Стихи о детях

Валентин Берестов

Стихи о детях

Содержание

Любили тебя без особых причин

Бабушка Катя

Прятки

Уроки

Третья попытка

Из цикла "Школьная лирика"

Он руку над партою тянет и тянет

Где право, где лево

Читалочка

С тобой мы дружили, как дружат мальчишки

* * *

Любили тебя без особых причин

За то, что ты - внук.

За то, что ты - сын.

За то, что малыш.

Другие книги автора Валентин Дмитриевич Берестов

Валентин Дмитриевич Берестов

Аист и Соловей

...Было время, когда птицы не умели петь. И вдруг они узнали, что в одной далёкой стране живёт старый, мудрый человек, который учит музыке. Тогда птицы послали к нему Аиста и Соловья проверить, так ли это.

Аист очень торопился. Ему не терпелось стать первым в мире музыкантом.

Он так спешил, что вбежал к мудрецу и даже в дверь не постучался, не поздоровался со стариком, и изо всех сил крикнул ему прямо в ухо:

Валентин Дмитриевич Берестов

Змей-хвастунишка

Однажды Витя сделал Змей. День был пасмурный, и мальчик нарисовал на Змее солнце.

Витя отпустил нитку. Змей стал подниматься всё выше и выше, мотая длинным хвостом и напевая песенку:

- Я лечу

И рею,

Я свечу

И грею!

- Ты кто такой? - спросили птицы.

- Разве не видите? - ответил Змей. - Я- солнце!

- Неправда! Неправда! - закричали птицы. - Солнце за тучами.

Валентин Дмитриевич Берестов

Мастер Птица

Мы ехали из пустыни в город Куня-Ургенч. Кругом лежали пески. Вдруг я увидел впереди не то маяк, не то фабричную трубу.

- Что это? - спросил я у шофёра-туркмена.

- Старинная башня в Куня-Ургенче, - ответил шофёр.

Я, конечно, обрадовался. Значит, скоро мы выберемся из горячих песков, очутимся в тени деревьев, услышим, как журчит вода в арыках.

Не тут-то было! Ехали мы, ехали, но башня не только не приближалась, а, наоборот, как будто отодвигалась всё дальше и дальше в пески. Уж очень она высокая.

Имя Валентина Берестова широко известно читателям. Двухтомник избранных произведений — итог его многолетней работы в литературе. В первый том вошли ранние стихи, повести и рассказы об археологах, мемуары о детстве и другие сочинения.

Валентин Дмитриевич Берестов

Как найти дорожку

Ребята пошли в гости к деду-леснику. Пошли и заблудились. Смотрят, над ними Белка прыгает. С дерева на дерево. С дерева на дерево. Ребята - к ней:

- Белка, Белка, расскажи,

Белка, Белка, покажи,

Как найти дорожку

К дедушке в сторожку?

- Очень просто, - отвечает Белка. - Прыгайте с этой ёлки вот на ту, с той - на кривую берёзку. С кривой берёзки виден большой-большой дуб. С верхушки дуба видна крыша. Это и есть сторожка. Ну что же вы? Прыгайте!

В шкафу, на самой верхней полке, за стеклом, жила маленькая игрушечная девочка. Она мечтала оказаться внизу, в игрушечном городе. И, наконец, мечта сбылась.

Валентин Дмитриевич Берестов

Честное гусеничное

Гусеница считала себя очень красивой и не пропускала ни одной капли росы, чтобы в неё не посмотреться.

- До чего ж я хороша! - радовалась Гусеница, с удовольствием разглядывая свою плоскую рожицу и выгибая мохнатую спинку, чтобы увидеть на ней две золотые полоски. - Жаль, что никто-никто этого не замечает.

Но однажды ей повезло. По лугу ходила девочка и собирала цветы. Гусеница взобралась на самый красивый цветок и стала ждать. А девочка увидела её и сказала:

Дорогие родители и воспитатели! В этой книге под одной обложкой мы собрали самые лучшие, самые любимые стихи малышей. Стоит только один раз прочитать эти чудесные стихи малышам вслух, и они запомнят полюбившиеся строчки на всю жизнь. Поэтому именно такие стихи считают классическими, хрестоматийными. Без них не обходится ни один праздник — ни день рождения, ни новогодняя ёлка, ни праздничный концерт, ни утренник в детском саду. И в нашей книге 100 таких замечательных стихов (и даже больше!).

Стихи, песенки, считалочки.

Вариант без иллюстраций.

Популярные книги в жанре Детская литература: прочее

Борис Викторович Шергин

Болезнь

Опять было на Груманте.

Одного дружинника, как раз в деловые часы, начала хватать болезнь: скука, немогута, смертная тоска. Дружинник говорит сам себе:

"Меня хочет одолеть цинга. Я ей не поддамся. У нас дружина малолюдна. Моя работа грузом упадет на товарищей. Встану да поработаю, пока жив".

Через силу он сползал с нар и начинал работать, И чудное дело - лихая слабость начала отходить от него, когда он трудился.

Борис Викторович Шергин

Долг

Молодой промысловец занял у Маркела денег на перехватку. Отдавать явился, а Маркел в море ушел. Так и побежало время: то Маркела на берегу нет, то у должника денег нет.

Оба встретились на Новой Земле. Хотя в разных избах, да в одном становище зимовали две артели. Маркел говорит:

- Что уж, парень, ни разу меня не окликнул? Парень снял шапку:

- Не смею и глядеть на тебя, осударь. Должен тебе.

Борис Викторович Шергин

Круговая помощь

На веках в Мурманское становище, близ Танькиной Губы, укрылось датское судно, битое непогодой. Русские поморы кряду принялись шить и ладить судно. Переправку и шитье сделали прочно и, за светлостью ночей, скоро. Датский шкипер спрашивает старосту, какова цена работе. Староста удивился:

- Какая цена! Разве ты, господин шкипер, купил что? Или рядился с кем? Шкипер говорит:

- Никакой ряды не было. Едва мое бедное судно показалось в виду берега, русские поморы кинулись ко мне на карбасах с канатами, с баграми. Затем началась усердная починка моего судна.

Борис Викторович Шергин

Маркел Ушаков и Василии Кекин

Любомудрые годы неутомленной старости своей Маркел провожал в Койде.

В это время молодой судостроитель в городе, Василий Кекин, добивался на учительный разряд.

Городовые мастера сказали:

- Домогаешься высокой степени. Но похвалит ли Маркел Иванович на Койде? Спросишь его. Мы ему писали о тебе.

Кекин в Койду прибыл. Старый мастер его встретил с усмешкой.

Борис Викторович Шергин

Мастер Молчан

На Соловецкой верфи юный Маркел Ушаков был под началом у мастера Молчана.

Первое время Маркел не знал, как присвоитьея к этому учителю, как его понять. Старик все делает сам. По всякую снасть идет сам. Не скажет: принеси, подай, убери.

Маркел старался уловить взгляд мастера - по взгляду человека узнают Но у старика брови, как медведи, бородища из-под глаз растет-поди улови взгляд. Маркел был живой парень, пробовал шутить. Молчан только в бороду фукнет, усы распушит.

Борис Викторович Шергин

Новая Земля

Веку мне - "сто лет в субботу". Песнями да баснями, гудками да волынками, присказками-сказками, радостью-весельем от старости отманиваюсь и людей от смерти-тоски отымаю.

Архангельская страна, Двинская земля богатеет от моря. Угрюмо Студеное море - седой океан. И поморы, идучи на Дальние промысла, брали с собой на корабль песню и сказку.

Таковым-то побытом в молодые, давние годы подрядился я в двинскую артель, идти на Новую Землю, бить зверя и сказывать сказку в мрачные дни.

Борис Викторович Шергин

Павлик Ряб

При Ивановой дружине Порядника был молодой робенок Павлик Ряб.

Он без слова кормщика воды не испивал. Если кормщик позабудет сказать с утра, что разговаривай с людьми, то Павлик и молчит весь день.

Однажды зимним делом посылает Рядник Павлика с Ширши в Кег-остров. В тороки к седлу положил хлебы житные.

Павлик воротился к ночи. Рядник стал расседлывать коня и видит: житники не тронуты. Он говорит:

Борис Викторович Шергин

По уставу

Лодья шла вдоль Новой Земли. Для осеннего времени торопилась в русскую сторону. От напрасного ветра зашли на отстой в пустую губицу. Любопытный детинка пошел в берег. Усмотрел, далеко или близко, избушку. Толкнул дверь - у порога нагое тело. Давно кого-то не стало. А уж слышно, что с лодьи трубят в рог. Значит, припала поветерь, детине надо спешить. Он сдернул с себя все, до последней рубахи, обрядил безвестного товарища, положил на лавку, накрыл лицо платочком, доброчестно простился и, сам нагой до последней нитки, в одних бахилах, побежал к лодье.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Валентин Берестов

Светлые силы

Книга воспоминаний

ДЕТСТВО В МАЛЕНЬКОМ ГОРОДЕ

Глава первая. ПРОИСХОЖДЕНИЕ

САМАЯ ПЕРВАЯ ТАЙНА

О своем детстве я привык рассказывать стихами. Оно открывалось мне, взрослому, как тайна, - озарениями. Кроме того, я родился в стране, полной государственных. военных, хозяйственных, партийных и, разумеется, личных тайн и секретов. Да и само детство - тоже тайна.

Родился на одиннадцатом году от Октябрьской революции. Эту новую дату каждый день указывали календари нашего детства. Но и прежний отсчет, от Рождества Христова, не посмели отменить. Выжидали, пока привычная уже для новых поколений, коммунистическая эра не вытеснит из сознания людей (желательно, всего человечества) прежнюю, устаревшую и, как любили тогда говорить, отжившую.

Дмитрий Березенко

Снайпер

Hервы были в полном порядке, уже давно прошло то время когда они были на пределе. Hесколько лет... Время тянулось, как расплавленная жевачка. Hе находя себе места, ходил по комнате туда, сюда. До 3-х часов оставалось несколько минут. Я был такой человек, который знал свое дело, и ни в коем случае не оставлял его...

Медленно, с большой любовью я собирал винтовку. Мысли не лезли мне в голову, и лишь иногда на мгновенье задумывался о своей будующей жертве, которую мне предстояло убрать. Прошло еще 2 минуты , сердце стучало сильней и сильней. В квартире было очень душно, по щеке скатилась капля. Дрожащей рукой я смахнул её с лица. Время ещё было, и я пошёл на кухню глотнуть чего-нибудь. Hевыносимая жара... Достал из холодильника бутылку пива. Проходя по корридору - в сторону зала, открыл её об ручку входной двери. И, закинув голову, я несколькими секундами наслаждался горьковатым вкусом пива. Казалось, что прошло несколько часов. Hо оставалось ешё чуть-чуть - 3-4 минуты, взяв с кресла пачку сигарет я взял одну. Медленно повернув голову я наткнулся взглядом на свое оружие. Я любил свою винтовку. Это была совершенная машинка для убийства с большого расстояния, выполненная на заказ: 45-й калибр, удобный приклад, легко скользящий затвор, резное цевьё, длинный ствол из червлённой сталли, глушитель, 700-х кратный электронный оптический прицел и конечно отличная балансировка. Вот такая она моя малышка. Я взял ее в руку и вынес на балкон. Закурил. Hа мгновенье меня озадачил вид с балкона: кругом было мрачно и ни души. Медленно приподняв винтовку, стал устанавливать её на штатив. Сделав это я почувствовал, как постепенно стала нарастать азартность. Ветра не было и дым сигареты медленно поднимался к потолку. Он был такой легкий и такой свободный. Я курил и думал почему моя жизнь не может быть такой-же легкой и свободной. В памяти медленно всплывало прошлое: первый выстрел, второй,.... ,бесполезные ссоры, обиды , разочарования в жизни, и то как я стал ненавидеть людей. По моей щеке скатилась еще одна капля, и с какой-то неторопливостью, как-бы нехотя, разбилась о пол. Я сделал последнюю тягу и бросил окурок, задержав дыхние, выпустил дым вверх. В голове по-прежнему стоял гул. Еще оставалось около минуты. Аккуратно отрегулировал прицел и пробно прицелился. Мысли о цели продолжали всплывать.

Бережной Сергей

"Люди Кода" в "Библиотеке Камелота"

Получил от Павла Амнуэля письмо с просьбой запостить в сеть "Люди Кода". Павла Рафаиловича беспокоит, что скоро "Интерпресскон", а роман мало кто читал. Выполняю - роман пошел по XFANRUSF. Пользуюсь случаем, поворяю свою давнюю рецензию на этот роман.

Амнуэль Песах. Люди Кода: Роман / Художн. Соня Красная.- Иерусалим: Миры, 1996.328 с., ил.- (Фантастика русского зарубежья).

Бережной Сергей

____________________________________________________________

Айзек Азимов. Роботы и Империя. / Пер. с англ. А.Абдураимова и О.Максименко; Худ. Г.Ябкевич.-- Петродворец: Петербург, 1992.-- ISBN нет.-- 352 с.; 10 т.э.; ТП+С; 84х108/32. _____________________________________________________________

Гарри Гаррисон. Запад Эдема. / Пер. с англ.; Худ. Г.Метченко.-- Екатеринбург: Виктори; Джаконда, 1992.-- ISBN 5-8791-4001-6.-- 400 с., ил.; 200 т.э.; ТП; 84х108/32. ____________________________________________________________