Старинная детская песенка

Джон Болт со скрежетом включил четвертую скорость и сплюнул.

Космоавтобус Земля — Пояс Астероидов возвращался почти пустым. Никому не улыбалось лететь этим тихоходом с остановками у каждого мало-мальски приличного осколка, уважающие себя пассажиры предпочитали экспресс, и Джону Болту было от чего разозлиться. Живут же люди, гоняют туда-сюда нормальные ракеты — и весело, и приятно, и денежно. А у него что ни рейс убыток. Если бы не международное соглашение, компания давно прикрыла бы эту лавочку. Правда, всегда набирается по астероидам несколько пассажиров: арендаторы, искатели приключений. Только удовлетворения от такой работы никакого, ни материального, ни морального.

Другие книги автора Борис Федорович Лапин

— Ты помнишь ту захудалую планету в системе Н-12-076? спросил Альф. — Ну, ту самую планетку, где мы сделали вторую остановку на пути вперед, пополнили запасы воды и еще вышвырнули двух роботов, которые… Неужели не помнишь?

Дельт поднял мутные, полные пустоты глаза и, не ответив, снова припал к графикам. Дельт был славный парень и отличный специалист, но интересовался исключительно своими делами. Порой Альфу казалось: даже если корабль прошьет метеоритом, Дельт все равно не оторвется от графиков по той простой причине, что обшивка, как и вся материальная часть, не в его компетенции.

На десерт подали красные ломтики арбуза, игриво косящие на гостей блестящими черными глазами семечек. Маггер обожал экстравагантность, его стол не обходился без сюрпризов. То змеиный суп, то форель из Испании, то русская икра, то, как сегодня, арбуз, хотя лето едва началось.

За десертом хозяин дома завел свою обычную дилетантскую болтовню, и Шильд отошел к распахнутому окну, поглядывал вниз на редких прохожих, аккуратно складывал семечки на тарелку и краем уха слушал маггеровские метафизические выверты.

Лапин Б.Ф. Первый шаг: Научно-фантастические повести и рассказы. / Худож В. Смирнов. М.: Молодая гвардия, 1985. — (Библиотека советской фантастики). — 221 стр., 65 коп.,100 000 экз.

Сборник научно-фантастических рассказов и повестей сибирского писателя. Живое повествование, острый сюжет, оригинальный подход к ставшим уже традиционными в фантастике темам характерны для его произведений.

Погибает, проникнув в многовековую тайну Луны, видный ученый Михаил Лихман. Погибает, так и не узнав, что его жена, которую он любил многие годы и именем которой назвал открытый им кратер, никогда не любила его, не была ему верна. Но еще более поразительное открытие делает сама Ольга: оказывается, она даже не догадывалась, какого человека послала ей судьба...

Прежде чем отправиться к себе в Дом культуры, дед Кузя, или, по паспорту, Кузьма Никифорович Лыков, выскочил на минутку на двор поглядеть, как погода и не собирается ли дождь.

Было что-то около половины двенадцатого. Располневшая луна висела над избой кума Лексея, где-то далеко-далеко тарахтел трактор, лениво перебрехивались собаки, да изредка доносил ветерок девичьи частушки под гитару. Стоял обычный вечер современного колхозного села. Вот тут-то и случилось это самое — дед Кузя увидел черта.

Было очевидно: след появился на рассвете.

Ыргл проходил здесь ночью, и если бы след остался с вечера, уж он бы его заприметил. В полной темноте Ыргл мог разглядеть пылинку на тропе. След был невелик, впору Кайе, младшей дочери старика Харша. Да только это был не нормальный след, след человека племена буранов. Нога оставившего отпечаток на снегу была одета в железо!

Первым побуждением Ыргла, когда он наткнулся на след, было дать тягу, бежать, обойти опасное место стороной, другим гребнем, пусть много выше. Не то чтобы он боялся этой печати неведомого на белом полотнище небольшого ледничка — наоборот, его так и подмывало получше разглядеть след. Но в поверьях буранов след пришельца предвещал беду.

Сборник фантастики иркутского прозаика — результат многолетней привязанности автора к этому жанру. Но и в своих фантастических произведениях писатель остается реалистом, для которого фантастический сюжет — лишь повод обратиться к проблемам социально-нравственного порядка.

Предисловие Александра Осипова.

Иркутск: Восточно-сибирское книжное издательство, 1985 г.

Серебряный остров — приключенческие рассказы о приключениях ребят, живущих на озере Байкал. Повесть о приключениях, поисках и находках юных краеведов — с историческими, публицистическими и научно-популярными отступлениями в прошлое, настоящее и будущее Сибири.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Львов Аркадий Львович

СЕДЬМОЙ ЭТАЖ

Он слыл трудным мальчиком. Он слыл трудным лет с шести, когда папа и мама впервые заговорили с ним о школе. Это было в марте. Они сказали ему, что вот пролетят весна и пето - и в сентябре он пойдет в школу. Папа вспомнил свой первый школьный сентябрь - каштаны были еще зеленые, как в мае; мама ничего не вспоминала, мама только вздохнула и сказала, что время не стоит на месте. А он вдруг рассмеялся и заявил, что в школу не пойдет. Мама сделала большие глаза, а папа очень спокойно спросил у него:

Синякин Сергей Николаевич

Трансгалактический экспресс

Фантастическая повесть

Писателя надо любить! Когда любишь, многое прощаешь.

Анатолий Растер

Коротко хочу рассказать для чего написано все, что вы сейчас прочтете.

Фантастика давно числится в дефиците.

Выстояв очередь в библиотеке, выпросив на день у знакомого, читатель получает книгу с заманчивым грифом - "НФ" и, придя домой, погружается в странный мир, мир всемогущества и небывалых возможностей, мир борьбы идей и миров, где гигантские космолеты бороздят звездные пространства, где устанавливаются контакты с неземными цивилизациями, небывало преобразовывается Земля, меняются люди, сталкиваются различные идеологии, изучается будущая машинная психология, познается мир. Фантастика показывает, обещает, прогнозирует, предупреждает, популяризирует, обличает, смеется.

Валерий Строкин

(г. Мадрид, Испания)

Сага о голубой планете

(повесть)

Часть 1.

Застывшие облака.

- Тебе никогда ни до кого нет дела! - Клара раздраженно бегала по комнате, напоминая в эту минуту разъяренную пантеру.

Вик грустно наблюдал за ней - он знал, что в такие минуты лучше промолчать, чтобы избежать большего.

- Нет! - Клара всплеснула руками. - Как ты смел?! Я не понимаю, как ты мог отказаться лететь? Тебе больше нравится остаться здесь и заживо гнить, дышать дерьмом, пить неизвестно что, но только не то, что раньше называлось водой? Ты до сих пор не хочешь понять, что здесь жизнь обречена на смерть возрождения не будет, планета умирает. На что ты надеешься? Кто капитан корабля? Корвин?

ЭДУАРД ЖУРИСТ

ПОСТТЕЛЕМАТИЧЕСКАЯ ЭРА

Пер. с румынского Татьяны Ивановой

- Вот этот дом, - сказал мой сопровождающий. - Пока он единственный в своем роде, но скоро такие дома станут совершенно обычными.

Я скептически улыбнулся. Сыт я по горло подобными эпохальными открытиями. Я работал в бюро патентов и открытий, и моя миссия заключалась в том, чтобы отклонять предложенные открытия (их одобрением занималась другая служба) под тем простым и хорошим предлогом, что мы живем в эпицентре непрекращающегося взрыва открытий и новшеств и если бы человечество принялось все их внедрять, у него не осталось бы времени наслаждаться их результатами. Однако этот человек пришел ко мне не обычными путями (имейте в виду, что в нашу посттелематическую эру "обычный путь" по-прежнему означает "с рекомендациями сверху, справа и слева"), а был внуком лучшей школьной подруги моей бабушки, и, конечно, в посттелематическую эпоху тоже никто не может отказать в небольшом удовольствии своей бабушке, этому милейшему существу, с которым ты оставался вдвоем длинными зимними вечерами, когда родители уходили в театр, в кино или ресторан. Внук был весьма симпатичен. Он походил скорее на виолончелиста в оперном оркестре (галстук-бабочка, лысина, бархатный пиджак, сильно вытертый на локтях), чем на физика, инженера, специалиста по автоматике или кибернетика наших дней. И вот мы стоим перед экспериментальным домом, и я жду, когда этот человек произнесет нечто вроде "сезам откройся", к которому мы привыкли в последнее время. И в самом деле, "виолончелист" подходит к крохотному микрофону, вделанному в дверь, и говорит:

Научно — фантастические произведения, включенные в этот сборник, повествуют о местах, событиях и существах, которых не было, нет, и не может быть — на то и фантастика. Но в невероятных ситуациях читатель встретит знакомые черты недавнего прошлого, от которого мы стремимся избавиться, перестраивая все сферы нашей общественной жизни, возвращаясь из «перпендикулярного мира» в мир реальных ценностей, истинно человеческих отношений.

Полковника Вильяма Трэинера, постоянного Представителя Президента при Миссии, вытащили из постели в 2-16. Еще не успев стряхнуть с себя сон, в 2-18 он, затягивая пояс, сбежал по лестнице к ожидавшей у подъезда капсуле. Устраиваясь на заднем сиденье, Трэйнер уже знал, что его ожидает трудный день.

Два капитана и штатский — всех их он знал в лицо сидели, крепко сжимая в руках обложки с государственным гербом. Полковник протер глаза и посмотрел на штурвальную консоль: «Баллистический полет, цель зафиксирована, местное время 15.04». Штатский с молодым, но прежде времени состарившимся лицом обернулся к нему с переднего сиденья:

Рассказ из журнала "Очевидное и невероятное"2009 06

Море бушевало всю ночь. Медлительные валы один за другим выплывали из темноты. Они вставали перед нами крутой стеной, и нависшие гребни их заглядывали в шлюпку, как будто хотели пересчитать нас — свою будущую добычу.

Нас было шестеро в шлюпке: кочегар Вилькинс, Джо, три матроса — швед, итальянец, негр и я шестой с ними. Мы гребли все время, точнее — они гребли, а я сидел на корме и, качаясь, как маятник, зачерпывал воду и выливал за борт, черпал и выливал, черпал и выливал.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Астронавт проснулся за неделю до приближения к звезде.

Он проснулся и попытался сосредоточиться и вспомнить, кто он и что с ним было раньше, но что-то мешало сосредоточиться и вспомнить.

Он сознавал только, что и в прошлый раз, проснувшись, тоже прежде всего попытался сосредоточиться и вспомнить все это, и тоже в первое время мог вспомнить лишь одно: что и раньше, проснувшись, он уже не раз вспоминал, кто он, откуда он и зачем он, но только в те разы ничего не мешало сосредоточиться, как теперь.

В далекие 90-е двенадцать молоденьких девушек встречаются в астрологическом кружке «Зодиак». Они попадают в мир таинства небесных светил, мистических загадок правящих миром стихий. Недоступные звезды улыбаются, манят, обещают, взирая с непостижимой высоты на тех, перед кем только открывается дорога самостоятельной жизни. Тернист и прихотлив путь героинь. Небесные силы то благосклонно поднимают к свету и блаженству, то низвергают вниз, в пучину несчастья, горя и обмана. Взрывоопасная смесь добродетелей и пороков Скорпиона; нежность, сострадание и чистота помыслов Девы; неторопливое обаяние и житейская мудрость Тельца; непостоянство Близнецов; упрямство и скрытность Козерога… Двенадцать характеров, двенадцать Дорог, двенадцать профессий: медсестра, секретарша, гувернантка, учительница, гадалка, писатель… Героини романов бесконечно разные, но объединяет их одно — стремление к женскому счастью. Помогут ли звезды осуществиться девичьим грезам? Встретит ли каждая из них того единственного и неповторимого, что предназначен судьбой? Следуя данному 10 лет назад обещанию, повзрослевшие девушки встречаются вновь. Как сложились их судьбы? Какие сюрпризы, повороты и зигзаги уготовили им звезды? Об этом — каждая из историй, рассказанная на чудесной заснеженной вилле в Рождественскую ночь. У Евы Королевой, родившейся под знаком Водолея, необычная профессия — художник по металлу. И муж ей достался необыкновенный — гениальный художник с невероятной фамилией Чургулия. В поисках счастья они уезжают в Америку, но там муж решает пожертвовать Евой ради карьеры… Оставшись одна в чужой стране, без гроша в кармане, Ева понимает, что она умна, сногсшибательно красива и способна на многое… например, на выступления в стриптиз-клубе. Ева горда и свободолюбива. Ей суждено стать богатой и успешной, встретить истинную любовь… и своими руками подрезать крылья своему счастью.

В далекие 90-е двенадцать молоденьких девушек встречаются в астрологическом кружке «Зодиак». Они попадают в мир таинства небесных светил, мистических загадок правящих миром стихий. Недоступные звезды улыбаются, манят, обещают, взирая с непостижимой высоты на тех, перед кем только открывается дорога самостоятельной жизни. Тернист и прихотлив путь героинь. Небесные силы то благосклонно поднимают к свету и блаженству, то низвергают вниз, в пучину несчастья, горя и обмана. Взрывоопасная смесь добродетелей и пороков Скорпиона; нежность, сострадание и чистота помыслов Девы; неторопливое обаяние и житейская мудрость Тельца; непостоянство Близнецов; упрямство и скрытность Козерога… Двенадцать характеров, двенадцать Дорог, двенадцать профессий: медсестра, секретарша, гувернантка, учительница, гадалка, писатель… Героини романов бесконечно разные, но объединяет их одно — стремление к женскому счастью. Помогут ли звезды осуществиться девичьим грезам? Встретит ли каждая из них того единственного и неповторимого, что предназначен судьбой? Следуя данному 10 лет назад обещанию, повзрослевшие девушки встречаются вновь. Как сложились их судьбы? Какие сюрпризы, повороты и зигзаги уготовили им звезды? Об этом — каждая из историй, рассказанная на чудесной заснеженной вилле в Рождественскую ночь. Надя Шарапова, появившаяся на свет под знаком Девы, приезжает в Петербург из Новгорода. Северная столица не спешит раскрыть объятия юной нежной душе: в медицинский институт Надя не поступает. Замужество также не приносит счастья. Работая медсестрой в городской больнице, Надя случайно знакомится с Игорем Меркуловым, заведующим отделением престижного медицинского центра «Аякс» для политической элиты и нуворишей. И в одно мгновение ее настигают страстная любовь… и криминальные разборки!

В далекие 90-е двенадцать молоденьких девушек встречаются в астрологическом кружке «Зодиак». Они попадают в мир таинства небесных светил, мистических загадок правящих миром стихий. Недоступные звезды улыбаются, манят, обещают, взирая с непостижимой высоты на тех, перед кем только открывается дорога самостоятельной жизни. Тернист и прихотлив путь героинь. Небесные силы то благосклонно поднимают к свету и блаженству, то низвергают вниз, в пучину несчастья, горя и обмана. Взрывоопасная смесь добродетелей и пороков Скорпиона; нежность, сострадание и чистота помыслов Девы; неторопливое обаяние и житейская мудрость Тельца; непостоянство Близнецов; упрямство и скрытность Козерога… Двенадцать характеров, двенадцать Дорог, двенадцать профессий: медсестра, секретарша, гувернантка, учительница, гадалка, писатель… Героини романов бесконечно разные, но объединяет их одно — стремление к женскому счастью. Помогут ли звезды осуществиться девичьим грезам? Встретит ли каждая из них того единственного и неповторимого, что предназначен судьбой? Следуя данному 10 лет назад обещанию, повзрослевшие девушки встречаются вновь. Как сложились их судьбы? Какие сюрпризы, повороты и зигзаги уготовили им звезды? Об этом — каждая из историй, рассказанная на чудесной заснеженной вилле в Рождественскую ночь. Марианна Коварская, родившаяся под знаком Козерога, всегда была примерной дочерью и послушной женой и смотрела на жизнь через розовые очки. Но порой судьба карает за неведение. Однажды маленький уютный мирок Марианны рушится — она обнаруживает порнографические видеокассеты с участием собственного мужа… Теперь ей придется начать жизнь с чистого листа. Найти себя в новой жизни ей помогает талант придумывать — талант писателя. И еще Марианна обретает любовь, ведь удача, как и беда, как известно, не ходят в одиночку.