Создатель

Хочу предложить Вашему вниманию мой первый роман, написанный еще в начале 1990-х годов, но до сих пор нигде не публиковавшийся, – «СОЗДАТЕЛЬ». Хотя с момента замысла произведения и его долгого писания прошло много времени, я считаю, что роман этот будет интересен вам и сегодня. Интересен он будет потому, что не утратил за прошедшие двадцать лет своей содержательной актуальности. Думаю, что нет смысла комментировать сюжет романа «Создатель» и поступки моих героев: если Вы держите в руках эту книгу или смотрите в нее на экране монитора, Вы сами во всем сумеете разобраться, сами растолкуете себе описанные там ситуации.

Отрывок из произведения:

Уважаемые читатели!

Хочу предложить Вашему вниманию мой первый роман, написанный еще в начале 1990-х годов, но до сих пор нигде не публиковавшийся, – «СОЗДАТЕЛЬ». Хотя с момента замысла произведения и его долгого писания прошло много времени, я считаю, что роман этот будет интересен вам и сегодня. Интересен он будет потому, что не утратил за прошедшие двадцать лет своей содержательной актуальности. Думаю, что нет смысла комментировать сюжет романа «Создатель» и поступки моих героев: если Вы держите в руках эту книгу или смотрите в нее на экране монитора, Вы сами во всем сумеете разобраться, сами растолкуете себе описанные там ситуации.

Другие книги автора Гарри Беар

Книга прозы Гарри Беара «Странный дом, Нимфетки и другие истории» включает в себя пять произведений, созданных писателем в начале-середине 1990-х годов. Повесть «Странный Дом» выполнена в манере «готической новеллы», это та жанровая разновидность, которую успешно использовали классики жанра – Э. По, Э.Т. Гофман, А. Дюма. Рассказы «Смерть Музыканта» и «Поездка в Одессос» – вполне реалистические произведения с незамысловатыми сюжетами, но глубокое психологическое напряжение не оставляет читателя до самого конца повествования.

Скандальный рассказ-моралите «Нимфетки» и эссе «Набакофф», по словам автора, представляют собой, наряду с романом «Альбатрос», взаимодополняющий друг друга текст по имени «Пост Модерн». В 2003 г. Г. Беар иронично заявляет в одном из своих комментариев к «Альбатросу»: «Перефразируя известные слова В. Соловьева, я любил повторять в то историческое время: „Постмодернизм! Хоть имя дико, но мне ласкает слух оно“».

По словам челябинского поэта Ю. Попова, «…любой текст Гарри Беара раскрывается не сразу; он предполагает наличие в читателе определенного навыка распознавания культурного кода, диалога с автором». И данная книга предоставляет читателю возможность такого диалога.

Книга стихов Гарри Беара «Движение жизни» включает в себя лирику поэта разных лет. Здесь читатель найдет и ранние поэтические тексты времен «Студии-1»: «Я знаю», «Свобода», «От поэта», «Страна», «Император пустоты», «Мольба» и др. Здесь представлены и знаменитые стихотворения 1990-х– начала 2000-х гг., входившие в поэтические сборники «Зов Эрота», «Пирамида» и «Закат Столетия»: «Небо», «Пространство ночи», «Поэт и человек», «Судьба», «Предчувствие любви», «Осенью», «Исповедь артиста», «Видение», «Прогулки по Аркаиму», «Воспоминания у реки», «Поэзия». Особняком стоит стихотворение 1998 г. «Итог Столетия», которым автор открывает свою книгу «вместо предисловия». Наконец, завершают книгу стихотворения, созданные поэтом недавно: «История одной страны», «Будущее без нас», «Ожидание воли». В приложении приводится интервью, данное Г. Беаром корреспонденту миасской газеты «Глагол» в декабре 2012 г.

По словам челябинского поэта и общественного деятеля Ю. Попова, «любой текст Гарри Беара раскрывается не сразу; он предполагает наличие в читателе определенного навыка распознавания культурного кода, диалога с автором». И данная книга предоставляет читателю возможность такого диалога.

Популярные книги в жанре Современная проза

Рассказы Владимира Кисилева привлекают сочетанием фантастики и узнаваемости жизненных реалий.

Я недавно поселился тут.

Каждое утро под моим балконом проходит стройный человек в серой шляпе. Иногда он идет в элегантном костюме, иногда на нем темный макинтош. Но шляпа всегда одна – серая, с обвисшими полями. И всегда при нем коричневый футляр из замши. Он носит его бережно, а когда прикуривает от блестящей зажигалки, то зажимает футляр между ног, чтобы не ставить его на землю.

По форме этот футляр предназначен для гитары или другого музыкального инструмента, похожего на нее.

В девятнадцать часов тридцать пять минут я направил дуло пистолета ему в лицо и выстрелил.

В девятнадцать часов тридцать две минуты он спросил меня «Сколько времени?» Я ответил: «Боюсь у меня нет с собой часов». Он презрительно ухмыльнулся и добавил: «Ну и вали тогда отсюда к черту, дебил». Он был одет в красную майку с нарисованной на груди собачьей мордой и черные джинсы. Мне показалось, он был невероятно толстым.

В девятнадцать часов пятнадцать минут я шел по улице, путаясь в собственных мыслях и нервно озираясь по сторонам. На мне был плащ. Пальцы моей правой руки утопали в кармане и лихорадочно сжимали ручку лежавшего там пистолета.

Чувство страха набросилось на меня внезапно. В тот самый миг, когда я сделал глоток чая из кружки, руки мои уже дрожали. Пытаясь развеять нахлынувшее наваждение, я подошел к окну в надежде найти успокоение в созерцании неба. Однако за окном все как назло заволокло туманом. Я вгляделся пристальней в попытках отыскать снаружи хотя бы лучик света, но чем внимательней я это делал, тем страшнее мне становилось. Тени, что еще недавно казались мне обычными прохожими, теперь стали видны куда более явственно. Глядя на них, я отчетливо видел перед собой темных крылатых тварей, скалящих в глумливых усмешках зубастые рты. Внезапно одна из них меня заметила. По ее взгляду я понял — она догадалась о том, что я вижу сквозь туман ее истинную природу. Тварь неприятно улыбнулась и растаяла в воздухе. Я мигом отпрянул от окна и начал искать успокоительное. Мне не хотелось верить в то, что реальность такова, какой я ее увидел сегодня. Отыскав нужные мне таблетки, я услышал осторожный стук в дверь. Спустя минуту стук стал требовательнее. «Наверное, нужно найти какое-нибудь оружие», — подумал я. Однако от этой мысли мне стало не по себе, — я не желал причинять кому-либо страданий и боли. Спустя минуту дверь разлетелась в щепки, и в комнату вползло нечто странное. Не знаю, как это назвать. У этого создания не было ни рук, ни ног, ни лица. Это была некая темная субстанция, все время менявшая очертания. То она становилась похожа на клочья тумана, которые сплелись воедино, то на огромную каплю черной смолы, то просто на гигантский столб дыма. У меня снова мелькнула было мысль об оружии, но я вдруг понял, что не смогу причинить вред даже этому странному существу. Внезапно существо превратилось в моего лучшего друга. Я как во сне протянул ему руку, а он вдруг ударил меня сапогом в солнечное сплетение. Я упал на пол и стал задыхаться. Когда немного пришел в себя, надо мной вновь стояла лишь черная капля смолы. Спустя несколько мгновений она превратилась в мою возлюбленную. Я машинально потянулся к ее губам, но вместо поцелуя она впилась зубами мне в горло, вгрызлась в него как собака. Вскоре силы меня покинули и я, скорчившись на полу, молча затрясся в ознобе.

Из дрожащих пальцев в очередной раз выпадает склеенное моей болью письмо. Рассыпаясь на тысячи крохотных кусочков, оно снова становится непригодно для чтения. Впрочем, я уже читал его. Тысячу раз. Я знаю его наизусть. И главное для меня это не прочесть, а именно склеить. Я нагибаюсь и хватаю с пола горсть рассыпавшихся бумажек. В ту же секунду они обращаются в сажу. В этом нет ничего удивительного. Письмо давным-давно сожжено.

2

Не удается смахнуть с твоей щеки пролившиеся год назад слезы. А бабочка, засушенная и приколотая иглою к красивой бархатной ткани, никак не желает взмахнуть крыльями и полететь. Каждый день я беру ее на ладонь и жду. Но она не двигается. В ее глазах ничего не меняется. Я вынимаю из ее сердца иглу, которой бедняжка приколота к бархату, но у меня не получается вынуть иглу, которая год назад вошла в ее сердце.

Сережа никогда не целовался по-французски. Но всегда об этом мечтал. Глядя на проходящих мимо девчонок, он вспоминал сцены из романтических фильмов и представлял, как целует их, подобно тамошним киногероям. Больше всего Сережу удручал то факт, что ему не у кого было научиться. Все девушки в округе были глупыми и противными и наверняка не умели как следует целоваться. А ему хотелось, чтобы все прошло идеально. И вот однажды Сереже посчастливилось познакомиться с красивой взрослой женщиной, которая была ровно вдвое старше его. Они говорили о всякой ерунде, а потом пятнадцатилетний Сережа повернул разговор в романтическое русло и заговорил о французских поцелуях. Женщина поддержала беседу и оказалась очень интересной собеседницей. А когда она предложила Сереже поцеловаться, он чуть было не взлетел от счастья в небеса. «Вот это да! — думал он, — прямо как в сказке! Сама предложила!» Он подошел к ней поближе, сложил трубочкой губы и пошире открыл глаза — ему хотелось видеть, как все будет происходить. Женщина улыбнулась, взяла его ладонью за подбородок, чуть наклонилась (она была гораздо выше его), потом ее язык скользнул мальчугану в рот и двинулся к небу. «Вот это да!» — хотел было сказать Сережа. Но рот его все еще был занят ее языком. И к своему ужасу, Сергей (само собой разумеется, переставший в этот момент быть просто Сережей) почувствовал, что язык этот увеличивается в размерах. Он хотел было что-то проговорить, но язык двинулся вглубь, продвигаясь все дальше, касаясь Сергеевых внутренних органов. Тогда он поднял глаза вверх и с ужасом осознал, что целуется не с красивой женщиной, а с мерзкой гигантской ящерицей. Спустя секунду она ловким движением языка извлекла его внутренние органы из горла и проглотила. Этот поцелуй Сережа не забудет никогда!

Я очень милый и добрый человек, и за свои шестьдесят семь лет не обидел даже мухи. Однако в последнее время мне удалось заметить за собой одну странную особенность — я попадаю под влияние своего зонта. Нет, нет, не смейтесь, я говорю серьезно. Стоит мне взять его в руки, как у меня тут же возникает желание кому-нибудь хорошенько наподдать. Не знаю с чем это связано. Такое ощущение, что зонт просто заряжен какой-то агрессивной энергией. Вам, наверное, будет интересно узнать, как он выглядит? Что ж, здесь нет секрета. Он черного цвета, с длинной-предлинной ручкой из слоновой кости. Этот зонт мне остался в наследство от прадеда браконьера, лично убившего бедного слоника. Вот собственно и все.

Вере всего шестнадцать, но она уже достаточно хлебнула горя: сестра и мать почти одновременно уходят из ее жизни, и девушка остается совершенно одна с болезненным грудным ребенком – слепоглухонемой девочкой. Время идет своим чередом, и когда малышке исполняется восемнадцать, жизнь все расставляет на свои места: на горизонте появляются те люди, которые раньше имели прямое отношение к больной девочке. Теперь семейные тайны предстают в своем истинном свете.

Комментарий Редакции: Страшно – ведь про жизнь. Финал романа «Капелька» еще долго оставляет в ужасе и удивлении от предложенного сюжетного выверта.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Прошлое неотрывно смотрит в будущее. Чтобы разобраться в сегодняшнем дне, надо обернуться назад. А преступление, которое расследует частный детектив Анастасия Каменская, своими корнями явно уходит в прошлое. Кто-то убил смертельно больного, беспомощного хирурга Евтеева, давно оставившего врачебную практику. Значит, была какая-та опасная тайна в прошлом этого врача, и месть настигла его на пороге смерти. Месть? Впрочем, зачастую под маской мести прячется элементарное желание что-то исправить, улучшить в своей жизни. А фигурантов этого дела обуревает множество страстных желаний: жажда власти, богатства, удовлетворения самых причудливых амбиций… Словом, та самая, столь хорошо знакомая Насте, благодатная почва для совершения рискованных и опрометчивых поступков. Но ведь где-то в прошлом таится то самое роковое событие, вызвавшее эту лавину убийств, шантажа, предательств. Надо как можно быстрее вычислить его и остановить весь этот ужас…

Прошлое неотрывно смотрит в будущее. Чтобы разобраться в сегодняшнем дне, надо обернуться назад. А преступление, которое расследует частный детектив Анастасия Каменская, своими корнями явно уходит в прошлое. Кто-то убил смертельно больного, беспомощного хирурга Евтеева, давно оставившего врачебную практику. Значит, была какая-та опасная тайна в прошлом этого врача, и месть настигла его на пороге смерти. Месть? Впрочем, зачастую под маской мести прячется элементарное желание что-то исправить, улучшить в своей жизни. А фигурантов этого дела обуревает множество страстных желаний: жажда власти, богатства, удовлетворения самых причудливых амбиций… Словом, та самая, столь хорошо знакомая Насте, благодатная почва для совершения рискованных и опрометчивых поступков. Но ведь где-то в прошлом таится то самое роковое событие, вызвавшее эту лавину убийств, шантажа, предательств. Надо как можно быстрее вычислить его и остановить весь этот ужас…

Сложилось мнение, что Максим Галкин – этакий везунчик, который достиг своего положения и многомиллионного состояния с помощью искрометного таланта. Но если копнуть глубже, то выяснится, что карьера пародиста вряд ли смогла бы развиться столь стремительно, если бы не поддержка влиятельных лиц: чиновников из Администрации президента, телебоссов, мэтров юмористики, а также воротил шоу-бизнеса. Примадонну нашей эстрады Аллу Пугачеву тоже можно причислить к этому списку, поскольку на сегодняшний день она является одной из влиятельнейших особ не только в российском шоу-бизнесе, но и в провластных структурах. Вот и свой знаменитый замок Максим Галкин возводил отнюдь не один, а с помощью тех, кто помог ему не только сколотить миллионы, но и заполучить гектар земли в одном из престижных районов Подмосковья. Символично и название деревни – Черная Грязь, где вознесся этот замок. Построенный на деньги от нефтяного бума («черного золота»), он стал не только символом успешности хозяина, но и всей той грязи, что накрыла нашу страну в эпоху дикого капитализма по-российски.

Ох, уж эта мужская гордость!.. Именно она заставляет Илью Зайцева отказаться от любви взбалмошной Лизы Королевой. Ведь какая у нее может быть любовь? На день, на два? А Илье нужно на всю жизнь. И вообще они не пара. Он простой инженер, а она единственная дочка мультимиллионера. Но порой судьба под Новый год делает удивительные подарки…