Старовский раскоп

Часть 1.

С этой стороны.

Полная до безобразия, тяжелая, как на сносях, луна выплыла из-за облаков, осовело оглядела окрестности. Окрестности ничем особым ее не удивили — всё тот же снег, те же жиденькие пролески и редкие черные кляксы ёлок, то же марево ночного города вдалеке. Огляделась, подумала и хотела было снова спрятаться, да зацепилась за странное.

На подъеме ночи, в сорокаградусный мороз, когда даже лисы тихо спят и носов из нор не кажут, когда стонут и вздыхают мерзнущие деревья — через ледяную пустошь брел человек. Ради такого события луна передумала прятаться, поскольку знала, что ночью людишки предпочитают спать по домам, а не шляться черт знает где. Луне стало любопытно.

Другие книги автора Александра Огеньская

Лишиться зрения — страшно. Ты словно теряешь мир. Отныне и до конца жизни тебе доступно лишь то, что ты способен услышать или коснуться рукой. Ты не способен увидеть солнце… не увидишь ни лиц дорогих тебе людей, ни выражения глаз тех, кто хочет тебя убить. Еще тяжелее, если тебе всего двадцать пять, и еще неделю назад ты думал, сколько всего еще будет в жизни. Еще тяжелее, если ты — бывший оперативник, в одночасье ставший негодным к службе калекой. И маг… теперь тоже бывший. Все, что у тебя есть — небольшая квартира, пособие и дорога до ближайшего кафе, выученная за этот год жизни в темноте и одиночестве. Жизнь закончена? Оказывается, нет. Всего за неделю жизнь резко меняется — у тебя снова есть работа, более того, твоим напарником становится подруга студенческих лет… у тебя даже есть тот, кого ты смеешь… нет, не полюбить, привязаться — лабрадор Цезарь. Только чем придется платить за такие подарки? Ведь тебе поручено ни много ни мало — найти именно тех, кто год назад лишил тебя всего, отобрав и зрение и магию.

Фонарная ржавчина мазнула шляпу, плечи, у ног растеклась в лужу. На сигаретном огоньке шипел влажный туманный воздух. Почему-то в Городе всегда промозгло и темно.

Нагая Годива в гриве легендарных кудрей, хохоча, пробежала мимо. Зигзагами, пьяно. Мелькнули плоские груди и ягодицы. За ней тянулась стайка местных шавок — уличных героев. Её трогали, непристойно мяли, тискали. Скрылись за углом. Сиплый хохоток еще слышался.

Надвинул шляпу, отщелкнул окурок в лужу.

Знаешь, Господи, ты это хорошо придумал: люди, животные, прочие гады… Нет, правда, хорошо. Мне нравится. Знаешь, летом с утра пойти в парк гулять — небо голубое, птички поют, трава мокрая, на ней роса блестит — здорово. Еще грибами пахнет. Они в парке большей частью поганки, но… ты ведь и так знаешь?.. Поганки, но иногда, говорят, маслята попадаются. Так вот, от поганок регулярно народ травится. И зверье тоже. У меня пекинес был… Ох, ведь знаешь же!

Однажды она участвовала в переговорах. Псих забаррикадировался в офисе с шестью заложниками, размахивал «лимонкой» и АКМ-мом, требовал миллион долларов и чтобы все его оставили в покое. А офис на пятом этаже одиннадцатиэтажного делового центра. Она час сорок пять минут и еще целых тридцать секунд сидела под дверью, рассказывала ему про то, какой он замечательный человек, и про то, что дальше всё будет хорошо, только всего ничего нужно — успокоиться, взять себя в руки… ты же у нас мужчина, мой хороший?… глубоко вздохнуть и…. Прямо у нее перед носом стена была вымазана кровью — кого–то били об стену лицом, кажется, а её всегда от вида крови мутило, поэтому на втором часу она начала вообще чепуху молоть про остров в океане, про красные коралловые рифы и стайки любопытных рыбешёк, обязательно синеньких с желтыми хвостами, про маленький пароходик, томно вздыхающий на каждой волне… Тогда псих всхлипнул за дверью раз, другой, прогрохотал ботинками, уткнулся лбом в дверь с другой стороны и заплакал. Она это очень ясно представила, как он сидит — длинные засаленные лохмы закрыли лицо, рука с гранатой дрожит, скорчился зародышем…

Популярные книги в жанре Городское фэнтези

Начало 23-го века. Россия процветает. Экономика стабильна, внешние враги слабы. Одной из немногих проблем остается национальное меньшинство – русские, точнее – русский терроризм. И вот однажды в руки экстремистов попадает готовая к использованию ядерная бомба...

Темна дырчатая прохлада под тополями и зелена вода в каналах Санкт-Петербурга.

Жизнь легко обращается в камень.

Выглядит это так…

Двор, кончался забором, обтянутым поверх досок колючей проволокой, кое-где она обвисала и зубцы островерхого края в таких местах были обломаны, а за забором начинались владения Серого Кеши: длинные штабеля чего-то железного с проходами между ними, пятна мазута на земле, таблички с надписями: «Стой! Запретная зона!». Метров через сто штабеля раздавались, образуя угольную поляну, и обнаруживалась каптерка, до половины вросшая в землю: обитая войлоком дверь, козырек, два бельмастых окна под съехавшей крышей. Ночью они всегда тускло светились, и, по рассказам мальчишек, видна была в подслеповатом нутре тень самого Кеши.

Стук палочки по паркету неизменно предваряет мое появление в комнате, подобно тому, как астматический хрип аппарата искусственного дыхания предшествует явлению Дарта Вейдера – мистического ужаса в непроницаемой маске. Так говаривал Джим, наскакивая на меня из-за угла с метровой линейкой, которую он втайне от Кристофера и Клары однажды ночью выкрасил флуоресцентной краской в зеленый цвет. Подозреваю, мы с ним, дед и внук, пали жертвами заговора Рэйчел и нашей невестки Клары. Иначе как объяснить, что в течение нескольких лет мы оба, независимо от моего желания и планов на выходные, регулярно обнаруживали себя в темном зале, где Джим, стискивая от возбуждения мою руку, едва слышно подвывал реву двигателей имперских штурмовиков. А дома таращил круглые голубые глаза, точь-в-точь такие, как те, что смотрели на него с экрана, с грохотом рушился с лестницы через перила и за завтраком донимал невозмутимую бабушку особенностями устройства мотиватора гипердрайва.

Jim Butcher. Vignette.

Еще одна история из жизни Гарри Дрездена…

Перевод Глушкин Е. ред. Гвоздева И.

Очередное дело мага Гарри Дрездена связано с бейсбольной командой Чикаго.

События между 11-й (Turn Coat) и и 12-й (Changes) книгами цикла.

Аннотация

Время самое загадочное явление из всех известных человечеству. Когда нечем занять себя, оно тянется невыносимо долго, превращаясь в самую изощренную и мучительную пытку и наоборот: когда пытаешься его удержать, продлить хоть на миг, с горечью и разочарованием снова убеждаешься что это невозможно. Нет ничего дороже утерянного времени. Времени, когда все можно изменить и прожить по-другому. Но время невозможно повернуть вспять, невозможно заставить течь по нашему желанию и усмотрению. Даруя жизнь всему сущему, устанавливая для каждой вещи свои сроки и свои границы, время бессмертно. Но порой бывает так, что умирает даже само время.

Роман повествует о каверзе, устроенной сообществом Вечных Москвичей лондонскому сообществу. История самого крупного из когда-либо добытых человечеством алмазов «Куллинан» в отличие от других известных камней кажется абсолютно прозрачной. Но это не так. Посудите сами: разве могли бессмертные московские эстеты позволить лондонским так варварски расправиться с уникальным камнем, как о том пишут в энциклопедиях? Немыслимо! Судьба алмаза становится очевидной, если оценить масштаб и своеобразие личностей, взявшихся за его спасение, и принять во внимание исторический фон короткого с точки зрения Вечности периода пребывания камня на поверхности Земли.

Итак, московская нетрадиционная версия развития событий.

Встреча выпускников в маленьком американском городке. Скучный "вечер воспоминаний"? Нет. Кошмар, в который погружается человек, внезапно осознавший, что все его воспоминания о прошлом — ложь. Не было ни дружбы, ни школьных романов. Был ад насилий и убийств, невольно спровоцированный двумя парнями, завладевшими древним гримуаром "Темные дары" — и так и не научившимися контролировать свою силу. Но теперь книга — в руках человека, хорошо понимающего, что она собой представляет. И теперь ужас прошлого возвращается!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Романы Шейлы О'Фланаган во всем мире продаются колоссальными тиражами. Ими зачитываются все – от бизнес-леди до домохозяек. А все потому, что в книгах О'Фланаган можно найти ответ на самый сокровенный вопрос: «Где найти и как удержать свою любовь?!»

Богомил Райнов – болгарский писатель. Он писал социальные повести и рассказы; детективно-приключенческие романы, стихи, документально-эссеистические книги, работы по эстетике и изобразительному искусству. Перед вами его книга «Элегия мертвых дней».

О трудной молодости магнитогорской девушки, мечтающей стать писательницей.

Автор повествует о своих отношениях с двумя известными в стране прозаиками.