София-Логос. Словарь

В первую часть настоящего тома Собрания сочинений, озаглав­ленную «Словарь», вошли все наиболее значительные статьи С. С. Аверинцева, написанные для энциклопедий и словарей («Фило­софская энциклопедия», «Мифы народов мира», «Христианство» и др.). Вторую часть, «София-Логос», составили статьи, подобранные Сергеем Сергеевичем специально для книги «София-Логос. Словарь». Они посвящены теме Премудрости Божией и другим библейским темам, святоотеческому наследию, русской философии, путям христианства в современном мире; включены также заметки и беседы на актуальные темы.

Объем настоящего тома по сравнению с предыдущими изданиями книги «София-Логос. Словарь» значительно возрос: количество энциклопедических статей здесь увеличено почти в два раза.

Фундаментальные работы второй части книги открывают новые горизонты мысли о Премудрости в контексте войн и катастроф XX столетия, одного из наиболее «анти-Софийных» в мировой истории. Вопреки хаосу в головах и учебниках книга Аверинцева напоминает о незыблемой шкале ценностей, о «Нерушимой Стене» — Оранте

Отрывок из произведения:

Прежде всего иного спешу низким поклоном выразить мою благодарность издательству «Дух и Литера» и всем киевским друзьям, без которых ни первое, ни нынешнее издание не были бы возможны. А apropos святого града Киева: как не поддаться искушению и не вспомнить самое начало тех моих трудов, плоды коих вошли в эту, не где-нибудь, а именно в Киеве напечатанную книжку? Тридцать пять лет без малого тому назад я первый раз в моей жизни оказался в Киеве, первый раз вошел под своды Св. Софии. Помню, как я в том же 1966 году в день Успения, возвращаясь домой после праздничной литургии в одной подмосковной церкви, зашел по дороге в лесок и там, припоминая киевские впечатления, «паки и паки» переживая исходивший от них импульс, припоминая образ Нерушимой Стены, неожиданно для себя принялся обдумывать статью, которую читатель найдет в книжке под заглавием: «К уяснению смысла надписи над конхой центральной апсиды Софии Киевской», — и это пошло так, что пока я дошел до приютившего меня в то лето дачного жилья, мне оставалось только записывать и записывать уже готовые в уме мысли. Вскоре я прочитал написанное как доклад в секторе у незабвенной, недавно оставившей этот мир Ольги Ильиничны Подобедовой, которая отличалась совершенно не обычной для тех годов безбоязненностью во всем, что касалось дел веры (и, между прочим, неопустительио видна была всем каждое воскресенье на клиросе в известном каждому москвичу Обыденском храме Илии Пророка); она же и помогла позднее, через шесть лет после написания, напечатать тот доклад в составе очередного сборника (нарочито, до неудобочитаемости тяжеловесное заглавие входило в систему наших с ней военных хитростей). И вот сюжет, вот, как принято выражаться у нас, литературоведов, «рамочная конструкция»: все начинается в Киеве, под кровом Св. Софии, — и не где-нибудь еще, а в том же святом городе через многие годы выходит книга, в которой собраны работы, начало которым было тогда положено!

Другие книги автора Сергей Сергеевич Аверинцев

Что, собственно, означает применительно к изучению литературы и искусства пресловутое слово «мифология»? Для вдумчивого исследователя этот вопрос давно уже перешел из категории праздных спекуляций в сферу самых что ни на есть насущных профессиональных затруднений.

Начну с античного анекдота. В одном греческом городе надо было поставить статую; из-за заказа на эту статую спорили два скульптора, и народное собрание должно было рассудить соискателей. Первый мастер вышел к народу и произнес чрезвычайно убедительную речь о том, как должна выглядеть упомянутая статуя. Второй неловко влез на возвышение для ораторов и заявил: «Граждане! То, что вот этот наговорил, я берусь сделать». Соль анекдота в том, что из обоих мастеров доверять лучше второму. И впрямь, разве тот, кто слишком охотно делает свое ремесло темой для рассуждений, не оказывается чаще всего работником весьма сомнительного свойства? Как говорить о работе? Пока она не завершена, ее страшно «сглазить»; когда она закончена, ее нужно выбросить из головы и думать только о следующей…

По благословению Блаженнейшего Владимира, Митрополита Киевского и всея Украины

В настоящий том собрания сочинений С. С. Аверинцева включены все выполненные им переводы из Священного Писания с комментариями переводчика. Полный текст перевода Евангелия от Матфея и обширный комментарий к Евангелию от Марка публикуются впервые. Другие переводы с комментариями (Евангелия от Марка, от Луки, Книга Иова и Псалмы) ранее публиковались главным образом в малодоступных теперь и периодических изданиях. Читатель получает возможность познакомиться с результатами многолетних трудов одного из самых замечательных современных исследователей — выдающегося филолога, философа, византолога и библеиста.

Книга адресована всем, кто стремится понять смысл Библии и интересуется вопросами религии, истории, культуры.

На обложке помещен образ Иисуса Христа из мозаик киевского собора Святой Софии.

Географические пределы рассматриваемого в этой статье материала ясны: речь идет об огромном и пестром регионе, возникшем на исходе существования Римской империи и в ее пределах - от Египта на юге до Британии на севере, от Сирии на востоке до Испании на западе. При этом, что весьма важно, судьбы двух составных частей этого региона - греко-сирийско-коптского Востока и латино-кельто-германского Запада - со временем все больше и больше расходятся, так что к концу переходной эпохи перед нами стоят два разных мира. Но до этого момента мы вправе говорить - с некоторыми оговорками - о культурном единстве в пределах всего региона.

Источник Две тысячи лет религии и культуры. М.: Интербук-бизнес, 2001

Историческая поэтика. Литературные эпохи и типы художественного сознания. М., 1994, с. 105–125

Cтоит ли еще говорить о культурологии Освальда Шпенглера? Разве дело идет не о vieux jeu, не об исчерпавшей себя интеллектуальной сенсации 20-х годов, утерявшей для нас всякую актуальность?

При ответе на эти вопросы необходимо иметь в виду, что наследие Шпенглера явственно распадается на слои, чрезвычайно разнящиеся по мыслительной фактуре, ценности и значимости. Различие в уровне бьет в глаза: иногда трудно поверить, что тот же самый человек, который написал «Закат Европы», способен был подвергать выводи пой книги заведомому извращению (с точки зрения своей же собственной логики) в публицистических трактатах типа «Прусской идеи и социализма». Но и единое, замкнутое в себе сочинение — оба тома «Заката Европы» — при ближайшем рассмотрении расслаивается на эксперименты исторического прогнозирования, на политическую теорию тоталитаристского толка и на философию культуры в собственном смысле (темперамент автора дает всем этим уровням интимное эмоциональное единство, но сообщить им обязательную логическую связь он не может). Сегодня, через тридцать лет после смерти Шпенглера, мы имеем право вычленять для критического анализа только этот последний слой, как единственно существенный: коль скоро сама история вынесла приговор политическим идеалам автора «Заката Европы» и выявила несостоятельность его предсказаний, критиковать его по этим пунктам — занятие столь же легкое, сколь и неинтересное. Но что касается культурологического ядра, здесь дело не совсем так просто.

(Конспект. В книге: Античность и современность. М., 1972, с. 90-102)

Популярные книги в жанре Религиоведение

Предисловия, с точки зрения автора, пишутся в первую очередь для ленивых читателей, не желающих самостоятельно разбираться в содержании толстых монографий – студентов, аспирантов и т.д. Вот почему автор, предполагая в своем читателе не праздного любопытствующего, вместо краткого пересказа основного содержания книги собирается рассказать прежде всего о том, как шла над ней работа, как постепенно по мере углубления в историю адвентизма менялся первоначальный план.

О единосущии Христа и антихриста. Изложение православного учения

Итак по прошествии месяца, можно, думаю, подвести черту в вопросе о единосущии Христа и антихриста. Теперь я опубликую результаты дискуссий по данному вопросу в виде стенограммы моих выступлений на форуме "Пешка".

* * *

Поскольку видимый бесенок Мангустка всё ещё сопротивляется правой и непогрешительной христианской вере, всячески утверждая некий особый статус для своего духовного вождя — антихриста, считаю нелишним прекратить его немощные дерзости, приведя орос

Христианам часто задают вопросы об их вере. Это неизбежно, потому что христианство — это религия Ответа. Мы верим в то, что Бог дал ответ на все человеческие вопрошания, на всякую человеческую нужду и жажду.

Эта книга возникла из ответов на вопросы во время дискуссий о вере в интернете. Авторы ее — представители трех христианских конфессий.

Обращаясь к истокам идеи сакрального, обнаружим, что она далеко не позитивна. Архаические традиции понимали сакральное двояко: как благое, так и опасное; как носитель силы творения и изобилия, так и чреватое смертью, или разрушением. Из этой амбивалентности вытекало, что общение с сакральным требует специфической практики и может быть поручено лишь специалистам. Религиозные институты всегда служили орудиями, упорядочивающими связь общества с сакральным.

Монография посвящена исследованию буддийского учения о медитативных состояниях, представленному в схоластической литературе религиозно–философских факультетов (дацанов) монастырей Центральной Азии. Она знакомит с ключевыми терминами, базовой структурой и содержанием интегральной концепции медитативных состояний в рамках буддийского учения о спасении. В приложении дается перевод с тибетского языка главы о медитации (шаматхе) из популярного руководства по практике йоги Махамудры.

Книга может оказаться полезной для тибетологов, религиоведов, философов, психологов и всех интересующихся буддизмом и проблемами трансординарных состояний сознания.

Учебное пособие Зеленкова Михаила Юрьевича – доктора политических наук, действительного члена (академика) Академии военных наук, члена-корреспондента Академии педагогических и социальных наук, профессора Юридического института МИИТа, заведующего кафедрой общественных наук

знакомит с основами религиоведения, историей и современностью религии.

Предлагаемое читателю пособие соответствует содержанию государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования Российской Федерации по курсу «Религиоведение» и в доступной, логически выстроенной форме рассматривает различные концепции основных религий мира – буддизма, христианства, ислама, а также учитывает многолетний опыт преподавания религиоведения в высших учебных заведениях. Логическую цепь образуют следующие звенья: происхождение и распространение религии; основатель религии; основные источники, содержание и культ вероучения; монастыри, храмы, церкви; обряды и праздники; течения религии, краткая примерная хронология развития религии.

Цель издания – учебно-методическое обеспечение преподавания религиоведения в высших учебных заведениях России.

Структура пособия, привлекаемые источники, характер и последовательность изложения призваны способствовать наиболее адекватному освоению основ религиоведения.

Особое место в работе уделено рассмотрению правовых основ мировых религий.

При написании работы использован широкий круг современной и исторической мировой и религиозной литературы, а также официальные акты и практика многих государств в области свободы совести и государственно-церковных отношений.

Пособие представляет интерес для профессорско-преподавательского состава высших учебных заведений, научных работников, докторантов и аспирантов, а также студентов, интересующихся религией.

Брошюра разоблачает иезуитское лицемерие и ханжество современных церковников на Западе, оправдывающих агрессивную политику империалистов. Автор рассказывает о союзе клерикализма и милитаризма, о роли религии и реакционной части духовенства в идеологической обработке военнослужащих. Читатель узнает, как религиозные организации, действующие в нашей стране, своими проповедями «о непротивлении злу» отравляют сознание людей Брошюра окажет необходимую помощь агитаторам, пропагандистам, лекторам Верующему человеку она даст факты для размышлений и поможет преодолеть религиозные заблуждения.

В данной работе показывается, что библейская книга Даниила, а говоря более острожно, её пророчества, являются лжепророчествами, подлогом, сделанным с целью мобилизовать иудеев на борьбу с гонителем иудейсва II в. до н.э. — царём государства Селевкидов Антиохом IV Эпифаном и проводимой им политики насильстенной эллинизации. В качесте организаторов подлога автор указывает вождей восставших иудеев — братьев Маккавеев и их отца Маттафию, которому, скорее всего, может принадлежать лишь замысел подлога. Непророческие части ниги Даниила, согласно автору, могут быть пересказом назидательных историй про некоего (может быть, вымышленного) иудея Даниила, уже известных иудеям до появления книги Даниила; при этом сам иудей Даниил, скорее всего, является «литературным клоном» древнего ближневосточного языческого мудреца Даниила. В книге дано подробное истолкование всех пяти «апокалиптических» пророчеств Даниила, разобраны также иудейское и христианское толкования пророчества Даниила о семидесяти седминах.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Рассказ по вселенной STALKERа о людях, оказавшихся на территории Зоны отчуждения в момент зарождения нового, аномального мира.

Написанный в 1911 году по свежим впечатлениям от путешествия по Южным морям, роман «Приключение» посвящен борьбе человека с природой, с несправедливостью общественной морали, с дикой необузданностью нецивилизованных народов, населявших далекие колонии. Действие романа разворачивется в глухих зарослях Соломоновых островов, затерянных где-то в юго-западной части Тихого океана. Сюда приехали дети капиталистической системы, отчаянные люди, готовые с кровью, зубами выдрать у жизни право на свое место под солнцем. Что ждет их в далекой и чужой стране? Победят они или проиграют? И какой урок вынесут из всего, чему предстоит произойти?

Роман Джека Лондона «Приключение» никогда не воспринимался однозначно ни читателями, ни критикаим. С одной стороны, писатель воспевает победу человека над стихией и человека над самим собой в самых трудных жизненных обстоятельствах. С другой — в тексте прослеживаются симпатия автора к философии, разделяющей людей на рабов и господ, на «белых» и «черных». Это привело к тому, что в СССР, например, роман Джека Лондона «Приключение» находился под запретом, как произведение, пропагандирующее расизм. Так ли это на самом деле? В этом самому предстоит разобраться каждому, кто решит послушать и осмыслить увлекательную и захватывающую историю, имя которой — «Приключение».

История превращения сан-францисского литератора и художника в золотоискателя, история настоящей дружбы и любви рассказанная легко, занимательно и с чувством юмора.

Джек Лондон снова в хорошо известной среде искателей приключений, но суровая действительность уступает здесь место идеализированным, увлекательным, порой опасным, но всегда счастливо оканчивающимся приключениям.

Контроль над сознанием ведет к лабиринту тайных троп виртуального правительства, которым заправляют вивисекторы психики из ЦРУ. Контроль над сознанием ведет в сумеречную зону так называемых “инопланетных вторжений”, убийц-зомби, массовых самоубийств и преступлений различных культов, “управления на расстоянии” и “программируемых психозов”. Контроль над сознанием существует в мире засекреченных научных лабораторий, обязанных своим рождением некоторым из наиболее зловещих фигур Нацистской Германии.