Сплошные прелести

Терри Кэш

СПЛОШНЫЕ ПРЕЛЕСТИ

Перевел с английского А.Фокин

1

Выбравшись из бассейна, Сюзанна Корбетт босиком прошлепала к коврику, который расстелила рядом на газоне. У ворот частного бассейна для высокопоставленных сотрудников нефтяной компании, дежурил Дирк, самый красивый из всех охранников; Сюзанна уже давно положила на него глаз. Ложась на коврик и расстегивая сзади застежку лифчика-бикини, она затылком чувствовала, как его взгляд буравит ей спину. Откинув лифчик в сторону, она распростерлась на коврике, подставив спину обжигающему техасскому солнцу.

Популярные книги в жанре О любви

Настя Разумова

Вьюрок

Есть такая девочка. Маленькая, яркая, юркая. Hи то белочка, ни то лисенок. Улыбка до ушей и нос-картошкой. С тонкими ногами и руками. С большими коленками. Вьюрок. Угловатая. Добрая. Яркая. Ее увидел художник. Он понял, что она - одна такая. Она не просто так, а живет. Он сказал: - Вьюрок, пойдем гулять по рельсам. Она пошла. Он большой и неуклюжий. Он давно разочаровался в жизни. Он понял людей, и теперь ему скучно. Перестал рисовать. Закнул свой плащ и мольберт. Для него все просто: есть Человеки, а есть человечки. Вторых больше. Первые встречаются редко. Он был стар, мудр и безнадежен. Он уже очень давно не рисовал. Hо все еще считал себя художником. Он увидел ее.

Елена Шерман

Тысяча рублей

История из интеллигентской жизни

Время действия: середина 1980-х гг.

Действующие лица:

- кредитор, Иван Сергеевич, доцент;

- должник, Михаил Андреевич, профессор;

- Татьяна Петровна, жена Ивана Сергеевича

- Любовь Георгиевна, жена Михаила Андреевича.

Иван Сергеевич

Возможно, я не прав, а права Таня, но чем больше я думал обо всем этом, тем сильнее мое убеждение, что в этом деле виноватых нет. Я не мог не занять деньги лучшему другу, он был вполне прав в своем нежелании никому (в том числе своей благоверной) говорить о крупном займе у подчиненного, а Люба, несчастная женщина, всегда была чуть жадновата и... Впрочем, наверно, надо все-таки изложить обстоятельства дела в хронологическом порядке.

Кристин СКОТТ

ЖДУ ТЕБЯ ВО ФЛОРИДЕ

Анонс

Сможет ли молодая женщина поверить в искренность чувств даже самого лучшего друга после всех испытаний, выпавших на ее долю? Сумеет ли преодолеть недоверие к мужчинам, похожим на ее супруга: красивым, обаятельным и - лживым? Ответ на эти вопросы вы найдете на страницах романа.

ПРОЛОГ

- Эй, принеси-ка нам еще выпить! жестом подозвал бармена Алекс Трент.

Этот долгий, мучительный день близился к концу. В сумраке бара за стойками сидели пара вечно пьяных завсегдатаев да Алекс с друзьями. "Черт возьми, думал Алекс. - Почему бы и нет? Сегодня как-никак праздник".

Наталья Стеркина

Гувернер

(Лирическая комедия)

III действия

Действующие лица:

Миссис Мелсон - дама лет 45

Марина - молодая женщина, очень современная

Девушка - лет 18, ехидна, худощава

Олег - симпатичный молодой человек, лет 19

Дама (мать Олега) - 45 лет, восторженна и рациональна

Сашенька - "пацан" лет 19, туповат, услужлив

Олчик - симпатичная девушка, мечтательная, верная, лет 18-19

Наталья Стеркина

Соучастница

На регистрацию участников конференции Ирина не успела. Поезд пришел позднее; пока устраивалась в гостиницу, добиралась до филфака, уже во всю шло пленарное заседание. Ирина пристроилась на последнем ряду, вертеться, высматривая знакомых, она начала буквально через пять минут - скучные какие-то факты, цифры, которые излагал пожилой, видимо, очень эрудированный докладчик, были ей неинтересны. Не увидев знакомого лица, не поймав заинтересованного взгляда, она, побеспокоив двух серьезных филологинь, выскочила за дверь и пошла шататься по факультету. Минский филфак она любила, как-то проездом из Праги провела несколько часов за чтением заинтересовавшей ее книжки здешнего автора, чем несказанно удивила лаборанток. Сейчас Ирина двинулась на звуки скрипки и набрела на актовый зал, поняв, что именно здесь она проведет время до перерыва, она взглядом спросила лохматого дирижера, который отдавал указания оркестру, можно ли посидеть. Он добродушно кивнул, и показал рукой, мол, не стесняйтесь, садитесь поближе, да поудобней. Но как видно не только Ирине захотелось скрыться от скуки сухой филологии, через две минуты открылась дверь, и почти вбежала, высокая довольно полная дама, с прозрачной папкой в руках. "С конференции", - отметила Ирина, лицо вбежавшей показалось ей вроде бы знакомым. Дама подбежала к дирижеру, что-то спросила. Он отозвал одну из скрипачек тоже высокую и довольно полную симпатичную девушку с пышными длинными волосами.

«В этот будничный вечер бар был почти пуст. Уже два дня я находился в этом городе, где никого не знал… ни единой доброй души, с которой мог бы поделиться своим внезапным счастьем. А мне очень хотелось выпить, отпраздновать мое радостное событие. Я ликовал, с того самого дня накануне отъезда, сознавая в то же время, что порой нужно пройти через суровые испытания, чтобы потом извлечь из них определенную пользу… Итак, я уселся как можно удобнее, облокотясь о дубовую барную стойку, терпеливо ожидая, когда моя персона привлечет внимание симпатичного человека, стоявшего за ней…»

Рекомендуется читать одному или в теплой компании…

Перевод: Михаил Щербина

«Клод вынужденно подслушивал разговор за соседним столиком – тем самым, за которым еженедельно проходило «заседание молодых, разведенных и обиженных».

Уже не в первый раз его уши ловили порой шокирующие, порой смешные, порой патетичные откровения женщин, упивающихся своими же байками. По воле случая, они всегда располагались за соседним столиком. Неизвестно, встречались ли они еще в течение недели, но в пятницу вечером они неизменно располагались рядом, так что было легко – слишком легко – следить за ходом их беседы…»

Рекомендуется читать одному или в теплой компании…

Перевод: Ирина Дудина

«Дверь, скрипнув, отворилась и на пороге показалась моя давнишняя подруга Лиза. Она оценивающе взглянула на меня, одарила своей очаровательной улыбкой и села рядом со мной. Разумеется, она ожидала, когда я первой начну разговор. Я знала, что у нас будет достаточно времени поболтать при случае о разных пустяках, поэтому поспешила перейти к сути дела, ради которого я ее, собственно, и пригласила. Немного помолчав, я решительно начала…»

Рекомендуется читать одному или в теплой компании…

Перевод: Михаил Щербина

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Игорь КЕЦЕЛЬМАН

Зоопарк

ИЗ ЗАПИСОК ПЕРЕВОЗЧИКА ЖИВОТНЫХ

В этом произведении представлен обобщенный образ зоопарка.

Автор просит читателей не искать сходства в описываемых событиях

с реальными фактами или же с каким-то конкретным зоопарком.

Поездка

-Медведь в аэропорту,- сказал директор зоопарка.- Мне позвонили, а я забыл. Ты поезжай, забери. Такое вот указание под конец рабочего дня. "Лучше бы ты не вспоминал!" подумал я. Да делать нечего, придется ехать. В рот щепотку чая - зажевать, сумку через плечо. Поехал. Идти нужно было через весь зоопарк. А зоопарк - это клетки, вольеры с животными. Между ними дорожки, по которым ходят посетители и смотрят на животных. То и дело останавливаются то у одной, то у другой клетки. Я шел по дорожкам мимо диких кошек, овцебыков, антилоп, фламинго, очковых медведей. Я столько раз видел их, что и головы поворачивать не хотелось. Настроение было паршивое. Уже собрался домой, а тут ехать. И еще - посетители навстречу. Они, словно вязкая масса, сквозь которую с трудом пробиваешься. Орущие, бегающие дети. Мамы с колясками, которые они все время теряют. Засмотрится на какое-нибудь животное, а коляску укатят... Очередь на пони, очередь за мороженым. Толчея, галдеж. Взрывы хохота у клеток с обезьянами. Столпились и смотрят. Посетители! Как же они надоели! Лето. Зимой будет полегче. Зимой зоопарк безлюден. Я хожу один по заснеженной территории. Пусто вокруг. Хорошо. А если залезть на крышу дирекции (зимой мы тянули туда телефонные провода), то вдали можно увидеть настоящий храм с белыми колоннами в ярких лучах солнца. Храм словно парит в воздухе, он приподнят над землей. - Что это? - спросил я своего напарника. - Ресторан "Шанхай",- ответил он. Наконец я вырвался из толпы посетителей, миновал туалеты и оказался на зоопарковской помойке. Бок о бок несколько баков из ржавого железа. Из них торчало гнилое сено и несло чем-то кислым. Рядом с баками, расстегнув ширинки, приткнулись двое посетителей. Туалет на ремонте. Я поспешно прошел мимо. Хорошо хоть не женщины, было и такое. За помойкой - гараж. Там меня ждал желтенький обшарпанный автобус. Радость-то какая! Целый автобус дают! Не придется, как в прошлый раз, когда я журавля на метро вез. Пассажиры тогда все спрашивали: "Кто у вас там в коробке шевелится?.. Журавль? Не тесно ему?" "Привезу, выпустим". Выпускать оказалось некому. Поздний вечер, и в зоопарке никого. Только в комендатуре - зеленом деревянном домике - дежурный с милиционерами. Белели халаты двух медсестер из соседнего вендиспансера. Пункт ночной профилактики. Дежурный в защитном камуфляже стоял посреди улицы и останавливал проезжавшие такси: водка есть? Неохота ему было тащиться к метро, где киоски. - Чего там у тебя? - спросил милиционер. - Журавль. - Подожди, сейчас дежурный подойдет. - А где молодой человек ночевать будет? - заинтересовалась одна из медсестер. Она говорила медленно, пьяно растягивая слова. - Домой поеду. - Ну-у, ночью ехать. Давай мы поближе тебе что-нибудь найдем. Но тут появился дежурный с водкой и ее внимание переключилось. - Врачей уже нет. Сам занесешь в карантин? Или здесь оставишь? - Занесу. Я шел по темным дорожкам зоопарка. Фонари не горели - их не было. Ночные прогулки в зоопарке не предусмотрены. Коробку я держал в руке и чувствовал, как внутри переступает журавль. Совсем рядом в темноте были вольеры, клетки. Там животные. Но их и не слышно. Только где-то над головой шумели листвой деревья. Вот и ветеринарный пункт, он же карантин,- над входом горит красная лампочка. Я с трудом, путаясь в ключах, открыл дверь, в темноте нашел круглые на ощупь выключатели и повернул все разом. Зажегся яркий свет. Большой зал с серым плиточным полом и белыми кафельными стенами был заполнен клетками с животными: попугаи, мартышки, белки. Свободных клеток не видно. Я опустил коробку на пол. Пусть постоит. Утром выпустят. На всякий случай прикинул в уме: так, завтра не суббота и не воскресенье. Рабочий день. Дольше ночи не простоит. "Чао, бамбино!" - И погасил свет. Запирая дверь, я слышал, как журавль возится в тесной коробке, толкается о стенки. В темноте возвращался обратно. Впереди, как маяк, светилось окно комендатуры... Это тогда было, с журавлем. А сейчас, за медведем, меня отвезут и привезут. Из желтого автобуса навстречу идет водитель, улыбается: - Что, в аэропорт? - Приветливо тянет руку. И качается. Ничего. Не в первый раз. Медведь был медвежонок. Камчатский. Сидел в картонной коробке, перевязанной шпагатом, и жалобно выл. Еще бы, постой несколько часов на солнцепеке... Рядом никого. Летчикам, через которых его передали, как с проводниками на поездах передают вещи, надоело ждать, и они уехали, оставив медвежонка на асфальтовом бордюрчике возле здания аэропорта. Верх коробки был мокрый, темный от воды. Попоить решили, сердобольные! Размокшие половинки картона разошлись, когда мы подняли коробку, и из нее показалась голова, поросшая бурой шерстью. Я в одиночку пытался удержать животное (водитель, увидев, как обстоят дела, быстренько перебрался к себе, за плексигласовую перегородку), придавливал размокший картон, поправлял сползший шпагат, но все было напрасно. Медвежонок вылез из коробки, когда автобус уже ехал. Вылез и бросился к задней дверце. Она была неплотно прикрыта, вместо замка примотана проволокой. Оставалась широкая щель, и сквозь нее был виден лес. Медвежонок прижался к щели и завыл. Я сидел на подпрыгивающем сиденье и оценивающе смотрел на животное. Уже не маленький медвежонок. Подросток. Вообще-то мне следовало бы сойти. Пусть водитель сам добирается. Но тогда жди рейсового автобуса, битком набитого, и целый час трясись в нем до метро. Неохота. А-а!.. Пронесет. Сначала я еще посматривал на медвежонка, сидевшего у двери и временами начинавшего тихо, жалобно выть. Словно ребенок хнычет. Жалобные интонации окончательно меня успокоили: куда ему, слишком напуган. И я спокойно повернулся к окну: там, за стеклом, по-прежнему был лес, до города оставалось далеко. Одинокие деревья на обочине - словно из леса выбежали и вдруг остановились, замерли от неожиданности, увидев машины. И провожают их удивленными взглядами. Постоят вот так немного и дальше побегут. А там, где лес редел, было видно красное закатное небо. Небо в густом румянце. "Красиво как!" - однажды вырвалось у водителя, молодого парнишки, с которым я возвращался из очередного аэропорта. "Что?" - оторвался я от своих мыслей. "Небо какое красивое,- повторил парень, качнув головой в сторону,вон же!" "Да, красивое",- согласился я. И подумал: "Надо же, закат еще видит. Небо красивое! Еще не разучился замечать. Ничего, подожди". Как же его звали, этого парнишку? Не вспомнить. Сколько их поменялось, водителей. Один я все езжу и езжу. Автобус быстро мчался, подпрыгивая на неровной дороге. Держась рукой за сиденье, я смотрел в окно на лес и закатное небо, мелькавшее в просветах деревьев. Сзади завозился медвежонок. Я быстро обернулся. Все спокойно, он там же, у задней двери. Просто повернулся с боку на бок. Ничего, медвежонок, сейчас приедем на ветпункт, выйдет человек с мешком и засунет тебя в него. (Так легче перенести в клетку, чтобы когти в ход не пустил.) Мешок через плечо и пошел. Так маленьких детей пугали: "Украдут тебя, посадят в мешок и унесут. И никогда больше мамы и папы не увидишь!" Все правильно, ведь медвежонка украли у мамы-медведицы - убили ее, а ребенка забрали. (Убили чтобы не искала.) Украли его, как же без мешка обойтись! Когда мы приехали в зоопарк, там уже никого не было. Ветврачей никто не предупредил. Я посмотрел на медвежонка: что ж, мешок откладывается до завтра. Наклонился к водителю: - Загоняй машину в гараж, никуда он из автобуса не денется. В гараже было темно и пахло бензином. Медвежонок беспокойно завозился в автобусе, когда остался внутри совсем один. Ничего, до утра продержится. Я помог водителю задвинуть тяжелую дверь гаража. Повесили замок и ушли, провожаемые отчаянным воем запертого медвежонка.

Константин КЕДРОВ

Энциклопедия метаметафоры

От автора

Энциклопедия метаметафоры - итог шестнадцатилетнего курса лекций по русской поэзии, который я читал в Литературном институте Союза писателей с 1970 по 1986 гг. Сюда входили спецкурсы по творчеству Л.Толстого и Достоевского, аспирантский семинар, курс лекций по истории русской литературы, а также "подпольный" семинар по теории метакода и метаметафоры, проходивший у меня на квартире почти еженедельно на протяжении нескольких лет. Главные участники семинара - Иван Жданов, Алексей Парщиков, Александр Еременко. Несмотря на отстранение от преподавания под давлением КГБ, я продолжал работу над теорией метаметафоры и в 1989 г. выпустил монографию "Поэтический космос" (М., "Сов. писатель".). В 1966 г. в Институте философии РАН состоялась защита докторской диссертации. Метаметафора для меня не теория, а итог поэтической деятельности. В 1990 г. вышел мой первый сборник "Компьютер любви", ныне переведенный на все основные языки мира. В 9995 г. крупнейшее издательство "Иванэм сикэм" выпустило монографию "Поэтический космос" на японском языке. В 1999 г. вышла моя новая книга "Метаметафора". "Энциклопедию метаметафоры" можно считать продолжением и весьма существенным дополнением к этой книге. Это соединение поэзии, науки, философии и религии в некий новый жанр, возникший в 2000 г. Генрих Сапгир назвал это научной поэзией, но правильнее было бы определение "поэтическая наука". В прошлом веке "Евгений Онегин" был назван энциклопедией русской жизни. Французские философы-просветители выпустили в XVIII веке коллективный труд "Французская энциклопедия". Теперь перед нами поэтическая энциклопедия русской мысли начала века и третьего тысячелетия. Особенность этой книги в том, что наука здесь полностью подчинена поэзии, а поэзия совершенно самостоятельна и не зависит от науки. Они не соединяются, а существуют параллельно по принципу дополнительности. Религия, в частности православная литургия и нагорная проповедь Иисуса Христа для автора есть одно из высших проявлений поэзии. Самым гениальным стихотворением ХХ века я считаю формулу Эйнштейна E = mc2. Аналогий этому жанру на сегодняшний день нет ни в философии, ни в поэзии. Это энциклопедия метаметафоры.

Константин Кедров

ВИНТОВАЯ ЛЕСТНИЦА

Пушкин и Лобачевский

Есть какая-то тайна века в том, что мы фактически ничего не знаем о встрече А. С. Пушкина с Лобачевским.

Да, они встречались и, видимо, беседовали всю ночь, гуляя по улицам Казани. Но о чем шла беседа?

Предположить, что, встретившись с Пушкиным, Лобачевский стал бы занимать его пустыми разговорами, это значило бы ничего не понять в характере великого геометра. Да и Пушкин знал, с кем ведет многочасовую беседу. Конечно, речь должна была идти о "воображаемой геометрии". Тогда почему же в записях и дневниках Пушкина эта встреча никак не отражена? Правда, отголоском беседы может считаться знаменитая фраза о том, что вдохновение в геометрии нужно не менее, чем в поэзии. Геометрия Н. Лобачевского называется "воображаемая", а от "воображения" до "вдохновения" один шаг.

К. КЕДРОВ

Возвращение Ирины Одоевцевой

Сейчас пришло время осознать, что пребывание писателя за границей не делает создаваемую им литературу "эмигрантской". Тургенев долго жил в Буживале, Гоголь в Риме, Достоевский в Берлине. В Париже жили Бунин, Ирина Одоевцева и Георгий Иванов; литература, которую они создавали, была и остается русской. Нет в ней ничего эмигрантского, противостоящего исторической судьбе родины, и это особенно ясно чувствуется при чтении мемуаров Ирины Одоевцевой. В них есть весьма знаменательные слова: