Стихотворения

Стихотворения
Автор:
Перевод: Вячеслав Всеволодович Иванов
Жанр: Поэзия: прочее
Серия: Журнал "Звезда". 2012 № 1
Год: 2012

Аполлинером я увлекся давно — в юности. Пробовал подражать, в особенности его пространной лирической “Песне отверженного” (“Chanson du mal-aimé”), где среди любовных уподоблений возникают и запорожские казаки, пишущие султану, набрасывал строки возможных переводов. Возвращался к уже запомненным наизусть стихотворениям, с радостью узнал одно из них — “Бродячие циркачи” (“Saltimbanques”) — в песне Ива Монтана. У московских букинистов в старое “доброе” время нашлись не только поэтические, но и увлекательные прозаические его книги (в одной из них — “Поэт, на которого напали” — есть и вставленные в нее стихи о легендарном средневековом городе Оркенизе). Аполлинер всегда оставался в памяти, и поэтому к его французским текстам почти без моего участия складывались их русские подобия. Поэтому обрадовало появление двуязычного французско-русского издания избранных стихов Аполлинера “Мост Мирабо” с отличным введением и с переводами Михаила Яснова. Они, как и перечитывание вместе с ними оригиналов, вызвали к жизни таившиеся прежде, но не до конца завершенные, мои собственные опыты передачи тех же стихов. Я признателен Михаилу Яснову и издательству “Азбука-классика”, выпустившему в Петербурге в 2010 эту книгу изумительных французских стихов, побудивших меня вступить в соревнование своими переводческими опытами, довершенными благодаря этому импульсу. Большой поэт всегда может быть понят (а значит, и переведен) по-разному. Так, четвертое из приводимых и переводимых стихотворений состоит всего из одной строки, породившей целую вспомогательную литературу. Мне это напоминает сознательно обыгрывавшуюся многозначность образов классической японской поэзии. Стихотворение это, ставшее знаменитым из-за множества возможных его толкований, можно перевести и так: “Всего одна струна, на ней играют”. Еще два пояснения. В третьем стихотворении речь идет о книге английского романтика Де Квинси “Воспоминания англичанина, курильщика опиума”, переложенной на французский Бодлером в его “Искусственных райских садах”. Пятое стихотворение написано поэтом в больнице, куда, раненный на фронте в голову, Аполлинер попал в 1916 г. Через полтора года он умер от “испанки”, в возрасте тридцати восьми лет, возрасте расцвета великих поэтов. Возможно, его смерть стала кроме гриппа следствием полученного ранения. Читателю может понравиться возможность сравнить разные интерпретации, как мы сопоставляем двух пианистов, пробующих по-своему передать одну и ту же классическую вещь, или сравниваем игру двух актеров, воплощавших Гамлета или Тартюфа. Что-то в каждом опыте толкования может оказаться более уместным, с другим читатель волен не согласиться. Надеюсь на снисхождение строгих критиков.

Рекомендуем почитать

Прежде всего, Лебедев был потрясающий человеческий тип. Разделить его (вот личность, а вот артист) невозможно. У Евгения Алексеевича и то и другое существовало в органике: профессия и личность. Органический тип. Не лицедей, который в кого-то превращается и от кого-то вещает… Он для меня на сцене и в жизни неразделим. Особенно интересен нам — художникам. Недаром мы его любили. Пластика необычная, не деланная, натуральная, животная, идущая от природы. Я его рисовал похожим во всех ролях. Рисунки к «Истории лошади» делал за год до того, как вышел спектакль, а потом все совпало — рисунки и он в роли — один к одному. Достаточно сравнить рисунок Холстомера — Лебедева и его же на фотографиях в спектакле через год…

Пантелеймоновская улица времен моего детства. Магазин братьев Чешуриных — молочный магазин, выложенный белым кафелем, там сметана разных сортов, творог в деревянных кадушках, молоко в бидонах, масла, сыры, и сами братья орудуют в белых фартуках с черными блестящими (из кожи, что ли?) нарукавниками. А на углу Литейного была кондитерская «Ландрин». А дальше по улице к Соляному переулку была булочная Филипповых, утром я бежал туда за горячими рогаликами, булочками, не помню уж точно, мама посылала меня. Был какой-то магазин «Лора». Шли трамваи с «колбасой», катались на «колбасе» — это резиновый шланг на задней стенке (для пневматики), — за него цеплялись и ехали. Улица была вымощена деревянными шашками, панель — плитами, ворота на ночь запирали, парадные тоже, дежурные дворники сидели у ворот, а уж к ночи уходили в свои дворницкие. У нас дворницкая была в подворотне, туда звонок, открывали, и надо было сунуть за это двугривенный. У Спасской церкви стояли пушки. В Вербное воскресенье на площади перед церковью устраивалась ярмарка. Обитая черным бархатом карусель. По бархату стеклярус. Китайцы продавали скрипучки, веера, чертиков, «тещины языки», «Уйди-уйди». Пряники продавали, длинные конфеты, обкрученные ленточками, моченые яблоки, конечно, семечки, причем разных сортов: семечки жареные, сырые, тыквенные, чищенные. На лотках торговали маковками, это вроде ирисок, но сваренные на сахаре из мака, постным сахаром всех цветов.

В 1969 году повторно был арестован М.В. — очень близкий человек, из круга бывших мордовских лагерников. Годами вместе пили, гуляли, ходили неделями с рюкзаками по Дагестану и Чечне, наносили посильный, малый, конечно, хотя бы словесный ущерб власти Советов.

Арестован М.В. был, как и большинство зэков того хрущевского поколения, осенью 1957 года в Москве, вскоре после закрытия VI фестиваля молодежи и студентов. Во время этого фестиваля он со своим ныне покойным другом Анатолием сочинил несложное, но перенасыщенное самой что ни на есть злобной клеветой на все передовое, обращение к европейской молодежи в целом и заодно к ЦОПЭ — Центральному объединению послевоенных эмигрантов, структуре, расположенной во Франкфурте и склоняемой советской прессой пуще Уолл-стрита. В обращении-письме дружеская просьба: «Всем им прибыть в советскую столицу и освободить ее от коммунистического ига». За отсутствием оргтехники приглашение было размножено в пяти экземплярах с помощью чернильного карандаша. Одна из копий была вручена на «плешке» (так называли место в Москве между Большим театром и площадью Революции) двум иностранцам, представившимся немцами, которые оказались переодетыми оперативниками. Иностранные гости фестиваля разъехались, а фальшивые немцы сделали оргвыводы. Как забрали М.В., не помню, а соучастник его Анатолий был в шесть утра (начало «светлого времени суток», согласно УПК РСФСР) разбужен человеком, сидевшим на его кровати. Он его тряс за плечо со словами: «Толя, просыпайся, ты арестован».

В 1959 г. к октябрю в Москву меня вызвал Н. Н. Асеев и пламенно взялся за мои стихи и пробивание их в печать. Полгода дела шли весело. А потом тормоза, я бы сказал, резонные для тех времен (как, впрочем, и для этих). Тезис «дедушка-внучек» никак не оформлялся. Он решил, что это пропасть, возрасты и круги старого дерева не сходятся с кругами молодого. Сходятся. Я напишу о Лиле Юрьевне Брик.

Уже к середине 1960 г. Асеев понял, что одному ему не одолеть номенклатуру.

Он поднялся так рано, что в начале шестого, когда и не рассвело еще толком, уже стоял посреди кухни — одетый, выбритый, даже чего-то слегка пожевавший, держа в руках уложенный с вечера рюкзачок. Собственно, он взял его, чтоб шагнуть за порог, но что-то еще зацепило — стоял и пристально вглядывался в заоконную муть. Хотя — что там могло зацепить? В сером тумане стыла им же посаженная когда-то рябинка, тянула к окну мокрую ветку. На ветке сидела ворона — нахохлившаяся, почти безголовая. Вдруг, беззвучно и тяжело качнув ветку, она не то взлетела, не то свалилась, заполошно взмахнув отсыревшими крыльями. Он вздрогнул и, как бы очнувшись, вскинул рюкзачок на плечо.

Он долго стоял на площадке, слушая тишину лестницы.

Никто не выходил, не входил. Тишина была обыкновенная, тишина летнего воскресного дня. Входить, звонить, открывать начнут вечером, после загородных прогулок, дач, времени, проведенного на заливе с игрой в волейбол и подкидного.

Тишина была совершенной. Но для него — беглеца — она была обманной, таившей угрозы и опасности.

Так и не решившись нажать кнопку звонка со знакомым именем, знакомым и близким, некогда родным, он повернулся и медленно стал спускаться по широкой лестнице бывшего доходного дома, построенного в далеком и непонятном девятьсот втором.

Ее звали Глория Шмидт. Имя для парохода, не для девушки. Глория — ровная линия борта, гладкий на ощупь, прохладный металл; причудливые блики над ватерлинией, запах воды, мечта… Шмидт — гордо задранный форштевень; будто лезвие рапиры — бушприт; будто выстрел в небо — мачта; шум ветра в ушах, затаенная тоска…

Его звали Иван Богданов. Иван Титович Богданов. Он был капитаном дальнего плавания.

— Erlerdigt! Der Nachste!

— Klar…

Открытые вагоны теснились, сталкиваясь буферами, перед бортом, с которого свисал на причал светло-бурый брезент. Время от времени по нему дробными очередями стучали горсти похищенного апрельским ветром зерна. Иван, стоя на мостике, перебирал вагоны взглядом, как четки: молился, чтобы время сжалось пружиной, свернулось, будто канат, в бухту; что угодно и как угодно — лишь бы он немедленно очутился на улице Баумваль, где у дверей отцовской аптеки ждет его белокурый ангел в шелковых чулках и клетчатой юбке — Глория Шмидт.

Это почти совсем не измененная запись легенды бушменов — древнейшего из народов земли, в языке которых, кажется, сохранились следы праязыка предков современного человека. — Примеч. автора.

Другие книги автора Гийом Аполлинер

«Всегда сваливай свою вину на любимую собачку или кошку, на обезьяну, попугая, или на ребенка, или на того слугу, которого недавно прогнали, — таким образом, ты оправдаешься, никому не причинив вреда, и избавишь хозяина или хозяйку от неприятной обязанности тебя бранить». Джонатан Свифт «Как только могилу засыплют, поверху следует посеять желудей, дабы впоследствии место не было бы покрыто растительностью, внешний вид леса ничем не нарушен, а малейшие следы моей могилы исчезли бы с лица земли — как, льщу себя надеждой, сотрется из памяти людской и само воспоминание о моей персоне». Из завещания Д.-А.-Ф. де Сада от 30.01.1806 г. В книгу вошли произведения, относящиеся к жанру черного юмора. Среди авторов люди, чья гениальность не вызывает сомнений, но, как известно, чем больше талант, тем более человек и безумен… Авторами антологии черного юмора стали абсолютно гениальные и совершенно сумасшедшие: Д. Свифт, Маркиз де Сад, Эдгар По, Шарль Бодлер, Артюр Рембо, Пабло Пикассо, Франц Кафка, Сальвадор Дали и многие другие.

Мы живем в тревожное время. Мир встретился лицом к лицу с абсолютно новыми проблемами, неведомыми ранее человечеству: в первую очередь — это угроза экологической катастрофы.

Но остались и все прежние проблемы: терроризм, коррупция, гангстеризм, проституция, торговля наркотиками, преступления среди молодежи.

Мы, МАДПР, — детективные писатели мира и авторы политических романов, объединяющие Восток, Запад и третий мир, представителей разных идеологий, убеждений и религий, мы, которые выпускаем каждую пятую книгу в мире, предлагаем всем Академиям наук — в первую очередь психологам и социологам — организовать совместную конференцию и обсудить трагическую ситуацию с растущей преступностью.

Мы, Исполком МАДПР, предлагаем всем газетам, журналам, радио, ТВ, кино и театрам свои консультации и содействие в нашей общей работе — сделать все возможное, чтобы остановить рост преступности в мире.

Австрия, Англия, Бельгия, Германия, Греция, Дания, Ирландия, Исландия, Испания, Италия, Нидерланды, Норвегия, Португалия, Турция, Финляндия, Франция, Швейцария, Швеция / Вступительная статья Роберта Рождественского.

Составление: И. Бочкаревой, М. Ваксмахера, Е. Витковского, Л. Гинзбурга, С. Ильинской, Т. Меликова, Е. Ряузовой, А. Сергеева, Н. Томашевского.

Примечания: Е. Витковского, Л. Володарской, Ю. Стефанова, В. Топорова, С. Ильинской, И. Бочкаревой, С. Гончаренко, Евг. Солоновича, Е. Ряузовой, Т. Меликова; К. Панас (к иллюстрациям).

Авторы: Гуго фон Гофмансталь, Райнер Мария Рильке, Карл Краус, Стефан Цвейг, Бертольт Фиртель, Альберт Эренштейн, Герман Брох, Георг Тракль, Альма Иоганна Кёниг, Франц Верфель, Йозеф Вайнхебер, Эрнст Вальднигер, Теодор Крамер, Вильгельм Сабо, Гуго Гупперт, Эрнст Шенвизе, Кристина Буста, Пауль Целан, Ингеборг Бахман, Томас Гарди, Уолтер де Ла Map, Дэвид Герберт Лоуренс, Джон Мейсфилд, Томас Стернс Элиот, Уилфред Оуэн, Зигфрид Сассун, Айзек Роузенберг, Хью Мак-Диармид, Роберт Грейвз, Сесил Дэй-Льюис, Луис Мак-Нис, Уистен Хью Оден, Джордж Баркер, Дилан Томас, Тед Хьюз, Филип Ларкин, Карел ван де Вустейне, Франц Элленс, Ян ван Нейлен, Констан Бюрньо, Пауль ван Остайен, Марсель Тири, Норж, Морис Карем, Арман Бернье, Ашиль Шаве, Давид Шайнерт, Марк Брат, Хуго Клаус, Герхарт Гауптман, Рикарда Гух, Франк Ведекинд, Стефан Георге, Кристиан Моргенштерн, Эльза Ласкер-Шюлер, Беррис фон Мюнхгаузен, Рудольф Борхарт, Ганс Каросса, Эрих Мюзам, Пауль Цех, Герман Гессе, Иоахим Рингельнац, Эрнст Штадлер, Лион Фейхтвангер, Оскар Лёрке, Якоб ван Годдис, Георг Гейм, Курт Тухольски, Клабунд, Иван Голль, Нелли Закс, Эрнст Толлер, Гертруда Кольмар, Петер Хухель, Альбрехт Гаусгофер, Вольфганг Борхерт, Вильгельм Леман, Георг фон дер Вринг, Готфрид Бенн, Эрих Кестнер, Элизабет Ланггессер, Мария Луиза Кашниц, Вольфганг Вейраух, Гюнтер Айх, Карл Кролов, Ганс Магнус Энценсбергер, Костис Паламас, Константинос Кавафис, Ангелос Сикельянос, Костас Варналис, Костас Кариотакис, Георгос Сеферис, Яннис Рицос, Никифорос Вреттакос, Одиссеас Элитис, Людвиг Хольстейн, Отто Гельстед, Том Кристенсен, Нис Петерсен, Поль ля Кур, Уильям Батлер Йейтс, Джеймс Джойс, Остин Кларк, Патрик Каванах, Эйнар Бенедихтссон, Стефаун фра Хвитадаль, Давид Стефаунссон, Йоуханнес ур Кетлум, Томас Гудмундссон, Гудмундур Бэдварссон, Снорри Хьяртарсон, Мигель де Унамуно, Район дель Валье-Инклан, Мануэль Мачадо, Леон Фелипе, Хорхе Гильен, Дамасо Алонсо, Висенте Алейсандре, Луис Сернуда, Габриэле д’Аннунцио, Гвидо Гоццано, Альдо Палаццески, Дино Кампана, Умберто Саба, Камилло Сбарбаро, Джузеппе Унгаретти, Эудженио Монтале, Сальваторе Квазимодо, Чезаре Павезе, Альфонсо Гатто, Марио Луци, Джорджо Капрони, Бнтторио Серени, Пьер Паоло Пазолини, Герман Гортер, Ян Хендрик Леопольд, Генриетта Роланд Холст ван дер Схалк, Питер Корнелис Баутенс, Якобюс Корнелис Блум, Николас Петрус ван Эйк, Адриан Роланд Холст, Ян Гресхоф, Хенрнк Марсман, Мартишос Нейхоф, Симон Вестдейк, Геррит Каувенар, Люсеберт, Улаф Аукруст, Улаф Булль, Херман Вильден-вей, Арнульф Эверланн, Гуннар Рейсс-Андерсен, Нурдаль Григ, Ингер Хагеруп, Камило Песанья, Жоан де Баррос, Фернандо Песоа, Марио де Са-Карнейро, Жозе Гомес Феррейра, Жозе Режио, Мигел Торга, Антонно Жедеан, Мануэл да Фонсека, Марио Дионизио, Фернандо Намора, Жоржи де Сена, София де Мелло Брейиер, Папиниано Карлос, Карлос де Оливейра, Эжито Гонсалвес, Эуженио де Андраде, Алешандре О’Нейл, Франсиско Мигел, Назым Хикмет, Орхан Вепи, Фазыл Хюсню Дагларджа, Октай Рифат, Эйно Лейно, Эдит Сёдергран, Эльмер Диктониус, Катри Сала, Сен-Поль Ру, Анри де Ренье Поль Клодель, Франсис Жамм, Поль Валери, Поль Фор, Шарль Пеги, Тристан Кленгсор, Анна де Ноай, Макс Жакоб, Леон Поль Фарг, Оскар-Венцеслав де Любич-Милош, Виктор Сегален, Гийом Аполлинер, Валери Ларбо, Жюль Сюпервьель, Франсис Карко, Блэз Сандрар, Сен-Жон Перс, Пьер-Жан Жув, Пьер Реверди, Жан Кокто, Иван Голль, Поль Элюар, Тристан Тзара, Антонен Арто, Луи Арагон, Жан Кассу, Филипп Супо, Франсис Понж, Анри Мишо, Жак Одиберти, Робер Деснос, Жак Превер, Гаймон Кено, Жан Тардье, Жан Фоллен, Жан Тортель, Пьер Сегерс, Морис Фомбёр, Гильвик, Рене Шар, Андре Френо, Пьер Юник, Жан Кейроль, Патрис де Ла-тур дю Пэн, Жан Марсенак, Макс-Поль Фуше, Жан Руссело, Жорж-Эмманюэль Клансье, Ален Боске, Рене Ги Каду, Жорж Брассенс, Ив Бонфуа, Шарль Добжинский, Жак Брель, Карл Шпиттелер, Франческо Кьеза, Шарль-Фердинанд Рамю, Пьер-Луи Маттен, Альбин Цоллингер, Альберт Эрисман, Андри Пеер, Александр Ксавер Гвердер, Вальтер Гросс, Филипп Жакоте, Эрик Аксель Карлфельдт, Вильхельм Экелунд, Андерс Эстерлинг, Дан Андерссон, Пер Лагерквист, Яльмар Гуллберг, Нильс Фертин, Карин Бойе, Артур Лундквист, Гуннар Экелёф.

Переводчики: С. Ошеров, С. Петров, В. Микушевич, А. Сергеев, Ю. Нейман, Е. Витковский, Б. Пастернак, В. Топоров, К. Богатырев, В. Леванский, Г. Ратгауз, 3. Миркина, И. Озерова, А. Эфрос, Л. Гинзбург, А. Эппель, С. Аверинцев, И. Грицкова, О. Мандельштам, Д. Сильвестров, М. Ваксмахер, В. Швыряев, Ю. Хазанов, А. Парин, М. Зенкевич, Вл. Невский, О. Чугай, В. Лунин, Г. Симанович, С. Map, В. Британишский, С. Маршак, А. Ибрагимов, И. Кашкин, Э. Шапиро, П. Грушко, Э. Шустер, Арк. Штейнберг, А. Кистяковский, Л. Володарская, Р. Дубровкин, Я. Берлин, И. Мальцева, В. Львов, А. Эфрон, М. Кудинов, А. Арго, П. Антокольский, К. Симонов, М. Шехтер, В. Куприянов, Е. Гулыга, 3. Морозкина, В. Левик, Н. Гребельная, С. Залин. Новелла Матвеева, Н. Горская, С. Ильинская, Е. Смагина, Юнна Мориц, Л. Лихачева, Э. Ананиашвили, И. Бочкарева, Г. Плисецкий, Нат. Булгакова, О. Чухонцев, Ю. Анисимов, В. Тихомиров, А. Косс, С. Гончаренко, Б. Дубин, Ю. Петров, М. Самаев, В. Столбов, А. Гелескул, Евг. Солонович, Н. Заболоцкий, Л. Мартынов, Б. Слуцкий, М. Алигер, С. Шервинский, Д. Самойлов, А. Ахматова, Ю. Левитанский, Инна Тынянова, М. Квятковская, Л. Цывьян, И. Чежегова, А. Найман, Э. Багрицкий, Н. Дементьев, М. Павлова, Е. Винокуров, М. Петровых, В. Брюсов, Л. Тоом, В. Козовой, Б. Лившиц, М. Волошин, И. Эренбург, Э. Линецкая, И. Шафаренко, Ю. Денисов, В. Парнах, Ю. Стефанов, А. Кочетков, В. Орел, И. Кузнецова, Н. Стрижевская, А. Ревич, К. Азадовский, Р. Березкина, В. Потапова.

* * *

Настоящий том вместе с томами «Ф. Гарсиа Лорка. А. Мачадо. X. Хименес. Р. Альберти. М. Эрнандес»; «Поэзия социалистических стран Европы»; «И. Бехер»; «Б. Брехт»; «Э. Верхарн. М. Метерлинк» образует в «Библиотеке всемирной литературы» единую антологию зарубежной европейской поэзии XX века.

Более полувека продолжался творческий путь одного из основоположников советской поэзии Павла Григорьевича Антокольского (1896–1978). Велико и разнообразно поэтическое наследие Антокольского, заслуженно снискавшего репутацию мастера поэтического слова, тонкого поэта-лирика. Заметными вехами в развитии советской поэзии стали его поэмы «Франсуа Вийон», «Сын», книги лирики «Высокое напряжение», «Четвертое измерение», «Ночной смотр», «Конец века». Антокольский был также выдающимся переводчиком французской поэзии и поэзии народов Советского Союза. Гражданский пафос, сила патриотизма, высокая культура стиха придают поэтическому наследию П. Антокольского непреходящую ценность.

Настоящее издание является первым опытом научно подготовленного собрания произведений выдающегося советского поэта. Все лучшее из поэтического наследия Павла Антокольского вошло в книгу. Ряд стихотворений публикуется впервые.

Настоящее двуязычное издание избранных стихотворений Гийома Аполлинера — первое подобное издание стихов французского поэта. До сегодняшнего дня были изданы по-русски следующие отдельные книги Аполлинера:

Гийом Аполлинер. Стихи. Перевод М. П. Кудинова. Статья и примечания Н. И. Балашова. М., 1967 («Литературные памятники»);

Гийом Аполлинер. Избранная лирика. Вступительная статья, составление С. И. Великовского. Комментарии Ю. А. Гинзбург. Редакция переводов М. Н. Ваксмахера. М., 1985;

Гийом Аполлинер. Ранние стихотворения. Бестиарий, или Кортеж Орфея. Составление, предисловие и комментарии М. Яснова. СПб., 1994;

Гийом Аполлинер. Эстетическая хирургия. Лирика. Проза. Театр. Составление, предисловие и комментарии М. Яснова. СПб., 1999;

Гийом Аполлинер. Лирика. Письма к любимой. Составление и примечания В. Балашова и Т. Балашовой. М., 1999;

Гийом Аполлинер. Алкоголи. Составление, предисловие, комментарии М. Д. Яснова. СПб., 1999.

Ряд переводов, вошедших в настоящее издание, публикуется впервые.

При подготовке комментариев учитывались французские издания:

Apollinaire. Œuvres poétiques. Texte établi et annoté par Marcel Adéma et Michel Décaudin. Paris, 1956. Bibliothèque de la Pléiade (ссылка на это издание — сокращенно I-а);

Apollinaire. Œuvres en prose complètes. Textes établis, présentés et annotés par Pierre Caizergues et Michel Décaudin. Т. I–III. Paris, 1977–1993. Bibliothèque de la Pléiade (I–III);

Michel Décaudin commente «Alcools» de Guillaume Apollinaire. Paris, 1993 (A);

Guillaume Apollinaire. L'Enchanteur pourrissant. Édition établie, présentée et annotée par Jean Burgos. Paris, 1972 (B).

Известно, что Аполлинер отказался от знаков препинания в 1913 г. при подготовке к изданию книги «Алкоголи». В посмертных сборниках при перепечатке ранних журнальных публикаций пунктуация сохранена; мы также оставляем знаки там, где они сохранены в оригинале.

По изданию 1937 г.

«Настоящая антология является новым значительно дополненным изданием сборника «От романтиков до сюрреалистов», вышедшего в издательстве «Время» в 1934 году.».

Гийом Аполлинер (1880–1918) — одно из самых значительных имен в истории европейской литературы Завершив классический период французской поэзии, он открыл горизонты «нового лирического сознания». Его поэтический «Бестиарий» (1911), книги «Алкоголи» (1913) и «Каллиграммы» (1918) во многом определили пути дальнейшего развития и бытования поэзии. Впервые выходящее в России трехтомное Собрание сочинений Аполлинера выносит на суд читателя блестящие образцы его лирики.

В первый том Собрания сочинений вошли поэтические сборники автора, притча «Гниющий чародей» (1909), представлен театр Аполлинера его знаменитой пьесой «Груди Тиресия» (1917), в предисловии к которой впервые появилось слово «сюрреализм», подхваченное ближайшими последователями поэта.

В книгу французского поэта Гийома Аполлинера (1880–1918), выдающегося представителя европейской культуры XX века, входят переводы, дающие многогранный образ его лирического наследия. Поэт, прозаик, драматург, литературный критик и теоретик искусства — именно в лирике Аполлинер подвел итог традиционной поэзии и в то же время проявил себя как новатор и экспериментатор.

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского П. Грушко, 1977

© Перевод с испанского П. Грушко, 19??

© Перевод с испанского П. Грушко, 19??

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

За годы знакомства с Иосифом Бродским меня часто занимало одно ощущение. До сих пор я никогда о нем не говорил, тем более не писал — даже в заметках для самого себя. И все же пришла наконец пора запечатлеть его на бумаге, хотя мне и становится от этого слегка неловко. Кому же охота выступать со смехотворной гипотезой и навязывать читателям сюжет, мало соответствующий обыденным представлениям о современнике? Тем более что знавшие Иосифа, как и я, близко, возможно, сочтут мою мысль вздорной.

Не без премудрой и благой воли Промысла Божия, именно в наше время совершилось открытие чудотворных мощей Угодника Божия, святителя Тихона. Без сомнения, Господу было угодно таким радостным событием в Русской Церкви указать нам в жизни и подвигах новопрославленного Чудотворца потребное по нашим нуждам руководство в жизни.

И действительно, жизнь святителя Тихона обильна назиданием для нашего времени. Она представляет нам образец не только иноческих, но преимущественно общехристианских добродетелей, одинаково необходимых для каждого христианина. Сводя подвиги Святителя к общим чертам, мы находим, что в его жизни, с одной стороны, раскрывается живое отношение догмата к жизни и взаимная их связь. То есть, как христианские догматы, живо и постоянно сознаваемые верующим умом, должны выражаться и выражаются в соответственных им сердечных расположениях и свободных действиях воли. С другой же стороны – представляется образец нашего служения ближним. В первом случае жизнь Святителя обличает нас в нашей холодности к вере, в нашем непостоянстве и увлечении всяким ветром учений. А во втором, – в нашей себялюбивой сосредоточенности лишь на самих себе.

Как купец от различных стран собирает

различные товары, и в дом свой привозит,

и скрывает их, так и христианин может

от мира этого собирать душеполезные мысли,

и слагать их в сердце своем,

и тем душу свою созидать.

Часть I

1. Мир

Ничто само по себе не бывает. Всякий го­род не сам по себе, но другим, всякий дом не сам по себе, но другим созидается. Всякое письмо не само по себе, но другим пишется. Всякая книга не сама по себе, но другим сочи­няется. Словом, любая вещь не сама по себе, но другим делается. Так и мир этот не сам со­бою, но Создателем своим сотворен. Он ска­зал, и они сделались, повелел, и сотворились