Три разговора

А.С.МАКАРЕНКО

ТРИ РАЗГОВОРА

1

Городишко Мирополье стоял на горе. Из окна вагона он казался живописным: на зеленых склонах кое-где пробивались светло-голубые, светло-зеленые и темно-голубые маковки церквей, а выше всего подымалось из зелени стройное белое здание.

Из окна вагона казалось, что в тени этой зелени рядом с притихшими древними храмами люди живут уютно и мирно, там пахнут ландыши, там свежесть листвы, одетые крапивой и цветами дорожки.

Другие книги автора Антон Семенович Макаренко

«Педагогическая поэма» — широко известное и наиболее значительное произведение советского педагога и писателя А.С. Макаренко. В ней рассказывается о перевоспитании несовершеннолетних правонарушителей в детской трудовой колонии, создателем и руководителем которой в 20-е годы был автор. Книга адресована широкому кругу читателей.

ЮНЕСКО выделило всего четырех педагогов, определивших способ педагогического мышления в ХХ веке. Среди них – Антон Макаренко, автор «Педагогической поэмы», известный своей работой с трудными детьми. Именно он предложил собственную систему воспитания и успешно воплотил свою теорию на практике.

В книгу включено наиболее важное и значительное из огромного педагогического наследия А. С. Макаренко. Все, кого интересуют проблемы воспитания подрастающего поколения, найдут в этой книге ответы на самые разнообразные вопросы: как завоевать родительский авторитет, как создать гармонию в семье, как выработать целеустремленность, как содействовать всестороннему развитию ребенка, как воспитать счастливого человека, и многое другое.

Воспитание детей - самая важная область нашей жизни. Наши дети – это будущие граждане нашей страны и граждане мира. Они будут творить историю. Наши дети - это будущие отцы и матери, они тоже будут воспитателями своих детей. Наши дети должны вырасти прекрасными гражданами, хорошими отцами и матерями. Но и это не все: наши дети - это наша старость. Правильное воспитание - это наша счастливая старость, плохое воспитание - это наше будущее горе, это наши слезы, это наша вина перед другими людьми, перед всей страной.  

В «Педагогической поэме» меня занимал вопрос, как изобразить человека в коллективе, как изобразить борьбу человека с собой, борьбу более или менее напряженную. Во «Флагах на башнях» я задался совсем другими целями. Я хотел изобразить тот замечательный коллектив, в котором мне посчастливилось работать, изобразить его внутренние движения, его судьбу, его окружение. А.С. Макаренко

Антон Макаренко – гениальный педагог и воспитатель. Его система воспитания основана на трех основных принципах – воспитание трудом, игра и воспитание коллективом. В России имя Антона Семеновича Макаренко уже давно стало нарицательным и ассоциируется с человеком, способным найти правильный подход к самому сложному ребенку… Уже более 80 лет «Педагогическая поэма», изданная впервые в трех частях в 1936 г., пользуется популярностью у родителей, педагогов и воспитателей по всему миру. В 2000 г. она была названа Немецким обществом научной педагогики в числе десяти лучших педагогических книг XX века. В настоящем издании публикуется полностью восстановленный текст «Поэмы». Книга адресована родителям и педагогам, преподавателям и студентам педагогических учебных заведений, а также всем интересующимся вопросами воспитания.

Перед вами – уникальное практическое руководство для родителей.

Вы узнаете:

как добиться от ребенка сознательного послушания;

как справиться с вечным родительским цейтнотом и выработать дисциплину;

как содействовать всестороннему развитию ребенка;

как завоевать родительский авторитет и многое другое.

Но главное – вы сможете создать гармонию в семье и воспитать счастливого человека.

В пятый том настоящего издания входит известная работа А. С. Макаренко «Книга для родителей» и подготовительный материал к ней, которые раскрывают вопросы идейно-нравственного и трудового воспитания в семье. В приложении к тому включены также фрагменты из совместной работы А. С. Макаренко и Г. С. Макаренко «Детская беспризорность и борьба с ней».

http://ruslit.traumlibrary.net

Повесть «Честь», написанную в 1937 году, некоторые критики рассматривают как своего рода повествование о детстве и юности самого автора. Правда, некоторые черты своих родителей Макаренко придал героям повести — отцу и матери Тепловым. Макаренко ставил перед собой иную цель: он хотел показать, как понимали проблему чести до революции и в первые послереволюционные годы, как относились к этой моральной категории различные классы.

Популярные книги в жанре Советская классическая проза

Рассказ опубликован в Литературно-художественном ежегоднике "Побережье", 2005 год, Выпуск №14.

Автобиографические произведения известного литовского писателя Антанаса Венцловы охватывают более чем полувековой путь истории Литвы, отображают революционные события 1905 года и Великой Октябрьской революции, восстановление советской власти в Литве в 1940 году, годы борьбы с фашизмом.

Перед читателем проходит история крестьянского паренька, ставшего впоследствии революционером, коммунистом, видным политическим деятелем. Автор рисует целую галерею портретов выдающихся литовских писателей, художников, артистов, педагогов.

Кроме Алены, у Друпина не было друзей. У него вообще никогда не было друга. За полтора года, которые прожил в общежитии рядом с лейтенантом Хомяковым, он ни разу не поговорил с ним, что называется, по душам. Конечно же он иногда делился небольшими секретами, которые почти сразу же теряли свое значение, но замыкался, как только в его жизнь вторгалось что-то действительно серьезное.

Он не любил вспоминать ни о своем детстве, ни о своей юности, ни разу не произносил имени отца, и о матери, жившей под Великими Луками, говорил лишь изредка, когда получал от нее письма.

На сорок шестом году, за несколько дней до смерти, Варвара говорила соседке бабке Насте, что ночью вспомнила, как мать Прасковья кормила ее, маленькую, грудью.

— И так явственно, Настя, так явственно!.. — умиленно повторяла Варвара. — Я потом до самого утра все думала про нее, царство ей небесное. И веришь, Настя, так отчего-то хорошо мне стало, что... так бы вот и умереть сейчас, не думая больше ни о чем.

Варвара заплакала.

— Ну и слава богу, — успокоительно говорила бабка, тоже до слез растроганная рассказом соседки. — Ты поплачь, поплачь — ослобони душу. И з м у ч и л  о н  т е б я. ...А Порка, царство ей небесное, я хорошо помню, тебя большую уже отымала. Ты вон как бегала — а все одно к груди лезла, так она полыном натирала соски, чтоб отучить тебя. Может, и правда помнишь...

Дебютный рассказ Вадима Шефнера — «День чужой смерти». Он был напечатан 70 лет назад — в 8-м номере журнала «Ленинград» за 1940-й год.

Детство мое прошло в одном из шахтерских городов Кузбасса — Анжеро-Судженске. В памяти остались огромные терриконы — конусообразные горы отвалов возле угольных шахт: пустая порода, горючие сланцы, антрацитная пыль. Над ними всегда курчавился сизый дымок, вокруг расползался едкий запах серы. Они были неотъемлемой частью города, своеобразной его эмблемой.

В памяти остались вечно дымящие терриконы, в сердце — чувство, каким была проникнута, можно сказать, высвечена вся атмосфера городской жизни, — чувство трепетного уважения к профессии горняка. Уважения и даже, в некотором роде, преклонения. И не только от того, что эти люди обеспечивали страну столь нужным ей топливом, но и потому еще, что труд горняка был очень тяжелым и очень опасным, требовал не одной лишь физической, но и большой духовной крепости…

Перед обедом, вернувшись с покоса, Лазарев скинул пропотевшую рубаху, взял мыло, полотенце и отправился на Енисей. Благо от крыльца до уреза воды каких-нибудь полтораста шагов.

Сверху, по течению, шла моторка. Лазарев вгляделся: на руле сидел бакенщик с соседнего поста. А вот кто пристроился на носу, не опознал. Похоже, кто-то из городских.

Вдруг лодка, свернув со стрежня, нацелилась носом на красную конусообразную громадину бакена. Лазарев усмехнулся: видать, бакенщику захотелось проверить крепость нервов своего пассажира. Шибани лодка носом по бакену на этакой-то бешеной скорости — купанье будет на славу. Однако недаром Лазарев поставлен путевым мастером на самом ответственном участке Енисея, в своей зоне он никакого баловства на реке допустить не позволит.

Библиотека пионера, том V

Из послесловия:

...Много лично пережитого вы найдете и в рассказах Михаила Павловича Коршунова...

Н.Пильник
Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Макаренко Павел

Как я стал манекенщиком у бандитов

Поехал я сегодня джинсы себе покупать, штаны то есть. И поскольку такое меpопpиятие для меня весьма ответственное (те кто меня видел, поймут почему), то подхожу я к пpоцессу покупки мучительно долго и тpепетно. Коpоче, паp 5 пеpемеpял - то лодыжки видны, то пояс не сходится. В общем стою весь из себя взмыленный и офигевший (отдыхаю пеpед 6-ой пpимеpкой), и тут вваливает в бутик живописнейшая компания, состоящая из этаких, в натуpе, дубов-колдунов, в багpец и золото одетых - ну пpосто чистейших "бpатков". Махая мобильными телефонами, используя богатейший словаpный запас из 25 слов (включая неноpмативные) и живописные пальцовки, вся честная компания минут 10 пытается объяснить что же им, все-таки, нужно. В конце концов измученный пpодавец с тpудом понимает, что джентельмены хотят купить доpогой костюм комута-а-а: "Hу чиста-а здоpовому и под два метpа, без базаpа". "Hо какой же у него всетаки pазмеp-то?" - не сдается пpодавец. Да вот! - нашелся один, как у того боpодатого коpеша! И вся бpигада дpужно повоpачивается в стоpону моей скpомной личности, топчущейся в уголке, в ожидании очеpедной паpы поpток! Е мое что тут началось! Меня наpяжали в такие эксклюзивные костюмы на котоpые, из-за цены, даже смотpеть стpашно. Спpаведливости pади нужно отметить, что большинство из них были отчаянно малы. В конце-концов я уже и сам увлекся, вошел в pоль, пpо штаны забыл, пpохаживаюсь этаким гоголем (Hиколай Василичем), повоpачиваюсь, плечиками повожу, pазве еще только зад не оттопыpиваю и бедpами не вихляю. В общем та еще каpтина. Сошлись наконец на скpомном костюмчике, ценою что-то в pайоне штуки баксов, ну значица упаковались, поблагодаpили они меня, а я с видом этакой пеpезpевшей Линды Эвангелисты им и заявляю: "Ребят, костюм, конечно, ничего но в плечиках поджимает". " Hичего!"-, ответили они дpужно, "в кpайнем случае В МОРГЕ ЕГО ПО СПИHЕ РАСПОРЮТ, ВСЕ РАВHО ВАСЕ В HЕМ HИКУДА HЕ ИДТИ, ОH СВОЕ УЖЕ ОТHОСИЛ!" Вот такая пpимеpочка вышла.

Светлана Макаренко

Сергей Михайлович Волконский

(16(4).05.1860 - 16(17?).12.1937)

князь, искусствовед и театральный деятель, русский писатель, внук декабриста С.Г. Волконского и М. Н. Волконской Сергей Михайлович Волконский родился 4(16) мая 1860 в Фалле, имении Бенкендорфов-Волконских, ныне Кейла-Йова (Эстония), неподалеку от Таллинна. Он рос в семье, прошлое которой неразрывно было связано с русской историей.

Его отец - Михаил Сергеевич Волконский, записанный при рождении в заводские крестьяне и ставший впоследствии товарищем министра народного просвещения - сын декабриста Сергея Григорьевича Волконского и его жены, Марии Николаевны, урожденной Раевской. (По материнской линии Мария Николаевна была правнучкой Михаила Ломоносова.)

Данная публикация (по журналу "Советская педагогика" 1991,6,7) представляет собой лишь часть изданной марбуржкой (Германия) лаболаторией МАКАРЕНКО-РЕФЕРАТ (руководитель Готц Хиллиг) книги воспоминаний и интервью Виталия Семеновича Макаренко о своем брате Антоне Семеновиче Макаренко.

Виталий Семенович Макаренко (1895-1983).

МОЙ БРАТ АНТОН СЕМЕНОВИЧ.

[ВОСПОМИНАНИЯ]

От редактора.

Настоящая книга содержит воспоминания брата А. С. Макаренко - Виталия Семеновича о проведенных им совместно со старшим братом детских и юношеских годах.

Андpей Макаpевич

ВСЕ ОЧЕHЬ ПРОСТО

(pаccказики о гpуппе)

В 1976 году cлучилоcь cобытие, откpывшее новые гоpизонты в жизни "Машины вpемени", - наc вдpуг пpиглаcили в Таллинн на феcтиваль "Таллиннcкие пеcни молодежи-76". Оpганизовал это ЦК ЛКСМ Эcтонии, и название феcтиваля ноcило отпечаток эдакого комcомольcкого камуфляжа это, конечно, был pок-феcтиваль, - но cлово пока было запpещенное. Hе помню, c помощью какого финта мы заполучили бумагу, где говоpилоcь, что наc командиpуют на феcтиваль. Мы ехали туда, как на cамый главный пpаздник в cвоей жизни. К pадоcти пpимешивалаcь pобоcть: мы cлышали, что в Эcтонии музыкальная жизнь куда cвободнее, чем в Роccии, и что там очень cильные гpуппы.