Тигренок на привязи

Легендарная Белая Дама появляется… в Санкт-Петербурге в последние дни императора Павла I.

Отрывок из произведения:

Свечи испанского воска горят ровно. Вся зала в мягком желтом свете, усладе утомленных глаз, а язычки пламени медленно переливаются на малахитовых колоннах, словно подчиняясь мелодии, что выводят скрипки на хорах. Музыканты играют с завязанными глазами, дабы не видеть обличья собравшихся и того, что воспоследует после бала. Щедро оплатят услугу музыкантов, а затем выведут через людскую и отпустят. А мы останемся. Мы обречены…

Поступь моя неровна, а лионский бархат не скрывает горба. Но никто не кривит бровь, глядя мне вослед, - в глазах гостей лишь страх и надежда. Собравшиеся знают, что дни наши сочтены, но никто и помыслить не может, что час ныне пробил. 3-й и 4-й батальоны Преображенского полка уже разворачиваются у Верхнего сада Михайловского замка и ожидают, когда подойдет 1-й Семеновский батальон. Батальон же сей был тайно уведен от пути следования колонны и окружил дворец графа А. на окраине Санкт-Петербурга, где собрались мы на свой последний бал.

Другие книги автора Алексей Денисович Зарубин

Дороги, которые мы не выбираем, все равно приводят к желанной цели… если к тому времени остаются какие-либо желания.

Дочь смотрителя маяка лучшие годы провела в ожидании Цимбелина. Море не вернуло и щепки суденышка, на котором он уплыл за свадебными подарками. Время шло, никто не засылал сватов.

Отец свалился от грудной боли, когда начищал большое серебряное зеркало. Дополз, покряхтывая, до середины винтовой лестницы, да так на истертых ступенях и умер. Работа не пугала Зенобию, но вскоре и маяку вышел срок.

Начинались годы Бурь. Тяжелые волны сточили скалу, маяк опасно навис над водами Гарсанка, и трещинами пошли стены башни. Пришли работные люди герцога Звево, разобрали зеркала, защитные стекла и чашу, в которой раньше пылал огонь. Всё это надолго ляжет в кладовые – до времен Спокойной Воды, когда оживут верфи и на новом месте выстроят новый маяк. Новорожденные состарятся и лишь тогда увидят, как успокоится море, изменят очертания берега, вспыхнет огонь на башне и поднимут паруса торговые суда.

Промозглая жизнь на Васильевском имеет неоспоримые преимущества для оптимистов. Ветры со всех сторон пронизывают насквозь проспекты и линии, крутят сырые хороводы в дворах и подворотнях, выдувая из обитателей хандру и безысходность, заставляя их суетится, нервничать, бодрее шевелить извилинами и конечностями в поисках своего места в жизни или, что почти одно и то же заработка на пропитание и поддержание этой самой жизни в одном, отдельно взятом организме. А пессимисту и летнее тепло - повод для тоски.

На одной из планет, колонизированных землянами, имеет место некое загадочное явление. Время от времени самые разные люди, а также представители еще трех гуманоидных цивилизаций, мирно сосуществующих на этой планете, отправляются в пустынную местность; там вокруг некоего возвышения длится бесконечный хоровод, и вновь прибывшие включаются в него. Выйти из этого медленного танца не удалось еще никому…

Со стороны могло показаться, что по широкому карнизу, опоясывающему зимний сад, гуляют друзья. Двое бережно придерживают за локти приятеля, немного перебравшего с хмельным, а еще один идет впереди, время от времени широко улыбаясь редким пассажирам, которые без дела слоняются по всему карантину в одиночку, парами или же со всем своим многочисленным семейством.

Малолетний карапуз носится от стены к стене, его ловят две конопатые девицы постарше, а родители, ласково поглядывая на их забавы, медленно шествуют вдоль прозрачной стены, за которой зеленеет растительность зимнего сада. Пронзительный детский крик — старшие сестры наконец поймали карапуза — бьет по ушам, отдается гулким эхом в пустой голове, но при этом разгоняет искристый туман, который мешал связно лепить мысль к мысли. Наконец извилины понемногу очистились от липкой мути, и вскоре я полностью пришел в чувство. Однако продолжал тупо переставлять ноги, мотал в такт шагам головой, при этом лихорадочно соображая, куда меня ведут эти странные похитители.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Аннотация:

Городское фэнтези. История любви. Не думала что решусь выложить это на своей страничке. Чуть не завела еще одну под другим именем. Долго мялась, переживала, а потом решила — имею полное право:) Раз хочется про любовь… значит так надо. Это мой подарок на первый день весны романтичным и не очень девушкам, ну и себе самой, естественно:)) И. да… название рабочее.

«Роберт Сан-Мигель — редкая скотина», — подумал Тоши и нажал на «Ответить всем».

«Хай, Роберт, — настучал он быстро, — несмотря на то что СПП версии УКК не может быть внедрен без АПК ИДМ, я настаиваю на повторной валидации РВМСиК. Расписание моей группы не позволяет включить СПП без ППОЗО, и я считаю иное временное распределение неразумным и неэффективным. Кстати, внедрение лингвистического пакета третьего уровня назначено на 18 декабря».

Молодой единорог переезжает в столицу Эквестрии Кантерлот, где вступает в тайное общество, борющееся за освобождение принцессы Луны.

 Завершение рассказа начатого под коробку конфет с лунным камнем и пером

Что может быть прекраснее розы? Только истинная любовь!

Но она порой бывает настолько горькой и мучительно тяжелой, что невольно навевает мысли о смерти. Зная эту печальную истину, торинские мудрецы не зря твердят: любовь и смерть - близнецы-сестры и часто идут по жизни, тесно взявшись за руки.

Роза же прекрасна всегда. В своей юности, еще заключенная в тугом бутоне, она уже несет в себе предчувствие праздника жизни. В расцвете красоты и сил легко покоряет сердца мечтателей и поэтов изяществом нежных лепестков и великолепием аромата. И, наконец, наполненной волшебством сирен, смертью воодушевляет мудрецов и философов созерцать ее печальную грацию, вновь и вновь осмысливать человеческую жизнь. Не потому ли роза столь любима в герцогстве? Ее магии подвластен, как самый бедный и униженный крестьянин, так и богатый высокомерный дворянин. Каждый, кто имеет хоть маленькую возможность, обязательно вырастит возле дома кусты прекрасных роз.

Лиза никогда не могла бы и подумать, что удача отвернется от нее, то автокатастрофа, потеря близких людей, нищета, горе и быть матерью одиночкой. Все отворачиваются от нее, и ей ничего не остается, как быть сильной… И вот она уже руководит рекламным агентством, есть деньги и положение, а главное сын… И снова наступает черная полоса - с ней и с ребенком случается несчастный случай, и они попадают в иной мир… Какие ждут их приключения, ненависть, горе, обман, гибель дорогих людей, откроются ли новые способности, а главное сможет ли леди Лиза найти свою любовь…?

Аннотация

Величайшее оружие старого мира - браслеты стихий - стали причиной очередной борьбы Света и Тьмы за Равновесие. Последняя битва между ними завершилась вничью, так как браслеты стихий были утеряны. Теперь окончить ее с каким-либо исходом - задание обоих начал. Но пройдет еще не одна тысяча лет, прежде чем родится человек, способный завершить ее. И это - наследница престола империи Овермун, живущая в новом мире - современной Земле. Борьба с собой и своим миром станет для нее лишь небольшим испытанием перед грядущим сражением.

Заговор. Предательство. Восстание. Мир – это просто другой вид поля боя…

Савин Дан Глокта, некогда самый влиятельный инвестор Адуи, утрачивает ясность мысли, состояние и репутацию. Но у нее по-прежнему остаются амбиции, и никому не позволено стоять на ее пути. Для таких героев, как Лео Дан Брок и Стур Сумрак, которые счастливы только с обнаженными мечами, мир – это испытание, которое должно закончиться как можно скорее. Но прежде нужно выпестовать обиды, собрать силы и союзников… А тем временем Рикке должна овладеть силой Долгого Взгляда, прежде чем та убьет ее.

Волнения проникают в каждый слой общества. Ломатели все еще рыщут в тени, замышляя освободить простого человека от его оков, в то время как дворяне борются за свои привилегии. Орсо изо всех сил пытается найти безопасный путь через лабиринт ножей, которым оказывается политика. А его враги и долги только множатся.

Старые пути отброшены, и старые лидеры вместе с ними, но те, кто возьмет бразды правления, вскоре убедятся, что ни союзы, ни дружба, ни мир не длятся вечно.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Автобиографическая проза Михаила Алексеева ярко и талантливо рассказывает о незабвенной поре детства, протекавшей на фоне жизни русской деревни и совпавшего с трагическими годами сталинской коллективизации.

Автобиографическая проза Михаила Алексеева ярко и талантливо рассказывает о незабвенной поре детства, протекавшей на фоне жизни русской деревни и совпавшего с трагическими годами сталинской коллективизации.

Вторая книга (первой стала «У войны не женское лицо») знаменитого художественно-документального цикла Светланы Алексиевич «Голоса Утопии». Воспоминания о Великой Отечественной тех, кому в войну было 6-12 лет – самых беспристрастных и самых несчастных ее свидетелей. Война, увиденная детскими глазами, еще страшнее, чем запечатленная женским взглядом. К той литературе, когда «писатель пописывает, а читатель почитывает», книги Алексиевич не имеют отношения. Но именно по отношению к ее книгам чаще всего возникает вопрос: а нужна ли нам такая страшная правда? На этот вопрос отвечает сама писательница: «Человек беспамятный способен породить только зло и ничего другого, кроме зла».

«Последние свидетели» – это подвиг детской памяти.

В книгу вошел роман Эдгара Берроуза «Приемыш обезьяны».