Смерть Тентажиля

Смерть Тентажиля

СМЕРТЬ ТЕНТАЖИЛЯ — одна из трех миниатюр для театра марионеток (две другие — «Алладина и Паломид» и «Там-Внутри»). Марионетки — фламандские, брюссельские, антверпенские — были весьма знамениты еще в начале ХХ века, они с успехом разыгрывали драматизированные притчи, сказки, моралите и другие пьесы «абстрактного» жанра, для которого специфический язык этого театра (ритм, жест, маска) был лучшим театральным языком.

Отрывок из произведения:

СМЕРТЬ ТЕНТАЖИЛЯ — одна из трех миниатюр для театра марионеток (две другие — «Алладина и Паломид» и «Там-Внутри»). Марионетки — фламандские, брюссельские, антверпенские — были весьма знамениты еще в начале ХХ века, они с успехом разыгрывали драматизированные притчи, сказки, моралите и другие пьесы «абстрактного» жанра, для которого специфический язык этого театра (ритм, жест, маска) был лучшим театральным языком.

Три маленькие драмы Метерлинк написал в один год со своим первым театральным манифестом «Сокровище смиренных», с которого, как считают, начинается история современного театра. В этом манифесте Метерлинк подвел итог собственного раннего творчества; театр Метерлинка до 1894 года именуют его «первым театром».

Другие книги автора Морис Метерлинк

Морис Метерлинк

Синяя птица

Феерия в шести действиях,

двенадцати картинах

Картины

Картина первая. Хижина дровосека.

Картина вторая. У Феи.

Картина третья. Страна Воспоминаний.

Картина четвертая. Дворец Ночи.

Картина пятая. Лес.

Картина шестая. Перед занавесом.

Картина седьмая. Кладбище.

Картина восьмая. Перед занавесом, изображающим красивые облака.

Картина девятая. Сады Блаженств.

Морис Метерлинк

Слепые

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Священник.

Первый |

Второй } слепорожденные.

Третий |

Самый старый слепой.

Пятый слепой.

Шестой слепой.

Три слепые старухи, погруженные в молитву.

Самая старая слепая.

Юная слепая.

Слепая помешанная.

Старый-старый, первобытный северный лес под высоким звездным небом. Посредине, окутанный ночным мраком, сидит дряхлый священник в широком черном плаще. Он запрокинул голову, прислонился к высокому дуплистому дубу и застыл в мертвой неподвижности. С лица не сходит восковая желтизна, синие губы полураскрыты. Немые остановившиеся глаза уже не смотрят по сю, видимую сторону вечности, они словно налились кровью от неисчислимых, незабываемых мук и слез. Прямые и редкие пряди строгих седых волос падают ему на лицо, а лицо у него светлее и неподвижнее всего, что его окружает в чутком безмолвии угрюмого леса. Исхудалые руки он сложил на коленях. Справа шесть слепых стариков сидят на камнях, пнях и сухих листьях. Слева, отделенные от стариков деревом с обнаженными корнями и обломками скалы, сидят лицом к ним шесть женщин, тоже слепых. Три из них глухими голосами все время молятся и причитают. Четвертая необычайно стара. Пятая в позе, свидетельствующей о тихом помешательстве, держит на коленях спящего ребенка. Шестая поразительно молода; распущенные волосы закрывают ей стан. На женщинах, как и на стариках, широкие, мрачные и однообразные одежды. Почти все они, поставив локти на колени и закрыв лицо руками, чего-то ждут; должно быть, они давно уже отвыкли от ненужных жестов и не поворачивают голов на неясные тревожные звуки, которые раздаются на этом острове. Высокие кладбищенские деревья тисы, плакучие ивы, кипарисы - простирают над ними свою надежную сень. Недалеко от священника в ночной темноте цветут высокие асфодели. На сцене необычайно темно, несмотря на лунный свет, который кое-где пытается хотя бы

Человечество издавна беспокоил вопрос: одиноки ли мы во Вселенной? Те, кто задумывался над этим, чаще всего устремлялись мыслью в надзвездные миры, гадая, есть ли жизнь, например, на Марсе и как она может при этом выглядеть.

Между тем совсем рядом с нами обитают хорошо знакомые всем существа, жизнь которых нисколько не проще и не скучнее нашей. В их загадочный мир не так просто проникнуть: здесь не помогут вездесущие папарацци, да и сами обитатели ульев и муравейников вовсе не стремятся попасть на страницы светской хроники.

Эта непростая задача оказалась по силам Морису Метерлинку – бельгийскому поэту и драматургу, лауреату Нобелевской премии (1911). Под его поэтическим взглядом, полным доброжелательного внимания, сообщества термитов и пчел предстали во всей красе своих непростых взаимоотношений и стройной логичности внутренней организации. Книги Мориса Метерлинка о пчелах и термитах – блестящий пример того, как простой и гармоничный взгляд на мир позволяет обнаружить массу интересного и поучительного буквально под ногами, а заодно и избавиться от излишнего снобизма и комплекса собственной уникальности.

От редакции: предлагаемый читателю очерк написан Н. М. Минским в 1914 г. для Полного собрания сочинений Мориса Метерлинка, вышедшего в переводе и под редакцией Минского в издании Товарищества А. Ф. Маркса в Петрограде в 1915 г. Мы сочли целесообразным сохранить этот очерк, ибо он проникнут духом времени и созвучен по своей сокровенности мысли Метерлинка.

I

Метерлинк известен у нас большой публике как автор трагедий, и лишь немногие знают о нем как о философе, моралисте, учителе жизни. По сложившемуся мнению, Метерлинк один из первых узрел и воссоздал трагизм не только исключительных несчастий и героических коллизий чувств, но и серой обыденной жизни, то есть углубил и расширил область трагизма до бесконечности. А так как трагизм естественно соприкасается с пессимизмом, то многие считают автора «Слепых» и "Смерти Тентажиля" пессимистом или склонным к пессимистическому взгляду на жизнь. Между тем на самом деле Метерлинк один из самых убежденных, может быть, самый убежденный и наиболее подлинный оптимист в современной литературе. Приступая к чтению произведений этого «трагического» автора, вступаешь в полосу яркого, ровного, бестенного света.

Человечество издавна беспокоил вопрос: одиноки ли мы во Вселенной? Те, кто задумывался над этим, чаще всего устремлялись мыслью в надзвездные миры, гадая, есть ли жизнь, например, на Марсе и как она может при этом выглядеть.

Между тем совсем рядом с нами обитают хорошо знакомые всем существа, жизнь которых нисколько не проще и не скучнее нашей. В их загадочный мир не так просто проникнуть: здесь не помогут вездесущие папарацци, да и сами обитатели ульев и муравейников вовсе не стремятся попасть на страницы светской хроники.

Эта непростая задача оказалась по силам Морису Метерлинку – бельгийскому поэту и драматургу, лауреату Нобелевской премии (1911). Под его поэтическим взглядом, полным доброжелательного внимания, сообщества термитов и пчел предстали во всей красе своих непростых взаимоотношений и стройной логичности внутренней организации. Книги Мориса Метерлинка о пчелах и термитах – блестящий пример того, как простой и гармоничный взгляд на мир позволяет обнаружить массу интересного и поучительного буквально под ногами, а заодно и избавиться от излишнего снобизма и комплекса собственной уникальности.

Морис Метерлинк

Там, внутри

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

В САДУ:

Старик.

Незнакомец.

Марта |

} внучки старика.

Мария |

Крестьянин.

Толпа.

В ДОМЕ:

Отец |

Мать |

Две дочери } без слов.

Ребенок |

Старый сад, в саду ивы. В глубине дом; три окна нижнего этажа освещены. Довольно явственно видно семью, сидящую при лампе. Отец - у камелька. Мать облокотилась на стол и смотрит в пустоту. Две молодые девушки, в белом, вышивают, мечтают и улыбаются тишине комнаты. Склонившись головкой на левую руку матеря, дремлет ребенок. Когда кто-нибудь встает, ходит или шевелится, то благодаря расстоянию, свету лампы и неотчетливо видным оконным стеклам величественные, медлительные, скупые движения человека кажутся бесплотными.

Морис Метерлинк

Чудо святого Антония

Сатирическая легенда

в двух действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Св. Антоний.

Густав.

Ахилл.

Аббат.

Доктор.

Иосиф.

Пристав.

Двое полицейских.

Гортензия.

Виргиния.

Племянники, племянницы, дяди, кузины, гости и другие.

Действие происходит в наше время в маленьком

провинциальном городке.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Дед — слепой.

Отец.

Дядя.

Три дочери.

Сестра милосердия.

Служанка.

Действие происходит в наши дни.

Довольно темная зала в старом замке. Дверь направо, дверь налево и маленькая задрапированная дверь в углу. В глубине — окна с цветными стеклами, главным образом с зелеными, и стеклянная дверь, выходящая на террасу. В углу большие фламандские часы.

Популярные книги в жанре Драматургия: прочее

Пьеса в пяти действиях

По мотивам Александра Сумарокова

Пьеса для чтения и постановки известного российско-израильского писателя-сатирика, публициста и драматурга Марка Галесника – что-то вроде продолжения классической сказки Андерсена. Повзрослевший мальчик, который когда-то крикнул, что король голый, возвращается в родной город, разворованный портняжками-демократами. Убийственная сатира, превосходный русский язык и врожденное чувство сцены делают это пьесу замечательным чтением для ценителя хорошей литературы.

Издатель обладает правом на издание только электронной версии книги.

«В доме Мацневых на Посадской улице. Четверг Страстной недели, сияющий апрельский день; время к заходу солнца.

Просторный, провинциально обставленный зал-гостиная; у окон много зимних цветов, среди коих фуксия и уже зацветшая герань. Одно окно выходит в стеклянный коридор, идущий вдоль всего дома и кончающийся парадным крыльцом; другие четыре окна выходят на улицу – немощеную, тихую улицу, с большими садами и маленькими мещанскими домишками. Сейчас все заняты тем, что выставляют первую зимнюю раму. Собрались: сам Мацнев, Николай Андреевич, высокий, полный, красивый еще человек, со смуглым цыганским лицом; видимо, обычно носит русский костюм, но сейчас домашне и привычно распущен: красная шелковая, полурасстегнутая в вороте рубашка без пояса, широкие черные шаровары, внизу завязанные тесемочками…»

Великий полководец Амфитрион с триумфом возвращается с войны. Он ждёт у города, чтобы войти в него, в соответствии со всеми полагающимися традициями. В это время к его жене, прекрасной Алкмене, проникает Юпитер, принявший образ Амфитриона. При помощи Меркурия, сопровождающего его, он хочет завладеть красавицей, чей настоящий муж давно уже холоден к ней и больше занят войной и своей славой. Так перед нами начинает разворачиваться классическая комедия, посвящённая, на самом деле, современным и, прежде всего, семейным проблемам, не потерявшим своей актуальности до сих пор.

Петер Хакс – немецкий драматург, поэт и эссеист. В 60-е годы стал основателем социалистического классицизма и считался одним из наиболее значительных драматургов ГДР. Длительное время Хакс был единственным современным писателем, чьи произведения ставились на театральных подмостках не только ГДР, но и ФРГ. Всемирную известность Хаксу принесла его пьеса «Разговор в семействе Штейн об отсутствующем господине фон Гёте».

Перевод с немецкого Эллы Венгеровой

Пьеса «Фредегунда» – еще одно обращение Петера Хакса к событиям давно минувших дней. В центре сюжета – реальная историческая личность – Фредегунда. Дословно это имя переводится со старого верхнего немецкого, как «мирная воительница». Фредегунда была королевой франков в VI веке. Но в начале своего пути она была лишь простой наложницей. Фредегунда погубила жену франкского короля Галсвинту и заняла ее место, нажив себе врагов и продолжив борьбу за власть, которую она получила.

Лидия Мартин, знаменитая актриса. Слегка за 50 или 60.

Даниэл, её сын. 20 с небольшим. Обаятельный, хорошо воспитанный.

Катерина, личный костюмер Лидии.

Пол, отец Даниэла, чуть моложе Лидии.

Роже, режиссёр спектаклей с участием Лидии.

Чарльз, жених Лидии. Весьма почтенного возраста. Очень богат.

Барри, агент Лидии.

Декорации

Действие пьесы не привязано к какому-то конкретному месту или времени. Однозначно может происходить как в наше время, в современной обстановке, так и во второй половине прошлого столетия. И время, и место действия — всецело во власти и видении режиссёра и художника спектакля. В зависимости от выбранного времени может, в определённой степени, меняться и язык героев пьесы.

В разгар Второй Мировой войны в Берлин на встречу с Гитлером приезжает Муссолини. Пока фюрер и дуче заняты своими делами, их любовницы, Ева Браун и Клара Петаччи, коротают время в обществе друг друга и солдата, приставленного прислуживать им и не спускать с них глаз. Постепенно легкомысленная женская болтовня приобретает зловещее звучание.

Постановки и публикации: пьеса написана для Citizens Theatre в Глазго, где и была поставлена впервые — премьера состоялась 20 января 1978 года. Премьера в Вест-энде в Лондоне состоялась 28 апреля 1982 года; в спектакле были заняты Гэри Олдман, Гленда Джексон и Джорджина Хейл.

В России постановок и публикаций нет.

«В павильоне киностудии темно, только через открытую дверь проникает свет из коридора. Смутно темнеет декорация напоминающая пьедестал, но без памятника. Неподалеку от двери стоит ассистент Аня, говорит по крохотному телефону.

Аня(по телефону). Зоя Ивановна, вы режиссёр, вы должны были вообще здесь развалиться в кресле и ждать пока продюсер разрулит ситуацию. Я считаю, что вы уже и так перед этими «светиками» унизились. Почему вы должны были их просить?! Пусть продюсер приедет и сам уговаривает их… Я пришла – в павильоне не души… Нет здесь никого…

Входит Горячев. Он явно взволнован…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Ночь, что связала узами страсти внезапно осиротевшую Серену Фостер и отчаянно неопытного Рори Кленденнинга. пронеслась. точно сон... и очень скоро девушка подпала пол магическую власть обаяния Ларрела Квика, считавшегося многоопытным обольстителем. Однако в час страшной опасности, угрожающей жизни Серены. КТО из двоих мужчин прилет eй на помощь? КТО станет се защитником и спасителем, ее возлюбленным и супругом?..

В богатом флоридском порту Тампа «золотая молодежь» скучала настолько отчаянно, что приход армейских частей показался просто благословением. Только что появившаяся в свете Джессика Мэннинг радостно закружилась в вихре балов, пикников и приемов, упиваясь ухаживаниями галантных офицеров. Покорить сердце девушки пытаются двое привлекательных мужчин – Нейл Дансер и Брилл Крогер. И от того, кому из них это удастся, зависит судьба Джессики, ведь один из поклонников – благородный джентльмен, другой же – коварный негодяй...

Очаровательная Джемайна Бенедикт, отвергнув многочисленные возможности сделать блестящую партию, отправляется в Филадельфию, чтобы работать там в крупном журнале для дам, и встречает знаменитого журналиста Оуэна Тэзди. Джемайна твердо намерена не связывать себя тягостными семейными узами, Оуэн превыше всего ставит свою свободу и независимость. Однако никакие доводы рассудка, никакой здравый смысл не в силах переломить их пламенной, исступленной тяги друг к другу…

В книге обобщен личный опыт обучения стрельбе из пистолета, накопленный автором в результате своей многолетней преподавательской практики.

Автор рассказывает об основных положениях при стрельбе из пистолета, дает советы, как научить правильно выполнять приемы и правила стрельбы.

Излагаемые автором вопросы не могут подменить положений и указаний существующих Наставлений по стрелковому делу; предлагаемые методы обучения не должны рассматриваться как шаблон.

Книга предназначена для офицеров Советской Армии и курсантов военных училищ.