Стихи

Стихи

Джалаладдин Руми

Стихи

СПОР ГРАММАТИКА С КОРМЧИМ

Однажды на корабль грамматик сел ученый, И кормчего спросил сей муж самовлюбленный:

"Читал ты синтаксис?" - "Нет",- кормчий отвечал. "Полжизни жил ты зря!"-ученый муж сказал.

Обижен тяжело был кормчий тот достойный, Но только промолчал и вид хранил спокойный.

Тут ветер налетел, как горы, волны взрыл, И кормчий бледного грамматика спросил:

"Учился плавать ты?" Тот в трепете великом Сказал: "Нет, о мудрец совета, добрый ликом".

Другие книги автора Джалаледдин Руми

Джалаладдин Руми

Китаб ал-Маснави (Книга двустиший)

Маснави-йи ма'нави (Двустишия(поэма) о скрытом смысле)

Поэма и пояснение скрытого смысла.

Эпиграф: Узришь ты сокрытый смысл в

двустишиях, и достаточно

Книга 1

Вступление: Песнь свирели

Вы слышите свирели скорбный звук? Она, как мы, страдает от разлук.

О чем грустит, о чем поет она? "Я со стволом своим разлучена. (с той поры, как меня, срезав, разлучили с зарослями камыша)

Новый поэтический перевод суфийских притч из всемирно известной поэмы Руми «Маснави» сопровождается комментариями мистического и психологического характера. Многие притчи переведены впервые.

Книга повторяет издание 1916 года, где тексты персидских поэтов даны в переводах Ф.Е. Корша и И.П. Умова. В книге не ставилась задача представить поэзию Персии во всей её полноте и многообразии, однако читатель вполне может получить общее впечатление о персидской лирике классического периода X–XV веков.

В сборник вошли произведения Рудаки, Носира Хисроу, Омара Хайяма, Руми, Саади, Хафиза и Джами. В настоящем томе представлены лучшие образцы поэзии на языке фарси классического периода (X–XV вв.), завоевавшей мировоепризнание благодаря названным именам, а также — творчеству их предшественников, современников и последователей.

Вступительная статья, составление и примечания И.Брагинского.

Перевод В.Державина, А.Кочеткова, Ю.Нейман, Р.Морана, Т.Стрешневой, К.Арсеньевой, И.Сельвинского, Е.Дунаевского, С.Липкина, Г.Плисецкого, В.Левика, О.Румера и др.

Джалаладдии РУМИ

Стихи

Из "Маснави". Песня флейты. Перевод В. Державина. Притчи. Перевод В. Державина Поселянин и лев. Рассказ об украденном баране О том, как старик жаловался врачу на свои болезни Рассказ о воре-барабанщике. Спор верблюда, быка и барана Рассказ о винограде Наставление пойманной птицы Джуха и мальчик. Посещение глухим больного соседа Спор грамматика с кормчим. Напуганный горожанин Рассказ о том, как шут женился на распутнице Рассказ о факихе в большой чалме и воре. Рассказ о казвинце и цирюльнике О набожном воре и садовнике. Газели "О вы, рабы прелестных жен!.." Перевод П. Селъвииского "Я видел милую мою..." Перевод Н. Селъвииского "Я - живописец..." Перевод И. Селъвинского "В счастливый миг..." Перевод Б. Гуляева. "Друг, - молвила милая..." Перевод В. Звягинцевой "Открой свой лик..." Перевод Б. Гуляева.

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Анна Присманова

Поединок

Сборник поэзии

Содержание

Толчок

Лицо любви

Музыка

Письмо

Поезд

Судьба

Жемчужина

Столяр

Гранит

Одиночество

ТОЛЧОК 

Толчок идет издалека:

уже в зеpне - начало xлеба.

Уже подземная pека

cтpемитcя к отpаженью неба.

К нам c понедельника гpядет

cвет будущего воcкpеcенья.

Издалека толчок идет

© Перевод с испанского С.А. Гончаренко, 1977

© Перевод с испанского В. Столбова, 1977

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского М. Алигер, 1977

© Перевод с испанского П. Грушко, 1977

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

"... Вымысел и неправда столь

тесно переплелись в этом тру

де, что порой очень сложно

бывает отличить одно от дру

гого..."

Из рецензии группы не

зависимых экспертов.

Вадим Румянцев

ПЯТЬ СУТОК МАРАЗМА,

или

МОИ МЕМУАРЫ ОБ РХИ-92.

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ

Было очень жарко. В одиннадцать утра солнце светило уже на всю катушку, и поэтому, приехав на вокзал, я ощутил изрядный кайф от перспективы постоять некоторое время в тени. Однако мечтам о спокойном и радостном существовании на вокзале не суждено было сбыться -- почти сразу же по прибытии новый мрачный факт достиг моего затуманенного жарой рассудка. Участников было подозрительно мало.

Вадим Румянцев

Утро в Альквалонде

Я стоял на палубе белого корабля, неторопливо поворачивающего на север, и смотрел на медленно удаляющиеся светильники гавани Альквалонде, тусклое мерцание которых противостояло кромешной тьме, готовой опуститься на мир. Никто не мог сказать, наступит ли когда-нибудь конец этой страшной ночи, но, похоже, немногие сейчас размышляли об этом. Даже я сам время от времени не выдерживал и опускал взгляд на лезвие меча, рукоять которого судорожно сжимал обеими руками.

Вадим Румянцев

ВОЙНА КОЛЬЦА:

Как это было на самом деле

Краткий обзор

Версия 1.2

... Что вы тут всякую фигню

в абсурд превращаете?

В. В.

0. Введение

Настоящий документ представляет собой краткое изложение Теории Войны Кольца в том виде, в котором ее понимает автор. Описываемая Теория была создана Антоном Монаховым, Вадимом Румянцевым и третьим соавтором, который по некоторым причинам предпочитает пока что не делать свое имя достоянием широких читательских кругов. Толчком к ее созданию послужила идея Антона Монахова о подмене Кольца Всевластья Томом Бомбадилом. Ряд важных идей (в частности, о сущности Аркенстона) принадлежит Вадиму Гусакову.

Вадим Румянцев

Взхоббит,

или

Путь в никуда

Посвящается каждому,

кто узнает себя

в одном из героев.

1. Нежданные гости

Жил-был в норе под землёй хоббит. Не в какой-то там мерзкой грязной сырой норе, где со всех сторон торчат хвосты червей и противно пахнет плесенью, но и не в сухой песчаной голой норе, где не на что сесть и нечего съесть. Нет, нора была хоббичья, а значит, ещё хуже.

Она начиналась идеально круглым иллюминатором, который хоббит выкрасил в зелёный цвет (а точнее -- в цвет хаки) и использовал как дверь. Иногда иллюминатор с грохотом падал внутрь, и тогда открывался проход в длинный коридор, похожий на железнодорожный туннель, правда, без гари и дыма, но зато с пятнами мазута на полу и с разбросанными в беспорядке вдоль стен шпалами; всюду были прибиты крючочки для гостей, которых хоббит очень любил (правда, нельзя сказать, чтобы гости отвечали ему взаимностью). Туннель вился всё дальше и дальше, но никто из немногих родственников хоббита, отправившихся его исследовать, обратно не вернулся, и куда он (туннель) уходил -не знал никто. Временами хоббит жалел об исследователях, с тоской глядя на пустые крючочки, которые предназначались для них. Хоббит не признавал восхождений по лестницам, поэтому все комнаты располагались на одном этаже: спальни, ванные, погреба, кладовые (целая куча кладовых), сокровищницы, карцеры, застенки, камеры пыток, тюремные камеры, камеры предварительного заключения и даже залы суда -- всё это находилось поблизости друг от друга, чтобы, в случае чего, идти было недалеко. Лучшие камеры, то есть комнаты, находились по левую руку, и только в них имелись окна -- глубокие круглые окошечки, через которые зимой в нору влетал снег, а весной, в оттепель, выливалась талая вода. Так происходила уборка норы.