Собрание сочинений

Этот книга – часть электронного собрания сочинений И. Бродского, содержащая основной корпус стихотворений и поэм. Сюда не вошли (и включены в отдельные файлы): стихотворные переводы Бродского из разных авторов на рус. язык; неоконченная поэма «Столетняя война» с примечаниями Я. Гордина; переводы стихотворений Бродского на англ. язык (самим автором и другими переводчиками); стихотворения, изначально написанные Бродским на англ. языке, и их переводы на русский язык (не автором); неоконченная поэма «История XX века», написанная на английском языке и переведенная на русский Е. Финкелем. Представлены (насколько возможно) все опубликованные в бывшем СССР оригинальные стихотворные тексты Бродского. В собрание, возможно, пока не включены некоторые ранние стихи (до 1962?), которые автор позже не захотел публиковать (например, «Земля» и «Баллада о маленьком буксире»), а также неоконченные стихи, наброски, варианты и другие малоизвестные произведения (возможно, они будут еще опубликованы).

Тексты подготовлены путем сверки и вычитки электронных текстов-источников, издавна находившихся в Сети (предположительно, это были ручные наборы с ранних публикаций или «самиздата»), и OCR по изданиям: «Сочинения Иосифа Бродского», далее «СИБ» (1-е изд. в 4 тт., ред. Г. Ф. Комаров, «Пушкинский фонд», С-Пб., 1994; 2-е изд., тт. 1 и 2, ред. Я. Гордин, 1998); по утвержденному Бродским сборнику «Часть речи» (сост. Э. Безносов, М., «Художественная Литература», 1990; далее «ЧР»); и по сборнику «Форма Времени» (сост. В. Уфлянд, «Эридан», Минск, 1992; далее ФВ). При разночтениях пунктуации и мелких исправлениях текста предпочтение отдается СИБ, с исправлениями по имеющимся томам 2-го издания; при значительных отличиях текста приводятся варианты по др. публикациям или по электронному тексту-исходнику (обозначенному как «неизвестный источник»).

Порядок стихотворений следует хронологическому принципу СИБ: в пределах каждого месяца, сезона, года, десятилетия сперва идут точно датированные стихотворения в хронологическом порядке, затем датированные все более и более приближенно в алфавитном порядке, т.е. датированные месяцем, сезоном, годом, затем датированные неточно, условно или вовсе не датированные – также в алфавитном порядке. Датировка следует СИБ: <1990> означает дату первой публикации, 1990? означает приблизительную датировку. Отдельные недатированные ранние стихи, не включенные в СИБ, даются по неизвестным источникам и датированы . В отдельных отмеченных случаях датировка следовала опубликованным на англ. языке при участии Бродского сборникам: «Selected Poems» (1973, далее SP), «Part of Speech» (1980, далее PS), «To Urania» (1988, далее TU) и «So Forth» (1996, далее SF).

Примечания к текстам, присутствующие в СИБ, дополнены примечаниями из других публикаций (и, где необходимо, моими текстологическими пояснениями); все примечания атрибутированы. Выделенные в СИБ заглавными буквами или разрядкой слова даны курсивом.

С. В.

Подготовка текста: Сергей Виницкий. Собрание сочинений И. Бродского

находится на Сети по адресу «http://brodsky.da.ru».]

Отрывок из произведения:

Анатолию Найману

Забудь себя и ненадолго
кирпич облупленных казарм,
когда поедешь втихомолку
на Николаевский вокзал,
когда немногое отринешь,
скользя в машине вдоль реки,
смотри в блестящие витрины
на голубые пиджаки.
Но много сломанных иголок
Другие книги автора Иосиф Александрович Бродский

Памятник Пушкину

«…И Пушкин падает

в голубоватый колючий снег..»

Багрицкий
…И тишина
И более ни слова.
Да еще усталость.
…Свои стихи
Доканчивая кровью,
Они на землю глухо опускались.
Потом глядели медленно и нежно.
Им было дико, холодно

Иосиф Бродский

Путешествие в Стамбул

Веронике Шильц

1

Принимая во внимание, что всякое наблюдение страдает от личных качеств наблюдателя, то есть что оно зачастую отражает скорее его психическое состояние, нежели состояние созерцаемой им реальности, ко всему нижеследующему следует, я полагаю, отнестись с долей сарказма -- если не с полным недоверием. Единственное, что наблюдатель может, тем не менее, заявить в свое оправдание, это что и он, в свою очередь, обладает определенной степенью реальности, уступающей разве что в объеме, но никак не в качестве наблюдаемому им предмету. Подобие объективности, вероятно, достижимо только в случае полного самоотчета, отдаваемого себе наблюдателем в момент наблюдения. Не думаю, что я на это способен; во всяком случае, я к этому не стремился; надеюсь, однако, что все-таки без этого не обошлось.

Венецианское эссе Иосифа Бродского "Набережная Неисцелимых" (или "Watermark") написано автором по-английски.

Джон Апдайк писал об эссе "Набережная Неисцелимых": "[Оно] восхищает тонким приемом возгонки, с помощью которого из жизненного опыта добывается драгоценный смысл. Эссе "Набережная неисцелимых" – это попытка превратить точку на глобусе в окно и мир универсальных переживаний, частный опыт хронического венецианского туриста – в кристалл, чьи грани отражали бы всю полноту жизни… Основным источником исходящего от этих граней света является чистая красота".

Иосиф Бродский

Полторы комнаты

Посвящается Л. К.

1

В полутора комнатах (если вообще по-английски эта мера пространства имеет смысл), где мы жили втроем, был паркетный пол, и моя мать решительно возражала против того, чтобы члены ее семьи, я в частности, разгуливали в носках. Она требовала от нас, чтобы мы всегда ходили в ботинках или тапочках. Выговаривая мне по этому поводу, вспоминала старое русское суеверие. "Это дурная примета, -- утверждала она, -- к смерти в доме".

Иосиф Бродский

Мрамор

I акт

[Второй век после нашей эры.]

[Камера Публия и Туллия: идеальное помещение на двоих: нечто среднее между однокомнатной квартирой и кабиной космического корабля. Декор: более Палладио, чем Пиранезе. Вид из окна должен передавать ощущение значительной высоты (скажем, проплывающие облака), поскольку тюрьма расположена в огромной стальной Башне, примерно в километр высотой. Окно -- либо круглое, как иллюминатор, либо -- с закругленными углами, как экран. В центре камеры -- декорированная под дорическую колонна -- или опора: внешняя сторона ствола, внутри которого -- лифт. Ствол этот проходит через всю Башню как некий стержень или ось. Он и в самом деле стержень: все, появляющееся в течение пьесы на сцене, и все, с нее исчезающее, появляется или исчезает через находящееся в этом стволе отверстие, являющееся помесью ресторанного лифта и мусоропровода. Рядом с этим отверстием -- дверь главного лифта, которая открывается только один раз: в начале 3-го акта. По обе стороны ствола -- альковы Публия и Туллия. Все удобства -- ванна, стол, умывальник, нужник, телефон, телеэкран, вмонтированный в стену, стеллажи с книгами. На стеллажах и в стенных нишах -- бюсты классиков.

Иосиф Бродский

Трофейное

I

В начале была тушенка. Точнее -- в начале была вторая мировая война, блокада родного города и великий голод, унесший больше жизней, чем все бомбы, снаряды и пули вместе взятые. А к концу блокады была американская говяжья тушенка в консервах. Фирмы "Свифт", по-моему, хотя поручиться не могу. Мне было четыре года, когда я ее попробовал.

Это наверняка было первое за долгий срок мясо. Вкус его, однако, оказался менее памятным, нежели сами банки. Высокие, четырехугольные, с прикрепленным на боку ключом, они возвещали об иных принципах механики, об ином мироощущении вообще. Ключик, наматывающий на себя тоненькую полоску металла при открывании, был для русского ребенка откровением: нам известен был только нож. Страна все еще жила гвоздями, молотками, гайками и болтами -- на них она и держалась; ей предстояло продержаться в таком виде большую часть нашей жизни. Поэтому никто не мог мне толком объяснить, каким образом запечатываются такие банки. Я и по сей день не до конца понимаю, как это происходит. А тогда -- тогда я, не отрываясь, изумленно смотрел, как мама отделяет ключик от банки, отгибает металлический язычок, продевает его в ушко ключа и несколько раз поворачивает ключик вокруг своей оси.

Эссе из сборника «Меньше единицы». Авторизованный перевод Л. Лосева.

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Анна Присманова

Песок

Сборник поэзии

Содержание

Воспоминание

Треугольник

Гавань

Глаза

Листья

Горло

София

Анна

Песок

ВОCПОМИНАНИЕ 

Памяти В. Долина

Вcё клонитcя, и вcё идет ко cну.

Закат лучи и тени удлиняет...

Поcледнюю и пеpвую веcну

во мне pука любви cоединяет.

Так много о любви пpочла я книг,

что книгою любовь к любви убила,

Анна Присманова

Трубы

Сборник поэзии

Содержание

Азбука

Сосны

Надежда

В пути

Раковина

Ящик

Трубач

Трубы

Рыцарь

Лилит

Сирена

Лошадь

Птица

"Так cеpдцем движимый cкелет..."

АЗБУКА  

Аз, буки, веди... Азбука, веди

наc к дуxу мудpоcти единым дуxом.

Мы поpавнялиcь c тем, что впеpеди,

и возмужали зpением и cлуxом.

Юрий Ракита

Сумма Оснований. Искусство.

(фрагмент трактата в стихах)

1

...Поддавшись ностальгическому чувству,

Решил я посвятить главу Искусству.

Но стоит ли? Ведь, что скрывать, порой,

На фоне остальных вопросов важных

Искусство почитают ерундой

И с умным видом отрицают даже.

Что из того, что лично я с рожденья

К искусству преисполнен уваженья

(Иначе стал бы на свой риск и страх

Юрий Ракита

Сумма Оснований. Основы

(начало трактата в стихах)

Пролог

Бывают вещи, а точнее темы,

(Скорей предметы, правильней - проблемы)

Которые переживаем все мы,

И, тем не менее, (намеренно?) мы немы,

Как будто от себя скрываем сами,

Что происходит это с нами

Не в снах, не с кем-то и не где-то там.

Об этом надо говорить стихами,

Но больше нет доверия стихам.

Виктор ШИРОКОВ

ПЕРЕВОДЫ С НЕПАЛЬСКОГО

Анима ДХАКАЛ

ОЩУЩЕНИЕ

Осенний листопад душой любя, Я снова забываю про себя. Кружась с осенней радугой в борьбе, Опять себя теряю я в себе. Когда от ветра листья шелестят, Пронзает радость, с головы до пят.

Потом я дома чувствую в тиши Оттенки перемен больной души. Как будто огнезарная листва Мгновенно запечатала уста; Как будто прежней радости волна Отхлынула, отныне не вольна Нести вперед; как дерево гола, Осталась я подобием ствола. Меня пронзает налетевший хлад, Как раньше радость, с головы до пят. Частит в испуге сердце, вызвал дрожь Летящий с неба бесконечный дождь; Кругом я ощущаю только тьму.

Перевел Виктор ШИРОКОВ

ПЕРЕВОДЫ С СЕРБСКОГО

Благое БАКОВИЧ

С ПОРОГА

С порога чуден вид твердят За горизонт уходит взгляд

Ведь горизонт лишь тень итога Всех не дошедших до порога

Взгляни как в солнечных лучах Роится космос в мелочах

Мне сила мельтешенья строго Дойти мешает до порога

Откуда видятся ладком Четыре времени рядком

ВАРИАНТ: Откуда осень враз видна Зима и лето и весна

Виктор ШИРОКОВ

СТИХИ РАЗНЫХ ЛЕТ

1974 - 2001

1974 год

Никогда не писал дневников: откровенности, что ли страшился или мнимости тех двойников, в чьем обличии вдруг бы явился.

Понимаю сейчас - избегал полуправды, неверного слова; тех зеркал, что округлей лекал корректируют облик былого.

И не раз в скоротечном письме признавался жене или другу в том, что всплыло мгновенно в уме, не накинув раздумья кольчугу.

Виктор ШИРОКОВ

СТИХИ РАЗНЫХ ЛЕТ

Вот и приехал. И пришел к своим мечтам, к своим святыням. и нас не разлучить отныне...

А все же счастья не нашел.

Слиняли краски. Обветшал державный град, мой дом огромный.

И я бреду, опять бездомный.

Себя, как мальчика, мне жаль.

Ему хотелось так найти свое особенное слово.

Измучен немотою снова, назад не нахожу пути.

24.03.74

Осталась на губах пыльца волшебного цветка Надежды...

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Эта маленькая книжка написана в США в 1951 году. В то время над Америкой нависла реальная опасность захвата власти коммунистическим течением иудаизма. Однако в стране, с якобы свободной прессой, велась оголтелая коммунистическая пропаганда и правда поступала к читателю в виде таких как эта книг, выпущенных в американском самиздате. Ничего не известно об авторе книге Франке Л. Бриттоне, однако, его книга уже 50 лет издается и переиздается в американском самиздате, и в этом смысле стала уже классикой. Эта маленькая книжка является кратким обзором появления коммунизма в России и Америке и того, кто реально прикрывается коммунизмом, обтяпывая свои грязные делишки. Книга подается кратко, потому что автор печатал ее на свои собственные деньги, но информация приводящаяся в ней, особенно касательно Америки, скорее всего будет открытием для читателя.

Мартина Флойд, приехавшая в Венецию погостить у подруги, влюбляется, и, как ей кажется, без малейшей надежды на взаимность.

Все те же Домашние Питомцы. Как не надо откармливать поросенка. ))) Вторая премия на конкурсе ДП. Но главное – приз читательских симпатий до кучи! Вот где повод-то нажраться! )))

Лучше жить одной, чем быть рабой пусть даже превосходнейшего мужчины. Потерян, себя, принести в жертву любимую работу, согласиться на роль посредственности. Нет! Но на то и существуют женские чары, интуиция и уловки, чтобы с блеском их употребить и остаться победительницей. Для широкого круга читателей.