Смерть молчит

МИШЕЛЬ ЛЕБРЮН

СМЕРТЬ МОЛЧИТ

Перевод И. В. Тополь

I

Прежде чем распахнуть двери, проверил, который час. Ровно десять. Все уже работали; слышен был обычный рабочий шум, мелкая дробь пишущих машинок. Когда он появился в дверях, разговоры стихли. Торопливо, не сняв даже шляпы, он пересек зал, кивая в ответ на поклоны сотрудников.

- "Каждое утро одно и то же... Они разглядывают меня, как экзотическое животное. Что они думают, чего ждут? Что рухну посреди бюро или пущусь в пляс? Ох уж эти взгляды за спиной! Лучше бы издевались в открытую. Но нет, они дождутся, пока я засяду в свою клетку и запру дверь, - вот тогда и начнутся шуточки!"

Другие книги автора Мишель Лебрэн

Элегантный психологизм М. Лебрюна, мощь преступной логики к сила страсти в романе П. Квентина, изысканная простота и предельная напряженность повествования Джорджа X. Кокса — все это делает сборник интересным для самого широкого круга читателей.

Красивая молодая женщина, ослепшая в результате ранения, вступает в борьбу с целым преступным синдикатом, который охотится за ней. Выйдет ли она победительницей из этой неравной схватки? Роман написан в жанре остросюжетного приключенческого детектива.

"Весь свет на Сильвию" во Франции стал обладателем премии на лучший «полицейский» роман. Динамический сюжет, яркие характеристики героев, захватывающая интрига и… неожиданная развязка, — все это делает роман увлекательным чтением не только для любителей детективного жанра.

На площади Инвалидов сверкали огни ярмарочного праздника. Мужчина, который вел машину, приостановил ее, чтобы пропустить группу пешеходов, а девушка вскрикнула.

— О, праздник! Я их обожаю! Пойдем туда?

Он слегка улыбнулся:

— Если хотите.

Он нашел свободное место у тротуара и, сделав два точных маневра, поставил машину. Пара вышла из машины. Девушка разгладила свою узкую юбку. Ей было едва ли больше восемнадцати лет. Не колеблясь, она просунула свою руку под руку мужчины и прижалась к нему.

В восьмой выпуск серии вошли повесть Француа Шабрея «Мэт разбудил петуха» и романы Мишеля Лебрена «Одиннадцать часов на трупе», Жана Брюса «Под страхом смерти», Буало-Нарсежака «Разгадка шарады — человек».

Мишель ЛЕБРЕН

ОДИННАДЦАТЬ ЧАСОВ НА ТРУПЕ

ГЛАВА 1

ПЕРИПАТЕТИЧЕСКИЙ (АЯ) - прилагательное (от греч. "перипатетикос"). Имеющий отношение к перипатетизму: перипатетическая секта. Напр., тот, кто следует учению Аристотеля.

Словарь Ларусс

Майская ночь. По темным аллеям Булонского леса неспешно катил "бьюик". За рулем сидел Бремез-младший по прозвищу Громила. Рядом примостился слегка побледневший, с пистолетом в правой руке Фредди. На заднем сиденье прильнули к боковым стеклам два других, не менее крутых, парня. Им было явно не по себе.

Популярные книги в жанре Детективы: прочее

Мориарти Крэйг

Гениус

ГЛАВА 1. Клиент.

Я полюбил его с первого взгляда.

Немалую роль здесь сыграл цвет - неописуемо шикарный, вроде серого перламутра, если бы таковой существовал в природе.

О чем-то таком всегда грезили пользователи бессонными ночами.

В дороге нормальный человек оторван от своего любимого компьютера, а даже если у вас есть ноутбук - мало приятного таскать эту махину с собой (около трех килограммов живого веса, плюс дискеты и батарея). Да с сумкой, а бывает, еще чего-то нужно взять ... К вечеру руки вы себе оборвете, это я вам гарантирую.

Евгений Кукаркин

Будни после праздника

Вчера был праздник Святого Валентина, попечителя всех влюбленных, а так же хранителя надежд, во всех тюрьмах, лагерях и закрытых сумасшедших домов, тех кого охраняют и тех, кто охраняет. Это праздник для надсмотрщиков, надзирателей, обитателей камер и палат, конечно, всей многочисленной охраны закрытых заведений. Вчера пили все, солдаты, офицеры, прапоры, врачи, кое что досталось и заключенным.

Стив Линдли

МЕРТВАЯ ХВАТКА

- Умерла, да? Чарли Киннелман курил сигарету. Прижав трубку щекой к плечу, он освободил руку и почесал коленку, заляпанную смазочным маслом и краской, потом выглянул из окна. За бензоколонками виднелось шоссе, самое оживленное в Кентукки. Но Чарли не мог сосредоточиться: перед глазами маячило лицо Джины Татл. - Нет, - сказал он. - Вчера я навещал мисс Татл в больнице. Никакой надежды... Кажется, в два часа ночи... Как вы знаете, в прошлом году мы с Джиной недолго встречались, ходили в кино... Да, ужасно. Трудно себе представить. Становится просто не по себе. Эта проклятая дорога плохо освещена, а сумасшедших ездит уйма. Следовало бы... Тут шериф перебил Чарли, и тот умолк, приглаживая пятерней волосы, размазывая по ним масло и краску. - Ее сбила красная машина? И это все, что вам известно? Нет, но в нашем графстве каждый второй грузовик выкрашен как пожарный драндулет. Во всяком случае, такое создается впечатление... Вы же знаете, что мой "рэмблер" зеленый. Всегда был и всегда будет зеленым. Не говоря уже о том, что движок второй день не заводится. Машина висит на подъемнике. Трансмиссия... Я понимаю, что вы должны проверить всех. Я тут безвылазно уже два часа и никого не видел. Обычно все, кто едет по шоссе, заглядывают ко мне заправиться, это для вас не новость... Конечно, позвоню, если узнаю что-нибудь. Не волнуйтесь, не такой уж я простак, дождусь, пока уедет... Продолжая смотреть на дорогу, Чарли переложил трубку в правую руку, а левой почесал лоб. - Понимаю, не беспокойтесь. Извините, мне надо идти, клиент ждет. Повесив трубку, он закрыл лицо руками, но образ Джины не исчезал, наоборот, вырисовывался еще четче. Толкнув ногой железную решетчатую дверь, Чарли вышел на улицу. Может, на ярком утреннем солнце станет легче. Надо же, что придумала эта Джина Татл! Черт бы ее побрал! Только ей могло взбрести на ум тащиться домой по обочине шоссе, да еще безлунной ночью. Да, конечно, она была смазливенькая, нравилась всем в округе, но требовала неусыпной заботы. Вечно с ней что-нибудь приключалось: то рука в гипсе, то похлебкой обольется, то еще что... Горе луковое. А теперь вот ее и вовсе нет. Наверное, рано или поздно это должно было случиться. Но эта мысль не подняла Чарли настроение и не улучшила его самочувствие. Чарли подошел к автомату и добыл из него банку "спрайта". Услышав его шаги, сидевший на цепи за гаражом доберман громко залаял. Чарли достал из кармана мелкую монету и запустил ею в железную ограду, чтобы пес помчался на звук и перестал действовать на нервы. Полез было в карман еще за одной, но тут услышал знакомое шуршание колес. Он обернулся и увидел багровый "понтиак" шестьдесят третьего года выпуска. Водитель притормозил у заправки, как бы раздумывая, въезжать или нет, потом медленно свернул и остановился у последней колонки, впритык к груде старых покрышек. Чарли не видел передний бампер, но без труда заметил вмятину на левом крыле. С минуту он стоял, ошеломленный, разглядывая "понтиак", потом судоржно сглотнул и медленно побрел к насосу.

Джон Лутц

ПРОФЕССИОНАЛЫ

- Я зарабатываю на жизнь воровством, - заявил Эндикотт. Он сидел в кожаном кресле, скрестив ноги. Перед ним стоял тяжелый, отполированный до зеркального блеска стол, за которым восседал человек по имени Дэвид Гробнер. Внешне мужчины были прямой противоположностью друг другу. Эндикот - спокойный, почти сонный, Гробнер - деятельный, подвижный, настоящий живчик. Эндикотт был ростом под два метра, Гробнер едва дотягивал до полутора. Он считал себя прозорливым руководителем, а большинство своих подчиненных - неполноценными людьми. Тем не менее, русого красавца Эндикотта и черноволосого квазимодо Гробнера объединяла присущая обоим черта - жажда доллара. И умение "ухватить"его. - Я живу на прибыль, - продолжил мысль Эндикотта Гробнер. - Добиваться ее - моя задача как члена правления "Компаний Гробнера". Я отвечаю перед людьми, которые платят мне жалование, то есть, перед вкладчиками. А они боги делового мира, мистер Эндикотт, и я нанял вас служить этим богам. - Вы хотите сказать, что я вор, а вы нет? Гробнер мерзко осклабился. - А вы оправдываете свое поприще передо мной или перед ними? - Я просто напоминаю, что выполняю ваши поручения. Никаких нравоучений вы от меня не услышите. Мои доводы в защиту моего рода занятий ничем не отличаются от ваших. Гробнер встал, отчего стал казаться еще меньше рядом со своим громадным столом. Дорогой костюм изящного покроя обтягивал его тучную фигуру. Эндикотт отметил, что его собственный костюм, не более дорогой, сидел на нем гораздо лучше. Что бы ни говорил каждый из них в свое оправдание, было ясно, что род занятий у них один и тот же - делать деньги. Эндикотт лениво поднялся, словно был готов зевнуть и потянуться. Но он улыбнулся и сказал: - Указания я получил, деньги тоже. Договоров на выполняемую им работу никто не заключал. Все зижделось на доверии и сообразительности Эндикотта, который уже много лет обитал в дебрях корпоративных джунглей. Однажды его заметили в конкурирующей компании и предложили выкрасть формулу нового инсектицида, не имеющего запаха. Обещали хорошо заплатить и помалкивать о сделке. Он продал формулу. Но на этом его сотрудничество с клиентами не закончилось. Оно развивалось столь успешно, что скоро Эндикотт начал смотреть на кражи как на обычную работу, ничем не отличавшуюся от любой другой. Он быстро стал профессионалом и считал себя лучшим в своем деле. Звучное выражение "промышленный шпионаж" не значило для него ровным счетом ничего: Эндикотт считал себя обыкновенным вором и даже гордился этим. В его работе важнее всего было не терять ощущение реальности. Когда важному клиенту, такому, как "Компании Гробнера", требовались сведения, надо было просто "обронить словечко" в нужном месте, и Эндикотт вырастал будто из-под земли. Его услуги стоили дорого, но на него можно было положиться: он не вел никаких записей и, главное, был чертовски осторожен. После похищения чертежей из "Дженерал-армаментс", председателем правления которой был приятель Дэвида Гробнера, последний быстро разыскал Эндикотта и дал очередное задание. Для начала Эндикотт хорошенько изучил здание штаб-квартиры корпорации "Бадмен". Это было старое двадцатиэтажное строение в весьма неприглядном районе, недалеко от реки. Корпорация выпускала автомобильные сцепления, особой тайны они собой не представляли, поэтому и охраны в здании не было. Такому знатоку дела, как Эндикотт, ничего не стоило проникнуть туда. В полночь, менее чем через десять часов после беседы с Гробнером, Эндикотт поставил свой неброский "форд" в квартале от здания компании, переоделся в темные брюки и куртку, натянул кеды и легко перепрыгнул через ограду автостоянки корпорации. Машин на стоянке не было, значит, все работники уже разъехались. На отключение сигнализации потребовалось менее пяти минут. Взломав замок боковой двери, Эндикотт вошел в здание. Кровь мгновенно прилила к лицу, дыхание участилось и сделалось громким. Он испытывал душевный подъем. Вот почему ему так нравилась эта работа. Лифт - опасная штука. Эндикотт проворно взбежал на третий этаж на упругих ногах. Гробнер снабдил его точным планом здания. Эндикотт повернул направо, к кабинету Брэда Бадмена, на двери которого красовалась табличка "Президент". Дверь была не заперта. Открыв ее, Эндикотт вошел в приемную. Фонарик не потребовался: сквозь тонкие занавески просачивался свет уличных фонарей. Дверь в кабинет президента была на замке, но Эндикотт быстро открыл ее. Он включил настольную лампу, предварительно прикрыв ее своей курткой. С улицы этот свет не заметят, а для работы его вполне достаточно. В углу, как и сказал Гробнер, стоял громадный черный шкаф. Он был заперт. Папку с описанием новой модели пневматического сцепления хранили в нижнем ящике. Все шло как по маслу. Эндикотт усмехнулся и направился в угол. Вдруг он остановился, повернулся к двери и замер. Дверь тихо открылась, и в кабинет вошла женщина. Почти такая же рослая, как сам Эндикотт, стройная, длинноногая, спортивная. Очень бледное овальное лицо обрамляли волосы, разделенные прямым пробором. Казалось, женщина испугалась и удивилась не меньше Эндикотта. Заметив, что он облачен в черные одежды, женщина успокоилась. Признала "своего". Теперь, когда ее черты разгладились, лицо сделалось красивым. - Ага, вор! - сказала она. - Но не опасный. Будь у вас оружие, вы уже давно взяли бы меня на мушку. - То же самое можно сказать о вас, - Эндикотту понравилось ее умение быстро оценивать положение. - Я полагаю, оружия нет, потому что мы оба профессионалы. Я не обижаюсь на "вора", ибо именно таков род моих занятий. Полагаю, что и ваших тоже. Женщина медленно покачала головой, отчего ее волосы сделались похожими на волны. - Я не воровка, - сказала она. Эндикотту не понравился ее тон. - Моя работа - поджоги. - Выражение ее лица изменилось, в темных глазах засверкали озорные искорки. - Кажется,мы сможем договориться. - Мне нужна только папка, - с легким презрением ответил Эндикотт, который считал поджигателей больными людьми. - Потом можете спалить все, что хотите, в угоду собственным потребностям и желаниям вашего работодателя. Видимо, речь идет о страховке. - Разумеется, - согласилась очаровательная поджигательница. - Вы бы удивились, узнав имена некоторых моих прежних клиентов. - Могу сказать то же самое. В душе Эндикотта нарастала неприязнь к этой пускательнице красного петуха, хотя она все больше интриговала его. Но в этот миг в их беседу вмешалась сама Судьба. - Между прочим, - раздался вдруг голос, и из-за шкафа на середину комнаты вышел до сих пор не дававший о себе знать мужчина, - у вас был как минимум один общий клиент. Мужчина был поджар и элегантен, одет в прекрасно сшитый темный костюм строгого покроя. Короткие волосы. Миловидное лицо. Ни дать ни взять делец с хорошим вкусом. Управляющий среднего звена в какой-нибудь крупной компании. Эндикотт почувствовал, как по спине поползли мурашки. Появление поджигательницы могло быть случайностью, но присутствие этой личности не сулило ничего хорошего. Похоже, и он сам, и женщина угодили в западню, устроенную, конечно же, не Судьбой. - А кто этот клиент? - спросил Эндикотт. - "Дженерал-армаментс". Они слишком многое поставили на карту, и им необходимо обеспечить секретность. Этого требуют вкладчики. Эндикотт понял, кто заманил его в ловушку. "Дженерал-армаментс" с помощью Гробнера. - Я умею держать язык за зубами, - заявила поджигательница. - Так что пусть "Дженерал-армаментс" не волнуется. - Ее голос дрожал, она начинала чувствовать нутром то, что уже осознала умом. - Пожалуйста, поймите, у меня, как и у них, необычная профессия. Я зарабатываю на жизнь поджогами. - А я - кражами, - добавил Эндикотт, но тут же понял, что все бесполезно: у этого человека тоже свой, весьма редкий род занятий. Миловидный щеголь достал из-за пазухи пистолет с глушителем и улыбнулся, словно разъездной торговец, заключивший удачную сделку. - Я верю вам обоим, - сказал он. - Но я профессионал, как и вы. Разница только в том, что моя работа - убийство. Этим я добываю хлеб насущный. Он дважды спустил курок. Результат был именно такой, какого требовала его профессиональная гордость.

Гарольд Мазур

Бумеранг

Перевели с англ. Хелена Вернер (Бурбанк),

Андрей Шаров (Москва)

Тщедушный человечек на свидетельском месте теребил краешек своего галстука. Он был секретарем Рейнора и одним из двоих людей, которые оказались в доме окружного прокурора тем вечером, когда его убили.

Я спросил его:

- Не говорил ли вам Рейнор в день своего убийства, что собрал против обвиняемого улики, которых достаточно, чтобы отправить его на виселицу?

ЛОУРЕНС МЕЙНЕЛ

СМЕРТЬ ДОНЖУАНА

Глава 1. Рассказывает Энтони Лэнгтон

Сильвермен сказал:

- Послушайте, дружище, такое случается довольно часто. Вспомните только о Непере и логарифмах.

Я поинтересовался, какое отношение имеет ко мне Непер, а также его логарифмы, будь они неладны.

Лео Сильвермен изящно развел руками; наш Лео С. отличался чертовской обходительностью. Что было довольно благоразумно с его стороны, поскольку когда я вошел в его тихую, сплошь в коврах, контору на Пэнтон-Стрит, я готов был взорваться в любую минуту. Но он довольно быстро сумел заставить меня стравить пар.

А. МЕЛЬБУР

УБИЙСТВЕННЫЙ ЧЕМПИОНАТ

1

Шоссе вихляет, как пьяная лошадь. За окном мелькает привычная до тошноты картина. Серые, обшарпанные многоэтажки, вросшие по пуп в землю дома индивидуального сектора вперемешку с неухоженными мусорными кучами, щербатые заборы... Чтобы меня и в самом деле не стошнило, пришлось закрыть глаза и выжать до предела педаль акселератора. Машина недовольно буркнула и выдала на дисплей: "Шеф, я не совсем согласна с тобой!", но все же увеличила скорость и стремительно понеслась по знакомому маршруту.

Известная писательница исчезает из собственного дома при загадочных обстоятельствах. Первым под подозрение попадает ее муж. Именно он позвонил в службу спасения, сообщив, что нашёл супругу мёртвой в бассейне. Однако прибывший наряд полиции не обнаруживает никаких следов женщины.

После нескольких лет безуспешных поисков расследование заходит в тупик. С мужа писательницы, Алана Флеминга, снимают все обвинения, а ее саму признают умершей и закрывают дело.

Тайна исчезновения так и осталась бы неразгаданной, но в жизни Алана появляется ещё одна загадочная фигура – Аннабель Одли, кузина его пропавшей жены. Анна сообщает, что состояла с сестрой в многолетней переписке, и даёт понять, что знает куда больше, чем Алан рассказал следствию.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Виктор Леденев

Адская машина

Пролог.

Энский аэродром военно-транспортной авиации. 1 мая 1968 года.

Автобус медленно подъехал к КПП. Дежурный офицер покосился на задернутые эанавесками окна и потребовал освободить салон.

-- Вы что, на пляж приехали? Выйти всем и проходить через КПП. Бегом, марш!

В автобусе никто не шелохнулся. Дежурный начал медленно багроветь, но спас его от преждевременного инфаркта посыльный из штаба. Дежурный прочитал записку и махнул рукой.

Виктор Леденев

Кораблекрушение

На тихим лесным озером медленно сгущались сумерки. Солнце еще светило, почти касаясь горизонта, но его лучи уже потускнели и лениво отражались в спокойной, почти черной в это время воде. Легкий ветерок иногда давал о себе знать пятнами ряби то здесь, то там, но так же быстро и стыдливо утихал, будто не смея потревожить подступающий сон озера...

Рыбацкие лодки и катера стояли в неподвижной воде с застывшими фигурами рыболовов, и лишь изредка это спокойствие нарушалось резкой подсечкой и трепыханием пойманной рыбы. Хозяин рыболовного приюта "Нордске" сидел на веранде своей небольшой гостиницы и наблюдал в бинокль за клиентами. Гостиница и эллинг были весьма скромными, да и доходы приносили тоже не ахти какие, но старый Свенгвельд был доволен и своим приютом, и своими доходами. Такие богатые клиенты, как этот Бо Ларссон всегда платили хорошо, оставляли крупные премиальные, да и другие, особенно владельцы катеров, хранившихся здесь, тоже не были скупердяями. Жизнь на озере нравилась Свенгвельду, так что причин для огорчений, на его взгляд, не было. А этот господин Ларссон и сегодня в ударе, то и дело удилище резко взмывает вверх, а, значит, еще один крупный окунь стал его

Виктор Леденев

Неделя на ликвидацию

"Теперь твою возмужалость.

И непокорность судьбе

Оценит горький и трезвый

Суд, равных тебе"

Редьярд Киплинг

"Бремя белого человека"

"Большинство дебютов шахматных партий

начинаются с продвижения одной или не

скольких пешек, чтобы дать возможность

ввести в бой более тяжелые фигуры"

" Начальный курс шахматной игры"

СПБ, 1912 год

Виктор Леденев

Последний полет

Я никогда не слыхал о таком преступлении,

которое не мог бы совершить сам.

Гете.

Двухмоторная "Сессна-302" взвыла двигателями и медленно покатилась по

зеленому полю аэродрома, увлекая за собой краснокрылый планер. Техник некоторое время бежал, поддерживая крыло планера, пока оно не почувствовало набегающий поток воздуха и не приняло его. "Сессна" еще заканчивала разбег, а легкий планер уже парил, пока еще привязанный к самолету легким тросом. Как пара весенних уток, самолет и планер большими кругами набирали высоту. Наконец пилот планера почувствовал плотный удар теплого воздуха снизу и радостно прокричал пилоту "Сессны": "Есть! Я его поймал!"