Тихие игры

Корепанов Алексей

Тихие игры

По выщербленному асфальту "Бродвея" с треском пронесся мотоцикл, распугав кур, бросившихся в пыльные лопухи. Дорохин проводил взглядом белошлемного кентавра - красный корпус машины, блеск зеркал, черная нейлоновая куртка пузырем на спине и на ней белыми буквами что-то по-английски, сиреневые выхлопы лупят по кустам, - перебросил дорожную сумку в другую руку и пошел дальше, щурясь от вечернего солнца. Солнце воткнулось в купол колокольни, сигналило сквозь частокол зеленых уже березовых веток, бросая под ноги длинные тени столбов с лампочками под тарелкообразными колпаками. Лампочки были целыми, а вот в детские годы Дорохина стеклянным дождем то и дело осыпались они под прицельным огнем рогаток "бродвеевских" удальцов, в числе которых был и он, Витька Дорохин.

Другие книги автора Алексей Яковлевич Корепанов

Корепанов Алексей

Наследие богов. Дилогия

  [email protected]

  НАСЛЕДИЕ БОГОВ:

  Месть Триединого.

  Сокровище Империи.

  Оружие Аполлона.

  Копье и кровь.

  Алексей Корепанов. Наследие богов

  Книга первая. Месть Триединого

  Крис Габлер, монотонно моргая и с трудом подавляя желание зевнуть, глядел сквозь тонированное днище неумолчно рокочущего флаинга. Внизу, под брюхом "летающей сосиски", все тянулись и тянулись однообразные красноватые пески, будто у местной природы не нашлось под рукой никакого другого материала для сотворения ландшафта. Утро было серым и дождливым, лучи здешнего солнца, Сильвана, не могли пробиться сквозь сплошное покрывало туч, и Габлера со страшной силой клонило в сон. Гул двигателя напоминал колыбельную на чужом языке. Чем больше времени для сна, тем меньше времени для службы - аксиома. Но применить ее сейчас не было никакой возможности. Сидящий напротив усатый вигион* Андреас Скола неутомимо водил прищуренными глазами справа налево и слева направо, словно сканируя унылую рыжую пустыню в глубине одного из континентов Нова-Марса. И вид у него, в отличие от подчиненных, был вовсе не сонный.

«Бардазар» – пятая книга цикла «Походы Бенедикта Спинозы». Экспедиция на планету Грендель завершена, и ничто, казалось бы, не мешает ее участникам взять курс назад. Но получилось по-другому. И пришлось супертанку и экипажу повременить с возвращением в воинскую часть. События на далеком Гренделе аукнулись и капитану «Пузатика» Линсу Макнери – он вновь попал в переделку. И оказалось, что все пути ведут на Можай – планету, которую в давние времена посетили могущественные свамы, оставив там грандиозное сооружение, способное уничтожить жизнь во всей Галактике. Валы Можая… Что же все-таки скрывается в их глубинах?

«Оружие Аполлона» – третья книга цикла «Наследие богов», начатого романами «Месть Триединого» и «Сокровище Империи». Нет, никак не получается спокойная жизнь у Кристиана Габлера – бойца Звездного флота Империи Рома Юнион. Едва он вернулся после наполненного приключениями отпуска в свой легион «Минерва», как 23-ю вигию посылают на планету Эдем-III разбираться с местными беспредельщиками. А потом в его жизни происходят новые перемены. Казалось бы, навсегда закончилась история с Копьем Судьбы, в которую дал себя втянуть Габлер, поддавшись уговорам бывшего друга Эрика Янкера… но у этой истории оказалось продолжение. Есть в Империи планета, о существовании которой знают далеко не все. А ведь там давным-давно находятся значительные силы Звездного флота, и жизнь бойцов на Аполлоне райской никак не назовешь…

«Копье и кровь» – четвертая книга А. Корепанова из фантастического цикла «Наследие богов». Может ли рассчитывать на независимость Нова-Марса горстка жрецов Беллизона, осмелившихся противодействовать огромной Империи со всей ее военной мощью? Сумеет ли добиться своего «Верона» – тайный альянс трех планет? И есть ли шансы уцелеть у человека, который противопоставил себя руководящим кругам Ромы Юниона? Спецслужбы свое дело знают и идут по следу. Что впереди? И этот вопрос вдруг приобретает глобальное значение…

«Авалон» — третья книга цикла «Походы Бенедикта Спинозы». Экипаж супертанка серии «Мамонт» получает новое задание — на этот раз Дарий и Тангейзер направляются на планету Тиндалия, в Долину могил. И откуда им было знать, что ждет их в одном из древних подземелий? Следователь Шерлок Тумберг тоже понятия не имел о том, чем обернется для него долгожданный отпуск. Вместо рыбалки ему пришлось вновь заниматься тем, от чего он хотел отдохнуть. А вот древние маги Аллатон и Хорригор совершенно точно знали, с какой целью встретились и куда им нужно отправиться для того, чтобы пробудить от многолетнего сна Изандорру Тронколен — бывшую Небесную Охотницу. Все они стали невольными скитальцами, и если бы не Бенедикт Спиноза, финал мог бы получиться совсем другим.

«Грендель» – четвертая книга цикла «Походы Бенедикта Спинозы». И вновь ветер странствий заставляет экипаж супертанка серии «Мамонт» покинуть воинскую часть. Дарий и Тангейзер вместе с древними магами-мутантами призваны разобраться с таинственным излучением, которое многие годы уходит в космос с планеты Можай. Казалось бы, Галактика почти необъятна, и невозможно случайно встретиться со знакомыми на одной из дальних планет. Но капитану «Пузатика» Линсу Макнери это удается. Давно прошли те времена, когда рейсы дальнолета проходили без проблем – теперь эти проблемы посыпались одна за другой. А следователь Шерлок Тумберг успешно проводит очередное расследование и уже собирается домой – но тут судьба выкидывает очередное коленце… И дела предстоят очень серьезные – речь-то идет об угрозе всему галактическому сообществу! Походы Бенедикта Спинозы: Прорыв Можай Авалон Грендель Зигзаги

Если бы боец Звездного флота Империи Рома Юнион Кристиан Габлер знал, чем для него обернется военная кампания на планете Нова-Марс, то он бы предпринял все возможные методы, чтобы туда не попасть. Нельзя просто так прилететь и начать убивать под небом чужих богов, не любят они такого. И уж тем более не пошел бы в отпуск, зная наперед, чем он закончится… Он всю жизнь мечтал командовать космическим кораблем, а не подчиняться чужим приказам. Но увы, эта мечта так и осталась мечтой. И нельзя его судить за это…

«Сокровище Империи» – вторая книга цикла «Наследие богов» А. Корепанова, продолжение романа «Месть Триединого». Веселеньким выходит отпуск у Кристиана Габлера – бойца Звездного флота Империи Рома Юнион. Мало того, что никак не доберется до родительского дома, так приходится еще мотаться с планеты на планету и постоянно думать о том, как остаться в живых. Бойцу легиона «Минерва» грозит месть жрецов горного храма. А еще за ним по пятам идут сепаратисты-веронцы, потому что позарез хотят обладать кое- чем, что есть у Габлера. Удастся ли помириться со служителями триединого Беллизона? Можно ли справиться с группами сепаратистов? А ведь есть еще сослуживец Годзилла, агент вообще каких-то неведомых чужаков… Велика Империя, но скрыться от недобрых глаз не так-то просто.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Олег РОМАНЧУК

ПЯТОЕ ИЗМЕРЕНИЕ

В мозгу пронеслось эхо. Слабый, зашифрованный отзвук какого-то непонятного состояния. Затем одна за другой возникли окутанные дымкой картины - нереальные, фрагментарные, не поддающиеся анализу. Калейдоскоп фантастических зрелищ без видимой внутренней связи. Хаотическое нагромождение закодированных образов, непонятных и даже ужасных, Сознание барахталось на грани, разделяющей внутренний и внешний миры; он никак не мог понять: действительность это или иллюзия? Его "я" еще не сформировалось. Индивидуальное, психофизиологическое восприятие времени, причинно-следственные связи и способность ориентироваться в пространстве не проявились. Пока что доминировало примитивное ощущение того, что он есть в этом мире. Его "я" медленно о.свобождалось от хаоса неясных догадок, он все больше осознавал себя в окружающей среде, продолжая тем не менее чувствовать себя по отношению к ней враждебно. Простое осознание того, что он жив, сменилось пониманием личного присутствия в мире, чувством причастности чему-то значительному и важному. Кем он был раньше? Это было ему неизвестно. Он не помнил даже собственного имени. Забыл или не знал? Имя его - мир. Весь мир. Вселенная. Материя, в складках которой застыли кристаллики льда и тьмы. Холодные кристаллики с острыми кончиками. Блестящие и прозрачные. Протяни руку и почувствуешь их холодное покалывание... Что-то ему подсказывало: все, что он ощущает и видит,- ненастоящее, это только копия. Копия чего?.. Новая волна смутных догадок накатилась - и исчезла. Так же неожиданно, как и возникла. Он лежал ничком. Не шевелился. На сверкающей, идеально ровной поверхности. Испуганно билось сердце. Непонятная сила заставила его перевернуться. Он увидел над собой зеленое небо с двумя яркими пятнами - желтым и красным. Два солнца?.. Вскочив, он бросился бежать. Куда? Куда глаза глядят... Лишь бы убежать! От кого?.. Или от чего? Он не знал. Ему было страшно. Видение исчезло. Совсем? И было ли оно в действительности?

Романов Виталий Евгеньевич

Стекла цвета смерти

- Фу, какая непонятная штука! - сморщив нос, пробормотал мальчик. Он разглядывал цилиндр, украшенный рисунками смешных человечков.

- Это калейдоскоп, - терпеливо объяснил мужчина, поворачивая картонную трубу так, что стеклянный глазок оказался перед лицом сынишки. - Смотри. Вот этот конец поднимаем повыше, теперь на него падает солнечный свет, а сюда заглядываешь... Внутрь.

- Папка!!! - восторженно закричал мальчуган, и прохожие, спешившие по делам, невольно замедлили шаги, оборачиваясь. - Папка! Я вижу! Вижу...

Романов Виталий Евгеньевич

Умереть стоя

Пронзительный, полный муки крик пронесся под сырыми сводами башни, ударился в потолок, забился в дальнем углу темницы.

Гуиано вздрогнул, возвращаясь к действительности из облака воспоминаний. Действительность не сулила ничего хорошего - вот захлебнулся второй крик, следом могучей волной прокатился рев торжества. Толпа возбужденно пела.

Где-то там, внизу, на площади, умирал сэр Родригес, последний из людей, оставшихся в живых. Последний, кроме Гуиано...

Романов Виталий Евгеньевич

Вирус

Сентябрьское небо хмурилось все больше, и, похоже, готово было в любой момент пролиться дождем. Алексей поежился, прикрывая окно. Помедлил, глядя на улицу. Уходить домой не хотелось. Еще с утра, когда ничто не нарушало идиллии бабьего лета, он неосмотрительно отдал ключи от машины супруге. Теперь приходилось жалеть о беспечности: предстояло бежать домой, несмотря на пронизывающий ветер, или, того хуже, под дождем, кутаясь в легкую, не по погоде, куртку. "Эх, Юрков, - сказал он сам себе. - Балда ты".

Борис Романовский

С ДРУЖЕСКИМ ВИЗИТОМ

Мы летим обратно. Кроме меня вcе епят. Хорошо бы и мне впасть в летаргическое состояние. Через четыре периода меня сменят, а сейчас я один в рубке - веду корабль домой.

Несчастливым был этот полет. Мы потеряли капитана-штурмана Хрупа, инженера-физика Бруха и инженера-биолога Хрема. И Врух, и Хрем - славные ребята, много хорошего я бы мог о них сказать. Но с Хрупом меня связывают более тесные узы. Наши отношения были скреплены той духовной близостью, которая позволяет с полуслова понимать друг друга. Много тысяч секопаров налетали мы вместе в космосе. А теперь во мне какая-то пустота. И ее ничем не восполнишь.

Борис РОМАНОВСКИЙ

ВЕЛИКАН

Предисловие

Почему я пишу фантастику? Странный вопрос.

Нет, наверное, дело не только во вкусах, "так. мне нравится" - и все тут! Наверное, сыграло роль то, что я двадцать семь лет проработал в ЛенПО "Электроаппарат" испытателем высоковольтной аппаратуры. Это не могло пройти даром ни для образа мышления, ни для языка. И эта работа заставляла думать каждый день. Важно было не только установить причину отказа в работе, но и найти способ ее устранения. А это, в свою очередь, привело к тому, что я понемногу начал рационализировать, изобретать, занялся "техническим творчеством". Тогда я начал и писать фантастику. Одно время я уже перестал различать, фантастика ли - часть моего технического творчества, или, наоборот, изобретательство - часть фантастики.

Игорь Росоховатский

Человек-остров

"В последнее время много пишут и говорят о загадке острова Чебышева, о подводных хребтах, которые тянутся от него к континенту. Предполагают, что они очень молодые и возникают в последнее время, хотя вулканической активности не наблюдается уже в течение столетия. Наиболее удивительна их форма. Все они пролегают строго параллельно один другому и совсем не имеют складок, что отличает их от всех известных науке подводных гор и хребтов.

Игорь Росоховатский

Древний рецепт

Послышался тихий и нерешительный стук в дверь... Василий Кузьмич постарался представить человека, который сейчас войдет. Пока дверь медленно открывалась, он успел подумать: "Загнанный и отвергнутый врачами или же один из местных знахарей?" Человек был и похож и не похож на тех, кого представлял себе Василий Кузьмич. Худое, обветренное лицо. Болезненная бледность не смогла совсем смыть с него загар. Резкие морщины у глаз, как у каждого, кто привык щуриться на южном солнце. Веки полуопущены, и выражения глаз не увидеть. Нос с горбинкой. Больше похож на араба, чем на таджика.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Лес уже погружался в короткий летний сон: утомившийся за день легкий ветерок перестал шелестеть листвой, угомонились птицы и стих доносившийся с покрытых мхом полян визг игривых диких поросят, что к середине осени превратятся в клыкастых могучих бойцов. Слабый туман — сгусток чьих-то былых страхов — потянулся от Ржавого болота, расползаясь над неширокой дорогой, ведущей из людного Имма к замку альда Карраганта. Сгущалась, темнела небесная синева, и первые звезды прокололи ее своими лучами, а в вышине над деревьями неясным еще силуэтом розовел полумесяц Диолы — спутницы мечтателей.

КОРЕПАНОВ АЛЕКСЕЙ

В некотором царстве

1.

Уже близился рассвет, и редкие облака над далекими пологими холмами незаметно превращались в тонкие лепестки розовых цветов. Настоящие розовые цветы в долине еще спали, спрятав влажные от росы бутоны под широкими гладкими листьями, сворачивающимися в трубочки к жаркому полудню. Лес черным клином вдавался в долину, нависая над глубоким оврагом, который, извиваясь, полз к холмам, заканчиваясь бездонным озером с мертвой водой, маслянистой и холодной. Изредка, всплывая из глубин, вспучивались на воде огромные пузыри и с шумом разлетались брызгами, оставляя после себя тяжелый запах и н о г о, таящегося под бурой гладью. Из оврага уже поднимались плотные клубы сизого дыма, тянулись, медленно вращаясь, к изогнутым черным деревьям с обвисшей густой листвой, словно там, на каменистом дне, дремало злое чудовище Ох-Нор с тремя пастями и выдыхало дым своих кошмарных сновидений, опустив на лапы рогатую голову с черным глазом во лбу. Глубокое небо цвета травы казалось пустым стеклянным сосудом.

КОРЕПАНОВ АЛЕКСЕЙ

Вновь и вновь

- Луис! - позвал Пархоменко. - Иди сюда, тут съемка интересная.

Медведев в расстегнутом комбинезоне возник на пороге отсека управлеaния, похлопывая по ладони тестером.

- Сейчас прогоню немного назад, и посмотрим. - Пархоменко прошелся пальцами по переносному пульту. - Это тридцать первый квадрат. Позавчерашняя информация.

Объемное изображение посреди отсека померкло, превратилось в серое облачко и тут же появилось вновь. Помощник-разведчик вел съемку с большой высоты, неторопливо перемещаясь над планетой, однако все детали фиксировались четко, потому что воздух в тридцать первом квадрате был чист и только кое-где над дорогами поднималась пыль, стелясь за скачущими всадниками.

Корепанов Алексей

Встреча в лесу Броселианд

Семь дней и семь ночей прошло после Троицы, и лежал теперь путь

назад, в старый замок Эскладоса Рыжего, что побежден был Рыцарем со

львом в честном бою. Семь дней и семь ночей мечи звенели, семь дней и

семь ночей кони храпели в Камелоте славном, городе Артуровом, семь

дней и семь ночей над столами поднимались кубки тяжелые с вином добрым, и лица красавиц улыбками озарялись в свете факельном, и королева Геньевра платком белым махала. Махала платком государыня Геньевра, приветствуя достойнейших из достойных, сильнейших из сильных, отважнейших из отважных. Семь дней и семь ночей веселье шло и турниры рыцарские при дворе короля Артура, и лежал теперь путь назад, долгий путь сквозь угрюмый лес, лес Броселианд, что тенью тяжелой пал на королевство Артурово.