Темный

Я — темный вампир. Мое имя — Мейрон. На темном языке «Maron» — название маленького белого цветочка. Этот цветок растет высоко в горах исключительно на гладкой поверхности камней, а еще одна особенность заключается в применении этой травки — букетик из таких цветов кладут… в руки покойникам, когда похоронить тело умершего нет возможности. Мою молодость испортили самым отвратительным способом, в нее нагло вторглись, не оставив мне выбора, и заставили взрослеть. А сейчас я благодарю Судьбу за то, что она распорядилась именно так…

Отрывок из произведения:

Как прекрасна тьма! Вы никогда не думали на эту тему? А я вот постоянно думаю, почему она так привлекает. Нет, не нравится, а именно привлекает. Чем же объяснить это жгучее желание зайти в самый темный угол… пройти по самому темному коридору… обязательно заглянуть в самую темную комнату…

Тьма — это страх. И именно он движет вами в этом непреодолимом желании. Желании его перебороть. Но хотите ли вы, чтобы страха больше не было? Нет, не сейчас, а вообще никогда и никакого? Хотите? Но что же вы будете делать, когда его совсем не будет? Подумайте, как вы тогда будете жить?

Другие книги автора Татьяна Валерьевна Лайка

Его всю жизнь звали трусом. И попав в ряды государевой дружины, он все равно остается им же. И изменить его сможет лишь любовь.

Как прекрасна тьма! Вы никогда не думали на эту тему? А я вот постоянно думаю, почему она так привлекает. Нет, не нравится, а именно привлекает. Чем же объяснить это жгучее желание зайти в самый темный угол… пройти по самому темному коридору… обязательно заглянуть в самую темную комнату…

Тьма — это страх. И именно он движет вами в этом непреодолимом желании. Желании его перебороть. Но хотите ли вы, чтобы страха больше не было? Нет, не сейчас, а вообще никогда и никакого? Хотите? Но что же вы будете делать, когда его совсем не будет? Подумайте, как вы тогда будете жить?

Популярные книги в жанре Фэнтези

…Так вот, как раз об этом самом Забияке никто доброго слова не скажет, но помнят его все. Уже помер старый мудрый вепрь Хук, и Златеника сменила устье, в Хоббитоне произошло великое замирение между Коричниками и Гвоздичниками, а коты продали троллям дохлого дракона, не говоря уже о множестве более мелких, но не менее важных и поучительных историй, но доброму гостю непременно расскажут за кружкой пива в Барлиманове трактире о прытком сэре Забияке и его художествах. Обычно этой историей гостя потчуют между притчей о том, как один незамысловатый художник тягал картошку, и байкой о том, как сборщик налогов никак не мог добраться до столицы. И случится это никак не раньше тридцать третьей кружки. Потому что только после тридцать третьей кружки темного и душистого барлиманова пива[1]

Что бывает, когда в горах видишь белого тигра, а охотник за головами выходит за порог в самую длинную ночь в году? Почему танцуют скелеты на кладбищах и чем грозит гнев духов во время праздника? Стоит ли любовь жизни русалки? Надо ли общаться с незваным гостем из другого мира, поселившимся в твоей квартире? Почему горит синее пламя и как не упустить свой шанс?

Ищите ответы на эти вопросы в сборнике рассказов «Шанс», где авторы знакомят читателей с новыми историями по полюбившимся вселенным Киндрэт и Мантикоры, а также приоткрывают дверь в совершенно иные миры.

— Это твой фейрин? Какой славный… А можно, я его поглажу?

Хорошенькая девочка, волосы светлые, отливают золотом. Почему такая хорошенькая прислугой на постоялом дворе?

— Нет, золотко, это не мой фейрин, это я — его человек.

— А разве так бывает?

— Как видишь, бывает.

Фейрин стрекотнул, на миг оскалил клыки и спрыгнул с моего плеча на колени, оттуда — на лавку и канул под стол. Мы с девочкой нагнулись одновременно. Малыш нашел монетку, застрявшую между половиц, и пытался ее вытащить. Увидев под столом мою физиономию, протянул лапку. Я вручил ему нож. Вскоре фейрин прыгнул мне на колени, довольно заурчал и, взобравшись на стол, вручил монетку девочке.

Увы, теперь всё чаще сбываются не мечты,

а предчувствия…

Витим — Большая Чаша[2]

Череп безмятежно скалил все, оставшиеся после Рагдаевского удара, зубы. Трава, полседмицы тому, утоптанная и залитая кровью, едва успела подняться, но звери, птицы и муравьи уже очистили головы трупов почти до блеска.

Эрзя пнул по круглой костяной макушке и с досадой глянул на толстого Мокшу. Тот, свирепея с каждым мгновением, развёл огромными ручищами.

Девочка, девушка, потом женщина. Живет обычной советской жизнью. Но иногда к ней в руки на время попадают страницы загадочных книг. Книг из другого Мира.

В этой увлекательной книге, открывающей героико-фантастическую сагу "Хроники Чейсули" американской писательницы Дженнифер Роберсон, пишущей в жанре фэнтези, есть и принцесса, не ведающая о своем происхождении, и красавец-принц, которому предcтоит пройти путь от легкомысленного повесы до настоящего героя - живой легенды своего народа. Фанатичный деспот, развязавший войну, и коварные колдуны-айлини, служащие темному богу Преисподней. И загадочные Чейсули - люди-оборотни со своими спутниками-животными, идущие путем Древнего Пророчества.

Его рассказы о сверхъестественном отвергают как аллегорические толкования, так и научные объяснения. Их нельзя свести ни к Эзопу, ни к Г. Дж. Уэллсу. Еще меньше они нуждаются в многозначительных толкованиях болтунов-психоаналитиков. Они просто волшебны.

Его рассказы о сверхъестественном отвергают как аллегорические толкования, так и научные объяснения. Их нельзя свести ни к Эзопу, ни к Г. Дж. Уэллсу. Еще меньше они нуждаются в многозначительных толкованиях болтунов-психоаналитиков. Они просто волшебны.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Нелитературная история «митьков» от автора идеи.

Рассказ о мальчишеском братстве далекого города Тайшета.

Сказка о маленьких человечках Пике и Хике, которые потерялись в зимнем лесу.

Можно пережить распад экономики, можно смириться, хотя и очень трудно, с распадом государства, можно, наконец, перетерпеть даже расставание с самым дорогим — с Родиной, но с разложением нравственности, когда этот богомерзкий процесс затрагивает огромные массы людей, не может справиться и никогда не справлялся ни один народ на земле. Тем более не под силу это одному человеку. Тотчас вслед за распадом морали следует неотвратимое наказание. Исчезает на карте земли государство, пропадают в чёрной дыре истории целые народы, погибает человек-одиночка, нарушивший незыблемые заповеди нравственности, отражённые во всех вероисповеданиях, преступивший ясно очерченную Богом черту.