Сумерки

АНДРЕЙ БУРЦЕВ

СУМЕРКИ

Повесть из цикла "Глазковские передряги"

1

Тамара еще из кухни поняла, что Витька пьяный, постояла возле раковины, где кучкой лежала намоченная, но не почищенная картошка, подошла к окну, заранее открыла форточку, вытерла мокрые руки о переброшенное через плечо полотенце и пошла в коридор. Но тут в проеме кухонной двери возник Витька, раскинув руки, повис на косяках, угловато выпятив плечи и чем-то похожий на болтающегося в паутине дохлого паука.

Другие книги автора Андрей Борисович Бурцев

Галактический экспресс «Комфорт-экстра» прибыл на Центральный космодром. Еще шипели охладителями дюзы, еще по корпусу стекали, пузырясь, дезактивационные растворы, а вместительный пассажирский гравилет уже застыл в готовности напротив главного люка с потускневшей флагманской эмблемой — три скрещенные кометы. Из плоского бока гравилета нетерпеливо выдвигались фиксировочные присоски и нехотя прятались обратно.

Вот, наконец, кометы дрогнули, умытый люк открылся, плавно выпуская длинный пандус. Гравилет подработал ближе. Пандус застыл параллельно бетону. Присоски залпом выстрелили, подтянули борт. По краям пандуса выросли заградительные барьеры, надраенные до блеска.

Бессмертные боги, умеющие метать молнии и устраивать всемирные потопы; колдуны и ведьмы, летающие по воздуху и ходящие по воде; монстры и вампиры… все это оказалось реальностью.

Потому что гости из космоса часто посещают Землю. Всегда под чужой личиной и очень редко – с добрыми намерениями.

Лейтенанту КГБ Георгию Волкову по прозвищу Вольфрам придется убедиться в этом лично.

Чем закончится его расследование?

Он может погибнуть.

Или – стать Богом.

А еще у него есть шанс получить новую работу…

А.БУРЦЕВ

ОХОТНИК НА МОНСТРОВ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. МУТЫ

ГЛАВА 1. ДЕРЕВНЯ.

Когда лес поредел, а подлесок, состоящий из кустов крапивника с сочащимися ядом колючками, напротив, стал гуще, Ив Хант удвоил внимательность и осторожность. Он тенью скользил между кустами, стараясь не задеть ни единой веточки. Его ноги, обутые в мягкие, но прочные мокасины, сами выбирали, куда ступить, так что ни единый сучок не хрустнул под ними в упавшей на лес предвечерней тишине, нарушаемой лишь шелестом крон на головокружительной высоте, да редкими трелями жалейки в ветвях. Профессионально подогнанное снаряжение не брякало, не стучало, и даже тяжелая винтовка, висящая на спине дулом вниз, казалось, составляла с охотником единое целое.

— Значит, вы те самые хулиганы с Альфы-Сапиенс?

— Так точно, — Шевцов лихо сомкнул каблуки.

— Жертвы обстоятельств, — Кушкин успешно повторил гвардейское движение друга.

— Бравые ребята!

— Так точно, — каблуки Шевцова встретились снова — хлесткий щелчок метнулся к демонстрационному стенду и завяз в складках непроницаемых штор.

— Желаете искупить вину самоотверженным трудом?

— Готовы к любому самому ответственному заданию, — Кушкин свел оба зрачка к носу и затаил дыхание.

Командир-наставник Федор Федорович и два стажера Шевцов и Кукушкин получают разрешение на полет к Альфе-Сапиенс — планете, на которой существует разумная жизнь, но посадка на которую строжайше запрещена…

Синкопы, шерлы – да кто они такие на самом-то деле? Забавные зверушки? Существа типа гномов и эльфов? И вечно-то они попадают в сложные ситуации из-за своих характеров – каждый в своем роде. И дело в этих ситуациях зачастую кончается мордобоем и полицией. Или, бывает, мирятся потом. Ненадолго, до следующей заварушки. Так может, никакие это не зверушки, а самые обычные люди, просто показанные немного под другим углом? Все может быть в нашем лучшем, но самом странном из миров. По крайней мере, жить здесь весело и удивительно, как учит нас шерл. И, разумеется, поддакивает ему синкоп.

АНДРЕЙ БУРЦЕВ

КАФКA

Рассказ

Токарев проснулся и, не открывая глаз, стал вслушиваться в себя. Голова болела, гудела голова, как вечевой набат, в ушах, как ртуть тяжелая, стучала кровь. Тошнило. В квартире было тихо, лишь где-то далеко, на кухне, звенела о раковину вода из раскрытого крана. Чирикали за окном воробьи. Не открывая глаз, Токарев стал вспоминать вчерашний вечер, когда обмывали его новую книгу. Все вроде бы было спокойно,чинно и благородно, никто не плясал без штанов на столе, никто не бил посуду и окна и не рвался "на волю", и не били, вроде бы, друг другу по мордам. Критик Заволжский, правда, изрядно назюзюкался, но блевать ходил строго в туалет, и, вставая из-за стола, говорил каждый раз своей даме: "Пардон". Токарев, пока был еще в силах, помнится, разговаривал с молодым писателем Сермигиным.

А.БУРЦЕВ

НАШЕСТВИЕ

1

Коля Рюмин вешал картину, стоя на табуретке. На картине - разумеется, копии - пенилось бурное море Айвазовского. Коля локтем прижимал раму к стене, пальцами этой же руки держал гвоздь, а второй, отягощенной молотком, забивал гвоздь в стену. Настроение было настолько прекрасное, насколько может быть у молодого - двадцать семь лет - специалиста, лишь позавчера въехавшего в новую квартиру. Квартиру эту Коля выбивал из Бюро три года и получил только потому, что считался перспективным конструктором.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Фантастическая повесть.

Журнал «Вокруг света», 1983 — № 1 — с. 52–57 — № 2 — с. 53–59. Пер. — В. Бабенко, В. Баканов. Рисунки Г.Филипповского.

По приглашению своих коллег известный экономист Лео К. Мот побывал на Парсимонии. Необычный хозяйственный уклад этого космического сообщества породил на Земле множество сенсационных кривотолков, буквально заполонивших все органы массовой информации.

Моту разрешили участвовать в жизни парсимонского общества, хотя не выдали ему при этом ни удостоверения личности, ни вида на жительство, ни какого-либо иного документа. Точнее, Моту просто ничего не запретили, а это, по парсимонским правилам, автоматически означает разрешение. Таким образом парсимонцы экономят немало бумаги. Они вообще не могут понять, зачем нужно письменно фиксировать разрешения.

Корабль словно падал в бесконечную ледяную бездну. Даже самые близкие солнца были страшно далеки, их лучи почти не доставали сюда, они оставались лишь белыми пятнышками на темном фоне, похожими на небольшие смерзшиеся льдинки. И расположение их день ото дня почти не менялось. Такое чувство, будто корабль неподвижно застыл в межзвездном пространстве.

Никогда прежде космический полет не казался Лестеру столь утомительным и бесконечным. Его заверяли, что две солидных размеров птички скрасят ему долгое путешествие домой, однако вышло наоборот: они лишь испытывали терпение, раздражали, действовали на нервы. Птицы были какими-то слишком уж эмоциональными, пребывали в постоянном возбуждении — правда, они не понимали человеческую речь и даже зачатков интеллекта у них не было, зато они с ходу улавливали любое проявление неприязни, тут же принимались квохтать и гоготать, забивались в тесное пространство между приборами, откуда извлекать их приходилось с немалым трудом. Им требовалось очень много времени, чтобы вновь успокоиться, поесть или заснуть. Зато, не будучи разобиженными, они долбили своими длинными ненасытными клювами все, что ни попадя, любые не защищенные пластмассовыми покрытиями и не зафиксированные в определенном положении тумблеры, кнопки и контакторы, они выключали свет, произвольно меняли температуру в отсеках, комкали и рвали магнитную ленту, запирали на задвижки двери, объявляли ложную тревогу…

После аварии из всего многочисленного экипажа остался в живых один. Человек, который не был в состоянии устранить последствия аварии, не мог определить курс. Он катапультировался на неизвестную планету, от которой исходили радиосигналы, надеясь исполнить свой долг: передать послание другой цивилизации, инопланетным братьям по разуму.

Как спастись от приступов одиночества? Работа, книги, фильмы… и старая пластинка.

«Слово «кажется» в речи Чепенко — это тромб, который мы пытались ликвидировать в течение двух месяцев путем многократных прокруток, а когда убедились, что атака в лоб — бесполезная затея, то послали меня…»

Другая планета, куда с Земли некогда была завезена жизнь с целью терраформирования. Корабль землян, попав во временно-пространственную червоточину неизвестного пока происхождения, совершает экстренную посадку на планете. К тому времени в связи с "парадоксом близнецов" на ней уже развились молодые примитивные цивилизации, сходные с земными (первые люди привезены с Земли, но для молодых цивилизаций это лишь мифические предания), некоторые - совсем отличные от нас, враждующие друг с другом, в судьбе которых экипажу предстоит сыграть решающую роль. Одна раса - продолжение гуманоидной формы, подобной человеческой расе, другая - кочующая по галактикам неизвестная форма жизни, строящая свои планы на гостей землян.

Кем только не работал Роберт Клиффорд: и матросом, и вышибалой в портовой таверне и строителем, пока, в конце-концов, не стал смотрителем палеонтологическо-зоологического отдела Британского музея естественной истории. Сначала, бывшему матросу было неуютно среди гигантских костей давно вымерших животных, но, постепенно, он начал все больше узнавать о доверенных его попечению экспонатах. И вот однажды, разглядывая окаменевшее яйцо бронтозавра, и размышляя о том, как из такого небольшого яйца вылуплялся и вырастал многотонный динозавр, Клиффорд заметил, что яйцо слегка шевельнулось...

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Бурцев Михаил Иванович

Прозрение

{1}Так помечены ссылки на примечания. Примечания в конце текста

Аннотация издательства: Автор воспоминаний в период Великой Отечественной войны возглавлял отдел (с августа 1944 года управление спецпропаганды) Главного политического управления Красной Армии. Он рассказывает о малоизвестных событиях войны, о том, как происходила борьба за прозрение солдат и офицеров вражеских армий. В книге показаны подвиги советских бойцов, командиров и политработников, а также немецких, венгерских, румынских, итальянских антифашистов, чьи действия вливались в общую освободительную борьбу народов против гитлеровской тирании.

Бурцев Владимир Львович, биография

Бурцев Владимир Львович

(1862-1942)

Родился 17 ноября. С 1907 г. в эмиграции в Париже. Историк, издатель, журналист. Издавал газеты "Общее дело"

(1909-1910) и "Будущее" (1911-1914). В августе 1914 вернулся в Россию.

Издатель и редактор газет "Общее дело", "Наше общее дело".

В октябре 1917 арестован, в феврале 1918 освобожден.

Эмигрировал в Финляндию, затем во Францию, возобновил в Париже издание газеты "Общее дело"

В. Л. Бурцев

"Календарь Русской Революции"

(изд. 1907, 1917г.)

- АПРЕЛЬ

{97}

АПРЕЛЬ.

1.

1878. Массовые высылки студентов из Киева.

1881. Конфирмация приговора по делу 1-го марта.

-,,- В СПБ. арестовали на улице Гр. Исаева, видного деятеля партии Народной Воли, он судился в феврале 1882 г.

1892. Вышел № 1 "Летучих листков" группы народовольцев. Группа народовольцев издала всего 4 номера листка, много народных брошюр, прокламаций. По делу этой группы привлекались Федулов, Астырев, Александров, Белевский, Прейс и др.

Из книги - В. Л. Бурцев "Календарь Русской Революции"

(изд. 1907, 1917г.)

- ДЕКАБРЬ

{303}

ДЕКАБРЬ.

l.

1875. Выход № 1 "Набата", журнала, издававшегося обществом "Народное Освобождение"; редакторами его были - Ткачев и Typcкий. "Набат" с некоторыми перерывами выходил до 1881 года, был органом русских якобинцев-террористов.

1882. Процесс солдат "нечаевцев", обвинявшихся в том, что с конца 1880 г. до весны 1882 г. устраивали сношения Нечаеву, содержавшемуся в Алексеевском равелине, с членами Исполнительного Комитета, между прочим с Желябовым, находившимися на воле. Осуждены в арестантские роты и на поселение в Сибирь.