Торговцы драгоценностями

Джеймс Брэнч Кейбелл

Торговцы Драгоценностями

Александр Сорочан, перевод, 2004

"Io non posso ritrar di tutti appieno: pero chi si mi caccia il lungo tema, che molte volte al fatto il dir vieti meno."

Посвящается ЛУИЗЕ БАРЛИ.

Это воплощение множества мыслей, которые изначально принадлежали ей.

"Александро Медичи обыкновенно считается итальянскими авторами первым герцогом Флоренции; но в этом они не вполне точны. Звание герцога, полученное от Читто, или Чивитто ди Пенья, было принято им несколькими годами прежде, чем он стал у руля флорентийского государства. Следует также заметить, что после бегства Эгламора герцог Алессандро, как сообщает Робертсон, "не наслаждался той абсолютной властью, которую его семейство сохранило до наших дней" (История Карла V. Книга V). Его только именовали правителем или принцем республики, и его власть была несколько ограничена двумя советниками, пожизненно избиравшимися из числа граждан. (Varchi, Storia Fior. P. 497: Nerli, Com. Lib. Xi. pp. 257, 264.)"

Другие книги автора Джеймс Брэнч Кейбелл

Джеймс Брэч Кейбелл (1879-1958 гг.) – писатель, незаслуженно забытый в наши дни, однако в свое время считавшийся одним из ведущих мастеров американской "литературной легенды" первой половины XX в.

Кейбелл создал немало произведений, однако наибольшую известность ему принесла масштабная и изысканная фэнтези-сага "Сказание о Мануэле" – сага, одну из лучших книг которой мы предлагаем вам!

Успеху Джеймса Бренча Кейбелла у русского читателя немало вредит успех Толкина. Эта книга выходит под грифом «фэнтези», который в действительности справедлив по отношению к американскому писателю ничуть не больше, чем по отношению к Мервину Пику или к тому же Толкину. Творил Кейбелл в первой половине XX века, когда о фэнтези еще и слуху не было, и занимался своими делами. Сравнить его уместнее не с фэнтези, а, например, со Свифтом, но если это и Свифт, то еще более ироничный и метафизически настроенный.

Джеймс Брэч Кейбелл (1879-1958 гг.) – писатель, незаслуженно забытый в наши дни, однако в свое время считавшийся одним из ведущих мастеров американской «литературной легенды» первой половины XX в.

Кейбелл создал немало произведений, однако наибольшую известность ему принесла масштабная и изысканная фэнтези-сага «Сказание о Мануэле»!

«Сказание о Мануэле» — знаменитая эпопея одного из основателей жанра фэнтези американского литератора Джеймса Брэнча Кэйбелла.

Мы начинаем знакомство со «Сказанием о Мануэле» с публикации двух романов: «Земляные фигуры» (1921) и «Юрген» (1919).

Первый том «Сказаний» знакомит читателя с удивительной страной Пуактесм, где рядом со средневековыми замками бродят кентавры, в лесных озерах живут русалки, где хитроумные демоны всячески пытаются сбить с пути истинного честных и благородных рыцарей.

Яркая палитра повествования, невероятные приключения главных героев, неподражаемый юмор и утонченная стилистика — все это читатель найдет на страницах «Сказания о Мануэле».

Настоящее издание — вторая часть знаменитой эпопеи Джеймса Брэнча Кейбелла «Сказание о Мануэле». Во второй том «Сказаний» вошли книги «Серебряный жеребец» (1926), «Domnei» (1913), «Музыка с Той Стороны Луны» (1926), и «Белые одежды» (1928). Читателя вновь ждет встреча с необыкновенными героями Кейбелла — кентаврами, норнами, великанами и драконами, вновь ожидают странствия по загадочной стране Пуактесм.

Успеху Джеймса Бренча Кейбелла у русского читателя немало вредит успех Толкина. Эта книга выходит под грифом «фэнтези», который в действительности справедлив по отношению к американскому писателю ничуть не больше, чем по отношению к Мервину Пику или к тому же Толкину. Творил Кейбелл в первой половине XX века, когда о фэнтези еще и слуху не было, и занимался своими делами. Сравнить его уместнее не с фэнтези, а, например, со Свифтом, но если это и Свифт, то еще более ироничный и метафизически настроенный.

В этом томе я не следую тексту Бюльга чересчур скрупулезно. Но надеюсь, что в книге, предназначенной для широкого круга читателей, никто не станет порицать некоторые пропуски и эвфемизмы, да впрочем, и небольшие добавления, сделанные для связности, ясности и красоты текста.

Любопытных же для обсуждения источников «Серебряного жеребца» я отсылаю к страницам «Пуактесма в песнях и легендах». И пусть они сами решат, действительно ли Бюльг, по выражению Кодмана, показал, что эти легенды являются «подделками XVII столетия». Лично я нахожу, что эти свидетельства слегка неправомерны, а для моей цели они вообще несущественны. Эти хроники, как таковые, представляют собой единственно известные материалы о последних днях героев, чьи юношеские подвиги уже давно знакомы читателям по «Пуактесмским народным былинам» Льюистама. Аутентичны они или нет и безотносительно к тому, могли ли такие легенды существовать до 1652 года, в них содержится единственный отчет о переменах, последовавших в Пуактесме после кончины Спасителя Мануэля, и другой у нас вряд ли когда-либо появится.

Этот отчет является пробелом, который, с моей точки зрения, желательно было заполнить, и я перевел «Серебряного жеребца» на английский.

Дж. Б. К.

Сколько нежных дам (убедившись, что их не слышат мужья) возрыдали, когда учтивый Анавальт покинул двор графа Эммерика, — того сказать невозможно. Во всяком случае, число их оказалось велико. Были, однако, — гласит повесть, — три женщины, чья скорбь оказалась неутешна; и они не плакали. Тем временем — тайные печали остались за спиной Анавальта, мертвая лошадь лежала у его ног, а сам рыцарь стоял на распутье и с некоторым сомнением разглядывал внушительных размеров дракона.

Популярные книги в жанре Драматургия: прочее

Альбертас Казевич Лауринчюкас – литовский писатель и журналист. В 1960-1963 годах работал корреспондентом газеты «Сельская жизнь» в США. Вернувшись на родину, написал книгу «Третья сторона доллара», за которую получил республиканскую премию имени Капсукаса. В 1968-1970 годах представлял в США газету «Москоу ньюс».

Советскому и зарубежному читателю А. Лауринчюкас знаком по книгам очерков «Медное солнце», «Черная кровь», «Тени Пентагона», «Вечные березы». Пьесы – «Средняя американка», «Мгновение истины», «Цвет ненависти», «Последняя просьба» – поставлены театрами Литвы, Российской Федерации, Украины и других республик.

Международным союзом журналистов за заслуги в борьбе за укрепление мира, международной солидарности и взаимопонимания между народами А. Лауринчюкас награжден медалью Юлиуса Фучика.

Станислав Игнацы Виткевич (1885 – 1939) – выдающийся польский драматург, теоретик театра, самобытный художник и философ. Книги писателя изданы на многих языках, его пьесы идут в театрах разных стран. Творчество Виткевича – знаменательное явление в истории польской литературы и театра. О его международном признании говорит уже то, что 1985 год был объявлен ЮНЕСКО годом Виткевича. Польская драматургия без Виткевича – то же, что немецкая без Брехта, ирландская без Беккета, русская без Блока и Маяковского.

Б а к а л а в р Песунья.

П е д р о Э с т о р н у д о, письмоводитель.

Рехидоры[1]: П а н д у р о и А л ь г а р р о б а.

Земледельцы кандидаты в алькальды[2]: Х у а н Б е р р о к а л ь, Ф р а н с и с к о д е У м и л ь о с, М и г е л ь Х а р р е т е, П е д р о д е л а Р а н а.

С л у г а.

П о д с а к р и с т а н.

Ц ы г а н е и ц ы г а н к и.

Комната.

Входят бакалавр Песунья, письмоводитель Педро Эсторнудо, рехидор Пандуро и рехидор Алонсо Альгарроба

П а н к р а с ь о.

Л е о н а р д а, его жена.

К р и с т и н а, горничная,

С а к р и с т а н[1] Репонсе.

Н и к о л а с Р о к е, цирюльник.

С т у д е н т.

Л е о н и с ь о, кум Панкрасьо.

Мошенники: Т р а м п á г о с, Ч и к и з н á к е, Х у а н К л á р о с.

В а д е м é к у м, слуга Трампагоса.

Женщины легкого поведения: Р е п у л и д а, П и с п и т а, М о с т р е н к а.

Э с к а р р а м а н, пленник.

Два м у з ы к а н т а.

М о ш е н н и к.

Комната.

Входят Трампагос в траурной мантии, Вадемекум, его слуга, с двумя рапирами.

Т р а м п а г о с.

Вадемекум!

Ручейник – личинка мотыля, живет только в чистой воде, и клев на него знатный. Но его среду обитания так загадили, что теперь легче найти мадагаскарского таракана, чем его. Вот и человек, вдруг спохватившись, обнаруживает, что расщепляется его культурный слой. На стадии распада проявляется все больше аномалий. Возможно, в фантасмагории метаморфоз, сопровождающих этот процесс, человек очутился на грани исчезающего вида? «...Люди, как крысы, что-то чувствуют и... меняются. Готовятся к чему-то или просто так им жить легче?».

Дурненковские герои-чудики, видимо, пытаются то ли удержать прежний, то ли создать новый образ homo sapiens, куда-то таинственно ускользающий. Реалии прошлого, настоящего и даже потустороннего причудливо переплетаются, хотя и кажутся ничем не связанными в разрозненных сценах пьес, неожиданно резких витках фабулы и замысловатых финалах. И во всем – заманчивая недосказанность и неизменная, подспудно мерцающая лиричность авторов.

В пьесе Вячеслава Дурненкова «Три действия по четырем картинам» (2003) развернута метафора трагедии творческого бессилия художника. Сюжет, основанный на четырех оживших картинах якобы близкого к передвижникам самарского художника Брашинского объединяет герой пьесы Николай, молодой петербургский литератор. Он глубоко недоволен тем, что выходит у него из-под пера, поэтому в финале покидает столицу. Аркадий, его приятель и критик, устраивает на его квартире сходку «весьма анархического вида», на манер сходок то ли нигилистов 1860-х, то ли социалистов 1890-х...

Так, проносясь галопом по эпохам, демонстрируя, что «сейчас» (то, что происходит в пьесе) значит «всегда» (происходило в разные эпохи и продолжается сегодня), Дурненков вписывает в свой извечный сюжет катастрофы мотив искусства как террора. В драматургии Дурненкова все происходившее вчера происходит сейчас, а происходящее сейчас уже происходило вчера. Все, что происходило и происходит, – наиболее вероятный сценарий на будущее, но знание о нем все же недоступно и пребывает во мраке.

Перед Вами – пьеса «В черном-черном городе» известного современного тольяттинского драматурга Вячеслава Дурненкова.

Жители соседних домов, сидящие на завалинке в пьесе, беседуют с заехавшими в город детьми, близнецами Димой и Наташей. Горожане, сами того от себя не ожидая, один за другим рассказывают им подлинные и, как окажется, мистические истории из своей жизни... 

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Действие этого фантастического боевика происходит в далёком XXVI веке. На нескольких планетах-базах землян появляется таинственный захватчик – негуманоидная раса ксенофобов. Существование человечества оказывается под угрозой. В ожесточённых сражениях задействованы новейшие технологии – управляемые биотоками мозга боевые роботы и аэрокосмолеты, но никакой искусственный интеллект не может заменить человека.

Герои романа – Дэв Камерон и его возлюбленная, лейтенант Катя Алессандро – оказываются в самой гуще военных событий, именно от них во многом зависит будущее землян.

Александр Карлайл, сын легендарного командира Серого Легиона Смерти, вместе с ветераном – наемником Дэвисом Макколлом отправляется на разведку на планету Каледония. Восстание, спровоцированное там наместником Вилмартом, – первый этап преступной операции,цель которой – дискредитация или уничтожение Серого Легиона Смерти. Какое решение примет Грейсон Карлайл? Ведь по контракту его подразделение, имеющее безукоризненную репутацию, обязано подавить восстание. Но при этом погибнут тысячи ни в чем неповинных людей, а может быть, и сын Грейсона, принявший сторону восставших.

Ф. Кельин

Мигель де Сервантес

СЕРВАНТЕС

(1547-1616)

Тысяча шестьсот пятый год был исключительно счастливым для культуры Испании. Ни в политическом, ни в экономическом отношении новый год не отличался от ряда предшествовавших ему годов и не сулил ничего особенно счастливого испанскому народу. Правда, империя Карла, где "солнце никогда не закатывалось", по-прежнему была мировой державой, но все сильнее разъедал ее изнутри устрашающий по своим размерам экономический кризис, все последствия которого Испании довелось оценить в следующем столетии. В 1605 году Испания вела с переменным успехом войну на море и на суше, стремясь во что бы то ни стало сохранить и по возможности расширить свои и без того необъятные владения в Европе, в Америке, в Азии и Африке, где в результате присоединения Португалии к Испании отошли по договору 1581 года все португальские колонии.

Кристофер Келер

В ожидании ангелов: "советский человек" без симпатии

Перевод с польского Риммы Гарн.

От чтения огромного, почти 500-страничного романа Юрия Дружникова "Ангелы на кончике иглы" трудно оторваться. Он создавался в 1969-76 годах, некоторое время кружил в самиздате, потом был напечатан на Западе. В настоящее время книга появилась на польском рынке в переводе Алиции Володзько, выпущенная краковским издательством "Аркана".