Стихи

Каролина Карловна Павлова

- Да иль нет - Две кометы - Дума (Когда в раздор...) - Думы (Я снова здесь...) - За тяжкий час, когда я дорогою... - Москва - Н.М.Языкову - О былом, о погибшем, о старом... - Поэт - Прошло сполна все то, что было... - Серенада - Ты, уцелевший в сердце нищем... - Умолк шум улиц - поздно...

ДУМА Когда в раздор с самим собою Мой ум бессильно погружен, Когда лежит на нем порою Уныло-праздный полусон,

Тогда зашепчет вдруг украдкой, Тогда звучит в груди моей Какой-то отзыв грустно-сладкой Далеких чувств, далеких дней.

Сейчас файлы книги недоступны. Мы работаем над их добавлением.
Другие книги автора Каролина Карловна Павлова

Забытое и малоизвестное

(стихотворения русских поэтов XVII-XIX в.)

А.С. Хомяковъ

Желанiе

Хотелъ бы я разлиться въ мире,

Хотелъ бы съ солнцемъ въ небе течь,

Звездою въ сумрачномъ эфире

Ночной светильникъ свой зажечь.

Хотелъ бы зыбiю стеклянной

Играть въ бездонной глубине

Или лучомъ зари румяной

Скользить по плещущей волне.

Хотелъ бы съ тучами скитаться,

Туманомъ виться вкругъ холмовъ,

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Я убежал от пышных брашен,

От плясок сладострастных дев.

Туда, где мир уныл и страшен;

Там жил, прельщения презрев.

Бродил, свободный, одичалый,

Таился в норах давней мглы;

Меня приветствовали скалы,

Со мной соседили орлы.

Мои прозренья были дики,

Мой каждый день запечатлен;

Крылато-радостные лики

Глядели с довременных стен.

И много зим я был в пустыне,

Покорно преданный Мечте…

Красное знамя, весть о пролетариате,

Извиваясь кольцом,

Плещет в голубые провалы вероятия

Над Кремлевским дворцом;

И новые, новые, странные, дикие

Поют слова…

Древним ли призракам, Мойрам ли, Дике ли,

Покорилась Москва?

Знаю и не узнаю знакомого облика:

Все здесь иным.

Иль, как в сказке, мы все выше леса до облака

Вознесены?

Здравствуй же, племя, вскрывающее двери нам

В век впереди!

Смотреть в былое, видеть все следы,

Что в сушь песка вбивали караваны

В стране без трав, без крыш и без воды,

Сожженным ветром иль миражем пьяны;

Припоминать, как выл, свистя, самум,

Меня слепя, ломая грудь верблюду,

И, все в огне, визжа сквозь душный шум,

Кривлялись джинны, возникали всюду;

Воссоздавать нежданный сон, оаз,

Где веер пальм, где ключ с душой свирели

И где, во мгле, под вспышкой львиных глаз,

Я сознаю, что постепенно

Душа истаивает. Мгла

Ложится в ней. Но, неизменно,

Мечта свободная — светла!

Бывало, жизнь мутили страсти,

Как черный вихрь морскую гладь;

Я, у враждебных чувств во власти,

То жаждал мстить, то мог рыдать.

Но, как орел в горах Кавказа,

За кругом круг, уходит ввысь,

Чтоб скрыться от людского глаза, —

Желанья выше вознеслись!

Я больше дольних смут не вижу,

На заре. Свежо и рано.

Там вдали передо мною

Два столетние каштана,

Обожженные грозою.

Уж кудрявою листвою

На одном покрылась рана…

А другой в порыве муки

Искалеченные руки

Поднял с вечною угрозой —

Побежденный, но могучий,

В край, откуда идут грозы,

Где в горах родятся тучи.

И, чернея средь лазури,

Божьим громом опаленный,

Шлет свой вызов непреклонный

Новым грозам, новой буре.

Капитан, пушкарь и боцман —

Штурман тоже, хоть и сед, —

Мэгги, Мод, Марион и Молли —

Всех любили, — кроме Кэт.

Не почтят сию девицу

Ни улыбкой, ни хулой, —

Ибо дегтем тяготится,

Черной брезгует смолой.

Потерявши равновесье,

Штурман к ней направил ход.

А она в ответ: «Повесься!»

Но давно уж толк идет,

Что хромой портняжка потный —

В чем душа еще сидит! —

Вопль стародавний,

Плач Ярославны —

Слышите?

С башенной вышечки

Неперерывный

Вопль — неизбывный:

— Игорь мой! Князь

Игорь мой! Князь

Игорь!

Ворон, не сглазь

Глаз моих — пусть

Плачут!

Солнце, мечи

Стрелы в них — пусть

Слепнут!

Кончена Русь!

Игорь мой! Русь!

Игорь!

* * *

Лжет летописец, что Игорь опять в дом свой

Солнцем взошел — обманул нас Баян льстивый.

Как повезло тем из вас, кто живет в старых домах- пусть даже не очень старых, но просто таких, где еще есть окна с двойными рамами и широким подоконником. Стекла в таких окнах в зимние морозы зарастают сверкающими ледяными узорами - и привычная улица куда-то исчезает, словно неизвестный волшебник перенес твой дом в сказочный алмазный лес. Как хорошо бывает, усевшись на удобном подоконнике, всматриваться в даль ледяной чащобы, придумывать, с какими забавными существами и жуткими чудовищами можно встретиться, пустившись по нарисованной дыханием Зимы тропинке… Точно так же любили сидеть на подоконнике твои маленькие дедушки и бабушки, прабабушки и прадедушки… Быть может, Зима еще помнит те сказки, которые нашептывала им в давние времена.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Нина Михайловна Павлова

Большое чудо

1

Дождевой червяк родился на земле, под гнилушкой, и целый год прожил в темноте, прокапывая норки. На волю он выглядывал только в сумерки, чтобы забирать и утаскивать под землю опавшие листья. Это была его любимая еда.

Но однажды, после сильного летнего дождя, дождевому червяку пришлось выбираться из затопленной норки наружу.

Земля была мокрой и мягкой. Солнце светило сквозь облачко и не жгло, а ласкало нежную кожу дождевого червяка. Травы и деревья роняли с листьев последние капли дождя. Было так хорошо, что дождевому червяку казалось, будто это он сам нарочно вылез поглядеть на белый свет.

Нина Михайловна Павлова

Хитрый одуванчик

Хитрый одуванчик рос вместе с другими одуванчиками, среди красной кашки и колосков на краю тропинки. Он дружил с колосками и всё о чём-то с ними шептался, когда они к нему наклонялись. Со своими братьями-одуванчиками хитрый одуванчик болтать не любил. А братья жили между собой очень дружно, пока не наступила пора расставаться со своими ребятами-семенами.

Они жили у одуванчиков прямо на головах, и это было очень удобно и красиво: все ребята вместе и сидят на голове спокойно, аккуратно пушистым шариком.

Н.Павлова

"Против неба - на земле..."

Родителям и воспитателям

Когда Юрий Коваль был учителем в сельской школе и выдумывал для учеников рассказы-диктанты, он почувствовал, что может, что должен писать.

С тех пор силой художественного воображения всё увиденное, замеченное, пережитое им превращалось в прозу, которой он служит уже третье десятилетие.

Хотя в этой книге мы встретим повести, рассказы, зарисовки, миниатюры они окажутся духовно и художественно спаянными одной внутренней темой: родина и детство. А место действия - малые уголки земли, где сосредоточился образ отчизны. И один из этих уголков - деревня с прозрачным названием Чистый Дор, где крепкие дома, а над ними высокий небесный купол, - приводит на память удивительную строку ершовского "Конька-горбунка": "Против неба на земле..." Она, если вдуматься, полна своего значения и для книги Коваля.

Нина Михайловна Павлова

Травка Пупавка

Подул весенний ветерок, и все травки обрадовались, что можно поболтать. Болтать они могли, только когда их качал ветерок.

- Смотрите, смотрите! - зашелестели травки. - Кто это там вырос, прямо на дорожке?

И они качнулись низко-низко, чтобы получше разглядеть.

А там, посреди дорожки, росла низенькая, толстенькая травка Пупавка с листочками, как ниточки.

- Дурочка, дурочка, - шелестели травки, - зачем ты тут выросла?