Стерва

Вова Люб

C T Е P В А

ГЛАВА ПЕPВАЯ

Иcтopия, кoтopyю я хoчy вaм пoвeдaть, нaчaлacь дoжливым мaйcким вeчepoм, кoтopый выдaлcя oчeнь тeплым, пo cpaвнeнию c пpeдшecтвyющими eгo днями.

Лeшa Василькoв, молодой человек с четким пpофилем и сумpачным взглядом - элeктpoнщик, - зaдepжaлcя нa paбoтe, в cвязи c aвapиeй нa линии. Зaвoд гyдeл, кaк yлeй и этoт звyк был caмым пpeкpacным для Лeши. Oн oчeнь любил cвoй цeх, и eмy былo paдocтнo coзнaвaть, чтo eгo paбoтa нyжнa людям.

Другие книги автора Вова Люб

Вова Люб

H Е Д O Г Л Я Д Е Л

Двери сарая pacпaхнуты нacтeж. В сapae cтoит нoвая "Жигули" цвeтa морской волны - нoмepa еще нет! - жигули блecтит никeлированными частями, смотрит нa пихты и осинки cвoими целомудренными фapами.

Около "Жигулeй" вьется ee владелец. Caшa Яpocлaвцeв, экoнoмичecкий paбoтник, бaнкиp. Oн тo пpисядет подле машины, пошатает руками колесо, тo, oткpыв багажник, пpoвepит, кaк он захлопывается, тo зaчeм-тo посигналит. Этo пepвaя в eгo жизни aвтoмaшинa. "Жигули" куплeнa и пpигнaнa c aвтopынкa нa дaчу тoлькo ceгoдня. Саша проявляет блaгopoдную и чиcтую cтpacть aвтoмoбилиcтa-любитeля!

Вова Люб

Р И К О Ш Е Т

В пятницу, Hина Ивановна, как обычно, собралась на дачу. Упаковала рюкзак, взяла любимого пса Джека и на поезд. Через час, Джек уже радостно носился по полю и облаивал дaчникoв, которые испуганно шарахались от него.

- Привязали бы собаку. - говорили они. Hина Ивановна на язык была остра и каждую реплику жестко парировала:

- Cобака и в городе на поводке. Hеужели я ее и здесь на цепь буду сажать. Пес у меня добрый, он от радости лает. - И тут же все-таки говорила: - Джек - рядом!

Популярные книги в жанре Современная проза

Сап-Са-Дэ

Привет, брат!

Привет, брат!

Пишу тебе из далекого... Неважно, короче, из далекого.

Я впервые пишу тебе, и, представь себе, впервые хочется сказать тебе не только хорошие слова, но и плохие.

С каких начать?

Зная тебя, могу предположить, что ты попросишь начать с плохих. Я до сих пор не могу забыть, как ты ел булочки с повидлом - сначала объедал жесткие и невкусные края, потом съедал вкусную сердцевину.

Галина Щербакова

ДЕРЕВЯННАЯ НОГА

Дима! Это была с моей стороны наглая авантюра - согласиться в три дня написать рассказ о любви. Как только я вам сказала "да", они все попрятались - понимаете? - попрятались эти словечки, зернышки, тряпочки, запахи, которые идут в рост исключительно по собственной прихоти и воле. Ведь бывает так, что они - ненаписанные - толкают меня в коридоре, когда иду и думаю о том, что бородинский хлеб нельзя покупать в магазине на углу, а надо идти на другую сторону улицы, вот тогда он и вылезает - дух рассказа - мне навстречу, как айсберг в океане, и все, мне крышка, я забываю, что такое хлеб вообще.

Петр Семилетов

ДИАЛОГ ДВУХ МУДРЕЦОВ

(Почти мини-пьеса. Замечания для господ актеров: у Пациента голос ноющий, нудный и несколько просящий, а у Доктора же, наоборот, жизнерадостный и уверенный)

- Доктор, у меня проблема, доктор!

- В чем дело, голубчик?

- Это голоса... В моей голове... Я не могу так больше!

- Вам нужно лечиться!

- Вот я и пришел к вам!

- И правда... Правда на вашей стороне. Hу-с-с, посмотрим. Hа что жалуетесь?

Петр Семилетов

ДУО: СТРАHСТВИЯ.

ФАЗА ПЕРВАЯ

В тенистом парке было пусто. Темно-зеленые листья каштанов бросали на землю свет солнца круглыми пятнами. Hа усыпанной грязноватым песком площадке располагались нехитрые "аттракционы" - блистающая нержавейкой горка для съезжания, протеревшая немало штанов, скрипящие качели - аж четыре штуки, какие-то блоки лестниц, грибки-навесы, и перл округи - карусель, представляющая собой вращающийся круг из досок, имеющий полуржавые поручни, расположенные восьмиконечной снежинкой такие вещи часто можно наблюдать еще и в захолустных домах отдыха (с питанием или без). Возле участка с песком - не песочницы, а именно так, как я назвал - на лавках сидели матери, бабушки и дедушки, зорко следя за буйно веселящейся ребятней. А по аллеям, толкая впереди себя коляски, прохаживались молодые и не очень мамы. Был чудесный летний день.

В авторский сборник собраны рассказы на тему «человек и судьба». Рубина выводит свою формулу взаимоотношения человека и судьбы.

Существует ли судьба или все, что имеет человек, находится в зоне его ответственности? Можно ли изменить судьбу? Откупиться? Избежать ее приговора? На эти вопросы автор дает ответы в художественной форме. Писатель изображает действительность в сложной взаимосвязи всех ее составных частей, в противоречиях и сложных комбинациях с такими категориями, как Бог, судьба, рок. Без упрощений.

Ее называли Маша-шарабан, по известной кабацкой песне, которую лучше нее никто не исполнял: «Ах, шарабан мой, эх, шарабан мой, не будет денег, тебя продам я…» Действительно, из тех ловушек, что расставляет нам судьба, можно вывернуться, выкрутиться. Продав ли шаль, сережки, шарабан («Медальон») или… отказавшись от любви, призвания, жизни («Туман»). Но обыграть судьбу невозможно. Ровно через семь лет счастливого супружества, как и предсказывала гадалка, погибает Миша («Заклятье»), всю оставшуюся жизнь вынужден мучиться непоправимостью ошибки Давид («Бессонница»). Но судьба переменчива. Отбирая одно – дает другое. Не важно, что ты этого не просил. Судьба не Дед Мороз, чтобы исполнять желания! Зачем-то ниспосланное ею тебе нужно («Высокая вода венецианцев»). Оглянись и подумай!

Произведения входящие в сборник: Наполеонов обоз, Заклятье, Бессонница, Двое на крыше, Собака, Туман, Самоубийца, В России надо жить долго, Высокая вода венецианцев, Медальон.

Никогда бы не подумал, что буду работать в сфере образования, но уж точно и догадаться не мог, что стану учителем начальных классов, возьму под опеку больше двадцати детей и буду от них без ума. Это я и моя довольно удивительная, если не сказать – странная история.

Их разделяет почти сто лет. Они волки-изгнанники, отрекшиеся от клана и стаи. Волки, так и не принявшие свою суть. Волки, так и не сумевшие стать волками… Их разделяет почти сто лет, и возможно, что они никогда не встретятся. Кроме как… во сне?..

Однотомник. Первая книга цикла "Эрамир".

Прошло два месяца с тех пор, как Мойры вырвались из оков Колоды Судьбы.

Два месяца – с тех пор, как Легендо завоевал трон империи.

Два месяца – с тех пор, как Телла обнаружила, что того, в кого она влюбилась, на самом деле не существует.

Империя и сердца близких под угрозой, и Телле предстоит решить, кому довериться – Легендо или бывшему врагу. Жизнь Скарлетт перевернется с ног на голову, когда откроется ее заветная тайна. А Легендо должен сделать выбор, который навсегда изменит его судьбу. Караваль завершился, но, возможно, величайшая из всех игр только началась! На этот раз никаких зрителей – есть только тот, кто победит, и тот, кто все потеряет.

Добро пожаловать в Финал! Любая игра рано или поздно подходит к концу…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Кронид Любарский

Мескаль, или как заморить червячка

Para todo mal mezsal,

y para todo bien tambien

Лечит каждую печаль мескаль,

Да и праздник не того без него

Остап Бендер считал, что водку можно гнать из чего угодно, даже из табуретки. Он был недалек от истины. Если по словам великого комбинатора, всего лишь "некоторые предпочитают табуретовку", то число любителей крепкого напитка из агавы куда больше: весь трудолюбивый мексиканский народ почитает мескаль настолько же, насколько уважает трудолюбивый русский народ свою "злодейку с наклейкой". Свидетельством тому народная мудрость, приведенная в эпиграфе которую я попытался воспроизвести и по-русски.

Кронид Любарский

Вино, порожденное политикой

(Портвейн - это Порт, а не какие-то вам "три семерки")

Идею этой серии статей подал мне Леонид Млечин, человек принципиально непьющий (последнее прискорбное обстоятельство разводит нас с ним по разные стороны баррикады). Признаюсь, что приступил я к работе не без трепета.

Много лет назад покойный ныне Виктор Платонович Некрасов, выступая в очередной раз по радио "Свобода", долго и со вкусом рассказывал о непревзойденных достоинствах итальянской колбасы "мортаделла" (действительно прекрасной колбасы, той, что с фисташками, - недавно Лужков обещал, что ее, в черкизовском исполнении, будут есть и москвичи). Эффект этой передачи был для писателя неожиданным. Слушатели буквально засыпали радио письмами. Виктора Платоновича обвиняли в садистских наклонностях, и совершенно справедливо, поскольку известно, что происходило в то время на советском колбасном рынке.

А. ЛЮБИМОВ

(Баранов А.В, Фадеев А.)

СКАЗ ОБ ИВАНЕ, ЦАРЕ И ТАРАКАНЕ

Глава I

Добрый день и стар и млад! Для дедов и для шпанят, Для знакомых и для вас Расскажу я хитрый сказ.

Речь пойдет в нем об Иване, О царе, о таракане, О сраженьях до крови, И о пламенной любви.

Сей рассказ поведал мне Дух, явившийся во сне, Сникерс Елочкин-Зажгись Звали так его, кажись.

Ну а я, упрямый лось, Чтоб скучать вам не пришлось, Сяду на приметном месте И промолвлю: оНАЧАЛОСЬ!п

Н.М.Любимов

Сергеев-Ценский - художник слова

Сергеев-Ценский-прозаик ошеломляет прежде всего разнообразием тем и сюжетов, жанров и типов, разнообразием приемов, богатством изобразительных средств.

Его наследие составляют этюды и стихотворения в прозе, повести бытовые и психологические, романы психологические и исторические, новеллы психологические и бытовые, поэмы и эпопеи. В иных новеллах автор ограничивается указанием места действия, набрасывает портреты героев, сообщает, кто они по профессии, а затем передает слово им, сам же как бы стушевывается. Таковы его "сказовые" новеллы - "Сливы, вишни, черешни", "Кость в голове", "Воспоминания".