Стихи

Антон Антонович Дельвиг

- Близость любовников ("Блеснет заря, и все в моем мечтаньи...") - Вдохновение - Жаворонок - Застольная песня - К мальчику - Любовь - Моя хижина - Н. М. Языкову - Не осенний частый дождичек... - Подражание Беранже - Поэт - Пушкину - Романс (Друзья, друзья!..) - Романс (Прекрасный день...) - Романс (Только узнал я тебя...) - Русская песня (Как за реченькой...) - Русская песня (Пела, пела пташечка...) - Русская песня (Соловей мой, соловей...) - С.Д. Пономаревой - Смерть, души успокоенье!.. - Сонет (Златых кудрей...) - Там, где Семеновский полк... - Тихая жизнь - Эпилог

Другие книги автора Антон Антонович Дельвиг

Трагедия в пяти действиях в стихах, переделанная с французского из театра Лонжпьера

____________________

А.А.Дельвиг. Сочинения

Л., "Художественная литература", 1986

OCR Бычков М.Н. mailto:[email protected]

____________________

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА {1}: * Медея, дочь Аэта, царя Колхиды, супруга Язона. * Язон, вождь Фессалийский. * Креон, царь Коринфский.

Креуза, дочь Креона.

Дети Медеи. * Родопа, наперсница Медеи.

В истории русской литературы Дельвиг известен прежде всего как лицейский товарищ, задушевный друг и литературный спутник Пушкина, якобы всецело находившийся под его влиянием. Между тем такое представление о Дельвиге приходится признать недостаточным: он был хотя и не очень крупным, но талантливым и самобытным поэтом и старался идти самостоятельным творческим путем.

Текст печатается по изданию:

А.А.Дельвиг. Полное собрание стихотворений. Л. 1959, С. 61–256.

(Большая серия Библиотеки поэта)

Изд. 1934, с. 416. Осенью 1823 г. Н. И. Гнедич задумывал коллективный перевод трагедии А. Гиро "Маккавеи" для Е. С. Семеновой. В переводе должны были принять участие Дельвиг, М. Е. Лобанов, К. Ф. Рылеев, Е. А. Баратынский и П. А. Плетнев. План остался неосуществленным; полностью закончен был только перевод 2-го действия, сделанный Плетневым к 28 ноября 1823 г. (см. его письмо Гнедичу в кн.: Из собрания автографов имп. Публичной библиотеки. СПб., 1898, с. 33-34). Дельвиг по неизвестным причинам оставил работу; Баратынский отказался в 1824 г.

24. "Карл Смелый, или Анна Гейерштейнская, дева мрака". Соч‹инение› сира Валтер-Скотта

25. "Классик и романтик, или Не в том сила" ‹…› Соч‹инение› Константина Мосальского

26. "Мирза-Хаджи-Баба Исфагани в Лондоне"

27. "Записки о городах забалканских, занятых российскими войсками в достопамятную кампанию 1829 года ‹…› Энегольма"

28. Брошюрки, издаваемые Иваном Кронебергом

29. "Журнал пешеходцев от Москвы до Ростова, и обратно в Москву"

1. Родным. (Отрывок). 6 октября 1816 г

2. И. В. Малиновский… А. А. Дельвиг и др. – С. С. Фролову. 4 апреля 1817 г.

3. И. А. Гарижскому. 15 апреля 1820 г.

4. А. Н. Оленину. 27 сентября 1821 г.

5. В. К. Кюхельбекеру. Март – май 1823 г.

6. А. А. Бестужеву и К. Ф. Рылееву (?) 1823 г. (?)

7. П. А. Вяземскому. 4 февраля 1824 г.

8. В. К. Кюхельбекеру. Июнь 1824 г.

9. Ф. Н. Глинке. 1 июля 1824 г.

10. П. А. Вяземскому. 10 сентября 1824 г.

Там, где Семеновский полк, в пятой роте, в домике низком,

Жил поэт Баратынский с Дельвигом, тоже поэтом.

Тихо жили они, за квартиру платили не много,

В лавочку были должны, дома обедали редко.

Часто, когда покрывалось небо осеннею тучей,

Шли они в дождик пешком, в панталонах трикотовых тонких,

Руки спрятав в карман (перчаток они не имели!),

Шли и твердили, шутя: "Какое в россиянах чувство!"

(Идиллия)

Вечернее солнце катилось по жаркому небу,

И запад, слиянный с краями далекими моря,

Готовый блестящего бога принять, загорался;

В долинах, на холмах звучали пастушьи свирели;

По холмам, долинам бежали стада и шумели;

В прохладе и блеске катилися волны Алфея.

Дамон, вдохновенный певец, добродетельный старец,

Из хижины вышел и сел у дверей на пороге.

Уж семьдесят раз он первыми розами лиру

Оставь, о Дорида, на стебле лилею;

Она меж цветами прелестна как ты:

Пусть тихо зефиры колеблются с нею

И рой легкокрылый сбирает соты!

Она наклонилась к фиалке счастливой;

Над ними трепещет златой мотылек;

Блистая любовью, ручей говорливый

На струйках рисует любимый цветок.

Дорида, Дорида! любовью все дышет;

Блаженство вкушает природа с весной;

Чуть воды струятся, чуть ива колышет

И зелень мешает с веселой волной:

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Поэзии ток неясен иногда,

Она копится, как в листке вода,

То каплет, то прольется полной чашей,

И в строфах отраженьем жизни нашей

Прошедших лет проходит череда.

Александр Авербух родился в 1985 году в Луганской области Украины. В шестнадцать лет переехал в Израиль, жил в Тель-Авиве, прошел срочную службу в израильской армии. В 2006 году вошел в короткий список премии «Дебют». Окончил Еврейский университет в Иерусалиме (диплом с отличием и премия Клаузнера за магистерскую диссертацию «Тип украинского литератора в русской литературе XVII–XVIII веков»). Публиковался в журналах «Двоеточие», «Воздух», «Октябрь», «Волга», «Зеркало», «TextOnly». В 2009 году вышла первая книга стихов (серия «Поколение» издательского проекта «АРГО-РИСК»). С 2015 г. живет в Торонто.

«Родное и светлое» — стихи разных лет на разные темы: от стремления к саморазвитию до более глубокой широкой и внутренней проблемы самого себя.

Я родился двадцать пять лет назад в маленьком городке Бабаево, что в Вологодской области, как говорится, в рабочей семье: отец и мать работали токарями на заводе. Дальше всё как обычно: пошёл в обыкновенную школу, учился неровно, любимыми предметами были литература, русский язык, история – а также физкультура и автодело; точные науки до сих пор остаются для меня тёмным лесом. Всегда любил читать, - впрочем, в этом я не переменился со школьных лет. Когда мне было одиннадцать, написал своё первое стихотворение; толчком к творчеству была обыкновенная лень: нам задали сочинение о природе или, на выбор, восемь стихотворных строк на ту же тему. Конечно же, я подсчитал и нашёл, что восемь строк – это меньше, чем две страницы прозой, а, следовательно, быстрее – уж очень хотелось идти гулять. Прошло немного времени, стихи стали почти необходимым средством самовыражения. В 1996 и 2000 годах мне удалось выпустить два сборничка своих стихов, ничтожными тиражами; печатался в местных газетах.

По окончании школы в 1997 году поступил в Литературный институт на дневное отделение. Но, как это часто бывает с людьми, не доросшими до ситуации и окружения, в которых им выпало очутиться, в то время я больше валял дурака, нежели учился. В результате армия встретила меня с распростёртыми объятиями. После армии я вернулся в свой город, некоторое время работал на лесозаготовках: там платили хоть что-то, и выбирать особенно не приходилось. В 2000 году я снова поступил в Литературный институт, уже на заочное отделение, семинар Галины Ивановны Седых – где и пребываю до сего дня. В Москве публиковался в таких известных и не очень изданиях, как журнал «Литературная учёба», альманахе «Братина», поэтическом сборнике «Возрождение».

Стихотворения, представленные в этой дипломной работе все, за единственным исключением, написаны в период моего обучения на заочном отделении в 2000-2005 г.г.

Сборник стихов донецкого музыканта Леонида Бирюшова. Публикуется после его смерти

«Поэт отчаянного вызова, противостояния, поэт борьбы, поэт независимости, которую он возвысил до уровня высшей верности» (Станислав Рассадин). В этом томе собраны строки, которые вполне можно назвать итогом шестидесяти с лишним лет творчества выдающегося русского поэта XX века Наума Коржавина. «Мне каждое слово будет уликой минимум на десять лет» — строка оказалась пророческой: донос, лубянская тюрьма, потом сибирская и карагандинская ссылка… После реабилитации в 1956-м Коржавин смог окончить Литинститут, начал печататься. Но тот самый «отчаянный вызов» вновь выводит его на баррикады. В результате поэт был вынужден эмигрировать, указав в заявлении причину: «нехватка воздуха для жизни»… Колесо истории вновь повернулось — Коржавин часто бывает в России, много печатается, опубликовал мемуары. Интерес к его личности огромен, но интерес к его стихам — ещё больше. Время отразилось в них без изъятий, без искажений, честно.

Николай Доризо — один из популярнейших советских поэтов. В сборнике представлен цикл военных стихов: поэма «О тех, кто брал рейхстаг», «Край готовности постоянной», «Быть танкистом», «Реактивные летчики». «Песня о бдительности». В 1975 году Н. Доризо был удостоен литературной премии Министерства обороны СССР за книгу стихов «Меч победы». Сборник рассчитан на массового читателя.

Поэзия войны бывает разная. Есть стихи самих воинов, есть стихи тех, кто сам не был в боях, но сердцем глубже других пережил состояние наро­да на войне. Но есть еще и третий вид военных стихов — в них говорится не столько о войне как таковой, сколько о том состоянии, которое она вызывает в людях. Как она пробуждает людей от сна мирной жизни, заставляя оставить в стороне все мелочное и привычное, и вспомнить о глав­ном. Эти стихи могут быть, по сути, о чем угодно, потому что они на самом деле всегда об одном и том же — о непостижимости, мимолетности, хрупкости и бесконечной ценности жизни.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Арман Делафер

Проще не бывает

"Если бы я тонула, то не стала бы делать никаких попыток выплыть: глупо спорить с судьбой".

Именно эту фразу она сказала ему однажды ночью, а он, как обычно, пропустил все мимо ушей. Впрочем, она и не рассчитывала привлечь его внимание: она вообще сказала, не подумав, так - размышления вслух, поток сознания. Но сама эту фразу почему-то не забыла.

И теперь вот вспомнила. Теперь, когда она лежала в той же кровати одна, обессилевшая и опухшая от слез. Вспомнила, потому что не испытывала ни малейшего желания что-то исправить, что-то объяснить, договорить, кого-то вернуть или вернуться самой. Если честно, она не испытывала никаких физических страданий: только слезы лились как бы сами по себе. И это состояние было хуже любой агонии, в том числе, и той, через которую проходит утопающий.

Филипп ДЕЛЕРМ

Загубленная сиеста

Перевод А. и Н. Васильковых

Анонс

Сборник рассказов Филиппа Делерма, одного из самых ярких современных писателей Франции. Автор пишет о радости бытия, о счастье узнавания мира в детстве, дает читателю возможность почувствовать прелесть мелочей жизни, воссоздает вкус, цвет, запах Франции.

СОДЕРЖАНИЕ:

ЗАГУБЛЕННАЯ СИЕСТА:

Перевод А. и Н. Васильковых

Над кортами Ролан-Гаррос сейчас пойдет дождь

Delirius M

Загадка пенсиона "Вальдберг"

Пролог

Время текло как всегда неумолимо. И вот настал момент, когда финансовые проблемы заставили меня сменить мою квартиру, на более скромную, однокомнатную. Чтобы из однообъёмного помещения сделать двухобъёмное, я купил разделяющую панель, ансамбль полок различной конфигурации. Эта деталь меблировки отделила нишу-спальню от центральной части комнаты. Но, чтобы полки вписались в интерьер их нужно заполнить чем-то соответствующим. Большей частью я решил заполнить их книгами, а отчасти какими-нибудь безделушками. Что касалось книг, то, это проблем не вызывало, их имелось в достатке. А вот насчёт безделушек встал вопрос. Решать его, в ближайшие выходные дни, я пошёл на "блошиный рынок". Безделушки решил закупить у какого-нибудь старца. "У него они должны быть более "со вкусом", - думал я.

ВЛАДИМИР ДЕМЬЯНОВ

Проект

(Памфлет)

Шеф явно сердился. Он буквально пронзал Талера ясными, как у богородицы, глазами. Под таким взглядом Фриц Талер, выходец из Германии, а ныне - верный подданный Штатов, пасовал.

- Так что же,- строго спросил шеф,- неужели вы не в состоянии справиться с задачей?

- Я мобилизовал все научные силы, применил новейшие средства обнаружения, в том числе и "искусственный нос". А его последняя модель, как вы знаете, феноменально чувствительна - одну миллионную долю процента окиси углерода в атмосфере улавливает за двадцать миль!