Трава бессмертия

Моя работа требовала уединения, и я выбрал один из заповедников в Центральной Африке. В городе мне постоянно мешал фон спокойной радости миллионов людей. Он создавал непреодолимый контраст с той героической неистовой эпохой, о которой мне нужно было думать. Я занимался историей живописи 45-го столетия надеясь постичь через нее загадочный облик мира конца машинной эры. Мне казалось, что только живопись могла отразить ускользающие от наших современников характеры людей, заложивших основу биологической цивилизации. Это была эпоха дерзких догадок, парадоксальных выводов и революционного преобразования мышления.

Другие книги автора Илья Иосифович Варшавский

Илья ВАРШАВСКИЙ

БИОТОКИ, БИОТОКИ...

- Кто к врачу Гиппократовой? Заходите. Мария Авиценновна, это к вам. Садитесь, больной, в кресло.

- Что у вас?

- Передние зубы.

- Сейчас посмотрим. Так, не хватает четырех верхних зубов. Какие вы хотите зубы?

- Обыкновенные, белые. Мост на золотых коронках.

- Я не про то спрашиваю. Вы хотите молочные или постоянные зубы?

- Простите, не понимаю.

- Мы не ставим протезы, а выращиваем новые зубы. Это - новейший метод. К деснам подводятся записанные на магнитной ленте биотоки донора, у которого прорезаются зубы. Под их воздействием у пациента начинается рост зубов. Молочные зубы можно вырастить в один сеанс, постоянные, при ваших деснах, потребуют трех сеансов. Если вы не очень торопитесь, то советую всё же постоянные. Сможете ими грызть всё что угодно.

В истории отечественной фантастики немало звездных имен. Но среди них есть несколько, сияющих особенно ярко. Илья Варшавский и Север Гансовский несомненно из их числа. Они оба пришли в фантастику в начале 1960-х, в пору ее расцвета и особого интереса читателей к этому литературному направлению. Мудрость рассказов Ильи Варшавского, мастерство, отточенность, юмор, присущие его литературному голосу, мгновенно покорили читателей и выделили писателя из круга братьев по цеху. Все сказанное о Варшавском в полной мере присуще и фантастике Севера Гансовского, ну разве он чуть пожестче и стиль у него иной. Но писатели и должны быть разными, только за счет творческой индивидуальности, самобытности можно достичь успехов в литературе. Часть книги-перевертыша «Варшавский И., Гансовский С. Тревожных симптомов нет. День гнева».

Две тысячи неизвестный год, ближайшее коммунистическое будущее.

Кандидат исторических наук Курочкин выбил командировку в первый век нашей эры, чтобы собрать материал, опровергающий существование Иисуса Христа.

Илья ВАРШАВСКИЙ

РОБИ

Несколько месяцев назад я праздновал свое пятидесятилетие.

После многих тостов, в которых превозносились мои достоинства и умалчивалось о свойственных мне недостатках, с бокалом в руке поднялся начальник лаборатории радиоэлектроники Стрекозов.

- А теперь, - сказал он, - юбиляра будет приветствовать самый молодой представитель нашей лаборатории.

Взоры присутствующих почему-то обратились к двери.

Илья ВАРШАВСКИЙ

ДЖАМБЛИ

1001-й рассказ а космических пришельцах

Синерукие джамбли над морем живут,

С головами зелеными джамбли живут.

Эдвард Лир.

Радиотелескопы Лунной базы первыми обнаружили таинственный снаряд, мчавшийся из глубин космоса. Через несколько дней его траектория была вычислена многими обсерваториями. Произведенные расчеты свидетельствовали о том, что снаряд направлялся к Земле.

Были приняты все меры предосторожности. Наблюдения за полетом снаряда не давали возможности определить, какой груз он несет. Было ли это первым визитом на Землю дружественных разумных существ, обитателей далеких миров, или началом обстрела нашей планеты завоевателями космического пространства?

Илья ВАРШАВСКИЙ

КУРСАНТ ПЛОШКИН

Капитан Чигин взглянул на старинный морской хронометр, висевший на стене рядом с электронными часами. Кажется, пора!

Он подошел к двери и повернул на два оборота ключ. Так спокойней. Затем из левого ящика стола были извлечены спиртовка, два маленьких серебряных чайника и две коробочки, украшенные изображениями драконов.

Конечно, открытый огонь на космолете - нарушение правил, но чай это чай, и ни один истинный ценитель не будет пользоваться для его приготовления какими-то дурацкими плитками на медленных нейтронах. Что ж, капитан Чигин может позволить себе эту вольность. Пятьдесят лет службы в космосе тоже дают какие-то права. Космический устав прекрасная вещь, на космолете должна быть железная дисциплина, иначе это будет не корабль, а кабак, но нельзя же подходить с одной меркой к желторотому курсанту и старому космическому волку Чигину. Сначала прослужите столько, сколько капитан Чигин, а потом и права вам дадут особые. Вот так-с.

Илья Иосифович Варшавский – классик советской научной фантастики, мастер короткой формы. Его рассказы поражают остротой сюжетов, изобретательностью, литературным мастерством. Станислав Лем говорил о прозе И. Варшавского, что в ней уместилась вся западная фантастика. Фантастика И. Варшавского – юмористическая, сатирическая, пародийная, психологическая – наверняка будет интересна современному читателю, еще не знакомому с творчеством замечательного писателя. Знатоки и любители произведений И. Варшавского найдут в предлагаемом сборнике несколько рассказов, которые не были опубликованы при жизни писателя и впервые увидели свет лишь в 2009–10 годах в Интернет-журнале «Млечный Путь».

Научно-фантастические рассказы.

Художник Ю. МАКАРОВ.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Дорис Пайк виновна в преднамеренном убийстве Фанни Флакс и приговаривается к лишению личности. Детектив подвергает сомнению приговор. Прежде всего, если убийца организовывает пожар, чтобы скрыть следы преступления, он не оставляет чуть ли не на самом видном месте пистолет, зарегистрированный на его имя. К тому же отсутствует мотив преступления. По всей квартире полно отпечатков — старых и новых, принадлежащих мисс Дорис Пайк. Ее пальчики — всюду. И ни одного отпечатка пальцев самой хозяйки. Нигде. Наконец, еще одно. В квартире царил культ Дорис Пайк. Афиши. Кристаллы записей. Кассеты фильмов. И — ни одной фотографии хозяйки дома. Никакого семейного альбома. Ничего.

Главный герой антивоенного романа «Самосожжение», московский социолог Тихомиров, оказавшись в заграничной командировке, проводит своеобразное исследование духовного состояния западного общества.

Нечто Странное, мрачное и зловещее встречает героев в запутанных лабиринтах блестяще сконструированной реальности.

Все трое тихо сидели перед искусственным камином в полутемной гостиной. Слышалось лишь мерное, с присвистом жужжание кондиционера под потолком да шелест силиконовых колес домашнего робота по ковру. Рядом с камином стоял низкий овальный столик, на котором робот сервировал ужин. Конечно, можно было бы подвести к дому пищепровод и заказывать самые разнообразные блюда в Бюро Питания, но мама, как и все женщины, страстная поклонница всего модного, настояла на этом «шике» — роботе-прислуге. Папе, в общем, было все равно, недовольным остался только сын Денис.

Тела мертвых птиц устилали берег, словно облака, спустившиеся с неба на землю.

Каждое утро, когда Криспин выходил на палубу патрульного корабля, он видел одну и ту же картину: отмели, ручьи, маленькие заливы были завалены убитыми птицами. Иногда на берег выходила белокурая женщина, жившая в пустом доме на песчаном мысе, далеко выступающем в реку. Она стояла на узком пляже, а у ее ног лежали крупные, размером больше кондоров, белые птицы. Криспин внимательно наблюдал за ней, стоя на мостике корабля, а она, ни на кого не обращая внимания, медленно шла по песчаному берегу, лишь иногда наклоняясь, чтобы поднять перо, выпавшее из гигантского крыла. Когда женщина возвращалась домой, в ее руках были охапки белых перьев.

Два маленьких рассказа, «Матильда и чужой» и «Чертополох», написаны в разное время и по-разному, но об одном и том же. Это очень простое, каждому знакомое чувство, все мы ощущали его хотя бы однажды. Его можно назвать одним словом, но этого слова вы не найдёте ни здесь, ни в самих рассказах. Некоторые вещи лучше не называть – достаточно того, что они и так с нами.

Думаю, вы поймёте, о каком чувстве я сейчас говорю. Думаю – но не надеюсь. Потому что если нет – знаете, может, оно и к лучшему.

Старые вещи всегда забавно перечитывать – любопытно проследить, как изменился мой стиль, мой образ мыслей, я сама. Впрочем, стоп, я сказала «всегда»? Нет. Иногда это совсем не забавно…

«Пепел» – один из самых первых моих рассказов, и я плохо помню человека, который его написал. Я только знаю теперь, что это был очень легкомысленный и отчаянно смелый человек, не побоявшийся вжиться в подобных героев и примерить на себя их чувства. Теперь бы я этого не сделала. И хотя этот рассказ и теперь не менее дорог мне, чем тогда, когда он был создан, я искренне рада, что мне больше никогда не придётся писать ничего подобного.

Схематизатор — прибор, который превращает любой предмет в его упрощённую схему: барана — в тележку с коробочкой и баком для горючего, цветы — в стерженьки и т. д.

Анкета Отдыха — возможность заранее запланировать предстоящие приключения.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Дневник подлинный, начат в октябре 1994 года и закончен 17 января 1995 года. Ведётся от имени пожилого русского мужчины, который во время Чеченской войны находился в Грозном в своей квартире, пытаясь хоть как-то защитить своё имущество. Автор, естественно, не я. Вся моя заслуга в данном случае заключалась лишь в том, чтобы перепечатать текст с рукописи.

Были опасения, что дневник может вызвать негативные националистические настроения, поэтому я долго думала печатать ли его так, как он есть или внести несколько изменений в текст. Но решила, что война есть война, речь идёт о межнациональном конфликте, поэтому давайте называть вещи своими именами. Надо отметить, что мирные жители не принимали сторону ни российскую, ни чеченскую в этой войне. Они, независимо от нации, пытались выжить.

Автора я назову Мирным жителем города Грозного, упомянув при этом, что он и его предки — терские казаки испокон веков жили здесь и защищали южные рубежи России.

От себя лично могу написать плохое пожелание: если какому-нибудь политику пришла в голову великая мысль разбить, разрушить чужой город, начинайте со своего родного, с той улицы, где Вы родились, желательно с Вашего дома, как раз в тот момент, когда Ваши родители собрались отмечать Новый год.

Н.Г.Гричанова

РЕЛИГИОЗНЫЙ ЭКСТРЕМИЗМ АЛЕКСАНДРА ДВОРКИНА

исследовательская статья

ноябрь 2010

Активную деятельность, направленную на подавление свободы религиозных объединений, Александр Дворкин ведёт с 1992 года. Тогда, будучи гражданином США, он вернулся в Россию после 15-летнего отсутствия.

Сразу же после возвращения один священнослужитель РПЦ предложил ему заняться «проблемой противодействия сектам». В 1993 по благословлению Патриарха Алексея II Дворкин открыл первую антикультистскую организацию, которая впоследствии была значительная расширена и образовала сеть организаций РАЦИРС (Российская Ассоциация Центров Изучения Религий и Сект). С этого времени Дворкин полностью посвятил свою жизнь борьбе с «нетрадиционными» религиозными объединениями.

Это время радости для Хантера, ведь он нашел своего отца, таинственно исчезнувшего много лет назад. Только Морган чувствует, что что-то неправильно, что отец Хантера скрывает какой-то неприятный секрет. Секрет, который может угрожать им всем.

Морган была так поглощена миром магии, что забросила школу и родители злы на нее за это. А теперь еще члены ее клана подвергаются гонениям. Морган распадается на части. Как ей найти силу, в которой она так отчаянно нуждается?