Со мной ничего не случится

А. Крупп.

Со мной ничего не случится...

/НЕОКОНЧЕННАЯ ПОВЕСТЬ/

1.Костя Серов

Снег, снег.

Снег на крышах домов, троллейбусов, на плечах людей, снег в чернильном утреннем воздухе, слегка разбавленном зеленоватым светом ртутных фонарей.

Зима как зима, началась не слишком поздно и не слишком рано. Этот снег уже не растает, на него лягут другие снега и по ним будут петлять лыжные следы, все будет как прежде, мир не изменится, это я стал другим. Для меня эта зима будет непохожей на другие зимы, я так решил. Это очень нелегко отказаться от того что было раньше, когда вторую половину зимы и часть весны я оказывался далеко отсюда, за Полярным кругом, и те края были для меня вторым домом. Только прошлая зима все перевернула, и нет больше сил возвращаться туда, нет второго дома.

Другие книги автора Арон Крупп

Арон Крупп

(1937-1971)

На плато Рассвумчорр

В тундре есть много гор, Что цепляются за тучи. На плато Рассвумчорр Нас туманы, ветры мучат.

На плато аппатит,

Его нужно добывать.

Аппатит твою, Хибины мать! 3 х 2 р.

Рассвумчорр очень крут, Не приступные обрывы. Камни вниз нас зовут, Но пока еще мы живы.

Про такую погоду

Так и хочется сказать,

Аппатит твою, хибины мать.

Лето так далеко Девять сотен километров. А у нас на плато Дуют северные ветры.

Популярные книги в жанре Современная проза

Евгений Шишкин

ИДИОТ И МАЛЫШ

Маленький курортный роман

1

Он называл Ларочку - "Малыш". Об этом знал весь санаторий. Весь санаторий знал и о другом: в прошлом году свою предыдущую курортную любовницу он тоже называл уменьшительно-ласковым именем "Малыш" и так же, как нынче Ларочку, на виду у всех отдыхающих нес ее на руках по пляжу - мимо полунагих загорелых тел, мимо любопытствующих носов и завистливых глаз, в объятиях с ней бросался в объятия теплых морских волн и целовался с ней под шорох гальки и шум прибоя в открытую, невзирая: - Он и жену свою на такой же манер зовет, - шептала за ужином Зое соседка по столу, востроносая, хитроглазая полустарушенция Серафима Юрьевна. - Мне знакомая рассказывала, его землячка: ихняя семья в городе известная. Он в судах работает, этим: Как его? Адвокатом. А жена у него с телевидения. Сынок у них уже в школу ходит. А он все жену-то - "Малыш" да "Малыш". Серафима Юрьевна тихонечко хихикнула, скосила шустрые глазки, чтобы подглядывать за курортным героем, который невдалеке придвигал стул для Ларочки, тоже размещаясь за ужинным столом. - Почти каждый год он сюда ездит, у него тут связи с главврачом, - прибавляла Серафима Юрьевна, мелко жуя хлебушек с омлетом и низко склоняясь к тарелке. - И всякий раз такая же история. Выберет себе подходящую, и все у него - Малыши. "Пошляк! - брезгливо подумала Зоя, исподтишка метнула острый взгляд в сторону Виктора. - Стиляга и пошляк!" Он как всегда был щегольски одет: непогрешимой свежести и утюжки голубая рубашка с тонкой синей строчкой, светлые летние котоновые брюки с серым плетеным ремнем; на шее серебряная цепочка с круглым амулетом; лицо безукоризненно выбрито, "выглажено"; Зое показалось, что даже на недопустимом расстоянии она чувствует запах одеколона, которым он пользуется - наверняка французский. А эта дуреха Ларочка, в горошковом мини-сарафанчике на узких бретельках, аккуратненько держит вилочку и сияет рядом с Виктором, "как медный таз на солнце". Чуть позже, коротким, но цепким взглядом Зоя подметит, что, уходя из столовой, Виктор не просто держал Ларочку за руку, а слегка тискал ее руку истинно, как двое показательно влюбленных студентов, которые только и ждут уединения и потемок: "Распутник и негодяй!" - У Зои уже имелся повод оскорбить Виктора и чуточку возненавидеть.

Александр Шленский

Длинный и шершавый

Глаза твои как небо голубое,

Пизда твоя как шляпа без полей.

В.Волчков

Я хотел бы рассказать вам об одном весьма интимном предмете, наиболее заметными свойствами которого являются его необычайная длина и чрезвычайно шероховатая поверхность. Говоря более кратко - этот предмет длинный и шершавый. Таких предметов не сыщешь на каждом углу, их не дарят в подарок, да и купить в магазине его не возможно - их там не продают. А если бы даже и продавали, я бы все равно никогда его там не нашел, поскольку совершенно непонятно, в каком магазине и в каком отделе его искать - то ли в магазине хозтоваров, то ли в канцпринадлежностях, а может быть, вообще в секс шопе ума не приложу, где его можно было бы купить, но фокус состоит в том, что и купить-то его нельзя, хоть тут тресни.

Александр Шленский

Эффект Заебека

или

Необыкновенное зеркало инженера Пыхтяева

1. Было бы величайшей ошибкой думать... В.И.Ленин

Удивительные мысли приходят мне в голову в предутренние часы, когда электронный будильник светится в темноте, ведя томительный отсчет минут и секунд. Не сон и не явь, так - одурь какая-то. Глаза открываются сами по себе и смотрят, смотрят на ядовито-зеленые цифры... Какие-то дурацкие слова всплывают в голове, тоже сами по себе... Слова-то какие!.. "Интеллект", "альтруизм", "совершенство"... Еще какая-то дрянь... Слова как бы проецируются на невидимый внутренний экран, сотканный из тончайшей эфирной материи, они синхронно визуализируются и звучат, как Скрябинская музыка... Кто подбрасывает мне все это в голову? Кто мне мешает спать? Объявись, неведомое! Покажись явно! Объясни, что хочешь поведать мне!

Александр Шленский

Охота на колбасу

(Краткая антология мировых традиций в научно-популярном изложении)

Как известно, профессиональная охота является профессией не менее древней, чем всем известная древнейшая профессия. Тем, кто не верит, можно это легко доказать, основываясь на том факте, что люди занимались охотой задолго до появления земледелия, ремесел и денежного обращения, и поэтому расплатиться с представительницей древнейшей профессии в те далекие времена можно было только частью добычи, принесенной с охоты. Охота как род занятий изучена в мельчайших подробностях в этнографическом, историко-культурном, национальном, географическом и экономическом аспектах, написано множество подробных трудов об охотничьих традициях, принадлежностях, о названиях, внешнем виде, повадках и вкусе добычи, исследованы социальнопсихологические типы охотников на всяческую живность во все времена и почти во всех регионах, за исключением тех, где пользуется популярностью охота на естествоиспытателей, изучающих охотничьи традиции туземцев.

Их разделяет почти сто лет. Они волки-изгнанники, отрекшиеся от клана и стаи. Волки, так и не принявшие свою суть. Волки, так и не сумевшие стать волками… Их разделяет почти сто лет, и возможно, что они никогда не встретятся. Кроме как… во сне?..

Однотомник. Первая книга цикла "Эрамир".

Прошло два месяца с тех пор, как Мойры вырвались из оков Колоды Судьбы.

Два месяца – с тех пор, как Легендо завоевал трон империи.

Два месяца – с тех пор, как Телла обнаружила, что того, в кого она влюбилась, на самом деле не существует.

Империя и сердца близких под угрозой, и Телле предстоит решить, кому довериться – Легендо или бывшему врагу. Жизнь Скарлетт перевернется с ног на голову, когда откроется ее заветная тайна. А Легендо должен сделать выбор, который навсегда изменит его судьбу. Караваль завершился, но, возможно, величайшая из всех игр только началась! На этот раз никаких зрителей – есть только тот, кто победит, и тот, кто все потеряет.

Добро пожаловать в Финал! Любая игра рано или поздно подходит к концу…

Парижанка учительница Натали переезжает с семьей на юг Франции, в маленький тихий старинный городок Юзес. Там на площади Трав продается небольшой уютный книжный магазинчик со сводчатыми, как в старых зданиях, потолками. Натали внезапно решает купить эту книжную лавку – и новая профессия изменяет ее жизнь. Среди покупателей она замечает людей, попавших в трудную ситуацию, и приходит им на помощь. Семнадцатилетней девушке Хлое подсказывает, как уйти из-под опеки властной матери; юноше Бастьену помогает встретиться и помириться с тяжело больным отцом, с которым он много лет враждовал; почтальону Артуру, вчерашнему школьнику с актерским талантом, – поверить в свои способности и подготовиться к вступительным экзаменам в парижскую консерваторию; юной продавщице-арабке Лейле и ее возлюбленному, начинающему фермеру Мартену, – освоиться с тем, что они скоро станут родителями… Каждый раз она советует своим подопечным прочитать книги, которые подскажут им, что делать, но это не работы психологов, а романы. У Натали возникает обратная связь с этими людьми: они становятся ее друзьями, а общение с ними помогает и ей в трудные минуты, когда нужно наладить отношения со взрослой дочерью и справиться с тревогой во время болезни мужа…

Знакомьтесь, это Нина Хилл: молодая женщина, хороша собой и… убежденная интровертка.

Она живет, замкнувшись в своем уютном мирке: работает в книжном магазине, любит все планировать и обожает своего кота по кличке Фил. Когда кто-то говорит, что кроме чтения существует другая жизнь, она просто пожимает плечами и берет с полки новую книгу.

Внезапно умирает отец, которого Нина не знала, и тут обнаруживается, что «в наследство» он оставил ей кучу родственников. Она в панике, так как ей предстоит общаться с незнакомцами! Да еще заклятый враг оказывается милым, забавным мужчиной, который очень заинтересован в ней. Это катастрофа!

Реальная жизнь гораздо сложнее книжной. Но новая семья, настойчивый поклонник и коктейль из приятных мелочей заставят Нину открыть новую страницу ее уже совсем не «книжной» жизни.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Павел Крусанов

Другой ветер. Пассеизмы

Одна танцую

Ночью учителю снились попугаи. Птицы веерами распускали крылья и вдумчиво пели: "Милая моя, взял бы я тебя..." В восемь часов, по призывной трели будильника, учитель сел в постели и, не поймав тапок, утвердил пятки на холодных половицах. Он не помнил своих снов - пытался поймать ускользающий образ, но находил в голове только вязкую хмарь. За окном, на самых крышах, лежало стылое цинковое небо. Учителя окатило ознобом.

Павел Крусанов

Другой ветер. Знаки отличия

Бессмертник

Сменив имя сотни pаз, настоящего он, pазумеется, не помнил. Для ясности повествования назовем его Воpон, ибо воpон живет долго.

Он pодился в хpистианской стpане, в семье гоpшечника. Счастье его детства складывалось из блаженных погpужений голых пяток в нежную жижу будущих гоpшков, из путешествий по узким улицам-помойкам, из забиваний палками жиpных кpыс в мясном pяду pынка, из забавного сцепления хвостами собак и кошек, из посещений яpмаpок, где смуглый магpибский колдун в шеpстяном плаще с баpхатными заплатами показывал невеpоятные чудеса вpоде пятиглавого и пятихвостого мышиного коpоля или удивительного человекогусеницы с веснушчатым лицом и длинным мохнатым туловищем, внутpи котоpого, казалось, катаются большие шаpы. За особую плату гусеницу pазpешалось покоpмить pыхлым кочанчиком капусты, похожим на зеленую pозу, и pасспpосить о своей судьбе.

МИХАИЛ КРУШИНСКИЙ

ЛЕГЕНДА О ЖЕЛТОМ СОЛНЦЕ

На ощупь сквозь темные заросли мальчик пробирается к речке. С минуту стоит, слушает, как журчит вода, потом наклоняется, чтобы зачерпнуть глиняным кувшином, но у берега слишком мелко, приходится зайти по колено. Прижимая груди потяжелевший сосуд, поворачивает обратно и вдруг замирает: жуткое рогатое чудовище, разинув пасть, смотрит из тьмы. Вскрикнув, мальчик теряет равновесие, падает, вскакивает, ноги разъезжаются на глинистом дне... И тут до него доходит, что вовсе это не зверь - обыкновенный обломок скалы, скатившийся когда-то с откоса! С облегчением рассмеявшись, он пускает в "чудовище" фонтан брызг и с наполненным заново кувшином летит во весь дух к костру.

Евгений КРУТИКОВ

Великолепный миф

Кpаткая истоpия жизни Шамиля Басаева

Абхазское командование очень доpожило людьми. Восьмидесятитысячный наpод знал пеpсонально каждого своего солдата, как, впpочем, и севеpокавказских добpовольцев, сведенных в национальные батальоны войск Конфедеpации наpодов Кавказа (КHК). Потеpя больше пяти-шести человек в день становилась тpагедией, а командиpы несли пеpсональную ответственность за жизнь своих солдат. Поэтому, когда пеpвый фpонтальный штуpм Сухуми абхазскими войсками летом 1992 года захлебнулся и несколько бpигад пpактически полностью полегли на колючей пpоволоке селений Ачадаpа и Шpома на заветном южном беpегу Гумисты, гнев абхазов обpушился на pуководство самопpовозглашенной pеспублики. Владислав Аpдзинба, выступая на тpауpном митинге в Гудауте после похоpон погибших солдат, пообещал больше не допустить таких потеpь и взять Сухуми "по-умному". Чеpез полтоpы недели с нескольких баpж и паpы pакетных катеpов у абхазского селения Тамыш южнее Сухуми был высажен небольшой (около ста человек) десант, котоpый должен был отpезать pайон Сухуми от Гpузии и не дать подкpеплениям из Тбилиси подойти к гоpоду. В десант были посланы наиболее боеспособные и опытные части: юго-осетинский батальон и кабаpдинцы. Они быстpо и эффективно выполнили свою задачу. Hебольшой участок pавнины между моpем и Бзыбским хpебтом был наглухо пеpекpыт, и единственная доpога, связывавшая Сухуми с Гpузией, пеpестала функциониpовать. Работал только аэpопоpт Келасуpи, но напpотив него в моpе постоянно дежуpила баpжа, на котоpой сидел человек со "стингеpом". Сухуми был заблокиpован. Понимая опасность ситуации, гpузинское pуководство сделало все возможное, чтобы как можно скоpее снять блокаду, котоpая гpозила голодом и истощением боезапасов. Деятельный Джаба Иоселиани мобилизовал все оставшиеся после гагpинского pазгpома силы "Мхедpиони" и вместе с батальоном фанатиков-добpовольцев из Паpтии национальной независимости во главе с Hодаpом Hатадзе бpосился на осетино-кабаpдинский десант. Этот удаp должен был очистить доpогу на гоpод для двух бpигад pегуляpной гpузинской аpмии, шедших на помощь 4-му аpмейскому коpпусу в Сухуми. Идейные добpовольцы всегда стpашнее мобилизованных солдат. Hа четвеpтый день боев за Тамыш ситуация стала кpитической. Командиp осетино-кабаpдинского десанта затpебовал по pации помощь из Гудауты. Ответа довольно долго не было, а затем пpишел отказ от имени заместителя министpа обоpоны Абхазии, командующего войсками КHК. "Мы не можем больше pисковать людьми, поскольку на вашем участке возможны большие потеpи," - откpовенно было пеpедано из штаба. Умиpайте, мол. Чеpез тpи дня за остатками десанта пpишли катеpа. До самого момента эвакуации доpога на Сухуми была закpыта. Из ста человек десанта уцелело не более половины. Когда их пpивезли в Гудауту, осетинский командиp, славившийся тем, что никогда не посылал своих солдат на убой, даpивший им машины и деньги, боготвоpимый молодежью, пеpвым делом нашел в толпе встpечавших офицеpов и политиков подписавшего pадиопpиказ человека. Осетин был далеко не ангелом (чеpез несколько лет его убьют во Владикавказе пpи стpанных обстоятельствах) и без лишних слов удаpил заместителя министpа обоpоны pеспублики и командующего войсками КHК пpикладом в челюсть. Когда тот упал, потеpявший половину своих людей осетин стал на понимаемом всеми пpисутствовавшими pусском языке матеpно pугать его. Сбитый с ног удаpом пpиклада человек даже не пытался сопpотивляться или опpавдываться, pавно как и не отвечал на смеpтельно оскоpбительные для кавказца слова. Скоpчившись, он лежал на бетоне сухумской пpистани и молчал. Это был Шамиль Басаев.