Спаситель

В.Левенков, И.Водкин

Спаситель

(Из сеpии ~Смакование гнилой плоти или Байки из Склепа по Русски~)

Гм... содеpжание данного ~художественного~ пpоизведения пpежде всего соpиентиpовано на людей смакующих в любых фильмах убийство и pасчленение, гнилую плоть и быстpо копошащихся тpупных чеpвячков... Для них, да и для автоpов нет понятия - бpезгливость и омеpзение, есть только наслаждение от соответствующего пpосмотpа...

(Автоpы.)

Другие книги автора В Левенков

В.Левенков, А.Цой

ПРОГУЛКА ПО БОЛОТУ

Вы думаете я шизик ?

Hет, я просто немного

тронутый.

(ZloVred)

В ~случайных~ совпадениях имен, виновата только брага, брага и еще один раз брага, но во всяком случае ответственности за это авторы не несут.

1.

В этом году было жаркое, засушливое лето. По проселочной дороге, разгоняя по сторонам огромную тучу пыли, натужно гудя мотором двигалась потрепанная шестерка. Все окна на дверцах машины были распахнуты до предела. В салоне находились двое мокрых от собственного пота молодых мужчин.

Популярные книги в жанре Ужасы

Говард Лавкрафт

Нъярлатотеп

Нъярлототеп... крадущийся хаос... я последний... я произнесу в звучной пустоте...

Уже прошли месяцы и я не могу вспомнить точно, когда все это началось. Общее напряжение было ужасно. К сезону политических и социальных сдвигов добавилось странное и тягостное понимание ужасной физической опасности, опасности широкораспространенной и всеохватывающей, опасности, что можно представить лишь в ужаснейшем из ночных кошмаров. Я помнил: люди расхаживали с бледными, озабоченными лицами, и шептали предупреждения и пророчества, что позже не смели повторить или признать, что слышали. Чувство ужасной вины зависло над землей, и вне пропасти меж звезд проносились холодные течения, заставлявшие людей дрожать в темных и пустынных местах. Демоническое изменение коснулись даже течения времен года - осенняя жара, запаздывая, внушала опасения, и все чувствовали, что мир и, возможно, вселенная вышла из-под контроля известных богов или сил тех богов или сил, что неизвестны.

Петр 'Roxton' Семилетов

ГАHС-ЖИВОПИСЕЦ

Хмурой осенью, в мрачном буковом лесу лился проливной дождь, делая сырые стволы деревьев еще темнее. Гремел раскатами гром, вспышки молний электрическим светом на миг озаряли все вокруг. Шум падающих капель походил на шипение патефонной пластинки.

Ганс, молодой художник, шел под высокими кронами деревьев, укрывая черным зонтом себя и этюдник. Ганс искал место, кое намеревался перенести на холст. Это место должно было соответствовать его душевному состоянию, а оно было печально.

Петр 'Roxton' Семилетов

NIGHTWVIEW

Это случилось как раз тогда, когда в моем плэере сели аккумуляторы. Да... Я радио слушал. FM. Hочью - люблю слушать ночной эфир, знаете ли. Блин, надо заряжать. Лень вставать со стула - я перед компьютером сижу, он издает звук, будто в подвале, в бойлерной (где старина Фрэд Крюгер печку топит) работает какой-то агрегат из параллельного мира.

Вынимаю наушники из ушей - проводки такие желтые, тоненькие, скоро перетрутся - хана наушникам - это же не SONY за тыщу баксов. Ох блин.

Петр 'Roxton' Семилетов

ОHИ МЕHЯЮТСЯ

Этот рассказ начался не здесь.

Эскалатор поднимает меня все выше. Я смотрю на проплывающие мимо меня светильники между лестницами, похожие на короткие обрубки колонн или парафиновые свечи. Голос из динамиков вещает своим вечно отвратительным тембром слышанные тысячи, нет, миллионы раз ПРАВИЛА ПОЛЬЗОВАHИЯ МЕТРОПОЛИТЕHОМ. Сейчас закончит, и начнет пытать музыкой, которая, вероятно, была авангардом эдак при царе Горохе. Я оглядываюсь через плечо. Позади меня никого на лестнице. Только сводчатый тоннель уходит вглубь под углом в 35 градусов. Hа соседней линии эскалатора, движущейся в противоположном направлении, сверху едет какойто человек в сером пальто и старомодной шапке. В его правой руке "дипломат". Человек смотрит вперед. Hа вид ему лет 5560.

Петр Семилетов

ПРАЗДHИК HАЧИHАЕТСЯ

Звонок в дверь раздался ровно в полночь. Как раз были подняты бокалы с шампанским, а Президент толкал свой новогодний спич по половине телевизионных каналов. Кто его слушал? Все хотели, чтобы стрелки часов, неких глобальных общемировых, с 23:59 перешли на 00:00 и тогда можно будет вливать в себя шипучие напитки, дико рвать петарды и смеяться очередному якобы умному тосту. Звонок в дверь раздался, как я уже говорил, ровно в полночь,и бокалы замерли в полусогнутых в локтях руках. - О! Кто это пришел? Будто-бы все в сборе..--сказала Милочка, обращаясь ко всем присутствующим, а их было шесть человек:Сеня Шастов, Катя Добролюбова, Ивасюк (просто:И-в-а-с-ю-к), подруга Ивасюка с ускользающим из памяти именем, Жека Дубинин и Балык, в котором было добрых два центнера веса. ДЗЗЗЗHHHРРР...Повторился звонок. - Случайный гость-самый желанный, - изрекла Милочка, думая совсем обратное,и пошла открывать дверь. Может, это родители вернулись? Чем это им у Зориных не понравилось? Придут тут, будут путаться под ногами.. Кто-то выпил содержимое своего бокала, кто-то засмеялся. - Подождите, дайте дверь открыть дверь, а потом все выпьем,-бросила Милочка через плечо. - Да двеннадцать уже ведь!-Ивасюку нетерпелось. ЗРРРЗЗЗHHHЖЗЖЗЖУВВВ!!! - Сейчас, СЕЙЧАС!-раздраженно сказала Мила. Однако же наглый человек за дверью... Посмотрела в глазок-темно, в парадном свет два дня как вырублен, глупо ожидать, что на праздник его включат, но все же - а вдруг? - Кто?-спросила Милочка своим несколько поросячьим голосом. Глухо, из-за двери: - Дед Мороз, подарки принес! Раз Дед Мороз, то как ему не открыть? Возможно, это Влас с их курса - он вроде обещал пpийти еще к десяти, но потом позвонил и сообщил о том, что поехал на Радужный к девушке. Hо Мила еще раз переспросила: - Hу а все-таки? И опять посмотрела в глазок. Стальной штырь пробил оптику и вошел точно в зрачок Милочки - она умерла быстро - ну еще-бы! но перед этим сказала такую банальность, как слово "ах!". И упала под дверью. В комнате: Телевизор, Президент: - ..перехiдний перiод нашоi краiни, але ... Ивасюк: - Hадо еще бокал достать. Катя Добролюбова, к подруге Ивасюка: - ..и говорит.. Сеня Шастов, почесывая большим пальцем левой руки нижнюю губу: - Вот это "Игристое" лучше того, что я покупал на День рождения Иры.. Жека: - А мне то больше понравилось.. Балык, с набитым ртом: - Бвуувыув, уммвва. ДРРРHHHHЗЗЗHHHHЖЖЖ-ЖЖЖ-ЖЖЖЖ!!! ...Когда они подошли к двери и увидели лежещую на полу Милу и лужу растекающейся у ее головы такой мокрой крови а ее рот был открыт, нет, он был разинут подобно ртам на японских масках, в безмолвном крике, в невыразимой скорби: "ааааааааааа" Ивасюк: - Чтоооо, - сказал. Катя Добролюбова, вопль, от которого лопнули бокалы в комнате. Жека блюет, ему плохо, он совершенно не выносит вида крови, как-то раз он порезался осколком стекла и то, чем питаются вампиры, хлестало на метр вперед, на лицо и светлую рубашку брата, они меняли стекло в окне на даче в Подгорцах. Подруга Ивасюка с ускользающим из памяти именем наклоняется над распростертой еще теплой (беляши! горячие беляши!) Милой и щупает пульс на ее безвольной руке. Балык справляется с замком и распахивает дверь - сердце его при этом сжимается до состояния сингулярности - у толстых оно слабое, сердце поэтому они спокойные - надо беречь себя. Hа лестничной клетке уж давно никого нет. Кто-то убежал, сыграв злую шутку с жизнью Милочки. Зовите его Дедом Морозом. Иногда ему нечего делать.

Петр 'Roxton' Семилетов

СКАЗКА О ЛИМОHАДЕ

Звонкой весной, цветущим днем в парке на углу Хай-стрит и Пятой авеню две пятилетние девочки, Бэкки и Лэйси О'Рэлли продавали с лотка лимонад, изготовленный по рецепту их покойной ныне прабабушки, которую звали - ни за что не догадаетесь! - Лилит Браун... Разумеется, это было ее ненастоящее имя, но для гадалки, кочующей по штатам с передвижным цирком, оно годилось в самый раз.

Впрочем, оставим эту бабушку! Тем более, что могила ее пуста, и еще неизвестно, где находится тело, и способно ли оно шагать по индейской земле. К черту, к черту это! Итак, девочки продают лимонад. Они расположились возле фонтана со статуей писающего мальчика. Идут люди, гуляют со своими детьми, подходят к девочкам О'Рэлли. Те начинают декламировать:

Петр 'Roxton' Семилетов

СОВРЕМЕHHОЕ ПРЕДВАРЕHИЕ

Повесть, которая будет помещена в следующих мессагах, написана мною три года назад, в 1998 году, сразу после того, как я создал свой ПЕРВЫЙ рассказ. Поэтому "Случай..." можно расценивать как литературный дебют. Полагать, что я отношусь к этой повести, как к пробе пера - ошибочно. С самого начала своей деятельности на литературном поприще я писал живо и интересно. Итак, довольно слов, приступим к делу...

Петр 'Roxton' Семилетов

СМЕРТЬ, ГДЕ ТЫ?

Зовут меня Джек де Блэк. Существ, обладающих моими знаниями и возможностями, очень мало. Представьте себе непостижимого бога. Это я. Доброе утро! Я ищу смерть, но я - как и ты, бессмертен. Думаешь, что когда умрешь, то превратишься в гниющее в могиле тело, или пепел в урне, закопанной на территории колумбария? Или полагаешь, что попадешь на небо, в некий рай... Или ад... И что тебя встретит Иисус? Hет. Может быть, ты знаешь о работах вроде "Жизнь после жизни", и ожидаешь пролететь через туннель, увидеть всю свою жизнь, встретить покойных родственников и знакомых? Вероятно. А что дальше? Ты думаешь?

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Вячеслав Левенков

ЭНБ: критикуйте !

Глава 1.

...Пол года спустя, Звёздная система Эридан - 6, планета Альибон.

Крупнейший элитный курорт содружества.

Устало опустившись в кресло, начальник службы безопасности Межпланетного Содружества Вэл Грегорсон закрыл глаза. Уже около часа, как он прилетел на Альибион и заказал номер. Отпуск начался ! Хоть пару недель можно отвлечься от всех проблем и забот. Взяв пульт дистанционного управления номером, Вэл включил местную программу новостей. Hа экране появилось изображение очаровательной дикторши. Прибавив громкость, Вэл стал слушать последние известия из жизни Альбиона и в частности столицы города Азбора, где он и находился.

Е. П. Левенштейн

ВОСПОМИНАНИЯ ОБ И. А. ГОНЧАРОВЕ

[I]

Первые мои воспоминания о моем дяде относятся к 1855 году, когда мне было всего семь лет. Он тогда вернулся, после своего кругосветного путешествия, в свой родной город Симбирск, чтобы повидаться со своими родственниками. Я его видела тогда у моих родителей, и в моей памяти сохранились лишь кое-какие отрывочные воспоминания о нем. Помню только, что он много рассказывал о своем путешествии, из которого привез нам всем подарки, между прочим, замечательные японские картинки на рисовой бумаге. Он был в очень хорошем настроении, был любезен и внимателен ко всем. Он рассказывал много, но в конце говорил моей матери, что она лучше всего может прочесть то, что он рассказывает, в его "Путевых заметках"'.

Клод Леви-Стросс

Раса и история

СОДЕРЖАНИЕ

1. Раса и культура

2. Разнообразие культур

3. Этноцентризм

4. Культуры архаические и культуры примитивные

5. Идея прогресса

6. История стационарная и история кумулятивная

7. Место западной цивилизации

8. Случайность и цивилизация

9. Сотрудничество культур

1. Раса и культура

В собрании брошюр, направленных на борьбу с расовым предрассудком, может вызвать удивление обсуждение вклада человеческих рас в мировую цивилизацию. Вовсе не требуется посвящать талант и столько усилий доказательству, что при нынешнем состоянии науки ничто не позволяет утверждать об интеллектуальном превосходстве или же ущербности какой-либо расы по отношению к другой лишь ради стремления обнаружить, окольным путем вновь воплощая понятие расы, что большие этнические группы, составляющие человечество, внесли как таковые специфический вклад в общее достояние. Но подобное предприятие, увенчивающееся формулированием расистской доктрины навыворот, чрезвычайно далеко от нашего замысла. Когда пытаются охарактеризовать биологические расы, приписывая им особенные психологические качества, тем самым уходят в сторону от научной истины, будь то определения позитивного или негативного толка. Не надо забывать, что Гобино, из которого история сделала родоначальника расистских теорий, зачинал "неравенство человеческих рас" не количественным, но качественным образом. Для него изначальные крупные расы, образовывавшие человечество в его истоках белая, желтая, черная, - были неравны не столько по их абсолютной ценности, сколько по присущим каждой из них способностям. Согласно Гобино, порок вырождения вменялся скорее явлению метисации, а не той позиции, какую занимала каждая раса относительно прочих на шкале ценностей; он предназначался всему обреченному человечеству, без различения расы, по мере роста метисации. Но первородный грех антропологии состоит в смешении чисто биологического понятия расы (допуская, вообще говоря, что на этом ограниченном участке данное понятие может претендовать на объективность - что современная генетика оспаривает) и социологических, психологических продуктов человеческих культур. Достаточно было Гобино этот грех совершить, чтобы оказаться заключенным в инфернальный круг, приводящий от интеллектуальной ошибки, возможно и непредвзятой, к непроизвольному узаконению всяческих попыток дискриминации и эксплуатации.

Примо Леви

"МИМЕТЕ"

Перевод с итальянского Л. Вершинина

Больше всего я боялся, что трехмерный дубликатор "Мимете" попадет в руки Джилиберто. И так оно и случилось.

Ровно через месяц после того, как аппарат поступил в продажу, и за три месяца до запрещения применять его Джилиберто стал владельцем одной из самых последних моделей.

Джилиберто - типичный сын своего времени. Ему тридцать четыре года, он отличный служащий и мой старый друг. Он не курит, не пьет, у него лишь одна-единственная страсть - терзать неодушевленные предметы. В темной комнатушке, которую он торжественно именует мастерской, Джилиберто пилит, точит, паяет, клеет, полирует. Он чинит часы, холодильники, электробритвы, изобретает приспособления для включения по утрам термосифонов, фотоэлектрические замки, акустические морские зонды. Ни одна машина не продержалась у него больше двухтрех месяцев. Он их беспрестанно смазывает, перекрашивает, разбирает и собирает, видоизменяет и дополняет. Потом это ему надоедает и очередная машина идет на продажу. Его жена Эмма переносит его причуды с удивительным спокойствием и долготерпением.