SOS ниоткуда

МОРИС ЛИМА

SOS ниоткуда

Перевод Н. Разумовой

1

Эта девушка не была уж очень красива. Не из тех, на кого заглядываются мужчины на всех планетах, во всех галактиках.

И все же, встретив ее взгляд, нельзя было не поразиться: глаза так и лучились искренностью и надеждой, освещавшими довольно банальные черты. За ними угадывалась пламенная душа.

Обычно она держалась незаметно и робко. И, видимо, только какие-то исключительные обстоятельства заставили ее набраться мужества и явиться в дом к знаменитости такого ранга, как кавалер Бруно Кокдор. Офицер-психолог отдыхал в горном Провансе после интересного, но утомительного полета в один из отдаленных миров. Контакты с внеземными цивилизациями, которые он устанавливал, были столь многочисленны и требовали таких нечеловеческих усилий, что даже его вымотали вконец, и он прчувствовал необходимость в уединении.

Другие книги автора Морис Лима

Сборник “Полуночный трубадур” впервые представит российскому читателю романы современных французских фантастов. Поэтическая аллегория о новых Орфее и Эвридике (Анри Рюэллан, “Ортог во власти тьмы”), философская притча о человеке, затерявшемся не только в глубинах космоса, но и в бездне собственной души (Ришар Бессьер, “Имя мне… все”), космические оперы Мориса Лима (“SOS ниоткуда”, “Полуночный трубадур”) с лихими приключениями во времени и пространстве — всему найдется место в рамках жанра!

СОДЕРЖАНИЕ:

Анри Рюэллан — ОРТОГ ВО ВЛАСТИ ТЬМЫ (перевод В.Агеева)

Ришар Бессьер — ИМЯ МНЕ… ВСЕ (перевод А.Ермошина)

Морис Лима — SOS НИОТКУДА (перевод Н.Разумовой)

Морис Лима — ПОЛУНОЧНЫЙ ТРУБАДУР (перевод В.Агеева)

Оформление: А.Г.Тарасова

Иллюстрации: С.Б.Соколова

Морис Лима

Человек-энергия

Пер. с французского А. Шаталов

Часть первая. Зевс

Глава 1

При звуке отдаленного раската грома Мартина выскочила из палатки. Задрав голову, она обеспокоенно смотрела на небо сквозь просветы в листве высоких деревьев, которые окружали поляну, где они расположились лагерем.

Вначале она подумала, что это просто грохот ракеты, отправляющейся по маршруту Земля - Луна, который иногда доносился до них с космодрома Бурже, находящегося относительно недалеко от леса Сенли, где они с Риком и Рене разбили свою палатку.

Морис ЛИМА

Метро в неизвестность

Перевод с французского А.Шаталова

Часть первая Кристаллическое метро

Глава 1

Ригель проснулся от грохота взрыва. Следует сказать, что он очень не любил, когда его вот так грубо будили. В этом унылом мире единственным удовольствием было беспробудно дрыхнуть...

Как и все ксюлиане, Ригель очень страдал от холода, так как планета Ксюл медленно умирала, замерзая и покрываясь ледяной коркой.

Морис ЛИМА

Сумерки человечества

Перевод А.ШАТАЛОВА

Глава 1

Сигнал все ещё не поступал. Тьерри уже не раз подносил к уху свои часы на браслете. Но они только негромко шептали: двенадцать часов семь минут... двенадцать часов семь минут семнадцать секунд... двенадцать часов семь минут двадцать пять секунд...

Нет, никакой ошибки не было, часы шли нормально. Главный же инженер департамента биоэлектроники Корсон, поглощенный ходом сложнейшего эксперимента, вообще не думал о времени. Однако Тьерри, несмотря на то что этот опыт его тоже волновал, тем более что осуществлялось оживление гибридов из живой плоти и механических включений или, как их называли, биоботов, зеленая кровь которых состояла из хлорофилла, постоянно помнил, что у него назначено свидание с Инес.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Подпол оказался так же пуст, как и кладовки: что не прибрала зима – порушили грызуны, лишь кое-где валялись засохшие черупки выеденных изнутри картошин. Влас понимающе хмыкнул и принялся сгребать песок с крышки последнего, заветного засека. Погреб был глубок и просторен, посредине можно стоять, лишь чуток пригнувшись. И всё же, здесь было всегда сухо, а сейчас, когда не только лаз из дома, но и боковая уличная дверка широко распахнулась, стало светло.

СВЯТОСЛАВ ЛОГИНОВ

СКАЗОЧКИ ДЛЯ ДЕТОЧЕК

1

Какое странное желание: искать себе жену, исходя из единственного требования, чтобы нога избранницы влезала в маленький хрустальный башмачок, похожий на модную пепельницу! Однако причуды прощаются, если жених - принц и законный наследник престола. Так что в претендентках недостатка не замечалось. И поскольку наш век, помимо всего прочего, является веком миниатюризации, то подходящая кандидатура нашлась в ближайшем замке. И имя у счастливицы оказалось почти классическим: принцесса Злушка. Обрадованный принц сыграл пышную свадьбу.

Звонко стучали топоры. Их разноголосая песнь привычно разносилась по всему посаду. Не бывает такого времени, чтобы нигде ничего не рубили, лишь по праздникам топоровый звон сменяется колокольным. Нет звука уютней человечьему уху.

Но сегодня ладный перестук словно иной – заставляет прислушиваться и ёжиться в испуге, представляя плотницкую работу.

Ладили сруб. Мастерили добротно с вылежанного леса, рубили в лапу, как не всякую избу делают. Старались, хоть и знали, что работе стоять не долго. Да и сама работа, господи помилуй, что за сруб такой? Для колодца велик, для избы – да что там, для избы – для баньки захудалой и то маловат. И место выбрано то ж не для байны – у воеводских хором, перед самым красным крыльцом.

ГЕННАДИЙ МАКСИМОВИЧ

ПРИЗВАНИЕ

Когда позвонил Володя, мне настолько было не до него, что даже при всей своей недогадливости он понял, как мне не хочется с ним разговаривать. Да и как же иначе, если до защиты диссертации остались считанные дни, а я никак не мог сформулировать окончательные выводы.

Конечно, я мог не бояться, нас - ПАКов - было еще так мало, что любое наше исследование воспринималось коллегами как подарок судьбы. Так что успех моей монографии "Влияние эмоционального состояния компьютеров на их работоспособность" был обеспечен, но в ней не было того завершающего аккорда, который и делает обыкновенный перечень сведений настоящим научным трудом.

МАЛОВ Владимир

ЗАО "Дом Кукушкина"

1

Поток пассажиров, выплескивающийся из недр метро к выходу, был в этот утренний час плотно спрессованным и бесконечным, однако старший сержант, дежуривший в верхнем вестибюле станции "Дмитровская", не упускал своим цепким профессиональным взглядом ни единого лица. Этому способствовало занятое им исключительно удобное место - возле мраморной колонны, которую словно специально поставили как раз напротив эскалатора для такой цели.

Анатолий МАЛЫШЕВ

ТРАНСМИГРАНТ

Поклонники целесообразности, милые фаталисты рационализма все еще дивятся премудрому "кстати", с которым являются таланты и деятели, как только на них есть потребность, видавши света, сколько способностей, готовностей - вянут, потому что их не нужно.

А. И. Герцен. Былое и думы.

БУДНИ РАБОТНИКА ТРАНСМИГРАНТА

Прошло, наверное, около часа, пока я дожидался Христоперского - веселое занятие в осеннем холодном коридоре!

Эрнст Малышев

Гений по заказу

Зобов долго стоял, тупо уставившись в одну точку. Перед глазами, как укор судьбы, зияла немой пустотой разверстая грудная клетка маленькой девочки. Ее крохотное сердце неподвижно лежало на стеклянной подставке. Еще несколько минут назад жизнь билась в этом трепетном, похожем на небольшую куколку тельце. Девочка родилась с врожденным пороком сердца. Все попытки спасти ребенка оказались тщетными. Сорвав с лица маску, Зобов прошагал в свой кабинет. Он шел, упрямо набычив большую лобастую голову. Шел не глядя. Встречавшиеся по дороге врачи и сестры почтительно уступали дорогу Главному хирургу республики, спасшему жизнь и здоровье сотням людей. "Не смог, не сумел, - почти вслух корил себя Зобов. - На пороге новый век, а мы не можем справиться с такими пустяками. Когда же, наконец, перестанут умирать дети... Когда же, наконец, мы научимся делать то, чему должны были научиться еще двадцать или даже пятьдесят лет назад. Боже, как невыносимо ощущать свое неумение, безграничное, ничем не оправданное бессилие перед недугом!" Войдя в кабинет, он раздраженно содрал шапочку и халат и, скомкав, бросил в угол; порылся в ящике стола, нашел завалявшуюся с давних пор пачку сигарет; затянулся, но закашлялся (давно не прикасался к этому зелью) и погасил окурок в пепельнице. Долго сидел задумавшись. Секретарша Любочка, зная грозный нрав шефа, никого к нему в такие моменты не допускала. Взяв в руки записную книжку, Зобов стал рассеянно ее перелистывать. Неожиданно глаза остановились на знакомой фамилии. "Платов! Сережка Платов - его однокашник и какое-то светило в биологии!" Левая рука непроизвольно потянулась к телефону и набрала номер. - Платов, - услышал Зобов знакомый, чуть хрипловатый басок. Зобов поделился своим несчастьем. Трубка на другом конце долго молчала. Наконец, когда Зобов хотел со злостью опустить ее на рычаг, Платов медленно проговорил: - Костя, как у тебя сегодня вечером со временем? - Никак, свободен полностью и, если потребуется, то всецело можешь мною располагать. - Ты на машине? - Разумеется. - - Подъезжай часам к девятнадцати ко мне. Надеюсь, не забыл? - Что ты! Нет! Конечно, нет! - Хочу тебя познакомить с интересными людьми. - А стоит? Ты знаешь, мне сейчас не до знакомств. . - Стоит, стоит, обязательно стоит! - Добро! В девятнадцать ноль ноль буду у подъезда, - Ну, хоп! До встречи!

Парни из «Службы погоды» в дни пересменки устраивали на базе настоящее светопреставление. Первым делом они истребляли в столовой примерно недельный запас продуктов, потом обязательно писали на двери тихого и замученного шефа очередную дежурную остроту, причем обязательно глупую. Что-нибудь вроде: «Мы, Зевс-громовержец, повелитель Олимпа…» и так далее. Затем раздавалось всем сестрам по серьгам — кому разнос, кому благосклонная улыбка — и смена отбывала на Землю отдыхать. На месяц воцарялся порядок. «Мистраль», «Торнадо», «Хиус», «Сирокко», стационарные спутники, несли вахту на орбите.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Вирджинио да Лима

Бог джунглей

Сейчас, когда вдоль Амазонки проложено шоссе, путешественники могут пользоваться рейсовыми автобусами, изображая собой первопроходцев. Но никому бы не удалось до этого пересечь великий лес всей Амазонии, пользуясь сухопутным путем, тем более с севера на юг, да еще в одиночку. Единственное исключение - уникальный многолетний переход, о котором повествуется ниже.

Это произошло в начале 1942 года. За несколько недель до этого японцы напали на Пирл-Харбор, пути в Малазию и сопредельные территории для американцев были отрезаны. Соединенные Штаты Америки лишились возможности получать оттуда натуральный каучук, важный вид сырья для военной промышленности.

Владимир ЛИМАН

БЫСТРЫЕ СНЫ

Неожиданно пляска серых теней обрывается, и перед глазами возникает цветное изображение. Одновременно я начинаю чувствовать движение. Впереди спины в серых комбинезонах с ярко-красными концентрическими окружностями, смещенными в левую сторону. Ноги автоматически становятся в след, оставленный впереди идущим, бесшумно взлетают струйки пепла и разливаются над самой землей тонкими зыбкими облачками. Все это мне до боли знакомо, я где-то это уже видел. Могу закрыть глаза и вспомнить это монотонное движение серых комбинезонов. Включается звук, и я отчетливо слышу глухой топот ног впереди и сзади себя. Топот сотен ног. Стоит лишь на мгновенье перестать думать о нем - и он превращается в тишину, потому что больше никаких звуков нет. Память спит. Я только помню то, что сейчас вижу, да и вижу лишь то, что прекрасно помню. Сотни "кто?", "где?", "зачем?" мечутся в мозгу и наталкиваются на глухую стену забытья.

Эдуард Лимонов

АМЕРИКАНСКИЙ РЕДАКТОР

Издатели, редактирующие книги, -- это особые существа.

"Вот тут у вас очень хорошо, но нужно убрать". "Почему же убрать, -спрашиваю, -- если хорошо?" "А потому, -- говорит она, -- что этот эпизод, около двух третьих главы, уничтожает структуру". "А мне положить на структуру", -- говорю я. "Нельзя, -- говорит она. -- Вы в этом куске переносите действие в Калифорнию, тогда как все остальные дей-ствия происходят в Нью-Йорке".

Эдуард Лимонов

Coca-Cola generation and unemployed leader*

Обыкновенные инциденты

Мы договорились встретиться с Рыжим у кладбища. Не решившись купить ни десять билетов метро за 26.50, ни один билет за четыре франка, я пришел к Симэтьер** дэ Пасси из Марэ пешком. Перестраховавшись, я пришел на полчаса раньше. Чтобы убить вpeмя - сидеть на скамье на асфальтовом квадрате против входа в симетьэр было холодно, - я зашел внутрь. Могилу-часовню девушки Башкирцевой ремонтировали. Позавидовав праху девушки Башкирцевой, лежавшему в самом центре Парижа, по соседству с фешенебельными кварталами, дорогими ресторанами и музеями, рядом с Эйфелевой башней, я вышел из кладбища и, прикрываясь от ветра воротником плаща посмотрел на часы. Оставалось еще десять минут. Я пересек авеню Поль Думэр, размышляя, тот ли это Думэр, изобретший знаменитые разрывные пули "дум-дум", искалечившие такое множество народу, или не тот? И вдруг вспомнил, что этого Думэра убил в 1932 году наш русский поэт Горгулов.