мертворожденные,

Но не жалейте нас, глядя с той стороны.

Алексей Заев

Пароль? Phileo Ожидайте... Доступ в систему "Инь" открыт. Открой какой-нибудь файл... Уточните запрос. Открой любой файл... Случайный... Ожидайте... Ожидайте... Ожидайте...

Запись 31.

Елена Hавроцкая

ВСЕ ВОЗМОЖHЫЕ ЧУДЕСА...

Запись первая. Решение Купера.

Hикто не знал, что случилось на самом деле.

Это незнание выматывало нас хуже угрозы голодной смерти. Тягостные дни слились в один жуткий кошмар, который не мог отступить из нашего сознания потому, что не был сном. Ожидание постепенно превратилось в отчаяние, отчаяние в безысходность, безысходность в апатию, апатия дышала в лицо могильным холодом. И тогда Дэн сказал те самые слова, определившие нашу судьбу.

Навроцкая Елена

ЗАКРЫТЫЕ

Где этот край,

Край золотой Эльдорадо?

Эдгар Аллан По

1.

Вам нравится смотреть на звезды? Говорят, что они прекрасны и волнуют душу. Hо я не знаю - правда ли это? Если уж говорить начистоту, то я ненавижу их свет. Звезды - мой враг. Звезды - это безнадежная бесконечность и бесконечная безнадежность. Звезды поглощают тебя без остатка, не дают ни малейшего шанса убежать от них и больше никогда не видеть их холодное равнодушное сияние. Они везде. Они вокруг тебя, и в тебе, и в других. Это изматывает, но похоже, что такие ощущения только у меня, иначе бы чудовищный эксперимент давно бы прекратился по причине именно своей чудовищности. Hикто и не подозревает какую неоценимую услугу мне оказали, посадив в этот холодный карцер: по крайней мере я еще несколько дней не буду постоянно натыкаться на звездные пейзажи. Я согласна замерзнуть здесь, и пусть они выкинут мое окоченевшее тело в космос - это будет моим подарком звездам и... Краю. Hесчастные создания, на что они надеются? Сотни лет назад один безумец надул их как малых детей,а они до сих пор верят в Край...Погодите-ка, кто-то открывает дверь. А! Верховный Жрец! Пришел уговаривать. Как обычно в парадной форме - белая куртка, белые брюки, серебристые сапоги, что не идет ни в какое сравнение с моей жалкой одеждой. Он поглаживает свою длинную окладистую бороду и поблескивает своей начищенной лысиной. Хотя Жрецу всего сорок с небольшим лет, он старается выглядеть на все семьдесят, думает, что это придаст ему в глазах окружающих бОльшую значимость. Что-то он мне сейчас скажет?

Валерий Нечипоренко

(Ташкент)

Пересечь Дорогу

Приближаясь к Дороге, Торопов знал, что нарушает одно из основных местных правил. Дорогу категорически запрещалось пересекать по полотну. Об этом ему напоминали раз двадцать. Но Торопов и секунды не колебался. Давно и твердо уверовал: кто-кто, а журналист имеет полное право и даже обязан иной раз рискнуть, нарушить инструкцию, заглянуть за дверь с табличкой "Посторонним вход воспрещен!" Будешь паинькой, послушным и деликатным исполнителем - не рассчитывай раскопать что-нибудь свеженькое.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Габриэль Гарсия Маркес

Другая сторона смерти

Неизвестно почему он вдруг проснулся, словно от толчка. Терпкий запах фиалок и формальдегида шел из соседней комнаты широкой волной, смешиваясь с ароматом только что раскрывшихся цветов, который посылал утренний сад. Он попытался успокоиться и обрести присутствие духа, которого сон лишил его. Должно быть, было уже раннее утро, потому что было слышно, как поливают грядки огорода, а в открытое окно смотрело синее небо. Он оглядел полутемную комнату, пытаясь как-то объяснить это резкое, тревожное пробуждение. У него было ощущение, физическая уверенность, что кто-то вошел в комнату, пока он спал. Однако он был один, и дверь, запертая изнутри, не была взломана. Сквозь окно пролилось сияние. Какое-то время он лежал неподвижно, стараясь унять нервное напряжение, которое возвращало его к пережитому во сне, и, закрыв глаза, лежа на спине, пытался восстановить прерванную нить спокойных размышлений. Ток крови резкими толчками отзывался в горле, а дальше, в груди, отчаянно и сильно колотилось сердце, все отмеряя и отмеряя отрывистые и короткие удары, как после изнурительного бега. Он заново мысленно пережил прошедшие несколько минут. Возможно, ему приснился какой-то странный сон. Должно быть, кошмар. Да нет, ничего особенного не было, никакого повода для такого состояни.

Габриэль Гарсия Маркес

Ева внутри своей кошки

Она вдруг заметила, что красота разрушает ее, что красота вызывает физическую боль, будто какая-нибудь опухоль, возможно даже раковая. Она ни на миг не забывала всю тяжесть своего совершенства, которая обрушилась на нее еще в отрочестве и от которой она теперь готова была упасть без сил кто знает куда, - в усталом смирении дернувшись всем телом, словно загнанное животное. Невозможно было дальше тащить такой груз. Надо было избавиться от этого бесполезного признака личности, от части, которая была ее именем и которая так сильно выделялась, что стала лишней. Да, надо сбросить свою красоту где-нибудь за углом или в отдаленном закоулке предместья. Или забыть в гардеробе какого-нибудь второсортного ресторана, как старое ненужное пальто. Она устала везде быть в центре внимания, осаждаемой долгими взглядами мужчин. По ночам, когда бессонница втыкала иголки в веки, ей хотелось быть обычной, ничем не привлекательной женщиной. Ей, заключенной в четырех стенах комнаты, все казалось враждебным. В отчаянии она чувствовала, как бессонница проникает под кожу, в мозг, подталкивает лихорадку к корням волос. Будто в ее артериях поселились крошечные теплокровные насекомые, которые с приближением утра просыпаются и перебирают подвижными лапками, бегая у нее под кожей туда-сюда, - вот что такое был этот кусок плодоносной глины, принявшей обличье прекрасного плода, вот какой была ее природная красота. Напрасно она боролась, пытаясь прогнать этих мерзких тварей. Ей это не удавалось. Они были частью ее собственного организма. Они жили в ней задолго до ее физического существования. Они перешли к ней из сердца ее отца, который, мучась, кормил их ночами безутешного одиночества. А может быть, они попали в ее артерии через пуповину, связывавшую ее с матерью со дня основания мира. Несомненно, эти насекомые не могли зародиться только в ее теле. Она знала: они пришли из далекого прошлого и все, кто носил ее фамилию, вынуждены были их терпеть и так же, как она, страдали от них, когда до самого рассвета их одолевала бессонница. Именно из-за этих тварей у всех ее предков было горькое и грустное выражение лица. Они глядели на нее из ушедшей жизни, со старинных портретов, с выражением одинаково мучительной тоски. Она вспоминала беспокойное выражение лица своей прабабки, которая, глядя со старого холста, просила минуту покоя, покоя от этих насекомых, которые сновали в ее кровеносных сосудах, немилосердно муча и создавая ее красоту. Нет, это были насекомые, что зародились не в ней. Они переходили из поколения в поколение, поддерживая своей микроскопической конструкцией избранную касту, обреченную на мучения. Эти насекомые родились во чреве первой из матерей, которая родила красавицу дочь. Однако надо было срочно разрушить такой порядок наследования. Кто-то должен был отказаться передавать эту искусственную красоту. Грош цена женщинам ее рода, которые восхищались собой, глядя в зеркало, если по ночам твари, населяющие их кровеносные сосуды, продолжали свою медленную и вредоносную работу - без устали, на протяжении веков. Это была не красота, а болезнь, которую надо было остановить, оборвать этот процесс решительно и по существу.

Габриэль Гарсия Маркес

КАНДИДАТ

Он спит в кровати, в которой умер Пий ХII. В его изголовье висит икона Непорочного Зачатия, принадлежавшая Льву ХII. Квартира, в которой он живет, является собственностью Ватикана и находится в тридцати метрах от границы между Италией и Священным Престолом, а из кабинета видны окна спальни Папы. Большая часть мебели спасена от кораблекрушения во времени местными, ватиканскими антикварами. Стены в коридоре, спальне и студии заставлены стеллажами с книгами, почти все - по теологии, философии и пастырьской практике, латинские и греческие классики и совсем немного из современной литературы.Тем не менее, кардинал Дарио Кастрильон Ойос, в свои 69 лет, думает и живет по-колумбийски, показывая нам с гордостью свой дом комнату за комнатой. Вот картины - висят там, где осталось место от книг. Они в основном народные колумбийские, связанные с пастырьской деятельностью кардинала. Алтарь в часовне, где каждый день в 6 утра он служит мессу, украшен народной колумбийской резьбой - простое распятие, вырезанное на деревянных досках. Самая замечательная и заметная картина - та, что висит в гостиной, с библейским эпизодом про Сусанну, которая купается обнаженная в источнике, в то время, как два старика подглядывают из-за кустов. Ее написал художник из Букараманги, который занял первое место на конкурсе религиозной живописи, организованном кардиналом Кастрильоном в этом городе в бытность свою архиепископом. Художник пририсовал в последний момент вуаль, чтобы не шокировать жюри, а потом еще одну поверх первой, чтобы подарить картину архиепископу.По правде говоря, этот уроженец Антиокии с орлиным профилем далек от академического образа кардинала. Ему прислуживают две монашенки-колумбийки, мелкие и быстрые, которые поддерживают в доме порядок и немного детскую монастырскую чистоту. Они мастерицы готовить блюда из разных районов Колумбии, а теперь еще и Италии. Кардинал любит поесть, но его вкусы скорее ностальгические, нежели гурманские. Он предпочитает обедать в столовой на восемь человек, часто в компании колумбийских гостей. Недавно он удивил президента Пастрану и его свиту своим завтраком по-антиокийски: фасоль, кукурузная лепешка и омлет с колбасой.Удивительно, что ему удается содержать дом на зарплату Дикастерия Святой Конгрегации Клира (глава специального органа Ватикана, который контролирует и координирует работу священников и епископов Католической Церкви во всем мире, обеспечивая им постоянную и прямую связь с Папой прим. ред.) - четыре миллиона лир, меньше, чем полторы тысячи долларов. В Ватикане есть супермаркет с гуманитарными ценами, но итальянские работники - отнюдь не по гуманитарным тарифам. Электрик запросил 225 000 лир за то, чтобы перевесить люстру из гостиной в столовую (это 120 долларов) - и у кардинала не набралось и трети. Свой потертый "фольксваген" он водит сам, так как на шофера его бюджет не рассчитан, и полагается ему всего один бак бензина в месяц. Его бедность выглядит особенно смешной на фоне огромных сумм денег, которыми он распоряжается: ни одна сделка Церкви в любой точке мира больше, чем в полмиллиона долларов, не заключается без его разрешения.Четыре предмета привлекают внимание в доме этого пастыря душ: рояль в библиотеке, вело- и шаговый тренажеры в спальне, мощный и дорогой компьютер в кабинете. Он отвечает на все вопросы: рояль - семейная реликвия, на нем кардинал начинал учиться музыке и продолжает играть по вдохновению колумбийские песни или пьесы великих композиторов. "Шопен?" спрашиваю немного провокационно. "Шопен - для детей", - отвечает он, покачав головой.А тренажеры необходимы теологу, который не хочет заржаветь с годами и всякий раз, когда есть возможность, катается на водных лыжах или выезжает верхом. Велосипед пришлось заменить шаговым тренажером, на котором он занимается, пока смотрит утренние выпуски новостей, но он мечтает о времени, когда изобретут видеопроектор, который надо будет приводить в действие педалями.

Габриэль Гарсиа Маркес

Критические статьи

Вторые роли: "Первого в роду привяжут к дереву, последнего в роду унесут муравьи"

(Мелькиадес: Габриэль Гарсиа Маркес, "Сто лет одиночества")

Линор Горалик, июнь 2000. Источник: Озон.ru

Эта статья - пятая из серии заметок Линор Горалик "Вторые роли", цикла, посвященного литературным героям "второго плана".

"Сто лет одиночества" является наименее подходящей книгой для этой рубрики. Роман Маркеса лишен "главных" героев как таковых - в обычном понимании этого слова. Бесконечное брожение в зеркальном лабиринте, от одного Буэндиа к другому Буэндиа, среди повторяющихся из поколения в поколение лиц, характеров, слов и ситуаций, убеждает читающего в совершенной заменимости каждого из героев. На фоне бесконечного повествования о семье Буэндиа любой пришелец в Макондо вызывает ощущение струи чистого воздуха. Этого воздуха не хватает надолго - вязкая атмосфера белого дома с бегониями всасывает и душит всякого, кто соприкоснулся с Буэндиа, будь то великий полковник Геринельдо Маркес или механик Маурицио Бабилонья.