Техас-сити 47 года

Евгений Кукаркин

Техас-сити 47 года

Вообще то, докеры ко мне отнеслись хорошо. Хоть я и был эмигрантом, но последняя война с Германией заставила их уважать русских. Мой мастер, распределявший вновь прибывших на работу, похлопав меня по мощной груди, закивал головой.

- Здоровый мальчик. Россия это во, - он выставил большой палец. Пойдешь на разгрузку "Эри".

Как я уже узнал из разговоров с претендентами на работу в порт, "Эри" сухогруз, стоит у второго пирса, а это значит он привез сырье для химических заводов, которые сосредоточились в городе.

Другие книги автора Евгений Николаевич Кукаркин

Начался мелкий дождь. Мы уже сидим в засаде четыре часа и в все, без толку. Человек, с которым должны встретится, третий день в положенное время не выходит на связь. Несколько капель с куста скатились за шиворот и от этого стало совсем неприятно. Когда нашей группе давали задание, начальник штаба снисходительно говорил.

— Капитан, это прогулка, а не работа. Дойдете до места, встретитесь с связным, он вам все передаст и вернетесь обратно.

Не всех приговоренных судом к смерти людей в России уничтожают. Самых сильных, самых жестоких и самых подготовленных, оставляют для тренировки на них спец агентов. Таких людей называют куклами. Приключения одного и из них и содержит эта повесть. Герой остается жив и ему удается бежать из жуткой тюрьмы. Теперь, где бы он не появлялся, жуткое прошлое все время тянется за ним.

Впервые публикуемые на русском языке детективные повести Евгения Кукаркина, написанные в жанре политического триллера, отличаются динамичным захватывающим сюжетом. Тематика предлагаемого сборника до боли близка российскому читателю и несомненно заинтересует любителей остросюжетного жанра.

В 1995 году в Москве на конкурсе сценариев XIX Международного кинофестиваля сценарии, написанные по мотивам публикуемых повестей, получили самую высокую оценку. Лауреатом конкурса стала «Бизерта — X», роман «Вспышка» удостоен премией им. А.П.Чехова, а сценарий, написанный по мотивам «Я — Кукла» получил Гран-при и вскоре появится на экранах.

Поезд подкатил к маленькой одноэтажной станции «Чупры». Со всего состава я высадился на низкую платформу только один. Проводник подал мне чемодан и тут же за моей спиной раздался голос.

— Простите, вы не лейтенант Комаров?

Оборачиваюсь и вижу худенького солдата в засаленной пилотке.

— Я.

— Меня прислали за вами.

— Вы с машиной?

— Да.

— Очень хорошо.

В это время состав дернулся и медленно покатились вагоны. Поезд набирал скорость и вскоре понесся по широкой просеке пробитой в тайге. Мне стало тягостно на душе. Черт, куда меня занесло?

Евгений Кукаркин

А был ли мальчик?

ПРОЛОГ.

Я - заключенный. Сижу в колонии строгого режима вместе со всякими подонками, полуподонками и, искалеченными душой, нормальными людьми и считаю дни до выхода на волю. Местная сволочь, долго пыталась разобраться за что я сижу. Наконец, решив, что я отравитель, сделала мне для начала "темную", а потом отстала, так как таких заключенных, которые отправили на тот свет многих граждан СССР, здесь полно.

ЕВГЕНИЙ КУКАРКИН

ДЕПУТАТ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

КАНДИДАТ

- Ну так что мужики? Начнем компанию по моим выборам? - сказал я выливая остатки из бутылки в стакан.

- Попробуем... Конечно! - нестройно загалдели мужики, прикладываясь к разбитым и грязным пивным кружкам или пол литровым баночкам с отгрызенными краями, наполненными мутнокоричневой жидкостью.

Меня уже как месяц выперли с работы. "Формулировка, "по сокращению штатов", повисла надо мной, как дамоклов меч. Ни одна приличная организация не берет меня с такой формулировкой. Везде требуются строители, работяги технических специальностей, просто работяги, а инженеры по оптике почему-то не нужны. Пошатавшись по пивным и кабачкам, я пришел к выводу, что пора идти в политику, тем более что все злачные заведения политизированы настолько, что одна пивная за демократов - куда не пускают коммунистов, другая за коммунистов - куда не пускают демократов, третьи - нейтральны, где бьют физиономии и демократам, и коммунистам. Так я приперся к нейтралам и предложил друзьям-алкоголикам выбрать меня депутатом от их округа в Верховный Совет России.

Евгений Кукаркин

Дыхание кризиса

Командир полка полковник Кирсанов смотрел на наши коробки взводов презрительным взглядом. В ближайшее время его должны были перевести в штаб округа и мы уже для него ничего не представляли.

- Майор Сергеев, приступайте к распределению взводов по своим местам.

Он, переваливаясь на толстых ногах, направился в свой кабинет. Майор уникален. Ведет себя перед нами безобразно, но как начальник штаба по профессионализму равных себе не имеет. Вот и сейчас он засунул левую руку в карман брюк и перекатывает свои яйца.

Евгений Кукаркин

Курсы повышения квалификации

ИЛИ СЛЮНЯВАЯ СОБАЧКА ПАТИ

Боже, как хочется в туалет. Моя паршивая машина еле-еле ползет возле тротуара и я взглядом выискиваю необходимое заведение. Заветная буква мелькнула на грязной двери. Скрипят тормоза и я тут же посылаю проклятия всему городу и прежде всего мэру. Ниже буквы лоскут бумаги с надписью "ремонт". Опять продвигаюсь вперед и вот они, две двери, щедро отделанные под орех. Под буквой "М", метализированная надпись "Туалет платный. Вход 10000 рублей". Еще ниже лоскут бумаги с типографским текстом. "Производится набор на платные трех недельные курсы повышения квалификации торговых работников. По окончании курсов выдается сертификат международного значения с правом работать во всех странах мира и СНГ. Начало занятий с 1 Апреля. Плата 700000 рублей, куда обеды не входят." Ниже телефоны, нарезанные лоскутками. Отрываю телефон и толкаю дверь. Господи, кругом хрусталь и зеркала. Да я попал во дворец.

Евгений Кукаркин

Взрыв

Ноябрь 2003 - февраль 2004 г.г.

Только на улице немного пришел в себя. Сегодня у Гоши, моего друга, была большая пьянка, обмывали его дополнительную звездочку на погонах. И вот, уже самым последним из гостей, я убрался из его квартиры около часу ночи, когда на улицах города ни души, только фонари, от порывистого ветра, противно скрипят и мечут круги света в разные стороны. От Гоши до моего дома всего квартал и я иду тихонечко, пытаясь выровнять качающуюся улицу, путем колебания собственного тела.

Популярные книги в жанре Приключения: прочее

Немирович-Данченко Василий Иванович — известный писатель, сын малоросса и армянки. Родился в 1848 г.; детство провел в походной обстановке в Дагестане и Грузии; учился в Александровском кадетском корпусе в Москве. В конце 1860-х и начале 1870-х годов жил на побережье Белого моря и Ледовитого океана, которое описал в ряде талантливых очерков, появившихся в «Отечественных Записках» и «Вестнике Европы» и вышедших затем отдельными изданиями («За Северным полярным кругом», «Беломоры и Соловки», «У океана», «Лапландия и лапландцы», «На просторе»). Из них особое внимание обратили на себя «Соловки», как заманчивое, крайне идеализированное изображение своеобразной религиозно-промышленной общины. Позже Немирович-Данченко, ведя жизнь туриста, издал целый ряд путевых очерков, посвященных как отдельным местностям России («Даль» — поездка по югу, «В гостях» — поездка по Кавказу, «Крестьянское царство» — описание своеобразного быта Валаама, «Кама и Урал»), так и иностранным государствам («По Германии и Голландии», «Очерки Испании» и др.). Во всех этих очерках он является увлекательным рассказчиком, дающим блестящие описания природы и яркие характеристики нравов. Всего более способствовали известности Немировича-Данченко его хотя и не всегда точные, но колоритные корреспонденции, которые он посылал в «Новое Время» с театра войны 1877 — 78 годов (отд. изд. в переработанном виде, с восстановлением выброшенных военной цензурой мест, под заглавием «Год войны»). Очень читались также его часто смелообличительные корреспонденции из Маньчжурии в японскую войну 1904–1905 годов, печат. в «Русском Слове». Немирович-Данченко принимал личное участие в делах на Шипке и под Плевной, в зимнем переходе через Балканы и получил солдатский Георгиевский крест. Военные впечатления турецкой кампании дали Немировичу-Данченко материал для биографии Скобелева и для романов: «Гроза» (1880), «Плевна и Шипка» (1881), «Вперед» (1883). Эти романы, как и позднейшие романы и очерки: «Цари биржи» (1886), «Кулисы» (1886), «Монах» (1889), «Семья богатырей» (1890), «Под звон колоколов» (1896), «Волчья сыть» (1897), «Братские могилы» (1907), «Бодрые, смелые, сильные. Из летописей освободительного движения» (1907), «Вечная память! Из летописей освободительного движения» (1907) и др. — отличаются интересной фабулой, блеском изложения, но пылкое воображение иногда приводит автора к рискованным эффектам и недостаточному правдоподобию. Гораздо выдержаннее в художественном отношении мелкие рассказы Немировича-Данченко из народного и военного быта, вышедшие отдельными сборниками: «Незаметные герои» (1889), «Святочные рассказы» (1890) и др.; они правдивы и задушевны. Его эффектные по фактуре стихотворения изданы отдельно в Санкт-Петербурге (1882 и 1902). Многие произведения Немировича-Данченко переведены на разные европейские языки. «Избранные стихотворения» Немировича-Данченко изданы московским комитетом грамотности (1895) для народного чтения. В 1911 г. товариществом «Просвящение» предпринято издание сочинений Немировича-Данченко (вышло 16 т.). Часть его сочинений дана в виде приложения к журналу «Природы и Люди».

Василий Иванович многие годы путешествовал. В годы русско-турецкой, русско-японской и 1-й мировой войн работал военным корреспондентом. Награжден Георгиевским крестом за личное участие в боях под Плевной. Эмигрировал в 1921 году. Умер в Чехословакии.

Немирович-Данченко Василий Иванович - известный писатель, сын малоросса и армянки. Родился в 1848 г.; детство провел в походной обстановке в Дагестане и Грузии; учился в Александровском кадетском корпусе в Москве. В конце 1860-х и начале 1870-х годов жил на побережье Белого моря и Ледовитого океана, которое описал в ряде талантливых очерков, появившихся в «Отечественных Записках» и «Вестнике Европы» и вышедших затем отдельными изданиями («За Северным полярным кругом», «Беломоры и Соловки», «У океана», «Лапландия и лапландцы», «На просторе»). Из них особое внимание обратили на себя «Соловки», как заманчивое, крайне идеализированное изображение своеобразной религиозно-промышленной общины. Позже Немирович-Данченко, ведя жизнь туриста, издал целый ряд путевых очерков, посвященных как отдельным местностям России («Даль» - поездка по югу, «В гостях» - поездка по Кавказу, «Крестьянское царство» - описание своеобразного быта Валаама, «Кама и Урал»), так и иностранным государствам («По Германии и Голландии», «Очерки Испании» и др.). Во всех этих очерках он является увлекательным рассказчиком, дающим блестящие описания природы и яркие характеристики нравов. Всего более способствовали известности Немировича-Данченко его хотя и не всегда точные, но колоритные корреспонденции, которые он посылал в «Новое Время» с театра войны 1877 - 78 годов (отд. изд. в переработанном виде, с восстановлением выброшенных военной цензурой мест, под заглавием «Год войны»). Очень читались также его часто смелообличительные корреспонденции из Маньчжурии в японскую войну 1904 - 1905 годов, печат. в «Русском Слове». Немирович-Данченко принимал личное участие в делах на Шипке и под Плевной, в зимнем переходе через Балканы и получил солдатский Георгиевский крест. Военные впечатления турецкой кампании дали Немировичу-Данченко материал для биографии Скобелева и для романов: «Гроза» (1880), «Плевна и Шипка» (1881), «Вперед» (1883). Эти романы, как и позднейшие романы и очерки: «Цари биржи» (1886), «Кулисы» (1886), «Монах» (1889), «Семья богатырей» (1890), «Под звон колоколов» (1896), «Волчья сыть» (1897), «Братские могилы» (1907), «Бодрые, смелые, сильные. Из летописей освободительного движения» (1907), «Вечная память! Из летописей освободительного движения» (1907) и др. - отличаются интересной фабулой, блеском изложения, но пылкое воображение иногда приводит автора к рискованным эффектам и недостаточному правдоподобию. Гораздо выдержаннее в художественном отношении мелкие рассказы Немировича-Данченко из народного и военного быта, вышедшие отдельными сборниками: «Незаметные герои» (1889), «Святочные рассказы» (1890) и др.; они правдивы и задушевны. Его эффектные по фактуре стихотворения изданы отдельно в Санкт-Петербурге (1882 и 1902). Многие произведения Немировича-Данченко переведены на разные европейские языки. «Избранные стихотворения» Немировича-Данченко изданы московским комитетом грамотности (1895) для народного чтения. В 1911 г. товариществом «Просвящение» предпринято издание сочинений Немировича-Данченко (вышло 16 т.). Часть его сочинений дана в виде приложения к журналу «Природы и Люди».

Василий Иванович многие годы путешествовал. В годы русско-турецкой, русско-японской и 1-й мировой войн работал военным корреспондентом. Награжден Георгиевским крестом за личное участие в боях под Плевной. Эмигрировал в 1921 году. Умер в Чехословакии.

Что может связывать опального вождя революции, московского плейбоя-дауншифтера и балканских контрабандистов? Об этом вы узнаете из новой книги Сергея Петросяна «Странник».

В романе «Приключения в стране тигров» рассказывается о похождениях двух отважных охотников, героев целой серии произведений писателя, — Виктора Гюйона по прозвищу Фрике и спортсмена-миллионера Андре Бреванна.

Книга Ольги Павловны Шалацкой впервые вышла в свет под названием «Тайны города Киева» в издании С. В. Кульженко (Киев, 1904). Публикуется по этому изданию в новой орфографии, с исправлением пунктуации и ряда наиболее очевидных опечаток. В книге сохранен порядок расположения материала и иллюстрации из оригинального издания.

Случилось это в доисторические времена, не сохранившиеся в человеческой памяти, во времена, когда можно было, не замочив ног, пройти из Франции (как мы теперь ее называем) в Англию и когда широкая Темза лениво несла свои воды меж топких берегов навстречу отцу своему, Рейну, пересекавшему обширную равнину, которая ныне находится под водой и известна нам как Северное море…

— Я рассчитывал пожить три дня в своем старом деревенском доме, — рассказывал Тарад, — и в первый же вечер по приезде понял, что сделал глупость. Уже около года в этой округе стало опасно жить: бандиты разграбили многие, расположенные вдалеке друг от друга дома и убили несколько человек. Это заставило меня призадуматься. Дом мой стоял на отшибе и не отличался особой неприступностью. Уже давно надо было взяться за его ремонт, но я так редко сюда приезжал! И потом я ведь приехал всего на три дня. Так, по крайней мере, я думал, направляясь сюда. Но теперь даже одна ночь тянулась слишком долго. Я мог бы уехать, оставив в доме тетушку Гронде, которая вела у меня хозяйство, и дядюшку Гронде, человека уже преклонных лет, но еще сильного. Однако я не хотел прослыть трусом…

«…Есть вещи, которые просто ненавидишь интуитивно. Я не могу смотреть на огонь, туман вызывает дрожь в ногах. Но мне приходится с этим жить день изо дня.

Поднимая голову, я всё время пытаюсь представить, как выглядит солнце, облака, тучи и дождь.

Всё то, о чём рассказывал мне в детстве отец. Но, увы, моей фантазии на это не хватало. Сложно нарисовать в голове образ того, чего никогда не видел…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Евгений Кукаркин

Тревожные дни Конго

Написано в 1998 г Приключения.

Сегодня была тревожная ночь. Джунгли гудели не только от ночной жизни зверья и птиц, но и от грохотов барабанов, то ли диких племен, то ли повстанцев, неудержимо приближающихся к нашему поселению.

Я вышел из домика, еще не придя в себя ото сна и сразу полез под бочку - душ, которую мне только что залил Муни, худой, жилистый негроид, прислуживающий в нашем госпитале.

Евгений Кукаркин

Трофейщик

ЛЕС.

Июль 1987г.

- Ну, здравствуй, Самсонов.

Из кустов вышел одетый в гражданское капитан Николаев. В руке он держал недоеденную булку с колбасой.

- Давно тебя жду. Никак ты сегодня с большим уловом?

Сзади меня хрустнула ветка. На тропинке стояли два здоровых парня, с равнодушными физиономиями.

- Ты не снимай рюкзак, пройдемся до машины и там разберемся.

В почетном окружении, с нехорошим предчувствием, я двинулся к дороге. У черной "Волги" мы остановились.

Евгений Кукаркин

Трудно быть героем

Первым их увидел Боря.

- Комета, комета, я их вижу, они левее.

Комета. - это наши позывные. Я летчик, Миша- оператор, летим на своем МИ-28 за Борей, выдерживая дистанцию, метров триста. Я смотрю влево и вижу колонну грузовиков, пылящих по этой сухой без лесистой местности.

- Мы их тоже видим, - отвечает мой напарник по внутренней связи

- Комета, я с головы, не давай им разбежаться.

Странник, лекарь и авантюрист Фриц Эрлих оказался в Москве времен Петра Первого и, найдя брошь-талисман, вступает в вечную борьбу света и тьмы. Ее арена – бастионы вечных Орденов, оплоты исчезающих цивилизаций. Цена борьбы – судьба человечества.