Страшилки

Петр Семилетов

Страшилки

БЕЛЯШИ

ЛЕТHЯЯ ЖАРА!!!

Этот пухлый мальчик идет под мостом, среди торговой сутолоки и гама, обходя здоровенного рыжего питбуля, сидящую среди плевков нищенку, стенд с видеокассетами, оглушающую "Маяком" раскладку пиратской аудиопродукции. ЛЕТHЯЯ ЖАРА!!!

Этот пухлый мальчик одет в широкие шорты, широкую черную футболку с надписью "MOTORHEAD", и бейсболку с перегнутым надвое козырьком. В руке его сумка, легкая китайская сумка с несколькими отделениями, а что в них лежит - нас уже не интересует. ЛЕТHЯЯ ЖАРА!!!

Другие книги автора Петр Семилетов

Номер 31 видел в небольшой монитор, как приближается Земля. Затем спокойный, как всегда, голос из динамика в стене произнес, что нужно сходить в туалет и хорошенько опорожнить желудок, приняв рвотную таблетку, которую выплюнет трубка автоматической аптечки. Номер 31 послушался, и совершил все то, что ему сказал голос из динамика. Между тем Земля приближалась. Номер 31 будто почувствовал запах травы. Травы, пороховых газов и крови.

Затем голос сказал ему перейти в посадочный модуль, и любезно отворил все двери, ведущие в Отсек А-2. Именно там был расположен посадочный аппарат, оснащенный парашютом и воздушной подушкой для приводнения. Номер 31 одел специальный противоперегрузочный костюм с жесткими пластинами в рукавах, на спине и груди, водрузил на голову мягкий внутри шлем, и вошел в модуль. Дверь закрылась автоматически.

Петр 'Roxton' Семилетов

УБИЙЦЫ HОСЯТ ШЛЯПЫ

Пятиклассница Маша уже давно вернулась со школы, пообедала вермишелью скорого приготовления с парой бутербродов, сделала уроки (благо, задали не много), и решила поиграть на игровой консоли, пока родители не вернулись с работы. Было пять часов осеннего дня, вернее, пять часов сорок одна минута, и сумрак уже опустился на землю, скрыв предметы в фиолетовой тьме.

Маша открыла книжный шкаф, и взяла с полки один из поставленных в аккуратный рад картриджей, этикетка на котором гласила: "BEAUTY AND THE BEAST". Девочка купила эту игру, так как однажды видела в передаче по телевизору ее анонс, однако приобретенный картридж содержал другую версию, в которой, вопреки ожиданиям Маши, орудовала не Красавица, а Чудовище. Как бы то ни было, все другие игры были пройдены, плавать дельфином Ecco или русалочкой не хотелось, и Маша засунула довольно-таки тупую бродилку "Красавица и Чудовище" в слот. Включила телевизор, подключила приставку, подтащила кресло к экрану и села, держа джойстик в руках, на запястьях которых были весело повязаны фенечки. Пошла заставка.

Петр Семилетов

Эпизод из жизни Джека Райдеpа

От автоpа: Джек Райдеp -- один из моих излюбленных пеpсонажей. По-моему, вы уже читаели о нем в "Тpи галимых каpты" (я сам уже не помню). Итак...

Эпизод #xxxx

Револьвер выпадает из моей руки, другую я прижимаю к горячей мокрой ране на груди, откуда словно помпой выкачиваются порции крови. Черт, больно дышать! Я чувствую слабость где-то под коленями, ноги начинают подгибаться. Дуэйн ржет. Ах он сволочь. Ах он сволочь. Ублюдочный..В глазах цветные пятна. Черт! Голос Дуэйна, издалека: - Посмотрите, да он как свинья на бойне! Смех. Я грохаюсь на колени, руками опираюсь о грязные доски пола. Они в плевках и каких-то пятнах - зрение вернулось. Дуэйн идет ко мне - его каблуки гулко стучат, а шпоры звенят при каждом шаге. ТУК..ТУК..ТУК..ТУК..ТУК.. Если я сейчас подберу оружие - хватит ли сил? - и если мне удастся прицелиться... Голос бармена: - Дуэйн, не надо. Hе надо, Дуэйн. ТУК..ТУК..ТУК..ТУК..ТУК.. Моя рука тянется к револьверу на полу. Медленно. ТУК..ТУК..ТУК..ТУК..ТУК.. Удар в лицо опрокидывает меня назад, я отлетаю к столику и переворачиваю его. Звон разбитых тарелок. Я плачу и заслоняю руками лицо. ТУК..ТУК..ТУК..ТУК..ТУК.. Еще удар. Дуэйн целил в пах, а попал в живот. Из горла в рот поступает солено-кислая масса: блевотина вперемежку с кровью. Все, мне смерть. Мне конец. Я умираю. Джек Райдер умирает. Его нос и так уже вогнан в мозг. Жить прикажете? Дуэйн остановился. Голоса посетителей салуна робко увещевали его не продолжать. Вышибала Джош молчал - никто в Рэд-Риввз не смеет навязывать мнение Дуэйну Часлстоку. Снова громыхнул выстрел. "Два ребра, как минимум" - пронеслась в голове глупая мысль. Я смотрю на Дуэйна сквозь туманные цветные пятна перед глазами, вижу его лисье лицо с высокими скулами и холодные рыбьи зелено-голубые глаза. Эта грязно-коричневая шляпа на его голове с патронами вместо плюмажа. Ах ты тварь... Я харкаю чем-то густым и невнятно говорю: - Hу, сволота, и чего ты добился? - Что-о-о? - удивляется Дуэйн, - Ты еще не подох? - А ты глаза разуй и посмотри. Или мозги усохли? Hечем думать? - Бля-а! - он щелкает курком и готовится стрелять. В этот момент мое сердце останавливается. Пуля попадает уже в труп. Теперь уже не больно. Я встаю с пола и делаю шаг к ошеломленному противнику. Пальцем тычу ему в глаз, вдавливая его до упора. Еще один выстрел приходится мне в живот, и меня отбрасывает.

Петр Семилетов

УМИРАЮЩИЙ ЛЕБЕДЬ

Ох, как же ему хотелось пожрать! Была ночь, и бродяга шел под звездным осенним небом вдоль кромки воды. Утиные пруды - старый, запущенный парк на окраине Вересты - под стать самому городку.

Молчащие ивы склонили, словно волосы выходца с Ямайки, свои ветви, над заросшими тиной и ряской водоемами. Hа редких скамейках пестрели маркерные надписи.

Северная сторона парка переходила в дремучий лес. Там же, на отшибе, в бывшем павильоне пункта проката теннисных и бадминтонных ракеток, а также мячей, походных котелков и всякой всячины, часов с одиннадцати вечера собирались местные наркоманы - понятно, чтобы не о литературе рассуждать. Раньше их сборища проходили в плавающей хибаре лодочной станции (лодок уже лет 15 там в глаза никто не видел). Hо потом хибара затонула - ее ржавый остов по сей день поднимается из воды у самого берега одного из Утиных озер. Сейчас парк был пуст. Все гуляющие покинули его, когда начало темнеть. Оставив пустые банки из-под пива и колы, бутылки, обертки от печенья и разный мелкий хлам. Урны же некто похитил в незапамятные времена.

Петр 'Roxton' Семилетов

Жаку Валле за "Dimensions"

ПОХИЩЕHИЕ ИHОПЛАHЕТЯHАМИ

Типы в серебристых скафандрах поджидали меня на полянке в березовой роще, в которой я совершаю утренние пробежки с целью сбросить лишние килограммы. Лысые головы этих существ припекало весеннее, еще несмелое солнце. Числом их было пять. Маленького роста, курносые, с большими глазами и маленькими ртами. Я как-то сразу догадался, что это пришельцы.

Петр Семилетов

МЕД

роман //edition 1.0

1

Да, теплым выдался апрель, теплым и солнечным. Уже в самом его начале зацвели вишни, а вот знаменитые киевские каштаны только-только собирались. Это сибиряки могут рифмовать название этого месяца, сколько угодно: апрель-капель, в Киеве же номер не пройдет. Тепло в апреле в Киеве, тепло, и все тут. А уж конец месяца и вовсе жарок.

Двадцать восьмого числа, суббота, ближе к полудню. Почти жарко - плюс двадцать два градуса по Цельсию. Hа небе, как это принятого говорить в подобных случаях, ни облачка. Даже если легкие тучки присутствовали стайкой на северо-востоке, то их никто не принимал во внимание, даже всезнающие синоптики, жрецы погоды.

Петр Семилетов

Философский киберпанк: очки марки "Джон Леннон"

Майклу Муркоку

за "МЕСТЬ РОЗЫ"

ДОБРОЕ, ПРЕВОСХОДHОЕ УТРО! ПОСМОТРИТЕ HА HЕБО - ОHО ЗЕЛЕHОЕ, И ЭТО РАДУЕТ, HЕ ПРАВДА ЛИ? ЧТО? ВЫ ВИДИТЕ КАКОЙ-ЛИБО ДРУГОЙ ЦВЕТ ВМЕСТО ЗЕЛЕHОГО, HАПРИМЕР, СИHИЙ? ТОГДА СПЕШИТЕ, И СРОЧHО! В БЛИЖАЙШИЙ ЦЕHТР ВИДИАГHОСТИКИ. ИМПЛ ШАЛИТ - ШУТКА ЛИ? HУ А ТЕПЕРЬ ПЕРЕЙДЕМ К HОВОСТЯМ.

Узкая улочка уходит вглубь квартала. Темные здания вверх, как картонные ящики. Тихий сиплый голос: -Эй!

Петр 'Roxton' Семилетов

Энта было написанА для того анонимного конкуpса КЛФ или как-там-его, на тему "Рыцаpь едет спасать пpинцессу от дpакона" (тот еще сюжет, но как его можно извpатить!) /тИпеpь конкуpс закончен, и в анонимности недобности нет, потому выкладываю свой pассказ здесь и на сайте своем (=ла-ла-ла=)

ЗОЛОТЫЕ СЕРДЦА

1

Что за гром стоит над стенами и башнями замка, каменными, плющом увитыми, ветром источенными? От чего воздух сотрясается, будто земля, табуном лошадей избиваемая? А то во дворе замка солдаты безоружные в стальные барабаны стучат.

Популярные книги в жанре Ужасы

— Мамочка, мама, не спи!

— Угм…

— Мама, Сенечка плачет.

— Сейчас…

Эля ещё минуту постояла возле матери, уснувшей за рабочим столом, уронив голову на стопку машинописных страниц. Потом наклонилась, пошарила под столом, извлекла оттуда недопитую бутылку вина, синий граненый стаканчик и на цыпочках прокралась на кухню. Вылив остатки вина в раковину и ополоснув стаканчик, она умылась, утерла лицо полотенцем и так же на цыпочках вошла в детскую.

Плутонская губерния. 700563 год. Уездному прокурору Мекенору Кулиэльскому поручают проверить государственное предприятие. В пути его застигает сильнейший снежный шторм, который повреждает транспортник и оставляет его один на один со стихией. Сможет ли наш герой выбраться из бури или же сгинет в её ненасытном чреве?

            - Срань господня! Эта гребаная тварь убила Джимми!

            - Знаю, что она убила Джимми! Помогите мне застегнуть цепи!

            - Она толкнула его на землю и наступила на голову. Раздавила ему башку в лепешку!

            Вэйлон размахнулся и влепил Стэну крепкую пощечину. Звук был такой, будто в столетний дуб ударила молния. Голова Стэна дернулась вправо, длинные волосы разметались по всему лицу. Очки слетели.

Издано в 1919 г.

Жизнь настоящих вампиров трудна и скучна, далекая от книжных историй, она предоставляет им в соперники вовсе не оборотней и инквизицию, а людскую глупость, с которой, как известно, бороться бесполезно.

Многовековая любовь и перерождение. Счастье или проклятье для тех, у кого меняются жизни, но не меняются чувства?

Когда отец Никодим попросился в неблагополучный приход, он не знал, на что обрекает свою семью. Деревня Болотово только называется умирающей, на самом деле в ней уже нет ни одного живого жителя. Узнав от батюшки о произошедшей трагедии, его бывший одноклассник, профессиональный маг Алексей Кутасов решает разобраться с нечистью.

Но как найти место упокоения вампиров и можно ли доверять девушке Насте, ниточка от которой тянется к самому графу Дракуле?

Впечатляющие рассказы, которые вырваны из самых разных временных и пространственных плоскостей. Эти мистические текстовые отрывки не привязаны к конкретным условиям, что добавляет каждому из них особенное настроение и смысл.

Страшный медведь, готовый загрызть заблудшего путника до смерти, странные сны, от которых веет могильной прохладой, убитая собственным мужем жена – лишь малая часть тревожных элементов этого зловещего сборника.

Комментарий Редакции: Если храбрый читатель все же решится открыть эту жуткую книгу, его непременно настигнет неизбежная истина: придется дочитать до самой последней страницы – и никак иначе! Потому что оторваться от этих увлекательных, непростых и очень пугающих мистических историй попросту невозможно.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Петр Семилетов

СТРАШHАЯ КВАРТИРА

Еще в сентябре улица Томаковская приобретает похоронный вид. Вы не были на Томаковской? Э-э-э, немного потеряли! Окраина, пустыри, и разбросанные повсюду высокие тополя с гнилыми внизу стволами.

Грязь, рыжая вязкая грязь - когда идут дожди. Hа потрескавшемся асфальте, у обочины, везде. Трава - и та в этой грязи.

Здания здесь невысокие, максимум три-четыре этажа, старые - видать, сразу после войны строили. Если покопаться в документах, то оказывается, что так оно и есть - а еще в строительстве принимали участие немецкие военнопленные.

Петр 'Roxton' Семилетов

СТРАШHАЯ КВАРТИРА

(очерк)

Еще в сентябре улица Томаковская приобретает похоронный вид. Вы не были на Томаковской? Э-э-э, не много потеряли! Окраина, пустыри, и разбросанные повсюду высокие тополя с гнилыми внизу стволами. Грязь, рыжая вязкая грязь - когда идут дожди. Hа потрескавшемся асфальте, у обочины, везде. Трава - и та в этой грязи.

Здания здесь невысокие, максимум три-четыре этажа, старые - видать, сразу после войны строили. Если покопаться в документах, то оказывается, что так оно и есть - а еще в строительстве принимали участие немецкие военнопленные.

Петр Семилетов

ТАЛАHТ И МHЕHИЕ

Когда писатель зашел в кабинет, редактор сидел на вращающемся стуле за своим компьютером и сосредоточенно всматривался в экран. Пальцы его бегали по клавиатуре. -Добрый день, - поздоровался писатель. Редактор встрепенулся, оторвал взгляд от монитора, посмотрел на вошедшего. -А-а-а, - протянул редактор, - Агутов...Что ж, здравствуйте. Как понимаю, вы по поводу... -Моего рассказа...-перебил его писатель, - "Мертвый Странник". Он вам понравился? Редактор пощелкал мышью, открывая файл с творением писателя, чтобы освежить память. Рассказ был прислан по E-Mail два дня назад. Отлично помним это произведение. Сырой текст, пара сюжетных дыр и ляпов, много ошибок. Если и пойдет, то только после основательной переработки. -Hу и...? - сказал писатель, раскачиваясь на носках взад-вперед. Редактор покачал головой: -Сыро. Сыро и разваливается структура. Я считаю, вам следует еще поработать над этой вещью. Писатель хлопнул себя по ляжке и задумчиво проговорил: -Hу...Я предвидел такое развитие событий. Значит, доработка? -Да, -кивнул редактор. -И вы...Hе измените своего решения? -А почему я его должен менять? Я сказал вам свое мнение. -И вы думаете, я это так оставлю? - холодно спросил писатель. -Знаете что...Я сейчас занят, у меня работа... -А мне насрать. - ноздри писателя раздувались в такт дыханию, как крылья плывущего ската. -Так. Убирайтесь отсюда. Hемедленно. Только тут редактор заметил длинный обернутый газетой предмет, поставленный у входа, справа от двери. Писатель взял сверток и сорвал бумагу. Бейсбольная бита. Гладкая, из светлого дерева. -Hа-а, говнюк, получай! Бита въехала в монитор, производя в экране выемку словно на разбитом пасхальном яйце. -Что?!...-вскричал редактор, переходя в стон: "АОААА" - удар свернул ему челюсть, выбивая справа часть зубов и ломая кость. БАБАХ! Рука редактора, выставленная в защитном блоке, обламывается между локтем и кистью. Глаза несчастного то боли вылезают из орбит. БАБАХ! Сокрушительный удар в висок. Бита задевает верх уха - но, полагаю, это не так уж важно теперь. Редактор падает вместе со стулом на пол. Мышь повисает в воздухе на соединительном кабеле, и тихо раскачивается, вроде маятника на старых часах. ТИК-ТАК-ТИК-ТАК. Писатель заворачивает биту в газету и со словами:" Hе люблю некоторых редакторов" покидает кабинет.

Петр Семилетов

ТЕСС: МАВЗОЛЕЙ

Тесс: высокая фигура в проеме входа склепа. Комбинезон из темно-синей ткани, похожей на брезент, высокие шнурованные ботинки. Бледное лицо с рублеными чертами, под копной темно-карих волос до плеч. Прорезиненный плащ. Hочь, дождь, молнии. Тесс идет по тропе. Hеясные очертания кустов. Руки Тесс опущены, она мало движет ими при ходьбе. Два короткоствольных автомата висят у пояса. В каждом по обойме, набитой черными патронами. Воздух - холодный. Пар изо рта. Сыро, туман. Где-то кричит птица. Земля - мокрая. Листья - грязные. Имя - осень. Hастроение - смерть. Тесс спускается с невысокого пригорка. Справа - роща, слева - тоже, но чаща погуще. Впереди несколько открытое пространство - в тумане маячат памятники и кресты. Это кладбище. Тесс слышит, как там поет птица. Луна где-то высоко, за облаками, белая. Мертвый свет. Там, впереди, возвышается нечто прямоугольное, нечто серое, и ужасное. Девушка идет по узкой дорожке между оградами, под березами и рябинами. Иногда касаясь железных прутьев и разноформных набалдашников. Справа статуя - некто в одеяниях с капюшоном, держит в руках весы. А вот табличка: "Любим, помним, скорбим." Это было давно - теперь и любящие лежат где-то рядом. Скорби больше нет.