Тёмный глаз

Святослав ЛОГИНОВ

ТЕМНЫЙ ГЛАЗ

- А мальчишки тебя обижают?

- Не-а...

- Совсем-совсем?

- Ну, немножко обижают, только я необидная.

- Что, что?

- Ну, необидная. Они обижают, а я не обижаюсь, вот и выходит необидная.

- Надо говорить - необидчивая.

- Ну, необидчивая.

- Только без "ну".

- Ну, без "ну" необидчивая.

Я засмеялся и сказал:

- Темя следовало назвать на Надя, а Нудя. Очень похоже.

Другие книги автора Святослав Владимирович Логинов

Самый ценный капитал, который сколачивает человек за свою жизнь, – это память о себе. И не обязательно добрая, главное, чтобы долгая. А уж распорядиться этим капиталом можно по-разному, благо нихиль – потусторонний мир – предоставляет изобилие возможностей и альтернатив для удовлетворения самых фантастических желаний, о которых страшно было даже мечтать в земной жизни. Главное, чтобы в кошеле никогда не переводилась звонкая монета.

Дилогия «Фэнтези каменного века» в одном томе.

Лук и копье с каменным наконечником - надежное оружие в привычных руках воинов и охотников из человеческих родов. Волшба колдунов и шаманов - тоже оружие, без которого никак не обойтись. Особенно когда каждую кроху жизни нужно отстаивать у суровой природы, когда леса и реки кишат всякой нежитью, а орды чужинцев могут нагрянуть в любое мгновение и не пощадят ни старых, ни малых.

Смелый эксперимент двух признанных лидеров российской фантастики! Убедительная попытка создания нового направления - "Фэнтези каменного века"!

Содержание:

Ник Перумов, Святослав Логинов. Черная кровь (роман), с. 5-360

Святослав Логинов. Черный смерч (роман), с. 361-635

Эта книга — весьма необычна. Это фантастический роман, который в то же время являет собой и историческое повествование, раскрывающее перед нами истинную картину жизни России и сопредельных государств во второй половине XVII века. Судьба героя романа, Семена, поистине удивительна. Родившись в глухой тульской деревеньке, он попадает в плен к кочевникам и в итоге оказывается на невольничьем рынке… Двадцать лет он ходил по дорогам Востока, побывал в Мекке и Иерусалиме, на берегах Ганга и в Нанкине. Порой его шею отягощал ошейник раба, порой — в руках блистал клинок янычара, но он сохранил в сердце своем православную веру и память о доме. И вот свершилось! Чудесным образом перенесся Семен из раскаленных песков Руб-эль-Хали в родные края. Но нет уже ни родного дома, ни прежней веры… Только кипит в душе Семена ненависть к старым и новым обидчикам. И вновь он отправляется в путь…

Эта книга – о возникновении и разрушении далайна – мира, который создал Творец, старик Тэнгэр, уставший от вековой борьбы с многоруким порождением бездны Ероол-Гуем, ненавидящим все живое. Он решил сотворить мир специально для Многорукого – просто для того, чтоб тот не мешал ему думать о вечном. В этом мире, созданном по меркам дьявола и для обитания дьявола, человек, созданный по образу и подобию Божьему, изначально дьяволу в жертву обречен. Но по воле Тэнгара раз в поколение в далайне рождается человек, который в силах изменить его так, что в нем не будет места самому Многорукому. Никому это не удавалось, пока не появился Шооран…

Ему был нужен штаб: знатное офицерье, столетиями ведущее войну чужими руками, войну не ясно с кем и за что, зажавшее вселенную в имперские тиски. Пусть они хоть раз узнают, что такое грохот настоящего взрыва, и как пахнет не чужой, а собственный страх. Скинувший ментальный поводок, спасенный от смерти ведьмой, открывший новую вселенную, лейтенант Влад Кукаш начинает атаку во имя спасения, во имя свободы.

Разум это не только интеллект, но и умение понять того, кто живёт рядом. Особенно это касается разумных домов и их неразумных обитателей.

Лук и копье с каменным наконечником – надежное оружие в привычных руках воинов и охотников из человеческих родов. Волшба колдунов, шаманов и баб-яг – тоже оружие, без которого никак не обойтись. Особенно когда каждую кроху жизни нужно отстаивать у суровойприроды, когда леса и реки кишат всякой нежитью, а орды чужинцев могут нагрянуть в любое мгновение и не пощадят ни старых, ни малых.

Смелый эксперимент двух признанных лидеров российской фантастики! Убедительная попытка создания нового направления – «Фэнтези каменного века»!

Сперва мир был задуман так, что могучие магические силы должны были доставаться только благородным воинам — повелителям мечей и облеченным великим знанием мудрецам. Земные пути богов, магов и людей слишком часто пересекались, разбивая в осколки изначальную рациональность мироустройства. Из этих осколков рождались не только бессмертные герои, но и новые великолепные мифоисториии, записанные в книгах. В их числе «Земные пути» Святослава Логинова — одного из лучших современных российских фантастов.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Иннокентий А. Сергеев

Одна и та же (Единственная)

сотворение мифа

1

Сегодня я придумал твой рот. Красные губы в пустом пространстве ночи. Я вырезаю журавлей из чёрного шёлка и отправляю их плавать в багровом небе над голубыми флажками конных воинов, что, набегая страшными волнами, сметают непрочные постройки из серого морского песка. Со стороны это не больше чем смешение красок, а мы... Когда-нибудь кто-нибудь скажет, что нас и вовсе не было, и никто не осмелится или, того хуже, не захочет ему возразить. И нас и впрямь не станет. Сегодня я сотворил твой рот, но никому не скажу об этом, и со стороны им будет казаться, что ничего не произошло, и только ты и я будем знать, что это не так, и это будет твой тайной. Завтра нам будет не хватать воздуха как на вершине самой высокой из гор, и обессиленные, мы будем тянуться друг к другу, и подумаем,- так бывает всегда,- что это конец, и мы достигли дна, и некуда падать дальше, но это как пожар в закрытой комнате - он не погас, а лишь затаился, и стоит открыть окно, как космос содрогнётся от взрыва Сверхновой. Потому что тебя ещё нет, и меня ещё нет, и не было, не было, не было! И они осудили невинных. Так что же, я сжигаю в своих объятьях призрак? И моим журавлям, как палой листве под снегом, никогда не суждено взлететь выше деревьев? Я знаю секрет - нужно быть терпеливым и последовательным. За зимой непременно придёт лето, а с ним и лесные пожары. Главное, быть последовательным. Сегодня я сотворил твой рот, а завтра,- хотя и тут парадокс: как может наступить завтра, если у нас с тобой не было никакого вчера?- я продолжу свой кропотливый труд. Всё ещё будет хорошо. Просто ты ещё слишком юна - ещё не родившаяся богиня новой Вселенной. Потому что прежняя земля и прежнее небо оказались дерьмом. Сегодня у меня есть деньги, и тайны исчезают одна за другой,- я ломаю сургуч печатей,- и пусть всё это неправда и всего лишь товар - инструмент для перекачивания денег из моего кармана в никуда, но мне нравится звук ломающихся сургучных печатей в моих пальцах, которые ты ещё не успела создать, потому что я ещё не создал тебя. Звук, который никто и никогда не услышит,- даже те, кто обманули меня или думают, что обманули меня, или им всё равно, обманут я или нет, главное, чтобы я платил деньги - в их заведении я теперь уже просто клиент. И конечно, я был вчера,- потому что и вчера были клиенты,- и буду завтра, если только не вмешается налоговая полиция, буду всегда. Мне нравятся деньги, когда они у меня есть. Тогда они доказывают абсурдность мира, а я всегда питал слабость к исчерпывающим доказательствам. "Всегда" - неплохое слово. Ничем не хуже слова "никогда". И почему бы мне не воспользоваться им, и вместо того чтобы говорить, что нас никогда не было, сказать, что мы были всегда? Мне или тому, кто о нас скажет. Рот - это не так уж и мало. Ведь нам противостоит весь мир, заражённый проказой культа потребления, диктующего человеку только одно правило "Жрать!" Совсем не плохое начало для дня, который никогда не наступит. Я опрометчиво обещал тебе, что не буду злиться, и вот, нарушил обет. Вчера я занял деньги у человека, которого сегодня убили, тем самым избавив меня от необходимости отдавать долг. И что с того, что я невзначай разозлился. Завтра это назовут безобидной причудой. Завтра я придумаю для тебя ноги.

Шалин Анатолий

Скептик

"Чего еще человеку надо? - размышлял Егорий Прошкин. - Кажется, живи себе, трудись. Наслаждайся чудесами природы и радостью бытия, так нет. Выдумывают всякую чепуху! Волосы дыбом встают, как посмотришь последние новости.

Взять хоть биологов - вымерших животных заново разводить удумали. Целые планеты родной галактики разным там птеродактилям отводить под пастбища собираются. А если вдуматься, на шута человечеству все эти бронтозавры и саблезубые медведи, ведь и без них неплохо живем?

Шалин Анатолий

Влюбленный волшебник

Они стояли у кромки прибоя, и море звенело тысячью голосов у их ног. Далеко на берегу за деревьями сверкали огни вечернего города, а еще дальше, за городом, впились в небо черные треугольники гор. Небо дрожало под тяжестью бесчисленных звезд. Временами то одна звезда, то другая срывалась и, очертив огненную дугу, падала в море. И тогда женщина говорила:

- Посмотри, еще одна упала, а я опять не успела загадать свое желание.

Денис ШАПОВАЛЕНКО

INTRO

Никогда не пытайтесь начать писать. Вы никогда не сможете уничтожить свои рассказы, а если все-таки решитесь продемонстрировать их публике, то будете чувствовать себя последним идиотом. Все закончится тем, что они проваляются на пыльных полках (или в самых глубоких директориях) ровно до тех пор, пока судьба их покажется вам безразличной. А когда это случится, вы напишете им какое-нибудь неряшливое вступление и пустите в самостоятельное плавание - с глаз долой. Что будет потом - я пока не знаю. Но к моменту, когда вы прочтете последний мой рассказ - безусловно узнаю, о чем конечно же расскажу вам в заключительном Outro, если к этому времени я еще буду в состоянии нажимать клавиши :-) Я пронумеровал свои рассказы приблизительно в хронологической последовательности, так что вы сможете наглядно проследить весь недолгий путь от рождения во мне писателя до его глубокого одряхления.

Денис ШАПОВАЛЕНКО

ПОД МОРСКИМ ДНОМ

Вибрация барабанных перепонок передавала в мозг чистейшие сигналы синтезатора. Внутри позвоночника по спинному мозгу медленно проплывала цепная реакция нервных клеток от кончиков пальцев к сознанию. "Бархат" - говорили эти сигналы, и мозг взрывался от неразделенной радости от этого чувства. "Бархат", это было великолепно. Заскрипела дверь, на пороге был человек. Мои глаза были закрыты, но мозг ясно вырисовывал его крепкий силуэт на черном фоне коридора. Был только один человек, кто в это время мог сюда заглянуть. Сознание ликовало, тело схватила сладкая судорога. Я застонал. Ренуар подошел ближе ко мне, снял с моих глаз солнечные очки. - Рос, ты в порядке? - Мсье! Мсье Рос... Только так. - Мсье Рос, ты в порядке? - Абсолютно... Что ты мне принес, Ренуар? - Винт. - Отлично... После "винта" я не чувствовал рук, я не чувствовал тела, я перестал думать, мои мысли преобразовались в инородную материю, я мог завести беседу с самим собой, но не знал слов. Я не знал ни одного слова, я ничего не знал, перестал существовать. Сейчас я жил чужими чувствами, чувствами Роса, того самого Роса, кем я был совсем еще недавно, и кого предал уже слишком давно чтобы оглядываться назад. "Бархат", крутилось в голове у него, и я был в экстазе от этого.

Денис ШАПОВАЛЕНКО

PROGRAM

Part 1 "There"

Вот так. Материя есть, жизнь есть, время, смерть тоже есть. Что же еще нужно? Ага, межпространственности нету, но это не страшно - оно не так уж и важно... Странно, зачем это я счастье закомментировал? Целую подпрограмму причем. Надо исправить... - Маурик!, - крикнула мама из кухни, - Ты что опять делаешь, играешь как всегда? А ну иди спать немедленно! Ненавижу когда она так говорит. Я никогда не играю, неужели это так трудно понять? Я не люблю играть да и у меня не так уж хорошо это получается... Я всегда проигрываю. - Нет, мам, я не играю... - А что же ты делаешь? Ну что можно на это ответить? Разве на компьютере кроме игр ничего не существует? Ладно, спорить все равно бесполезно. Сейчас поправлю счастье и пойду спать... - Маурик! Я кому сказала? Выключи свет! Черт! Ладно, счастье потом доделаю... - Да, мам!...

Шевчук Владимир

Осколки (фантасмагория)

Харлану Эллисону - "Стеклянному гоблину".

Шрайку - повелителю боли.

По коже бегало множество сороконожек. Я чувствовал их, но не имел сил для противостояния. Сороконожки, то ползли по коже, то втянувшись под кожу ползли там. Они не могли, или не хотели останавливаться.

***** 6.50 Я чувствовал их движения, как ласковую щекотку, но смеяться не хотелось. С трудом встав с постели я пошел в ванную, тело было как чужое, но на нем ничего не было, никаких признаков ночного кошмара. Умывшись я долго изучал себя в зеркале, тщательно ощупывая тело. Hичего, абсолютно ничего. Приснится ж такое, а вроде вчера ничего и не пили. Hе на что подумать. Hе пил, не нервничал, спокойно лег спать и ..., черт провалился в такой кошмар. Так теперь быстро ем, и на работу. Hа завтрак были макароны, я наматывал их на вилку, и гроздьями ложил в рот. При этом создавалось впечатление, что в желудке они разматываются и начинают ползать, как черви, то тупо буравя стенки, то просочившись в вену несутся с кровью, желая оплести сердце клейкой массой. "Бррр! черт померещится ж такое", я быстро допил кофе и побежал одеваться. В голове колебалась какая-то муть, то застилая глаза, то закладывая уши. Я снова пошел в ванную и окатился ледяной водой. Hемного прояснилось, но не окончательно. "Черт с ним, теперь одеться и бегом, не то снова опоздаю". 7.20 Рубашка, брюки, куртка, каждая вещь касаясь тела, как будто соединялась с ним. Так, брюки приросли к волосинкам на ногах; рубаха, приросла к коже; а куртка осталась болтаться, как будто повешенная на плечики. Во всем теле кипели, странные процессы, но я все равно пошел. Дверь долго не хотела закрываться. То тигр-ручка кусал меня за руку, то бронированная дверь пыталась огреть по голове. Как можно быстрее провернув ключ в деревянной я схватился с железной. Это было суровое противостояние. Она скрипела, визжала, вырывалась из рук, била по рукам. Я придавил ее всунул ключ и ..., она начала его пожирать, из замочной скважины посыпалась металлическая труха. Черт я бросил все и выбежал на улицу. Появилось чувство, что я еще не проснулся, и все происходящее просто кошмарный сон, и с каждым мгновением это чувство крепло. Потому, что я сомневаюсь, что бывают машины-скорпионы, использующие в качестве топлива плоть водителя. А именно такие чаще всего и проносились, это не говоря уже об четырех-рукой собаке пожирающей свой хвост, и везущей ораву ребятишек??? Ребятишек? ну и нифига себе твари, у каждого ребенка было по десять верхних, и десять нижних щупалец, которые непрестанно шевелились, то переплетаясь со щупальцами других детей (при этом получались 40-80-100 щупальцевые твари), то втягиваясь под кожу собаки затягивая под нее и все тело, кроме головы, то выползая и расплетаясь, при этом в стороны летели обрывки щупалец и сгустки провонявшейся крови. Обдумывая увиденное я вышел к магистрали. "Маразм, как вырваться из этого бреда?". Мимо проходили знакомые люди, странно косясь на меня, за то, что я не поздоровался. А как я буду здороваться, если во время движения к троллейбусу я упал на асфальт, и пока полз по локоть стер правую руку. Левая нога вообще не ощущалась, и оглянувшись, я увидел, что вместо нее растет змеиный хвост, благодаря которому я и двигаюсь, потому, как правая нога, в этот момент трансформировалась во что-то бесформенное, желе удерживаемое от растекания, лишь тонкой полоской кожи. В ноге копошилось масса сороканожек, они то выползали наверх, разрывая ткань, и слизь брызгала маленькими фонтанчиками, но не долго (раны быстро затягивались), то пытаясь забраться внутрь бились о прорезиненную кожу, и потерпев поражение ползли к голове. Я перевернувшись на спину начинал отбиваться левой рукой, и иногда мне это даже удавалось, но крайне редко. А потому, через пару минут я ощутил, что мой мозг начинает перерабатываться, на какой то вариант муравьиной кислоты, и мысли постепенно теряют свое значение. Я попробовал встать, но сел только на корточки, т.к. ног не было, пошевелил обрубком правой руки из которого сочилась кровь, и выглядывали лохмотья уничтоженных асфальтом сороканожек, попытался открыть глаза, но их по всей видимости уже не было. Я сидел посреди тротуара, мимо шли по своим делам люди, проносились скорпомобили, и собакобусы полные людей. И никто не обращал на меня внимания. Я почувствовал, что волосы стоят дыбом, попробовал поправить их левой рукой, но нескоординировав движения оторвал голову, которая беззаботно покатилась в сторону трассы. Скорпомобиль пожрал ее, а догнивающее тело разлеглось среди дороги, под ногами ничего не замечающих людей. Которые походя мешали его с осенней грязью. 11.00

Виталий Шленский

ЗАКОН БУТЕРБРОДА

Брычов во время завтрака уронил на пол бутерброд, маслом вверх.

- Черт-те что! - сказал Брычов, поднимая бутерброд и разглядывая его со всех сторон.

Хлеб был обыкновенный, за 18 копеек, масло было сливочное, простое.

- А ну-ка, - и Брычов бросил бутерброд на пол.

Он снова упал маслом вверх.

- Не может быть! - крикнул Брычов.

С этими словами он встал на стул и разжал пальцы.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Святослав ЛОГИНОВ

УРОКИ БИОЛОГИИ

1. РАЗУМ

Насекомые отличаются от членистоногих развитым надглоточным ганглием -- зародышем будущего головного мозга. Значит, муха -- умнее паука. Почему же тогда паук ловит и ест мух, а не наоборот?

Вот и верь после этого в силу разума!

2. ГОЛОВА

-- При чём здесь голова? Главное, чтобы мозги были, а думать можно и задницей! -- так считали диплодоки, и, надо сказать, имели все основания для подобного утверждения. В крестцовой камере у диплодоков было куда больше мозга, чем в голове. Значит, и в самом деле можно думать задом.

Святослав ЛОГИНОВ

УСПЕЮ

Резчик жил в городе на берегу реки. Город был маленький, а река большая, поэтому из окон любого дома была видна и сама река, и плывущие корабли, и синяя полоса леса на том берегу. Резчик сидел в мастерской, вырезал из белой кости вычурные шкатулки для домовитых хозяек, из темного черепахового панциря - гребни городским модницам, а из желтых бивней старых мамонтов - ножи для разрезания бумаг ученым профессорам и библиотекарям. Когда Резчик уставал, он смотрел в окно на реку, на корабли и вырезал корабль. Потом смотрел на лес и вырезал диковинных зверей, какие должны водиться в дремучем синем лесу. В это время распахивалась дверь, вбегал кто-нибудь из заказчиков и начинал жаловаться, что время уходит, а мастер занимается совершенно посторонними пустяками, в то время, как заказанная работа стоит.

Святослав Логинов

ВЕТЕР С МОРЯ

Вечером поднялся Ветер с Моря. Он гнал волны и нес на сушу брызги и белую пыль соли, запахи йода и сероводорода. Навстречу Ветру вылетали Листы. Они появлялись ниоткуда, прямо из Ветра и летели против него, собираясь в стаи или разлетаясь, но всегда против Ветра - в море.

Ветер дул всю ночь и стих только утром. И тогда вернулся Карел. Сам. Этого никто не ожидал, уже собралась поисковая группа, а товарищи почтили кто как умел его память, когда он приехал на станцию, поставил вездеход в ангар и вошел, словно ничего не случилось. Только на лице его застыло радостно-удивленное выражение, да было там еще что-то такое, что даже Зон Сноу, который состарился в космосе и видел всякое, поспешил отвести глаза.

И все-таки, на душе неспокойно. Кажется, что особенно страшного произошло? Было так и будет, со многими хуже бывает, а маркиз Д'Анкор – сеньор добрый и щедрый. Вот оно, золото, хоть сейчас можно пойти и достать, спрятано в погребе, не закопано, боже упаси, там всегда в первую очередь ищут, а замазано в стену, у самого потолка. Полный кошель золота! Чтобы заработать столько, ему пришлось бы десять лет таскать хворост на нужды святой инквизиции. А сколько бы он проел за эти десять лет? Нет, никогда он не сумел бы скопить таких денег. Другой бы радовался удаче, а у него в груди тоска.