Судьба

 

– Выигрышный номер - зеро, - оповестил приятный голосок, принадлежавший девушке крупье.

Шарик рулетки прогрохотал по барабану, мгновенье повисел над тридцать вторым номером и, качнувшись, упал в зеленую лунку.

Серега с тоской посмотрел, как она ловким движение рук сгребла последнюю горку фишек, что стояли на красном секторе.

Вот тебе и теория вероятности. Повтор зеро, а до этого шесть раз подряд черное…

Он поднялся из-за игрового стола. Пошарил по карманам в поисках сигарет. Пачка оказалась практически пуста. И когда успел все выкурить? Эх…

Другие книги автора Евгений Клёц

Этот мир расколот надвое.

Пока светит солнце, он – апокалиптические развалины пережившей катастрофу цивилизации, из последних сил пытающейся заново овладеть остатками утраченных технологий...

Но когда опускается ночь, меняется все.

Отключается электричество. Перестает действовать огнестрельное оружие. Воцаряется власть магии и волшебства.

Но теперь Ночной мир Аридел и Дневной мир Земля все ближе смыкаются друг с другом.

Наступает время, когда магии Ночи и технике Дня предстоит соединиться в едином, новом мире.

Однако те, кто поддерживает эту идею в Ариделе, приводят в возмущение всемогущий Совет архимагов, грозящий отступникам проклятием.

На Земле же даже минимальный контакт с миром магии и волшебства вызывает ужас и ненависть.

Значит, слияние невозможно?

Носители таинственного дара, позволяющего им с равным успехом действовать и днем, и ночью, так не считают.

Они готовы пойти наперекор древним законам и предубеждениям – чего бы это ни стоило...

Этот мир расколот надвое.

Пока светит солнце, он – апокалиптические развалины пережившей катастрофу цивилизации, из последних сил пытающейся заново овладеть остатками утраченных технологий…

Но когда наступает ночь, меняется все.

Отключается электричество. Перестает действовать огнестрельное оружие. Воцаряется власть магии и волшебства…

Так было.

Но теперь сила магии убивает с каждым часом, с каждой минутой.

Мир Дневной вторгается в мир Ночной, нарушая Закон великого Равновесия.

Кто предотвратит грядущую катастрофу?

Человек, способный даже в Ночном мире заставить работать технологии Дня?

Человек, обладающий даром управления магии Ночи в Дневном мире?

Или тот единственный, кто способен с равным успехом действовать и днем, и ночью?..

Матерый, старый клыкач, шел на сладкий и такой манящий запах свежего мяса. Густая, тягучая слюна, стекая из пасти, падала на землю, оставалась мутными каплями на листве кустарника и чахлой траве, отмечая его путь. Осторожно пробираясь сквозь заросли, он старался не тревожить шипастыми выростами брони подлесок, хотя и не чувствовал чужого присутствия. Выработанная долгими годами привычка быть всегда на стороже, давала о себе знать. Именно она позволила ему не только выжить, но и дожить до преклонных лет на суровых просторах Пустоши, тогда как другие, менее осторожные сородичи уже давно лежали мертвыми, белея обгоревшими на солнце костями.

Сигнал тревоги выл и бесновался, взывал о помощи, будил многоголосое эхо в пустых коридорах станции.

Антон, на ходу поправляя снаряжение, мчался на этот зов, одновременно пытаясь связаться с дежурным наблюдателем. Пятеро его товарищей тяжело бухая по полу десантными ботинками спешили следом, костеря каждый на свой лад яйцеголовых ученых заваривших эту кашу. Второй прорыв периметра за день! Куда это к черту годится?

– Группа «альфа», доложите свое местонахождение, - наконец подал голос дежурный. - Группа «альфа»?

Популярные книги в жанре Приключения: прочее

Самая серьезная стычка произошла между мной и Стариком, когда "Морячка" стояла в доке маленького портового городка на Западном побережье. Кто-то подложил Старику в койку хорька, а он обвинил в этом меня. Я с возмущением отверг такое обвинение и поинтересовался, где бы я мог взять этого хорька. А он ответил, что откуда-то он взялся, потому что вот он, этот хорек. Вдобавок он считал, что из всей команды только у меня хватило бы совести выкинуть такую шутку.

Я начинаю думать, что Порт-Саид для меня – гиблое место. Не то чтобы мне не удавалось там подраться, всегда удавалось. Но выходило так, что каждой схватке сопутствовало невезение.

С такими вот мыслями в голове я поднялся по шаткой лестнице гостиницы люкс для моряков и вошел в свой номер, крепко сжимая в кулаке пятьдесят баксов – все свое состояние.

Я только что виделся с Эйсом Ларниганом, менеджером "Арены", и договорился о том, что вечером встречусь в десятираундовом поединке с Черным Джеком О'Брайеном. И вот теперь я гадал, где бы спрятать деньги. Если взять их с собой на матч – их вытащат из кармана моих штанов, пока я буду на ринге, а если оставить в номере – сопрут слуги-китайцы, от которых ничего невозможно спрятать.

Историю эту мне рассказали в Дели. Рассказчиком был родовитый выходец с севера, афридий,[1] статный сильный человек с ястребиным взглядом, некто Хода Хан.

– Сахиб, не кажется ли вам странным, что Британия правит Индией, когда есть такие люди, как я? Сравните, например, себя со мною. Я могу убить вас голыми руками. А что бы вы делали, оказавшись в горах?

И все-таки ваша раса правит миром.

Нет, физическая сила ничего не значит в борьбе между народами. Есть еще что-то, нечто, не имеющее названия, что есть у Запада и нет у Востока.

Кирби О'Доннелл приоткрыл дверь своей комнаты и выглянул наружу, крепко сжимая в руке свой острый кинжал. Где-то вдалеке тускло горел факел, едва освещая широкий коридор, по обеим сторонам которого тянулись массивные колонны. Промежутки между этими колоннами казались темными колодцами, в которых легко мог притаиться кто угодно.

Несколько мгновений американец вглядывался в полумрак коридора, но не заметил никакого движения и не услышал шороха. Огромный коридор казался пустынным. Однако он мог бы поклясться, что уловил звук шагов чьих-то босых ног и какое-то прикосновение к его двери.

«Города Алисы» — сериал коротких приключенческих рассказов, действие которых происходит в красивых городах. Лондон, Хельсинки, Нью-Йорк, Мюнхен, Кёльн, Рим. Главная героиня — энергичная девушка Алиса. Умная, с чувством юмора, немного желчная, красивая, при этом не стерва, стильная, но не гламурная. Стоит ей только покинуть Россию, как вокруг неё сразу начинают происходить нереальные события, и люди с чудинкой оказываются на её пути. У Алисы есть коммуникабельный и доброжелательный пёс — грифон по кличке Соломон. Она всё время таскает его с собой, и он становится важным участником действа.

В сериале отсутствуют секс и ненормативная лексика. Много комического. И обязательно неожиданная концовка.

Первая история «Чудо в Лондоне» была опубликована в журнале «Лиза» № 25, 2009 г. со значительными сокращениями.

Ну ни черта не видно… Этот паршивый летчик сбросил нас над облаками, заверив, что мы прямо над целью, и теперь на парашюте пробиваю эту бесконечную темно серую массу толи тумана, толи сырой грязно серой мути. Весь костюм хим защиты и снаряжение стало мокрым и я почувствовал, как по лицу ползут предательские струйки воды, а на до мной встряхиваются с ткани парашюта брызги холодноватой жидкости. И когда же будет земля? Где то недалеко спускается командир группы майор Шкловский и радист сержант Махоткин. Естественно их не видно, но как они чувствуют себя в этой… В такую непогоду и сбросили на парашюте. Даже в десантных частях не рекомендуют играть со смертью с такими облаками.

Наши ребята психи. Представьте, группу парней и девчат, заболевших исследованием подземелья города. Вот уже несколько лет, они ради любопытства или по просьбам разных организаций, ползают по люкам и трубам, тоннелям и подвалам и целым сплетениям подземных коммуникаций. Бледненький, тощий Рой, заводила и умница, окончивший маркшейдерский факультет в Питере, оформил в мэрии бумаги, собрал документы разных инстанций от МЧС до МВД и мы стали легальным клубом, получив разрешение ползать под землей в разных районах города. Наш председатель составил карту того, что открыл и то, что нашли другие. Теперь эта бумажная простынь расстелена на столе, все столпились вокруг нее и с завистью изучают карандашные штрихи.

Три краснофлотца лежали на вершине невысокого холма. Степан Вернивечер с «Червоной Украины», долговязый и молчаливый Никифор Аклеев с «Быстрого» и Василий Кутовой, которого все в батальоне считали пожилым человеком, потому что ему уже стукнуло целых тридцать два года. Он пришел в бригаду не с корабля, а из запаса. До войны он был шахтером.

Над холмом безмятежно голубело июльское небо. В нескольких метрах позади плескались о крутой берег теплые волны негромкого прибоя.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

С начала религиозной войны в Германии вплоть до Мюнстерского мира едва ли возможно указать в политической жизни Европы какое-либо значительное и выдающееся событие, в котором реформация не играла бы первенствующей роли. Все мировые события, относящиеся к этой эпохе, тесно связаны с обновлением религии или прямо проистекают из него, и не было ни одного большого или малого государства, которое в той или иной мере, косвенно или непосредственно, не испытало бы на себе влияние реформации.

В исторических сочинениях, повествующих о замечательных временах Франциска I, Генриха II и его трёх сыновей, редко упоминается имя маршала де Вьейвиля. А между тем он принимал весьма близкое участие в самых важных переговорах, и ему надлежит занять почётное место в ряду великих государственных деятелей и полководцев той эпохи. Из всех современных ему историографов один лишь Брантом отдаёт ему должное, и это свидетельство имеет тем больший вес, что оба они стремились к одной цели, но были приверженцами разных партий.

На помочах инстинкта, на которых оно и поныне ведёт неразумную тварь, ввело человека провидение в жизнь, и так как разум его пребывал ещё в зачаточном состоянии, оно стояло у него за спиной, подобно заботливой няньке. Голод и жажда открыли человеку потребность в пище. Всем, в чём он нуждался для удовлетворения этой потребности, провидение в изобилии окружило его и посредством обоняния и вкуса руководило его выбором. Щадя его наготу, оно даровало ему мягкий климат и, оберегая его беззащитную жизнь, установило вокруг него мир, ничем не нарушаемый. Для поддержания рода оно позаботилось вложить в него половое влечение. В том, чем он сходствует с растением и животным, человек был таким образом полностью завершён. Начал понемногу развиваться и его разум. Поскольку природа продолжала печься о человеке, думать и действовать за него, он тем легче и беспрепятственнее мог отдать свои силы спокойному созерцанию, и его разум, ещё не отвлекаемый никакою заботой, мог безмятежно заниматься созиданием для себя орудия — языка, а также развлекаться пленительной игрой воображения. Человек созерцал вселенную ещё счастливым взглядом. Его радостно настроенная душа бескорыстно и целомудренно воспринимала любое явление; целомудренными и яркими отлагались они в его восприимчивой памяти. Итак, беззаботным и благостным было начало дней человеческих, да иным оно и быть не могло, дабы человек окрепнул для предстоявшей ему борьбы.

Новая система общественного устройства, рождённая на севере Европы и Азии и установленная новыми народами на развалинах Западной империи, теперь уже имеет почти семивековую давность — срок достаточно длительный, чтобы испытать себя на этой новой, более обширной арене и в новых соотношениях, развиться во всех своих видах и разновидностях и пройти через все свои различные формы и изменения. Потомки вандалов, свевов, аланов, готов, герулов, лангобардов