Туда и обратно, или Китайский Тянь-Шань 2002

Туда и обратно, или Китайский Тянь-Шань 2002

Антон Чхетиани

Туда и обратно или Китайский Тянь-Шань 2002

(1 место в чемпионате России 2002 года по горному туризму)

г.Москва -- г.Бишкек -- г.Ош -- Алайская долина -- Иркештам -г.Кашгар -- г.Аксу - к пос. Талак - пер. Кокярдаван н/к - р. Чон-Терексу разведка выхода через каньон на лед. Сайлыксу по р. Сайлыксу - лед. Чонтерен (базовый лагерь) - разнос забросок и разведка в верховья лед. Божья коровка - лед. Моренный - пер. Божья коровка 3А 5050 рад.+пер. Плато 3Б 5600 - среднее плато лед. Божья коровка (4500) - пер. Уютный 3А 4750 - лед. Уютный - лед. Чонтерен - базовый лагерь - пер. Чонтерен 3Б 5488 - лед. Звездочка (заброска) - лед. Дружба - пер. Валерия Хрищатого 3Б 5300 - лед. Тугбельчи - пер. Тугбельчи 3Б* 5200 - лед. Кичиктерен - р. Кичик-Терексу угледобывающий комбинат-- р.Чон-Теренсу - г.Аксу -- г.Кашгар -Иркештам --г.Ош -- г.Бишкек -- г.Москва.

Популярные книги в жанре Путешествия и география

Принято думать, что строительство египетских пирамид осуществляли десятки тысяч людей, которые работали в каменоломнях, перемещали гигантские каменные блоки к месту сооружения, втаскивали по лесам наверх, устанавливали и скрепляли их. Но так ли это?

Выступая на Симпозиуме по археометрии, где собрались ученые разных отраслей науки, в Вашингтоне в мае прошлого года, специалист по химии полимеров Джозеф Давидович из Университета Барри нарисовал совершенно иную картину, подкрепляя свои доводы результатами научных исследований. Им был проведен химический анализ образцов камня, пошедшего на строительство трех пирамид. Сравнив их с породами, встречающимися в близлежащих известняковых каменоломнях Тураха и Мохатама, из которых, очевидно, и брали материал для этих сооружений, он обнаружил, что состав облицовочных блоков строительного камня содержит вещества, отсутствующие в каменоломнях. Зато в этом слое присутствуют тринадцать различных веществ, являвшихся, по мнению Дж. Давидовица, «геополимерами» и игравших роль связующего материала. Поэтому ученый считает, что древние египтяне строили пирамиды не из естественного камня, а из искусственно изготовленных материалов путем дробления известняка, изготовления из него строительного раствора и заливки его вместе со специальным связующим веществом в деревянную опалубку. В течение нескольких часов материал затвердевал, образуя блоки, неотличимые от природного камня. Такая технология, естественно, занимала меньше времени и требовала не так уж много рабочих рук. В пользу подобного предположения говорит микроскопия образцов пород, показывающая, что известняк из каменоломен почти полностью образован тесно «упакованными» кристаллами кальцитов, которые придают ему однородную плотность. Облицовочный же камень, находимый на месте, в составе пирамид обладает меньшей плотностью и изобилует воздушными «пузырчатыми» пустотами. Если этот камень имеет естественное происхождение, то можно предположить места, где он бы мог разрабатываться древними. Но такие разработки египтологам неизвестны.

Каменистая тропа вьется среди зарослей орешника. Бредет по тропе сонный ослик. Привычная дорога, привычная тяжесть кувшинов, привьюченных к бокам. Привычно тянет на высокой ноте нескончаемую песню черноглазый мальчишка-погонщик. Что еще делать в дороге? Грустный напев «Шикясты» не требует слов. Если хочешь, придумай слова сам. И Абдулхан поет: «Опять я иду за водой... Иду за водой к роднику, а родник далеко-о...» Вот и все слова, их хватает на всю дорогу, потому что «Шикяста» — медленный напев.

Воды Амударьи текут из республики в республику, спеша отдать себя землям Таджикистана, Туркмении, Узбекистана. Оросить сотни тысяч гектаров новых земель, обводнить миллионы гектаров, сделать удобными для отгонного животноводства — таковы планы девятой пятилетки по всей Средней Азии. И в этом решении много надежды на «реку жизни» — Амударью.

Нам предстояло проехать, пройти, проплыть Амударью, разделяющую собой две пустыни — Каракумы и Кызылкум — и дающую жизнь всему, что есть на ее берегах и далеко за их пределами.

Владимир Васильевич сидел глубоко в кресле и говорил будто сам с собой. Он вяло шевелил губами перед микрофоном селектора, но всем существом был где-то за окном: глаза его прощупывали бездонное от мороза и солнца небо. И когда на его лице появлялась улыбка, трудно было понять, что ее вызывало: или реплика невидимого собеседника, или просто сегодняшний безоблачный день за окном.

Сидя в кабинете главного инженера «Зеягэсстроя» Конько, всматриваюсь в его лицо, улавливаю знакомые привычки в движениях, в интонации разговора. Владимир Васильевич долго слушает что-то и вдруг, как и много лет назад, устало смотрит на меня... А я то и дело перевожу взгляд на большую, в четверть стены, фотографию плотины Зейской гидроэлектростанции, какой она стала сегодня, и ловлю себя на мысли, что ищу в ней приметы того времени, когда бетонные быки только поднимались и по реке шел ледоход. Ищу, где мог быть котлован, где — перемычка, разделяющая реку на две половины, пытаюсь представить склоны хребтов, эстакаду и на ней знакомые лица... Думаю о том, как со временем обостряются впечатления первых минут, первого знакомства. Сознаешь это с годами, когда груз воспоминаний становится частью тебя...

Ночью порыв ветра кидал в оконное стекло песок, а к утру воздух наполнился желтовато-матовым светом, и в солнечных лучах над землей потянулся желтоватый туман. Казалось, он пришел со стороны моря, но это была сухая пыль.

Когда мы с инженером Сариевым направились с базы геологоразведчиков к аэродрому, чтобы лететь на буровые, на улице один знакомый, завидев нас издали, стал спиной к ветру и поднял перекрещенные руки. «Нелетная!..» — прокричал он. Но мой спутник прикрыл глаза от солнца ладонью, посмотрел прищуренными глазами на горизонт, затянутый дымкой, вздохнул и сказал: «Надо лететь... Монтажникам нужно доставить детали...» Всю остальную дорогу он молчал, словно придумывал, каким способом заговорить погоду, остановить ветер. Временами поворачивал смуглое скуластое лицо в сторону, откуда ветер нес смешанные запахи степных трав и морских водорослей.

В северной Атлантике день за днем не стихает ветер. Низко над мачтами «Одиссея» бегут рваные серые облака, длинные волны зыби мерно раскачивают судно, но погода вполне сносная для работы научно-поискового судна. И работа идет. Рейс наш не совсем обычен: в специальном ангаре «Одиссея» ждет своего часа глубоководный аппарат «Север-2». Все чаще и чаще поглядываем в нетерпении на серое небо, на поверхность океана, изучаем синоптические карты, пока, наконец, не слышим по судовой трансляции голос капитана:

Не было ни снежных вершин за стеклом, ни утомительного серпантина горной дороги — наш «Москвич» свернул с ровного тартуского шоссе, легко взял уклон, въехал на большое плато, и мы увидели купола обсерватории, которые тут же перечеркнули косые струи дождя.

С погодой в Тыравере, поселке, где расположен Институт астрофизики и физики атмосферы Академии наук Эстонской ССР, нам, прямо скажем, не повезло. Дождь лил несколько дней кряду, и мой коллега, фоторепортер, каждое утро подходил к окну, смотрел на экспонометр, потом на небо, закрытое облаками, затем уже на меня — как, мол, в таких условиях работают астрономы?

Весь мир отмечает в октябре двадцатипятилетие космической эры, открытие которой принадлежит нашей великой Родине. Молодежи полезно знать об истории освоения космоса, о том, как создавался наш первый спутник. Расскажите об этом в журнале. Герой Советского Союза, летчик-космонавт СССР Валерий Рождественский

Тихонравов давно уже не испытывал такого непонятного чувства тоски и в то же время радости, когда из стерильно-чистого помещения, завешанного шелковыми шторами, блестящий шар погрузили на легкую тележку и он перекочевал в огромный монтажно-испытательный корпус — МИК, где хозяйничали ракетчики и куда допускали только узкий круг необходимых для работы людей.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Борис Чичибабин

Приготовление борща

Моя подруга варит борщ.

Неповторимая страница!

Тут лоб как следует наморщь,

Чтоб за столом не осрамиться.

Ее глазенушки светлы.

Кастрюля взвалена на пламя,

и мясо плещется в компаньи

моркови, перца и свеклы.

На вкус обшарив закрома,

лохматая, как черт из чащи,

постой, пожди, позаклинай,

чтоб получилось подходяще.

Ты только крышку отвали,

Борис Чичибабин

Стихотворения

Стихотворения Б.А.Чичибабина (1923-1994)

Отобраны вдовой поэта Лилией Семеновной Карась-Чичибабиной.

x x x

Кончусь, останусь жив ли,чем зарастет провал? В Игоревом Путивле выгорела трава.

Школьные коридоры тихие, не звенят... Красные помидоры кушайте без меня.

Как я дожил до прозы с горькою головой? Вечером на допросы водит меня конвой.

Лестницы, коридоры, хитрые письмена... Красные помидоры кушайте без меня.

ФРЕДЕРИК ЧИЛАНДЕР

СУДЕБНЫЙ ПРОЦЕСС

Пер. М. Николаевой

- Всем встать, - монотонно произнес стражник.

Вошел судья, пододвинул свой стул и сел.

- Всем сесть. - Сделав свое дело, стражник перестал интересоваться происходящим.

Судья быстрым движением взял в правую руку молоточек и едва слышно постучал по истертой поверхности стола. Потом он откашлялся, поправил очки и начал изучать лежавшие перед ним бумаги.

Чиличкин Дмитрий

"Нерациональный рационализм"

Жeлeзнoй пocтупью, чeкaня шaги, юный биopoбoт (мoдeль X13уM) пpиблизилcя к пecoчницe нa плoщaдкe дeтcaдa #0. Eгo чуткиe ceнcopы cpaзу улoвили пpиcутcтвиe в пecoчницe кaкиx-тo живыx opгaнизмoв. Пocлe нeпpoдoлжитeльнoгo cкaниpoвaния oкpужaющeгo пpocтpaнcтвa, внутpeнний кoмпьютep клaccифициpoвaл иx кaк пpeдcтaвитeлeй homo sapiens, нeбoльшoгo вoзpacтa и мaлoй физичecкoй cилы. "Xa, элeктpoшoк дaжe нe пoнaдoбитcя" вeceлo пoдумaл нaш гepoй и чуть былo нe улыбнулcя.