Смена караулов

В романе живут и работают наши современники, люди разного возраста, самых разных сфер деятельности (строители, партийные работники, творческая интеллигенция), сплоченные общностью задач и цели — дальнейшим совершенствованием советской действительности.

Отрывок из произведения:

По всему южному окоему Уральского хребта величаво шла в торжественном сиянии громкая июньская гроза.

Ступенчатые раскаты грома набегали друг на друга, сшибались со встречными взрывными волнами, рушились на дно глубоких звончатых распадов. Густые пряди ветреного дождя то накрепко свивались в тонкие жгуты, то, рассыпаясь, занавешивали горы плотными льняными шторами…

Максим Воеводин попросил остановить машину на обочине грейдера, отороченного пышной бахромой шалфея. По гребням кряжистых увалов, что обнимали степь с востока на запад, ходко вышагивал богатырский ливень. Он огибал степь, кружным путем ступая на очередной шихан, который тут же исчезал из виду. Порывистый ветер гнал впереди лиловую тучку: поизрасходовав градовый заряд, она двигалась налегке — полуденным летучим облаком, но никак не могла оторваться от грозового фронта, охватившего полнеба.

Другие книги автора Борис Сергеевич Бурлак

Последняя повесть недавно ушедшего из жизни известного уральского прозаика рассказывает о завершающих днях и часах одного из крупнейших сражений Великой Отечественной войны — Ясско-Кишиневской битвы.

Издается к 40-летию Победы советского народа в Великой Отечественной войне.

Роман Бориса Бурлака «Левый фланг» посвящен освободительному походу Советской Армии в страны Дунайского бассейна. В нем рассказывается о последних месяцах войны с фашизмом, о советских воинах, верных своему интернациональному долгу.

Повествование доведено почти до дня победы, когда войска южных фронтов героически штурмовали Вену.

Дивизия была построена для последнего парада.

С моря тянул упругий ветер. Сосны на дюнах, сбросив мохнатые снеговые шапки, с утра шумели налегке. В балтийском небе плескались крутые волны пенистого тумана: они то закрывали верхушки деревьев — и тогда все вокруг становилось серым, сумрачным, то, слабея и растекаясь, обнажали синие промоины в вышине — и тогда слепящий свет разливался по всей поляне, а в конце просеки, разрубившей лес надвое, вырисовывался песчаный берег, старательно прибранный трудолюбивым морем. Оттуда доносились пронзительные крики чаек, круживших над Янтарной косой, и беспрерывное гоготанье перелетных птиц, отдыхавших поодаль от берега. Была весна 1960 года.

Борис Бурлак — известный уральский писатель (1913—1983), автор романов «Рижский бастион», «Седьмой переход», «Граненое время», «Седая юность», «Левый фланг», «Возраст земли», «Реки не умирают», «Смена караулов». Биографическое повествование «Жгучие зарницы» — последнее его произведение. Оно печаталось лишь журнально.

Неисповедимы пути вешних вод на Южном Урале.

Едва пробившись на заветную проталину, верховой ручей тут же неловко спотыкается: ну, куда теперь, в какую сторону податься с этого горного излома двух материков? Кругом поникший, отбеленный снегами, нерасчесанный ковыль. Тонко пахнет прошлогодним чабрецом, укоренившимся на черноземных спайках меж отполированными плитняками. В погожем небе трехъярусное царство птиц: самозабвенно поют жаворонки с рассвета, повыше их вьются, резвятся кобчики — степные соколы, еще выше — мерно кружат царственные беркуты в сопровождении подорликов.

Популярные книги в жанре Советская классическая проза

Павел Нилин

Осень в Жухарях

1

Ах, как сладко, как томительно сладко пахнут травы на Жухарях!

Нонна Павловна вышла из поезда и, как в море, погрузилась в предрассветный туман, полный запахов и прохлады.

Поезд лязгнул, загремел и тяжело покатился дальше в темноту, тускло посвечивая окнами и мигая красным огоньком последнего вагона.

В этом последнем вагоне спит сейчас на верхней полке капитан Дудичев. А может, он и не Дудичев вовсе. И не холостой. Все мужчины любят прихвастнуть в поезде.

Борис Пильняк

Speranza

По морям и океанам, под Южным Крестом и Полярной Звездой, в тропиках и у вечных льдов - идут корабли. По морям и океанам - идут бури, ночи, дни, месяцы, годы. Море же - это две чаши: одна над другой чаша неба и чаша воды, да с неделю от берега и за неделю до него - чайки и точкою в небе кондор. И на кубрике, у кормы на кораблях, живут возчики кораблей матросы. В Сидни с шерстью, в Кардифе с углем, в Бенгуэле с каучуком, в Порт-Петербурге с лесом и пенькой - грузятся корабли, чтобы итти, нести грузы - на острова Зеленого мыса, в Марсель, в Сайгон, Сан-Франциско, Буэнос-Айрес, Суэцами, Панамскими каналами, Индийскими, Великими, Атлантическими океанами. Так корабли ходят десятки лет, неделями и месяцами в море, и матросы говорят о себе и друг о друге:

Андрей Планонов

О ЛАМПОЧКЕ ИЛЬИЧА

Моя фамилия Дерьменко. Идет она от барского самоуправства: будто бы предки мои в давнее время с голоду ели однаждь; барские тухлые харчи -дерьмо, оттуда и пошло Дерьменко.

Наше село Рогачевка от города шестьдесят верст; расположение имеет вкось по реке Тамлыку, что втекает в другую речку Усмань.

По преданию говорят, что Тамлык, иначе сказать Тимур-лык, по-татарски значит маленький сын Тимура. А Тимур, как исторически известно, был предводитель татар, кои в старые времена здесь скакали по степям и пользовались их сладкими травами для своих коней. А Усмань у татар значит красавица. И вот будто бы Тимур влюбился раз в степную красавицу гречанского роду, родил от нее сына Тимурлыка и ускакал бить балканцев. Гречанка от горя иссохла и умерла вместе с сыном-ребенком; вернувшийся Тимур так затосковал по своей скончавшейся любимой семье, что велел войску своему и пленным горстями насыпать два памятных кургана, а сам Тимур носил и сыпал землю мечом.

Андрей Платонов

ПРИКЛЮЧЕНИЯ БАКЛАЖАНОВА

(Бесконечная повесть)

"Тянется день, как дратва: скука бычачья.

Рассказать тебе про дни?"

Апалитыч

1.

Жил некоим образом человек -- Епишка, Елпидифор. Учил его в училище поп креститься: на лоб, на грудь, на правое плечо, на левое -- не выучил. Епишка тянул за ним по-своему: а лоб, а печенки...

-- Как называется пресвятая дева Мария?

-- Огородница.

Андрей Платонович ПЛАТОНОВ

СЕДЬМОЙ ЧЕЛОВЕК

1

Через фронт к нам пришел человек. Сначала он заплакал, потом осмотрелся, покушал пищи и успокоился.

Человек был одет худо - в черные тряпки, привязанные к туловищу веревками, и обут в солому. Мягкого тела у него осталось мало, не больше, чем на трупе давно умершего человека, - сохранились лишь кости, и вблизи них еще держалась его жизнь. По лицу его пошла темная синева, словно по нему выступила изморозь смерти, и оно у него не имело никакого обыкновенного выражения, и только всмотревшись в него, можно было понять, что в нем запечатлена грусть отчуждения ото всех людей, - грусть, которую сам этот исстрадавшийся человек, должно быть, уже не чувствовал или чувствовал как свое обычное состояние.

Николай Михайлович ПОЧИВАЛИН

ГОЛУБОЙ ГОРОД

Поздним вечером, накурившись, я оделся, вышел на балкон и, все еще занятый недающейся фразой, не вдруг разглядел, что тут на воле делается. Сначала, хватанув прогоркшими губами чистой мартовской прохлады, машинально отметил, как неузнаваемо, отвычно за зиму, пахнет воздух: ноздреватым снегом, талой землей, что в полдень чуть различимо парует на солнце, а в сумерках подергивается фиолетовой стеклянной корочкой, сладковатой прелью перезимовавшей спрессованной листвы. Потом, также почти машинально, слух уловил слабое побулькивание ручейка, шуршащего и позванивающего льдинками. И лишь после этого уже осознанней, к удивлению, обнаружил, что на улице не темно: в высоком небе сияла луна, заливая отходящий к покою мир прозрачным голубым светом, отчетливо были видны крестовины освещенных и уже черных, погасших окон соседнего дома, вывешенная наружу через форточку авоська со свертками, парочка на углу, слившаяся в таком долгом поцелуе, что, казалось, вот-вот задохнется и рухнет замертво... Лунный голубой свет был не только ярок, но и волшебен: в его свечении я внезапно увидел вблизи, до мельчайших подробностей, то, что вроде бы, по расстоянию и по времени, увидеть невозможно.

Николай Михайлович ПОЧИВАЛИН

КОГДА ИДЕТ ПОЕЗД

Любая дорога - рассказчик; если же вы сели в поезд и к этому еще мало-мальски внимательны и отзывчивы, то непременно узнаете, услышите и такое, что заденет и вас самого, прочно войдет в память. Каждый раз при этом оказываясь в одной из трех неизбежных ролей: своеобразного громоотвода, в который, как молния, бьет и уходит чужая беда, либо сконцентрированная до такого уже энергетического заряда шальная радость; в роли невольного советчика, когда - по какому-то несформулированному психологическому закону - человек, что-то скрывающий, таящий от самых близких, выкладывает вдруг всю подноготную постороннему, и советом становится не только твое слово, но даже твое молчание; и, наконец, в самой необременительной, хотя с моральной точки зрения, возможно, и уязвимой роли случайного свидетеля и слушателя-подслушивателя: лежишь себе на верхней полке, покачиваясь, поглядываешь в открытое окно, за которым шумит теплый майский дождь, и, привлеченный какой-то фразой, прозвучавшей внизу, под тобой, какой-то исповедальной интонацией незнакомого голоса, весь обращаешься в слух, нимало уже не беспокоясь, хорошо это пли плохо...

Николай Михайлович ПОЧИВАЛИН

ЛЮБАНЬКА

Она появилась из-за деревьев неожиданно и бесшумно, как неожиданно и бесшумно возникает на ветке любопытствующий воробышек: только что его еще не было, и вот он уже есть - рыжий, непоседливый, скачущий на ветке и поблескивающий черными бусинками.

- Вы домик строите? - тоненьким чистым голосом спросила она, не слезая с велосипеда.

- Что? - Сергей Иванович оторвал взгляд от доски, которую строгал. Да, домик, домик...

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Главный герой неожиданно для себя меняет место жительства. Он переселяется с Земли на Лайтаер — самый значимый доминион Империи, и это в корне меняет его жизнь. В ней появляется хитбол — суровый и зрелищный вид спорта, который помогает ему найти себя и начать реализовывать свой потенциал.

Новая книга от автора бестселлера «Военное дело индейцев Дикого Запада». Первая энциклопедия индейских верований и обрядов. Всё о шаманских практиках коренного населения Северной Америки, о боевой и лечебной магии, как белой, так и темной, о невероятных способностях и грозных проявлениях Силы, о проводниках из мира людей в мир духов и традициях употребления психоактивных веществ, открывающих «врата сновидений». Это не литературная мистификация вроде сочинений пресловутого Карлоса Кастанеды, который спекулировал на тяге несведущей публики к загадочному и «потустороннему», но, по отзывам самих индейцев, его книги «имеют больше общего с «путешествиями» после приема ЛСД, чем с подлинной индейской культурой», – это профессиональное исследование, основанное на новейших открытиях историков, этнологов и антропологов.

Знаете ли вы, что индейские шаманы умели исцелять тяжелейшие раны и болезни – рак, туберкулез, бешенство, гангрену – задолго до европейских медиков, успешно боролись с цингой, когда белые врачи еще приписывали ее «влиянию дурного воздуха», а многие американские офицеры предпочитали лечиться не у армейских хирургов, а у «дикарей»-целителей? Что вам известно о темной стороне шаманства – колдунах, оборотнях, подавлении воли на расстоянии и убийствах с помощью ритуальных заклятий, – о симптомах, указывающих на воздействие колдовства, и методах защиты от него, об индейских амулетах, оберегах и обрядах, спасающих от злой воли? Эта книга откроет вам глаза на сокровенный мир коренных американцев, куда не допускают посторонних, позволит заглянуть за грань нашей реальности, приобщит к тайнам Духов и истокам Силы.

Юная Дайра не такая, как все. Вместе с матерью она кочует по свету, нигде подолгу не задерживаясь. Отец Дайры погиб при загадочных обстоятельствах еще до ее рождения, а бабушка вообще как сквозь землю провалилась.

Дайру часто преследуют видения. Светящиеся люди и стаи воронов, говорящие отрубленные головы — не оставляют ее в покое. Врачи считают Дайру психически больной, но на ее горизонте вовремя возникает бабушка — Палома Сантос. И Дайра вынуждена отправиться в городок Очарование, в штате Нью-Мексико, где Палома вводит ее в курс дела. Оказывается, представители рода Сантос являются потомственными шаманами. Отныне Дайре предстоит обучиться магии, стать Искателем и поддерживать равновесие между мирами.

Впервые на русском языке!

История книги» охватывает период с древнейших времен до наших дней и раскрывает ключевые вопросы развития книги как составляющей части культурного наследия общества. В работе широко представлена история деятельности зарубежных и отечественных издательско-книготорговых фирм и выдающихся книжников. Некоторые разделы построены на архивных материалах.

Книга представляет культурологический интерес как для специалистов, так и для широкого круга читателей.