Смерть голубки

Смерть голубки

Честно говоря, рассказ – не мой формат. Поэтому их тут всего два. Это минус.

С другой стороны, рассказ дает возможность очень быстро понять – что за автор под обложкой. Это плюс.

Таким образом, «Смерть голубки» – своего рода трейлер к серии «Рита Волкова – 1, 2, 3, 4 и т. д.»

Не понравилось? Да и ладно, всего три остановки «потрачено», завтра можно на другого автора переключиться.

Другие книги автора Елена Колчак

1. Германн. Визит старой дамы.

— Она не могла этого сделать!

Дама, сидевшая напротив меня… впрочем, какая дама? Почти старуха, наверняка не первый год на пенсии. Из тех, у кого всех забот — дача да внуки, а на себя давным-давно рукой махнула — вся в чем-то невнятно-сереньком, влажные волосы кое-как заколоты, о косметике и вспоминать неприлично. И имя ей подстать, такое же обыденное и неброское — Валентина Николаевна.

Хотя если приглядеться…

Левая нога девушки была обута в черный ажурный чулок. Второй чулок стягивал шею. Впрочем, в свете фар его было не разглядеть. В неясном пятне возле левого колена с некоторым усилием можно было разобрать останки букетика маргариток. Метрах в десяти от тела виднелись неизбежные фигуры зевак. Несмотря на ночное время, их было не так уж мало. Фотографы имелись в количестве двух человек: один, как и положено, милицейский, другой знакомый. Как, однако, у коллег из «Криминальных новостей» это ловко получается — мало того, что каждый раз вовремя в нужном месте оказываются, так им еще и снимать разрешают. Фантастика!

Заставь дурака Богу молиться…

Пролог

— А еще я в нее ем!

Из анекдота

— Да чтоб она сдохла, эта стерва! Все отлично складывалось, так нет, тут эта фря мешается. Ну погоди, я тебе покажу небо в алмазах!

Почти одновременно этот монолог — с точностью до выбора выражений — произносили три совершенно разных человека. И даже… Впрочем, так все еще больше запутается, лучше по порядку.

Да что же это такое! Почему со мной вечно что-нибудь случается? Ну хорошо, не со мной лично — рядышком. Но мимо-то как пройдешь? А никак. Говорят, это называется «активная гражданская позиция». Может быть, может быть. Только странная она у меня какая-то. На выборы не хожу — разве что по работе занесет. На митинги и прочие «активногражданские» акции — аналогично. На собрания некоего «домового актива» (свят, свят, свят, с нами крестная сила! изыди!) меня и вовсе не дозовешься. Ну их. А все почему? На митингах и прочих собраниях все ясно, как майское утро, и очевидно, как ньютонова механика.

— Это чей стакан? Рита, тебе чего налить?

— Давай сухонького, если еще не все выпили, — мне подумалось, что присутствие на редакционном столе иных напитков, кроме водки или пива, — случай, близкий к уникальному.

Соседняя забегаловка, должно быть, делает на пропое журналистской братии полплана. Особенно летом. А отдельным избранным еще и в долг наливают. Но это так, на бегу согреться (независимо от окружающей температуры, ибо только наш человек способен выпить сто грамм «для сугреву» в тридцатиградусную жару). Не пьянства ради, а дабы не отвыкнуть.

Багровые пятна зловеще выделялись на смятой салфетке. На ярко блестевшем лезвии лежавшего рядом ножа, приглядевшись, можно было заметить похожие красноватые полосы. Кое-где в углублениях резьбы на рукоятке виднелись темные точки.

Я, конечно, не стала брать нож в руки — даже не стала до него дотрагиваться. Почувствовав себя героиней триллера, рефлекторно оглянулась — никого — приподняла довольно длинную банкетную скатерть и заглянула под стол (если на ноже — кровь, то должен быть и мертвец, а по всем законам жанра именно под столом ему самое место). Даже вдохнула на всякий случай поглубже — ведь при обнаружении трупа девушке положено орать, да?

Популярные книги в жанре Иронический детектив

Увидев остановившуюся на мосту машину, полицейский Джонсон сначала не обратил на нее внимания. Но, когда дверца раскрылась и из машины появился высокий мужчина, патрульный сразу насторожился.

Он уже не первый год патрулировал этот участок и прекрасно знал, что мост Даунбридж пользовался популярностьбю не только у влюбленных парочек и романтиков, но и у… самоубийц.

Внимательно оглядевшись по сторонам, мужчина сначала неторопливо подошел к ограждению, потом взялся за поручень. Полицейский тихо выругался и бросился к нему.

— Будь я помоложе, сам бы все сделал, — сказал Джон Харпер. — Но с возрастом человек утрачивает ловкость. Тем и плоха старость, что приходится переквалифицироваться в организатора и возлагать ответственность за исполнение на других.

Касл промолчал.

— Будь я помоложе, — снова завел свое Харпер, — убил бы их своими руками. Зарядил бы револьвер и вышел на охоту. Выследил бы их всех по очереди и пристрелил. И Бэрона, и Милейни, и Холландера, и Росса. Всех поубивал бы. — Старик разомкнул губы и усмехнулся. — Должно быть, я сейчас выгляжу странновато. Джон Харпер, жаждущий крови. Президент банка, бывший президент двух клубов и торговой палаты, самый видный из арлингтонских горожан, и вдруг хочет кого-то убить. Ну, да вы знаете, Касл, успех расслабляет. Истончает кишки, ломает хребет, связывает руки. Вы и понятия не имеете, какой это искусный хирург — успех.

Алекс Пени просыпается в убогом номере дешевой нью-йоркской гостиницы рядом с окровавленным трупом проститутки. Страдающий амнезией алкоголик, Пени не помнит, что произошло, за исключением того, что накануне вечером он привел погибшую девушку к себе в номер. Он уверен, что невиновен в убийстве, однако ситуация серьезно осложняется тем, что Пени уже был осужден за аналогичное преступление и лишь недавно освободился из тюрьмы.

Наш самолет вылетел из аэропорта имени Кеннеди в 8:25 вечером невероятно паскудного вторника крайне пакостного августа. В течение последних двух недель люди, которые по долгу службы должны хоть что-то кумекать в погодных делах, упорно прогнозировали ливневые дожди с последующим спадом жары. Но ливень все откладывался и откладывался, а жара стояла несусветная, так что впору было заподозрить работников городского бюро погоды в командной игре на метеорологической рулетке, где сколько ни удваивай ставки на «Дождь» и «Прохладно», выигрыш все равно выпадает на «Жару» и «Ясно». Если бы так продолжалось еще дня три, эти бедолаги рисковали продуть все свои фишки. Потому-то мы и решили дунуть из Нью-Йорка.

Не повезло обаятельному взломщику Берни Роденбарру. В самый неподходящий момент его заперли в шкафу. А уже украденные, почти упакованные драгоценности остались в другом конце спальни! Но беда не приходит одна... К тому времени, как Берни проложил себе путь к свободе, он обнаружил, что камешки исчезли, а их хорошенькая владелица — убита.

Краткая канва событий

В городе Нижний Пропил существует секретное производство, которое настолько засекречено, что никто действительно не знает наверняка, чем оно занимается. В одно время года оно выпускает духи "Диоксиния Натрия" ("Радость забытого дыхания"), в другое - удобрения для полей под поэтическим названием "ПЕРЕПАШКА", а еще жидкость для мытья стекол, чернила для авторучек, лакокрасочные покрытия "НАВСЕГДА", клеи бытовые, прокладки "Кэр-Фри-Супер" с кевлоровым покрытием и т.д. Настоящим же производством занимаются в небольшой лаборатории на окраине и готовят там инградиенты для перспективных ОВ. Лаборантом на этом

Один из трех рассказов, примыкающих к циклу о Берни Роденбарре.

Вот, писал на ПВ-3, но потом решил, что опять не пропустят — поэтому решил сразу выложить в своем разделе — ибо "к чему этот мучительный процесс?"(с) Если кто-то вдруг не понял — это стеб над "Пятнадцатилетним Капитаном" Жюля Верна:-)

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

«Егорка» — сборник рассказов о советских школьниках, мальчиках и девочках, хороших и дружных.

Повесть о том, как проводит лето в деревне городской мальчик, живой и любознательный по своему характеру, но изнеженный и неуклюжий, привыкший к опеке мамы и бабушки. Сюжет повести строится на событиях весёлых, поучительных и драматичных.

Третья книга. Приключения продолжаются.