Слишком много их было

Дэшил Хэммет

Слишком много их было

"Сэм Спейд"

перевод С. Петухова

Его оранжевый галстук пламенел, как закат. Сам он был рослый и плотный. Гладкие-у-прилизанные, темные волосы, разделенные прямым пробором, крепкие мясистые щеки, тесный, не по фигуре костюм и даже прижатые маленькие розовые уши - все это казалось лишь по-разному окрашенными частями единой литой поверхности. С одинаковым успехом ему можно было дать и тридцать пять лет, и сорок пять.

Другие книги автора Дэшил Хэммет

В шестой сборник детективов США вошли произведения трех классиков американской криминальной литературы: роман Хью Пентикоста (псевдоним Джадсона Филипса) «Перевертыши» и образцы творчества основателей «крутого детектива» Раймонда Чандлера (короткая повесть «Суета с жемчугом») и Дэшила Хэммета (роман «Тонкий человек»).

Дэшил Хэммет (1894–1961) — родоначальник «крутого детектива», в котором действует безжалостный герой-одиночка, сражающийся со злом жестокими методами. «Мальтийский сокол» единодушно называют «лучшим американским детективом всех времен». В нем две группы международных авантюристов охотятся за скульптурной фигуркой птицы, которая была неким символом ордена тамплиеров. Мальтийскому соколу практически нет цены, поэтому борьба за нее идет не на жизнь, а на смерть.

Сборник включает в себя все произведения семилетнего цикла (с 1923 г. по 1930 г.) о безымянном сотруднике Детективного агентства «Континенталь» сделанные разными переводчиками в разные годы. Некоторые из рассказов, представленных в этом сборнике, впервые переведены на русский язык.

Мрачный город. Сухой закон. Продажные политики. Поль Мэдвиг — теневой отец города. Приближаются очередные выборы и его голова занята проблемой, как его кандидатам на них победить. В центре повествования — «правая рука» Поля Мэдвига, молодой Нед Бомонт — классический детектив, пользующийся дедуктивным методом, распутывающий замысловатые узлы интриг, предвидящий политическую и подставную игру на два шага вперед. И в то же время, Бомонт — сам преступник, что довольно приятное, щекочущее, отступление от канона.

Когда я вошел по вызову Старика в его кабинет, на стуле неподвижно и неестественно прямо сидела длинная девица лет двадцати четырех — широкоплечая, с плоской грудью. Ее восточное происхождение выдавала лишь чернота коротко подстриженных волос и желтоватая кожа напудренного лица. От низких каблуков темных туфель до верха ничем не украшенной меховой шапочки это была современная американка китайского происхождения.

Я знал, кто она, еще до того, как Старик представил меня. Все газеты Сан— Франциско занимались делами этой мисс уже несколько дней. Шанг Фанг, ее отец, в свое время дал деру из Китая, прихватив кое-какое золотишко — по всей вероятности, плод многолетнего злоупотребления властью в провинции — и поселился в графстве Сан-Матео, где на берегу Тихого океана отгрохал себе особняк — настоящий дворец, по мнению прессы. Там он жил, там и отдал Богу душу — и то и другое так, как подобает китайскому сановнику и миллионеру.

Когда он вошел, я коротал время возле кассы в приемной детективного агентства «Континентал», точнее, его сан-францисского филиала, с опаской наблюдая за Портером, проверявшим мой расходный счет. На широких плечах посетителя — мужчины высокого роста, очень худого, с жесткими чертами — мешком висела серая одежда. В лучах заходящего солнца, пробивавшегося сквозь полуприкрытые жалюзи, его лицо цветом походило на новые рыже-коричневые ботинки.

Дверь он открыл рывком, но на пороге запнулся и встал как вкопанный, терзая дверную ручку костлявыми пальцами. На лице посетителя читалась отнюдь не робость. Скорее ненависть и омерзение, как будто его обладатель вспомнил что-то не слишком приятное.

Действие разворачивается в 1920-х годах в небольшом городе Отервилл, который все называют Отравилл. В город приезжает сотрудник детективного агенства «Континентал», вызванный редактором местной газеты Дональдом Уилсоном. В день приезда оперативник узнаёт, что Дональд Уилсон убит.

В предлагаемом сборнике представлены малоизвестные у нас в стране повести из литературных антологий Альфреда Хичкока, знаменитого мастера мистификации, гротеска и пародии на кошмары готических романов. Здесь и произведения, написанные в традиции «страшных рассказов» Эдгара По, и новеллы, показывающие обыкновенного человека в экстремальной обстановке, и комические триллеры. Перевод литературных антологий принадлежит перу Евгения Андреева.

Составной частью сборника является роман английского писателя Дэшила Хэммета «Худой мужчина», изданный Лениздатом в этом году отдельной книгой.

Произведения, вошедшие в данный сборник, в Советском Союзе переведены впервые.

Популярные книги в жанре Крутой детектив

Ночь была душной, а море неподалеку. Но я был не на море, а только неподалеку от него. Я слышал, как волны бились о скалистый берег. А между мной и морем шумела автострада.

Я ворочался, весь мокрый от крови. А может быть, от пота? Что-то жидкое скатилось с моей шеи и запуталось в волосах на груди. Воздух был спертый и душный, заполненный одурманивающим запахом никотианы цветущей ночи.

Я присел на край кровати и попытался бороться с подступившей тошнотой. Я бы с удовольствием выпил чего-нибудь. И с удовольствием бы узнал, где я все-таки нахожусь. Но знал я только о том, что я был гол-голехонек. И по всей вероятности, банкрот. Ферма. Какая шутка... Теперь мне придется до конца жизни стоять на вахтенном мостике какого-нибудь фрахтера – до тех пор, пока меня не зашьют в парусину и не опустят в море.

С дороги вся долина была как на ладони. Огромная, позолоченная утренними лучами солнца, да еще на фоне маячивших на горизонте гор, она казалась землей обетованной.

Впрочем, для кого обетованная, а для кого и нет, ведь на каждую виллу с кондиционером, бассейном и личным аэродромом приходится добрая дюжина лачуг из жести и сломанных автоприцепов, где ютится кочующее племя сезонных рабочих, А дальше, за орошаемыми землями, тянется бескрайняя пустыня, где вообще никто не живет. Из серой земли вместо деревьев там растут нефтяные вышки, а у их основанья, на манер заводных зверей, важно кивают головами гигантские помпы.

Футбольный клуб «Атлетик». Третий дивизион. Шаткое положение. Все ближе зона вылета. Новый менеджер не способен остановить процесс распада. А команда все-таки надеется выйти во Второй дивизион. И свет в конце туннеля виден. Юный Дэнни Мэтсон играет дай боже, и с опытным Брэндоном Доминго они нашли общий язык. Но вот смышленого полузащитника, надежду клуба, находят избитым на подземной стоянке. Большому Брэну предлагают конверт с годовой зарплатой, чтобы он помог «Атлетику» вылететь из дивизиона. Брэн отказывается. Спустя пару дней он попадает в тюрьму за весьма ловко подстроенное изнасилование… Что же будет с «Атлетиком»?..

Это весьма нечистое дело распутывает уже известный нам детектив Даффи, на протяжении романа переживающий по поводу своей бисексуальности, а точнее, возможной болезни, которую он умудрился подцепить. И может быть, именно этот страх приводит его к осознанию, что он «не такой».

Барри Фантони — современный английский писатель. У себя ни родине популярен и кик художник, музыкант, сценарист, автор телепрограмм об искусстве. В литературе дебютировал в 80-х годах с повестями, стилизованными под американские детективы.

Ларри Бейкер, новоиспеченный режиссер, тщательно и безуспешно избегая контактов третьего рода с женой аллюминиевого короля, становится свидетелем убийства. Убийства?

Девушка утверждала, что за ней кто-то следил и этот кто-то заснул пьяным возле ее дома. Когда американец Мэтт Брэйди проснулся, он был окружен лондонской полицией, а девушка была мертва. Его сажают в тюрьму за убийство. Мэтту ничего не остается, как самому докопаться до правды.

Репортер городской газеты опоздал на встречу с приятельницей и обнаружил ее убитой. Все улики указывают на него…

Раймонд Чэндлер (1888–1959) — один из самых известных американских писателей, работавших в жанре детектива. Как обычно, главный герой Чэндлера частный сыщик Марло ищет справедливости, постоянно сталкивается с алчностью, беспринципностью, преступлениями сильных мира сего, а заодно и тех «стражей порядка», которые, казалось бы, должны с этим бороться.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Старик пригласил меня в свою контору, представил человеку по имени Чеппл и предложил сесть. Я сел.

Чепплу было лет сорок пять, он был темнокож и плотно сложен. Выглядел несчастным, словно чем-то обеспокоен или обуян страхом. Веки покраснели, под глазами набухли мешки, уголки рта отвисли. Рукопожатие было вялым и безвольным.

Старик взял со стола листок бумаги и подал мне. Это было письмо, написанное корявыми печатными буквами.

Мартин Чеппл!

Так никогда я и не узнал, был ли Фрэнк Топлин высоким или низким. Я видел только его круглую голову — лысый череп и морщинистое лицо, то и другое цвета и фактуры пергамента, — лежащую на белых подушках огромного старомодного ложа с четырьмя колонками. Все остальное скрывал толстый пласт постели.

При этом первом свидании в спальне находились следующие лица: его жена, полная женщина с бледным, одутловатым лицом, морщинки на котором напоминали резьбу по слоновой кости; их дочь Филлис, бойкая девица, типа души кружка пресыщенной молодежи, а также молодая служанка, открывшая мне дверь, крепко сложенная блондинка в фартуке и чепчике.

Меня разбудил телефонный звонок. Я перекатился на край постели и потянулся за трубкой. Старик. Шеф отделения Континентального агентства в Сан-Франциско. Голос деловой.

— Прости, что я тебя беспокою, но придется пойти на Ливенуорт-стрит. Глентон — так называется этот дом. Несколько минут назад звонил некий Барк Пэнбурн, чтобы я кого-нибудь прислал. Он произвел на меня впечатление человека, у которого не в порядке нервы. Выясни, чего он хочет.

— О смерти доктора Эстепа мне известно из газет, — сказал я.

Худая физиономия Вэнса Ричмонда недовольно сморщилась:

— Газеты о многом умалчивают. И часто врут. Я расскажу, что известно мне. Позже вы познакомитесь с делом, и, возможно, добудете какие-то сведения из первых рук.

Я кивнул, и адвокат начал свой рассказ, тщательно подбирая каждое слово, словно боясь, что я могу понять его неправильно.

— Доктор Эстеп приехал из Сан-Франциско давно. Было ему тогда лет двадцать пять. Практиковал в вашем, городе и, как вы знаете, стал со временем опытным хирургом, всеми уважаемым человеком. Через два-три года по приезде он женился; брак оказался удачным. О его жизни до Сан-Франциско ничего не известно. Он как-то сказал жене, что родился в Паркерсберге, в Западной Вирджинии, но его прошлое было таким безрадостным, что не хочется вспоминать. Прошу вас обратить внимание на этот факт.