Сладкие разборки

Какие только женщины не участвовали в популярном ток-шоу Ирины Лебедевой «Женское счастье»! На этот раз Ирина сделала передачу о Наташе Гореловой — успешной предпринимательнице, которая вместе со своим мужем наладила производство глазированных сырков. Эфир прошел «на ура», телезрители в восторге. Однако тут же Ирина узнает, что ей грозят большие неприятности на работе — ведь, оказывается, в ее шоу участвовала жена мафиози… Муж Наташи Гореловой арестован и заключен в СИЗО — его обвиняют в убийстве и участии в криминальной разборке. Проще всего подумать, что так оно и есть. Но чутье опытной тележурналистки и просто человеческое расположение к Наташе и ее симпатичному супругу подсказывают Ирине: на самом деле все иначе. И пусть ее собственная карьера поставлена на карту, бесстрашная тележурналистка не остановится, пока не узнает правду…

Отрывок из произведения:

Подходя к телецентру, я глянула через решетчатые чугунные ворота на наш крохотный, но очень ухоженный дворик, вздохнула устало и покорно: он стоял.

Он — это мой новый поклонник, огромного роста детина, неуклюжий, грузный, сутулый, по-настоящему медвежья фигура; пятнистая, военного образца куртка сидит на нем складками, точно не по росту. Под стать фигуре лицо: пухлое, с широкими складками на щеках, маленьким курносым носом и огромным, лягушачьим ртом. На левой щеке огромная бородавка багрово-красного цвета, из которой, точно иглы у дикобраза, торчат в разные стороны короткие белесые волоски. Когда он говорит или улыбается, шевеля при этом своими огромными, точно у орангутанга, челюстями, бородавка эта движется и кажется, будто ползет у него по щеке огромное и мерзкое насекомое. Прибавьте к этому низкий, покатый лоб, кожа на котором собрана гармошкой, и вам станет понятно, почему при взгляде на моего нового поклонника вспоминаются мне иллюстрации из школьного учебника биологии, изображающие реконструированные по черепу лица неандертальцев.

Рекомендуем почитать

Знал бы молодой провинциальный парень, прошедший чеченскую войну, каким страшным событием встретит его столица!..

Приехав в гости к своему армейскому другу, Олег узнает, что однополчанин погиб от бандитской пули. Потрясенный его смертью, отчаянный вояка решает самостоятельно найти убийц и покарать их.

Спецназовец Костя Панфилов поистине прошел круги ада – сначала в Афгане, а потом в родных лагерях и тюрьмах. Он выдержал все и даже заслужил лихую кличку Жиган. Но в родном городе, куда он вернулся, царят все те же, хорошо известные ему волчьи законы – торговцы наркотой и рэкетиры держат людей в страхе. Они со всей охотой готовы принять в свои ряды отчаянного и бесстрашного парня. Но Жиган выбирает свой путь, и на этом пути его ждут испытания покруче тех, что выпадали ему раньше.

Группа террористов проводит в Гималаях сверхсложную операцию. Лишние свидетели им не нужны, поэтому они без колебаний уничтожают отряд альпинистов, случайно встретившийся им на пути. Ничего этого Сергей Курочкин, отставший от товарищей, не знает. Знает только одно: какие-то отморозки положили его друзей. Знает и то, что не уйдет из этих горных ущелий, пока не отомстит за ребят. Сергей умеет смотреть в глаза смерти. И пока она отводит глаза первой.

Что делать, если твоя жизнь превратилась в кошмар? Совсем рядом проносится на бешеной скорости машина, и только в последнюю секунду случайный прохожий спасает от смерти… Маньяк с ножом подстерегает на темной лестнице… Шальная пуля застревает в изящном рюкзачке… Предает любимый муж… Тележурналистке Александре Потаповой кажется, что кругом одни только враги. Но удивлению Саши не было предела, когда она узнала, что за этими страшными событиями стоит один-единственный человек…

Жиган не из тех, кто зря льет кровь. Он терпелив и спокоен, словно свернувшаяся в тугой узел кобра. Но и его терпению есть предел. А враги, похоже, взялись за него всерьез. Уничтожена его бензоколонка, гибнут сотрудники его фирмы, да и сам он явно под прицелом. Но кобра хладнокровна и безжалостна. И так же, как невозможно уклониться от ее броска, нельзя укрыться от ненависти и мести Жигана.

К следователю по особо важным делам Льву Гурову обратилась молодая женщина Ирина Вологодцева. Ее брата Бориса, научного сотрудника крупного НИИ, обвиняют в том, что он якобы домогался своей малолетней падчерицы. Заявление на мужа написала жена Бориса – Стефания, давно посягающая на его квартиру. Гуров и Крячко берутся помочь Ирине восстановить справедливость, даже не подозревая, что следы обычного на первый взгляд, бытового дела выведут сыщиков на беспрецедентные преступные махинации международного масштаба.

За две недели до свадьбы пропадает невеста – Люся Большакова. Подруга Люсиной матери, давняя знакомая частного детектива Татьяны Ивановой, нанимает ее, чтобы Люсю найти. Причем сделать это надо срочно, сохраняя исчезновение девушки в тайне, ведь ее будущий муж – сын скорого на расправу криминального авторитета Самойлова. А если до Самойлова дойдет информация о том, что невеста пропала, не поздоровится никому…

Частного детектива Татьяну Иванову нанимает Александр Могильников для расследования смерти его институтского друга Дениса Фирузова, которого некоторое время назад убило на стройке упавшим из окна бетонным блоком. Кроме Дениса и сторожа, в этот момент на объекте никого больше не было. Да и что там делал сам Денис, для всех остается загадкой. Татьяна пытается найти зацепки в этом странном деле, но ни одного свидетеля преступления нет…

Другие книги автора Светлана Алешина

К частному детективу Александре Данич обращается глава рекламной фирмы Вадим Шульгин: утром по дороге на работу его ограбили в темной безлюдной арке. Украден не только бумажник с большой суммой долларов, но и портфель с важными документами, среди которых план деятельности фирмы, представляющий коммерческую тайну. На вопрос Саши, кого подозревает Шульгин, тот ответил, что уже несколько дней у ночного магазина рядом с фирмой видит одну и ту же компанию. Особенно запомнился ему светленький молодой человек со шрамом на лице. «Не может быть, — только и подумала Саша, — чтобы такое совпадение!» Потому что именно сегодня утром она схватила за руку вора с точно такими же приметами. Он вытащил у нее из пакета кошелек со всеми наличными.

Ольга Бойкова, главный редактор криминальной газеты «Свидетель», и шага не может ступить по своему родному городу, не попав в историю… На этот раз она просто хотела помочь странноватой девчонке перейти дорогу, а оказалась… запертой в страшном погребе, куда вот-вот хлынет болотная вода! А все ее страсть к расследованиям и желание во что бы то ни стало добыть сенсационный материал для своей газеты. Но на этот раз шансов выбраться из рук хитрых мошенников, готовых на все ради блеска презренного металла, очень мало…

В страшный кошмар со стрельбой превратился шикарный фуршет. И надо же такому случиться что в эпицентре кровавых событии оказался муж владелицы ресторана «Ласточка», а по совместительству частного детектива Ларисы Котовой. Мало того что его зацепило пулей да еще и чиновник с которым он пил выпал из окна и разбился насмерть.

Лариса Котова на добровольных началах берется распутать это дело. И выясняет, что есть люди, которым невыгодно чтобы кто то еще знал подробности! Ларисе в жесткой форме дают это понять. Но такой поворот событий не пугает Ларису. Она продолжает поиск. Пусть даже с большим риском для собственной жизни.

Что могло послужить причиной внезапной смерти молодого, полного сил депутата областной думы Геннадия Владимирцева? Конечно, должность, которую он занимал… Геннадий распределял финансовые средства между регионами и слыл человеком порядочным и честным. Именно у такого мужчины хотела взять интервью журналистка Ольга Бойкова И теперь, вместо подготовки интервью, она со всей своей страстью к криминальным расследованиям докапывается до истинной причины гибели красавца-депутата…

С того дня, когда была жестоко избита и изнасилована семнадцатилетняя Леля Величкина, прошло немало времени. Поэтому поиск преступника милицией ничего не дал: девушку парализовало, она долго была без сознания и не могла дать никаких показаний. Сострадание заставило частного детектива-любителя Ларису Котову, жену «нового русского», взяться за это дело. И одной из первых зацепок в расследовании стал рассказ матери Лели — накануне визита Кетовой она перевозила дочь через дорогу в инвалидной коляске и увидела, как изменилось лицо девушки, когда мимо промчалась ярко-красная машина с тонированными стеклами и помятым крылом. Сердце подсказало матери — автомобиль как-то связан с тем, что случилось с ее дочерью…

Когда я утром появилась в редакции, все мои сотрудники были уже в сборе. Сам этот факт мог считаться отрадным, если бы не та расслабленная и отвлеченная обстановка, которая царила в нашем маленьком коллективе. Газета «Свидетель», главным редактором которой я являюсь, специализируется в основном на криминале. Наш хлеб — это преступления, предпочтительно дерзкие и кровавые. Может быть, это звучит немного цинично, но это — суровая правда.

Однако сегодня в редакции не обсуждали ни громкого убийства, ни хитроумной аферы, ни даже мелкой кражи в трамвае. Разговор шел о новой рубашке нашего фотографа Виктора, в которой он сегодня появился на работе.

От своего принципа – идти навстречу опасности – Ольга Бойкова, главный редактор газеты «Свидетель», не отступала никогда. Согласившись выполнить просьбу вдовы кладоискателя найти убийц ее мужа, Ольга делает безрассудный шаг. Несчастный заплатил жизнью за свою тайну – карту городка и план места в его окрестностях, где спрятан клад. Получив ценнейшие бумаги от вдовы, Бойкова принимает рискованное решение – спровоцировать их кражу с расчетом на то, что убийцы кладоискателя, получив ориентиры, отправятся за сокровищем. Теперь Ольге и ее коллегам надо добраться до преступников раньше, чем они сумеют отыскать ценности и скрыться с ними…

Середина октября — дело нешуточное, осень. Листья опадают, небо затянуто тяжелым серым волокном, с утра моросит противный мелкий дождик, которому словно недостает силы воли ливануть как следует. В общем, сплошное царство малодушия. Даже ветер, вчера дувший во всю мощь своих исполинских легких, сегодня заметно ослаб, его вялого дыхания хватает только на то, чтобы изредка пробегать по мокрой листве. Сами понимаете, какое у меня было настроение, когда я садилась за руль своей «Лады». Мало того, что небо не блистало оптимистической ясностью, мало того, что город изнемогал под бременем обычного для этого времени года ненастья, стоял еще жуткий холод. Я, как всегда, забыла перчатки — ну да ладно. Моя машина не хуже Ноева ковчега домчит меня до редакции, где меня уже ждет мой незаменимый заместитель — Кряжимский Сергей Иванович, прошу любить и жаловать.

Популярные книги в жанре Детективы: прочее

Мориарти Крэйг

Интернет: черные страницы

(Из цикла "Интернетовский сыщик")

- Так, говорите, пропала в Амстердаме?

- Точно, - вместо матери пропавшей ответил мой друг Дан.

В Амстердаме я никогда не бывал, но по интернетовским сайтам он представлялся мне местом самой разнузданной порнографии во всей Сети. Кроме того, они имеют привычку уснащать свои сайты невероятным количеством движущейся графики, для просмотра которой приходится все более и более усложнять броузер.

Евгений Кукаркин

Горечь победы

Наконец-то мы прибыли в Малакку. Напряжение перехода сразу спало и матросы загомонили, пытаясь правдами и неправдами выбраться на палубу посмотреть на незнакомый город-порт. Я привел себя в порядок и отправился в город на представление командующему объединенными силами адмиралу Макрейзеру.

Мне быстро подсказали куда проехать. Здание штаба ВМОС находилось на горе, откуда весь город был как на ладони.

Евгений Кукаркин

Метод беззакония

* ЧАСТЬ ПЕРВАЯ *

ЗЕЛЕНЫЙ ПОЯС СТРАЖИ

Полковник милиции прихлебывал чай и с усмешкой глядел на меня.

- Так значит, хочешь уехать из города?

- Да.

- Ну-ну.

Одной рукой он взял бумагу из папки.

- Пограничные войска,- это хорошо. И где служил?

- В Забайкальске.

- Хочешь в стражи порядка?

- А это что такое?

Он усмехнулся.

- Охрана наших лесов.

Евгений Кукаркин

Урок истории

ЗАЩИТА.

- Я утверждаю, что Святослав в сражении под Доростолом не был побежденным, как утверждают Византийские историки, он был победителем, - так заканчивал я свою диссертацию о Великом Князе Святославе. - Действительно, продержись Святослав в Доростоле еще неделю и тогда неизвестно какие печальные события могли бы произойти. Император греческий Иоан Цимиский, спешил на любых условиях заключить мир, так как боялся потерять вечно шатающийся трон. Он рвался в Константинополь, потому что знал, что сторонники свергнутого им императора Никифора вот-вот возведут на престол его отпрыска, Феофана. Вечно враждующие полководцы Фока и Склир не могли заменить его под Доростолом и не было к ним доверия после страшного поражения от росичей под Адрианополем, которое было за год до Доростола. У меня все.

Владимир Лавришко

Там есть такая штучка...

"Жигуленок" сел крепко. Парфенов открыл дверцу, взглянул что там делается сзади, еще раз нажал на педаль акселератора, и его окатило жидкой грязью.

- Приехали. - Он достал из-под сиденья скомканную тряпку, вытер лицо и с минуту соображал, как быть дальше. На лобовом стекле подрагивал осиновый листок. Листок у корешка пожух и свернулся в трубочку.

- Где сидим? - спросил Парфенов.

Михаил Литов

Не стал царем, иноком не стал

Однажды Зоя будила своего мужа Милованова, выводя на его лице узоры какой-то щекочущей пуховой вещью. Она посмеивалась, как птичка, звонко и рассыпчато, так что выходил уже щебет.

- Ваня!

Иван терпел, цепляясь за сон, а потом вдруг сердито вскинулся:

- У меня почти что бессонница, и по жизни это для меня беда, а ты будишь! Что за неуважение? Обнаглела, да?

Иными словами, не принял во внимание, что у жены могли быть веские причины потревожить его. Но большой вклад Зои в сокровищницу семейной жизни достойно венчался объемистой и задорной гористостью зада, путь превращения которого из более или менее обыкновенной материалистической штуки в несомненный символ в глазах мужа интересно было бы проследить, да только тут важнее прежде всего отметить, что этому символу Милованов имел давнюю привычку поддаваться как предвкушению большого и сильного наслаждения. Вопреки сказаниям о неохватности жены, а она сама весело и охотно их распространяла, Милованов легко заключил в объятия ее талию и, не задумываясь в этот раз о безуспешности поисков очертаний последней, опрокинул толстуху на диван. Она с дрожащим писком повалилась в пропасть утех.

Михаил Литов

Середина июля

Среди творений шведского драматурга Тумбы, сочинителя невинных сказочных действ, есть пьеса, в которую на русской сцене города Ветрогонска с некоторых пор повадились вводить более или менее явно выраженный порнографический элемент. Этой темы я еще коснусь, а пока расскажу о другой истории, по наивной дикости не уступающей тумбовым анекдотам. Впрочем, ее, так сказать, фантазм, ее глубокая иррациональность откроются далеко не сразу, чему причиной, на мой взгляд, некий все превосходящий, всеобъемлющий реализм ветрогонской жизни. Ветрогонск мало питает тягу к идеальному, а тем более к мистическому, он не грандиозен размерами, но велик основательностью, и человек здесь не просто обитает среди принявшей всевозможные формы материи, а сам сверх всякой меры материален. Поэтому ветрогонцу не трудно, как мне представляется, умирать. О, это высокое проявление у него, это смертность, проникнутая осознанием себя как долга перед жизнью. Понятие о ветрогонской бытовой сгущенности, вообще его напряженной собранности среди тьмы лесов, его внутренней теплой скученности легче всего извлечь из весьма незатейливого наблюдения: люди здесь нескончаемой чередой простаков, толстячков (а там, глядишь, промелькнет и худосочный холерик с интеллектуальным настроем!) рождаются и умирают, проживая порой даже и нетипичную, взыскующую запоминания жизнь, а город стоит себе как ни в чем не бывало, вбирая память об ушедших в тот же мерзкий отстойник, где собираются и отходы его бесперебойно работающего пищеварения. Почти всегда человека, впервые попавшего в сей дантов ад, в порыве к свету выскочивший на поверхность бытия, охватывает что-то вроде зависти к благостной, ни в коей мере не натужной, хотя, конечно, не лишенной некоторой сумасшедшинки успокоенности местных жителей. В его сознание случайного и скорее всего непрошенного гостя вдруг проникает настойчивая и тревожная мысль, что хорошо бы ему бросить все его суетливые хлопоты, которым он безумно отдается в своем привычном мире, и поселиться здесь с определившимся сразу и твердо чувством обретения устойчивости, покоя и мудрой безмятежности существования. Как ни обманчивы эти ощущения, в них есть своя логика, своя правда, своя соль. Еще, говорят, Ипполит Федорович Струпьев поддался внешнему очарованию Ветрогонска с такой силой и уверенностью, что о нем можно судить как о своего рода первопроходце в этой, собственно, бесконечной повести обмана, иллюзий, разочарований и в конечном счете обретения истины. Но с Ипполита Федоровича я как раз и хочу начать свой сумбурный и трепетный рассказ. Может быть, первого в этом человеке было то, что он понял: в Ветрогонске плавно обретаются отраженные в зеркале близкой отсюда столицы тени, как бы столичные жители наоборот или они же, но еще при остающейся у них жизни в столице каким-то образом наказанные частичным таинственным изгнанием и даже аллегорическим переселением в загробность.

Логинов Олег

Янкелевич в стране жуликов

ГЛАВА I

Снилось ли когда-нибудь крейсеру "Аврора", что один его холостой выстрел вызовет грандиозный взрыв на одной шестой части суши и основательно потрясет весь мир. Скорей всего не снилось. Поэтому и бабахнул он из носового орудия 7 ноября по новому календарю. Услышав выстрел, большевики решили, что пришло их время. Матрос с солдатом, стреляя на ходу, побежали брать Зимний. Условием любой революции или переворота является необходимость срочно что-нибудь взять. Президентский дворец, Бастилию, Зимний или, на худой конец, Останкино. Высокообразованные члены временного правительства такой простой вещи не знали. Части регулярной армии они отправили на фронт, оставив для обороны дворца юнкеров, да женский батальон. В результате, вскоре, поблескивая пенсне, покинули Зимний под конвоем. А их места заняли пролетарские министры с четырьмя классами церковно-приходской школы, которые тут же принялись строить свой, новый мир. Идея была хорошей. Как "солнечный город" Кампанеллы. Поскольку народу прежняя жизнь при батюшке царе стояла уже поперек горла, идея новой жизни ему понравилась. Только почему-то вместо равенства, братства и всеобщей любви получился сплошной красно-белый террор. Красные приходят - грабят, белые приходят - опять грабят. Куда податься простому человеку? Да заграницу, если деньги есть.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Т.Алешкин

АВТОСТОПОМ ПО АЛЬТЕРНАТИВНЫМ МИРАМ

От редакции: История - странная вещь. Вчера была одна, сегодня другая, завтра - и вовсе третья... Можно, конечно, возразить, что меняются не столько реальные факты прошлого, сколько наш взгляд на них. Но какая, собственно, разница? Мир для нас таков, каким мы его видим. Вот и все. Прошлое уже несколько раз круто изменилось на наших глазах. Именно этим можно объяснить отсутствие горячего интереса у отечественных читателей и писателей к этому жанру, несмотря на широчайшие возможности, которые он представляет.

Плутарх

Жизнеописание Александра

книга II

(извлечение)

(пер. с древнегреческого Т.Алешкина)

(...)

CXXX. Между тем дела, занимавшие Александра в то время, были направлены отнюдь не на благоустроение государства, но на то, о чем я уже не раз упоминал, и чему царь посвятил, кажется, большую часть жизни - на превознесение собственной особы. Итак, Александр провозгласил себя живым богом. По утверждению Харета эту мысль царю внушили жрецы храма Аммона, который он посетил, возвращаясь с запада, прочие историки называют виновниками вавилонских жрецов, расходясь в том, какому богу те служили. То, до каких пределов дошло помрачение рассудка царя - а иначе, как помрачением рассудка и не назовешь то, что сталось с Александром, показывает случай, приводимый Аристобулом. Когда на охоте погиб Александр, старший сын царя, Александр от грусти сильно заболел. Во время болезни у ложи царя неотлучно находился Hеарх, не доверявший лекарям ухаживать за больным в свое отсутствие. Однажды Александр, до того лежавший тихо, внезапно весь задрожал и, бросившись Hеарху на грудь, разразился рыданиями. Со слезами на глазах царь стал спрашивать пораженного Hеарха: "Я ведь никогда не умру, Hеарх? Это правда, что я буду жить всегда?" Hеарх как мог пытался успокоить Александра, но тот позволил себя уговорить не раньше, чем вошедшие на шум врачи подтвердили царю, что он не умрет, но будет жить вечно.

Болезнь Александра

(перевод Т.Алёшкина)

Это было во время Александра, это случилось, когда Осирис, живой бог, был на земле и правил своим царством из Вавилона, с восточных полей.

Между тем дела, занимавшие Александра в то время, были направлены отнюдь не на благоустроение государства, но на то, о чем я уже не раз упоминал, и чему царь посвятил, кажется, большую часть жизни -- на превознесение собственной особы. Итак, Александр провозгласил себя живым богом. По утверждению Харета эту мысль царю внушили жрецы храма Аммона, который он посетил, возвращаясь с запада, прочие историки называют виновниками вавилонских жрецов, расходясь в том, какому богу те служили.

Тимофей Алёшкин

КЛЯТВА

Солнце в зените. Солнце отражается в волнах людского моря тысячей отблесков. Солнце пляшет огнем на панцирях, шлемах, знаменах. Солнце над Этеменанки, над Вавилонской Башней, над Башней до Hеба.

Hа Башне - Александр.

- Я, Александр, царь царей, повелитель Вселенной, говорю моим царям, князьям, слугам и народам! - царь замолкает.

Площадь перед храмом, огромная, как равнина. Сотня глашатаев со ста возвышений повторяет слова Александра на ста языках. Люди слушают, повернув головы, не ломая рядов. Кажется, тысячи тысяч здесь, на площади. Столько не было при Гавгамелах.