Словарь Сатаны

Впервые на русском языке полностью издается «Словарь Сатаны» – одно из ярчайших сатирических произведений XX века, принадлежащее перу знаменитого американского писателя Амброза Бирса.

Отрывок из произведения:

Уже скоро, в 2006-м году, исполнится сто лет со дня выхода в свет первого книжного издания «Словаря Сатаны» («The Devil's Dictionary»). Правда, в те времена книга называлась иначе – «Лексикон циника». Дело в том, что статьи из своего «Словаря – Лексикона» Бирс начал печатать задолго до выхода книги, преимущественно в сан-францискской «Икзэминер», причем именно под заглавием «Словарь Сатаны». Но это Бирс почитал «мистера Сатану» своим школьным приятелем, а многим из читателей такой автор во влиятельной газете показался неуместным. Вот и пришлось заменить название, которое потом перешло с газетной полосы на книжную обложку. Правда, уже во втором, дополненном издании Сатана восторжествовал.

Другие книги автора Амброз Бирс

В книге представлена богатая коллекция мистических, таинственных и жутких историй, созданных западноевропейскими и американскими писателями XVIII–XX веков. О призраках, вампирах, ведьмах, оживающих мертвецах, губительных статуях и манекенах, о кошмарных сновидениях и потусторонних пророчествах, о сделках с дьяволом и любви, не подвластной смерти, повествуют как знаменитые авторы (Э. Т. А. Гофман, В. Ирвинг, Н. Готорн, П. Мериме, Э. А. По, Г. Мелвилл, Ч. Диккенс, Р. Л. Стивенсон, Р. Киплинг, Б. Стокер, Г. Майринк, Г. Ф. Лавкрафт), так и сравнительно малоизвестные творцы страшных сюжетов (И. К. А. Музеус, У. Г. Симмс, Э. Норткот, Дж. Х. Нисбет, Э. Г. Суэйн, У. Ф. Харви и др.). Перекликаясь друг с другом персонажами, ситуациями и смыслами, готические сюжеты книги открывают читателю за покровом обыденной реальности иррациональный и страшный мир, опрокидывающий самоуверенные претензии на всезнание, свойственные человеку Нового времени.

Уникальное собрание классических детективов! 30 всемирно известных авторов, более 40 произведений — от захватывающего расследования в стиле Конан Дойла до таинственных новелл Эдгара По и остроумных историй от Джерома К. Джерома и О. Генри… Здесь вы найдете детектив на любой вкус!

«На железнодорожном мосту, в северной части Алабамы, стоял человек и смотрел вниз, на быстрые воды в двадцати футах под ним. Руки у него были связаны за спиной. Шею стягивала веревка. Один конец ее был прикреплен к поперечной балке над его головой и свешивался до его колен. Несколько досок, положенных на шпалы, служили помостом для него и для его палачей двух солдат федеральной армии под началом сержанта, который в мирное время скорее всего занимал должность помощника шерифа. Несколько поодаль, на том же импровизированном эшафоте, стоял офицер в полной капитанской форме, при оружии. На обоих концах моста стояло по часовому с ружьем «на караул», то есть держа ружье вертикально, против левого плеча, в согнутой под прямым углом руке, – поза напряженная, требующая неестественного выпрямления туловища…»

На страницах этого сборника таинственных и мистических историй собраны рассказы американских и английских писателей XIX — начала XX века.

Повествования разнообразной жанровой и стилевой принадлежности принадлежат перу как известных мастеров, так и авторов малознакомых русскоязычному читателю.

Издание содержит произведения, по праву входящие в золотой фонд мировой фантастики. Ошеломляющая мистика Амброза Бирса, фантастические приключения Роберта Льюиса Стивенсона и Артура Конана Дойла, путешествия во времени и неведомые миры Герберта Уэллса – написанные столетие назад, эти захватывающие произведения до сих пор остаются непревзойденными образцами жанра. Именно с них началась современная фантастика!

Новая антология юмористического фэнтези — это коллекция поистине великолепных смешных историй, принадлежащих перу таких прославленных авторов, как Гарри Гаррисон, Нил Гейман, Алан Дин Фостер, Джин Вулф, Крэг Шоу Гарднер, Лион Спрэг де Камп и других. Многие рассказы были написаны специально для этой антологии и на русском языке выходят впервые.

Элвис Пресли, получивший новую пару голубых замшевых ботинок, разорившиеся торговцы льдом, таинственный Джек Подстригатель, гном, обитающий в метро, демоны, прыгающие на «тарзанке», — фантазия авторов безгранична и не перестает изумлять.

  Настоящее издание представляет собой собрание избранных рассказов знаменитого американского писателя Амброза Бирса (1842 - 1913), работавшего в жанре `страшного рассказа`. Бирсу всегда хотелось исследовать человека в особых обстоятельствах, испытать на излом. Отсюда психологическая напряженность повествования, атмосфера «страшного сюжета», жестокость и необычайность ситуаций. Но главное - писатель скорбит о нехватке человечности, благородства, достоинства. Главнейшим злом Бирс считает непротивление человека всякому злу и насилию.

Рассказы замечательного американского прозаика Амброза Бирса наполнены таинственными и страшными событиями, реальность в них часто кажется вымыслом, а самый фантастический сюжет словно бы списан с жизни. Тайной покрыта и смерть самого писателя, который пропал без вести на войне, и его исчезновение породило множество невероятных слухов.

Известный американский писатель Амброз Бирс — один из первооткрывателей жанра «страшного рассказа» — триллера, завоевавшего сегодня широкую популярность. В основу сюжетов многих его рассказов легли неизгладимые впечатления Гражданской войны в США — войны, в которой А. Бирс прошел путь от рядового до майора.

В бурном потоке «страшной» литературы, хлынувшей на нашего читателя, рассказы «короля калифорнийской журналистики» А. Бирса выделяются бесспорными литературно-художественными достоинствами и глубоким психологизмом.

Популярные книги в жанре Классическая проза

Очерки Бальзака сопутствуют всем главным его произведениям. Они создаются параллельно романам, повестям и рассказам, составившим «Человеческую комедию».

В очерках Бальзак продолжает предъявлять высокие требования к человеку и обществу, критикуя людей буржуазного общества — аристократов, буржуа, министров правительства, рантье и т.д.

Очерки Бальзака сопутствуют всем главным его произведениям. Они создаются параллельно романам, повестям и рассказам, составившим «Человеческую комедию».

В очерках Бальзак продолжает предъявлять высокие требования к человеку и обществу, критикуя людей буржуазного общества — аристократов, буржуа, министров правительства, рантье и т.д.

Оптимизм, вера в конечную победу человека над злом и насилием — во что бы то ни стало, при любых обстоятельствах, — несомненно, составляют наиболее ценное ядро во всем обширном и многообразном творчестве С. Вестдейка и вместе с выдающимся художественным мастерством ставят его в один ряд с лучшими представителями мирового искусства в XX веке.

Рассказы Нарайана поражают широтой охвата, легкостью, с которой писатель переходит от одной интонации к другой. Самые различные чувства — смех и мягкая ирония, сдержанный гнев и грусть о незадавшихся судьбах своих героев — звучат в авторском голосе, придавая ему глубоко индивидуальный характер.

Встав из-за письменного стола, Артур Сукатниек потянулся. Он проработал четыре часа подряд, пока не закончил седьмой главы своего трактата. И теперь сам чувствовал, что она удалась ему еще лучше предыдущих. Аргументируя примерами из истории, социологии и психоанализа, Артур Сукатниек неопровержимо доказал примат нравственно устойчивой личности в развитии общественной морали. Заодно были опровергнуты все пессимистические ложные теории, которые отводили человеку лишь роль незначительной детали в огромном государственном механизме, расшатаны и основы этого механизма. Была найдена живая, сознательная движущая сила культурного прогресса.

Пастор Зандерсон поднялся с кушетки и подошел к окну. Под заплатанной кожаной обивкой прожужжала пружина — протяжно и сердито, будто пчела, не успевшая ужалить наступившую на нее ногу.

Долго и сердито смотрел пастор Зандерсон в окно. Оно было новое, чистое. Свежая желтая краска еще пахла олифой. Кусты сирени и вишни за насыпью траншеи закрывали склон горы, над которым уже не вздымались зеленые макушки деревьев. Влево от окна торчал остов обгоревшей груши, без коры, с белыми костлявыми пальцами-сучьями. Во всем саду — ни одного уцелевшего деревца. Большую часть их вырубили солдаты, а остальные сгорели, когда немцы подожгли усадьбу пастора.

Домик, в котором помещалось ателье лайценского фотографа Микелиса Майгайса, стоял возле самого базара. Из окон была видна немощеная базарная площадь, кучи мусора по краям ее, а на середине — колодезная будка с покосившейся крышей. В базарные дни под окнами фотографа стояла повозка курземской крестьянки, торговавшей топленым молоком, крупой и живыми поросятами, а рядом высокий, в человеческий рост, воз баранок, по которым прямо в сапогах лазил продавец, скрипучим голосом без устали предлагавший свой товар. На концах поднятых оглобель раскачивались связки баранок — их было видно с любого конца площади. Издали ярко блестели вывешенные напоказ куски бледно-красного мяса, пучки моркови, горы кочанов недозрелой капусты, со всех сторон пронзительно визжали поросята, кудахтали куры, крякали утки, гоготали гуси. Всюду суета, волнение, брань… Только серое облако пыли неторопливо поднималось над землей, покачивалось над серыми и зелеными крышами, обволакивало связки баранок, привязанные к оглоблям, и снова медленно опускалось.

Доктор Мартин отодвинул рукопись перевода и греческий подлинник Нового завета. Оперся щекой на руку и прислушался. На дворе выл и бушевал ветер. Словно тысяча исступленно мяукающих мартовских кошек скреблись в стены Вартбургского замка[1].

Доктор Мартин покачал головой. Опять он! Вот уже девятую ночь — едва только стемнеет! И ничего удивительного — ему не дает покоя удачный перевод Библии. Он не может примириться с тем, что скоро в печатнях гуманистов перевод этот размножат в тысячах экземпляров, что люди сами будут читать его, размышлять над ним. Обретут истину и приблизятся к господу. И тогда настанет конец царству лжи. Потому он так и беснуется. Потому его легионы уже девятую ночь неистовствуют вокруг замка.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Дрэйк - альфа, сильный и властный, не желал соединяться ни с одной женщиной из своей стаи. Но будучи уже зрелым волком, зверь внутри его требовал сцепиться и завести потомство. С каждой луной ему все тяжелее было сдерживаться, поэтому уже несколько полнолуний Дрэйк уединялся в купленной им отдаленной долине возле леса. Находясь там, в одиночестве, он давал волю своему зверю. Пока однажды он не поймал божественный аромат, действующий на него как самый сильный афродизиак. Он пойдет за ним, взывая к животным инстинктам, и у его обладательницы не будет не одного шанса скрыться...

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ! В романе присутствую откровенные сцены. Читать лицам от 18 лет.

В 1878 году я окончил Лондонский университет, получив звание врача, и сразу же отправился в Нетли, где прошел специальный курс для военных хирургов. После окончания занятий я был назначен ассистентом хирурга в Пятый Нортумберлендский стрелковый полк. В то время полк стоял в Индии, и не успел я до него добраться, как вспыхнула вторая война с Афганистаном. Высадившись в Бомбее, я узнал, что мой полк форсировал перевал и продвинулся далеко в глубь неприятельской территории. Вместе с другими офицерами, попавшими в такое же положение, я пустился вдогонку своему полку; мне удалось благополучно добраться до Кандагара, где я наконец нашел его и тотчас же приступил к своим новым обязанностям.

При отступлении испуганные лошади опрокинули в придорожную канаву разбитый ящик с патронами. В спешке никто их не подобрал. И только через неделю, срезая для козы траву, наткнулся на них Гришка. Он вытряхнул козий корм. Навалил в сумку много патронных пачек, принес домой и похвалился:

— Вот, мама! Нашел! Блестящие, новенькие. Я сейчас побегу, принесу еще кучу.

Но мать быстро закрыла огонь в печке и на Гришку закричала:

— Умный ты, Гришка, или полоумный? Тащи сейчас же этот страх и утопи в пруду или в речке. Быстро, или я деда позову!