Стихи

Эмили Дикинсон

"Я улыбаюсь, - писала Эмили Дикинсон, - когда вы советуете мне повременить с публикацией, - эта мысль мне так чужда - как небосовд Плавнику рыбы

Если слава - мое достояние, я не смогу избежать ее - если же нет, самый долгий день обгонит меня - пока я буду ее преследовать - и моя Собака откажет мне в своем доверии - вот почему - мой Босоногий Ранг лучше -"

В 1862 году Томас Уэнтворт Хиггинсон, известный в Новой Англии писатель и публицист, обратился к молодым американцам с призывом смелей присылать свои рукописи в редакции журналов. Быть может, где-то в глуши таятся еще не известные миру таланты? Надо найти их, воодушевить и с должным напутствием открыть им дорогу в печать. Хиггинсон готов был взять на себя роль благожелательного ментора.

Другие книги автора Эмили Дикинсон

ДИКИНСОН (Dickinson), Эмили Элизабет (10.XII.1830, Амхерст, — 15.V.1886, там же) — амер. поэтесса. Окончила жен. колледж. С 1854 жила в добровольном затворничестве в Амхерсте. Трагич. любовь наложила отпечаток на ее творчество. Написала ок. 2000 коротких стихотворений, из к-рых при ее жизни было напечатано лишь три-четыре. Завещала уничтожить свой архив, но в 1890 вышла 1-я кн. стихов Д. Она писала на «вечные» темы жизни и смерти, любви и природы, сочетая пуритан. религ. мистицизм с богоборчеством. Для лирики Д. характерны изощренный психологизм, метафоричность. Пренебрегая традиц. поэтич. нормами, Д. игнорирует часто даже грамматику, создает новые ритмы, заменяет рифму ассонансом. Интерес к ее творчеству и эпистолярному наследию возник в 1910-20-е гг.

Эмили Дикинсон (1831–1886) родилась в Амхерсте (штат Массачусетс) и прожила там недлинную и малоприметную жизнь. Написав около двух тысяч стихотворений и великое множество писем, она осталась не замеченной и не узнанной современниками. Только XX век смог распознать в ней гениального поэта, но сравнить её по-прежнему не с кем.

На русский язык стихи Э. Дикинсон начала переводить Вера Маркова. С тех пор к ним обращались уже многие переводчики. Переводы Татьяны Стамовой отдельной книгой выходят впервые.

Эмили Дикинсон

Избранные переводы

Эмили Дикинсон (1830 - 1886)'

436

Как путник, ветер постучал, И как хозяйка я Сказала смело: `Заходи`, И комната моя Впустила гостя, для кого И стул-то предложить Смешно бы было, вс? равно, Что воздух уложить. Его никак не удержать, И речь его, как взл?т Всей птичьей стаи, если кто С куста е? спугн?т. Словно волна, его черты, А пальцами он вдруг Рождает музыку в стекле Дрожащий тонкий звук. Порхая всюду, погостил И снова постучать Решил со вздохом, робко так, И я одна опять.

Генри Лонгфелло, Уолт Уитмен, Эмили Дикинсон, каждый по-своему, воплотили в поэтическом творчестве грани сознания своего современника — американца XIX века. Наследие каждого из них, став вехой на путях американской культуры, а тем самым культуры мировой, и в наши дни продолжает оставаться живой поэзией.

Перевод И. Бунина, К. Чуковского, Б. Слуцкого, А. Старостина, И. Кашкина, А. Сергеева, С. Маршака, Р. Сефа, М. Зенкевича, Н. Банникова, В. Левика, М. Алигер, В. Марковой, И. Лихачева.

Вступительная статья Е. Осеневой.

Примечания И. Бунина, А. Ващенко, В. Марковой.

Примечания к иллюстрациям К. Панас.

Книга «Дорога в небо» представляет избранные стихотворения гениальной американской поэтессы Эмили Дикинсон. Автор переводов – Елена Айзенштейн, автор нескольких книг о творчестве Марины Цветаевой, многих статей, посвященных русской поэзии 20—21 века. В книге приведены параллельно английский и русский тексты.

Эмили Дикинсон

Стихотворения

Переводы В. Марковой и И. Лихачева

x x x

Утром мягче холодок

Орех - литая бронза

Круглее щеки ягоды

И в отъезде роза.

На ветках клена алый шарф

Каймой на поле брошен.

Чтоб от моды не отстать

И я надену брошь.

x x x

Запоздалого утра Солнце взошло.

Встала Радуга над грозой.

Как стадо испуганных слонов

Тучи топчут горизонт.

Читателю предлагаются новые переводы Эмили Дикинсон. Чем вызвано их появление? Очевидно, что существующих на русском языке переводов мало. Громадную работу по знакомству русскоязычного читателя с поэзией Э. Дикинсон выполнила В. Н. Маркова. Ее слух, отточенный переводами японских хокку, позволил ей сделать колоссальный шаг в сторону Дикинсон по сравнению с робкими, многословными и малочисленными попытками предшественников. Работа В. Н. Марковой стала пробным камнем для последующих переводчиков. Тем не менее переведена все еще малая часть наследия Эмили и вовсе нет переводов ее писем, которые сами по себе поэзия.

Представляемая подборка почти полностью совпадает с опубликованными в билингве "Американская поэзия в русских переводах", М., Радуга, 1983. На то есть несколько причин. Отчасти, переводчик оставил себе возможность иметь ориентир в виде давно любимых переводов. Но главное — это попытаться еще ближе подойти к оригиналу, столь яркому, лаконичному, простому и сложному одновременно. Опыт показывает, что неправильно понятые (или опущенные) несколько слов, существенно меняют, а иногда и искажают смысл стихотворения. Именно поэтому переводчик позволил себе в некоторых, казавшихся ему чрезвычайно значимыми, стихотворениях отказаться от размерности и рифмовки оригинала, чтобы в верлибре точнее передать смысл происходящего.

Творчество Эмили Дикинсон, на наш взгляд, урок всем нам. Она была смертельно правдива и обладала достаточной храбростью остаться Поэтом "не ко Времени". Остаться Певчим Робином и Черного на Белое не говорить. Вот последняя записка родственникам, которых она непрошено одарила тысячами исписанных листков: "Маленькие кузины. Отозвана назад. Эмили".

Поговори с нами, Эмили!

**

Как краток путь земной,
как безысходна боль,
и сколько бед нас ждет
– я знаю. Ну, и что?
Смерть ожидает всех,
и никакой расцвет
не вечен: всё сгниет.
– Я знаю. Ну, и что?
Однажды в небесах
всё взвесят на весах,
получит всяк – свое.
– Я знаю. Ну, и что?
Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Анна Присманова

Трубы

Сборник поэзии

Содержание

Азбука

Сосны

Надежда

В пути

Раковина

Ящик

Трубач

Трубы

Рыцарь

Лилит

Сирена

Лошадь

Птица

"Так cеpдцем движимый cкелет..."

АЗБУКА  

Аз, буки, веди... Азбука, веди

наc к дуxу мудpоcти единым дуxом.

Мы поpавнялиcь c тем, что впеpеди,

и возмужали зpением и cлуxом.

© Перевод с испанского С.А. Гончаренко, 1977

© Перевод с испанского В. Столбова, 19??

© Перевод с испанского В. Столбова, 1977

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского П. Грушко, 19??

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Мои читатели имеют возможность сами разобраться, действительно ли существовали в Америке те влияния и тенденции, которые заставили меня насторожиться, или это только плод моего воображения. Они могут сами установить, проявлялись ли с тех пор эти влияния и тенденции в общественной жизни Америки как внутри страны, так и за границей. А выяснив это, они смогут меня судить. Если они обнаружат какие-либо факты, свидетельствующие о том, что хотя бы в одном из указанных мной отношений Америка отклонилась от правильного пути, значит я имел основания писать то, что я написал. Если же они таких фактов не обнаружат, — значит, я ошибся, но без всякого умысла.

Покойный мистер Уотертон однажды высказал мнение, что вороны у нас в Англии постепенно вымирают, и мне хочется в своем предисловии рассказать об этих птицах то немногое, что я наблюдал сам.

Грип в моем романе соединяет в себе черты двух замечательных воронов, которые жили у меня в разное время и были предметом моей гордости. Первого, совсем еще молодого, один мой знакомый нашел где-то в глухом закоулке Лондона и подарил мне. С самого начала обнаружилось, что ворон этот «богато одарен» (как говорит сэр Хью Ивенс об Анне Пейдж)[1]

Впервые я свел знакомство с домом, в котором разыгрывается действие этой Рождественской повести, отнюдь не при тех обстоятельствах и отнюдь не в том окружении, какие обычно принято связывать с появлением призраков. А увидел я его при ясном свете дня, в ярких лучах утреннего солнца. Не было ни бешеного ветра, ни дождя, ни грома и молний, ни каких-либо прочих мрачных и удручающих обстоятельств, способных отяготить первое впечатление. Более того — пришел я туда прямиком с железнодорожной станции; и, стоя перед домом и оглядываясь назад, я видел исправные поезда, мерно бегущие вдоль проложенных через долину рельсов. Не скажу, что в доме не было совсем уж ничего примечательного — потому что я вообще сомневаюсь, будто хоть что-то можно так назвать, разве только на взгляд совсем уж ничем не примечательных людей; но возьму все ж таки на себя смелость заявить, что всякому на моем месте этим дивным осенним утром этот дом показался бы точно таким же, как и мне.

Если бы читатели этого тома пожелали взять свои виды на жительство в те места, о которых здесь вспоминает автор, у самого автора, они смогли бы, вероятно, посетить их и с большей приятностью и лучше представляя себе, чего им следует от них ожидать.

Об Италии написано множество книг, доставляющих множество способов изучать историю этой интересной страны и всего, что с нею связано. Однако я не часто ссылаюсь на этот запас сведений, так как отнюдь не считаю, что, если я сам черпал из него ради собственной пользы, это означает, что я могу преподносить читателям то, что они легко найдут и без моей помощи.