Сказки Ледяного спокойствия

Алексей Смирнов

Сказки Ледяного спокойствия

Моей сказке конец,

а по лесу бежит песец,

кто его поймает скорей

тот из него шубу шей.

Из сказок братьев Гримм: "Гензель и Гретель"

От автора

Сказки бывают интересные и не очень, получше и похуже - эти такие же. Общее в них одно: все они писаны "недрожащей рукой" и имеют в себе от ныне модного "римейка". Я надеюсь, что ныне покойные и доныне здравствующие авторы, чьими героями я воспользовался, не вчинят мне иска (вторые) и не нашепчут обо мне плохого там, где меня дожидаются в Зазеркалье (первые).

Другие книги автора Алексей Константинович Смирнов

«Записки невролога. Прощай, Петенька!» – это уникальный сборник курьезных и смешных историй. Вас ждут врачебные воспоминания и впечатления автора, действующего невролога, чьи рассказы уже отозвались в сердцах многих читателей. В сборник Смирнова Алексея вошли не только комичные случаи из врачебной практики, но также и авторские юмористические рассказы о медиках, пациентах и жизни, что порой настолько тяжела, что и смеяться и плакать хочется.

Алексей К. Смирнов один из самых популярных врачей в интернете. Так как пишет очень смешно и очень правдиво. Впрочем, он сам расскажет:

«Мне очень не нравится, когда мои рассказы называют «медицинскими байками». Я не рассказываю баек, все написанное – чистая правда.

Кушать подано, стол общий, язвенникам не читать».

Читателю, знакомому с произведениями «метафизического реалиста» (по его собственному определению) Алексея Смирнова, будет интересно (а кому-то и в лом) узнать автора совсем с другой стороны, как «живописателя медицинской реальности», прочитав его книгу рассказов «Под крестом и полумесяцем». Это смелый шаг для беллетриста, заявившего о себе как о мастере трансформации реальности, фантасте, направляющем свое воображение преимущественно в сторону темных сторон действительности и человеческого сознания, виртуозе хоррор-фикшн и, к тому же, «успевшего несколько прославиться» на этом поприще.

Автору удалось блестяще подтвердить тот банальный факт, что жизнь, порой, богаче любых фантазий. Будем материалистами: все-таки окружающий нас абсурд породил и Кафку, и Хармса, а не наоборот. Последнее имя приходит на ум прежде всего, когда читаешь эту книгу. Возможно потому, что дело происходит если не в Питере, то в его пригороде, а может из-за того, что три основные части книги написаны в излюбленной классиком литературы абсурда форме миниатюры.

Александр Изотов.

Алексей Смирнов

Центр Роста

Глава первая,

в которой происходит досадный промах

В кармане был паспорт на имя А. Келли, мистера.

В небе стояло солнце.

Вокруг расцветало лето.

К рукам прикипела скорострельная винтовка.

Ее-то и швырнули, за нужностью паспорта и недоступностью прочего, в мусор и пыль.

Мистер А. Келли, подчеркнуто веснушчатый и рыжий, летел с чердака, чертыхаясь и наводняя шокированный эфир черным смыслом. И все ему казалось мало.

Творчество Алексея Смирнова выделяется нестандартными поворотами казалось бы обычных событий; о чём бы он ни писал, можете быть уверены — финал вы не угадаете, да и герои окажутся вовсе не такими, как вы о них думали. Всё — обман, игра, но игра настолько увлекательная и выведенная с такой виртуозностью, что аж дух захватывает.

Из авторского сборника «Центр роста» (М.: Корпорация «Сомбра», 2006)

С обложки:

Алексей Смирнов давно и плодотворно, работает в жанре альтернативной фантастики. Автор книг «Натюр Морт», «Под крестом и полумесяцем», «Лето никогда», сборника «Ядерный Вий», выпущенного во Франции и в России. В 2004–2005 гг. издательство «Спецкнига» выпустило «Избранные произведения» в 2-х томах (романы «Пограничная крепость», «Лента Mru» и рассказы). Печатался в журналах «Литературное обозрение», «Полдень, XXI век», «Реальность фантастики», «Фантом», «Компьютерра», «Звезда», «Нева», «Русская литература» (Франция), «Стетоскоп» (Франция), «Крещатик» (Германия), рассказы читались на радио «Свобода».

Многие произведения переведены на французский язык.

Победитель конкурса APT-ЛИТО 2000 г. в номинации «Сборники рассказов» под пред. Б. Стругацкого. Автор статей, посвященных С. Кингу и Р. Брэдбери, вышедших в издательстве «Азбука». Сотрудник редакций сетевого альманаха «Присутствие» и журнала «Сетевая Словесность».

Член Санкт-Петербургского отделения Союза Писателей. По образованию — врач-невропатолог. Переводчик многих книг по психологии, психотерапии и тренингу.

«…у Смирнова кроме формы есть еще и содержание: он пишет о серьезных вещах, о важных вещах…»

«Русский журнал»

Алексей Смирнов

Методом тыка

Гомартели придержал посетителя за локоть.

- Как оно происходит? - спросил он, будто спохватившись. При встрече с непонимающим взглядом клиента он пояснил, кося глазами в сторону цветной татуировки: - Ну, вот это.

У клиента - рыжеволосого байкера лет двадцати - был синдром иммунодефицита, приобретенный по милости рецидивирующего гомосексуализма. Байкер знал о скорой своей смерти и нисколько не сокрушался. Его заботил лишь случайный застой в предстательной железе, который Гомартели - пользуясь перчаткой, разумеется, - успешно устранил посредством массажа.

Алексей Смирнов

Вчерашний день

- Тьфу ты, черт, - заругался домашний человек по имени Цезарь.

Звали его незаслуженно громко. Он ничего такого не делал, чтобы так называться; он просто собирал мусор, чтобы вынести на помойку. И у него порвался мешок.

Казалось, что мешок о чем-то предупреждает, но мало что может, немой и меньший.

Цезарь, растопырив мокрые пальцы, взял новый мешок и вложил в него лопнувший. На пол натекла свекольная лужица; вывалился еще какой-то поразительный предмет, совсем незнакомый, разложившийся.

Популярные книги в жанре Современная проза

ОТ АВТОРА

Now you’re looking for God in exciting new ways

David Bowie “Lucy Can’t Dance”

Попытка написать художественное произведение во втором лице единственного числа

предпринимается не в первый раз. Сам я узнал о том, что это вообще возможно, благодаря

сборнику работ Бориса Дубина «Слово – письмо – литература», в котором среди прочего

отмечается: «…есть, например, экспериментальный роман Бютора «Изменение», именно так,

Ландшафт создают дороги. Они позволяют увидеть то, что без них осталось бы скрытым от глаз и как бы не существующим: возделанные поля и спускающийся с холма лес, дома на противоположном берегу реки, башни замков и отдаленные шпили. Они впускают свет (прием, прославивший европейских живописцев) и соединяют разрозненное и разобщенное в одно прекрасное целое. Дороги — лучшее украшение природы, созданное руками человека, и я не знаю ничего другого, что бы так гармонично объединяло природу и цивилизацию.

«Вечер был покойный и чистый. Солнце медленно уходило за Северо-Байкальский хребет, освещая неподвижную студеную воду, но едва оно полностью скрылось, задуло два ветра. Низовой со стороны моря погнал на берег тяжелую пенистую волну, а верховой принес с запада облака. Они повисли над горами и к утру стали сползать вниз, укрывая густой массой камни, тайгу и степь. Когда рано утром Катя вышла из дому, почти ничего не было видно вокруг: только слышно в вязкой тишине, как катились, затихая, на берег волны и где-то далеко в море гудело судно…»

А. Рекемчук дебютировал в прозе как новеллист: в 1956–1958 гг. вышли сборники его рассказов «Стужа» и «Берега».

В дальнейшем Рекемчук надолго расстается с жанром рассказа, появляются его повести «Все впереди», «Время летних отпусков», «Молодо-зелено», «Товарищ Ганс», роман «Скудный материк».

И вот спустя десять лет новая встреча с жанром. В предлагаемый читателю сборник автор отобрал лишь немногое из сделанного в ту пору («Ожидания», «Арбузный рейс», «Без боли», «Останутся кедры», «Века, века…», «Короткие волны»). Книга открывается своеобразным рассказом-прологом «Исток и устье», повествующим о том, как рождались сюжеты и образы многих новелл. В 1968–1970 гг. написан и цикл рассказов, составляющий основу этого сборника.

Мы сами ставим перед собой двери, чтобы верить, что за ними кто-то есть. 

Все содержащиеся в этой книге предупреждения обладают реальной силой. Однако автор считает себя свободным от моральной ответственности за судьбу тех, кто не воспримет эти предупреждения всерьёз.

Макс Гурин (экс-Максим Скворцов) — род. 1973; писатель, композитор, аранжировщик, звукорежиссёр. Автор романов «Псевдо», «Новые праздники», «Душа и навыки», «Космос», «Я-1», «Да, смерть!», «Гениталии Истины». Музыкальные проекты: «Новые Праздники», «Другой оркестр», «e69». Работал ремонтным рабочим, монтёром пути, оператором ЭВМ, штатным автором вопросов телепрограммы «Слабое звено», поэтом-песенником, журналистом, музыкальным обозревателем «НГ — Exlibris», учителем словесности и музыки. Учился в МПГУ им. Ленина и в Литературном институте им. Горького. Член Союза Литераторов РФ и Российского Авторского Общества.

«День февраля»- первая книга М. Харитонова. Повести, вошедшие в нее, потребовали десяти лет творческого труда. В повести «День в феврале» рассказывается о Н. В. Гоголе.

Об эпохе царствования Ивана Грозного — в повести «Два Ивана». Повесть «Прохор Меньшутин» — о быте современной провинции.

Йоахим Линде — герой романа Якоба Аржуни «Домашние задания» — преподаватель гимназии, производит впечатление респектабельного человека, у которого в жизни все идет как нельзя лучше. Однако на его уроках происходят бурные дискуссии, нередко заканчивающиеся скандалом, о нацистском прошлом Германии, жена находится в психиатрической лечебнице, дочь не так давно пыталась покончить с собой, а сын попал в автомобильную катастрофу. В конце книги становится понятно, что причина всех этих событий — сам Линде, коварный, лживый человек, который умудряется даже несчастья близких обернуть себе на благо.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Алексей Смирнов

Скучающий пастырь

"РР" расшифровывается следующим образом: "Российский Релакс". Релакс это когда расслабляются. Смотря кто, конечно. Лично мне не приходится, хотя речь идет о широкой программе для населения, только я не в счет. И я понимаю аббревиатуру "РР" немного иначе, потому что знаком кое с ками влиятельными людьми, а потому прилично информирован. Для меня "РР" читается так: Райце-Рох.

Был такой талантливый психиатр, автор множества изобретений, хорошо известный узкому кругу секретных лиц. Его особенно волновали вопросы взаимодействия реальности и фантазии. Все его труды так или иначе относятся к данной области. Мне, разумеется, известно немногое, пусть я и вожу дружбу кое с кем. Знаю, что начинал он с малого, скромно: создал прибор для сброса отрицательных эмоций. То был симпатичный ящичек с лампочками и кнопками. Его поставили в одном из образцовых универмагов, в торговом зале, и снабдили инструкцией. Недовольный покупатель нажимал кнопку и видел горящее табло с буквами: "говорите". Обиженный излагал жалобу, лампочки понимающе перемигивались, клиент уходил довольный, с верой, что крик его души дойдет до сильных мира сего, а то и до Господа Бога. На самом же деле если кто и слышал его, так это именно Господь Бог, и, пожалуй, только он один, потому что внутри ящичка не было вообще ничего.

Алексей Смирнов

Сохранить как

Напоследок - изящное наблюдение: в юности перед тобой разложены карты, и каждая обещает дальнюю дорогу, но ты не готов идти. А в старости - в старости всегда получается неудачный пасьянс. Лишний валет, неистраченный туз... Поэтому старые леди, утепленные шалями, склонны раскладывать пасьянсы. Собственные жизни перекраивают...

Он взглянул на правое предплечье: мраморная кожа, испещренная сухими порами, напряглась и вздулась, словно в клетчатку, минуя по ошибке вену, проник густой раствор. Округлое неровное уплотнение росло, разбухало, одновременно походя и на грибную шляпку, и на сосуд алхимика. Вскоре, за узостью площадки, упругое новообразование свесилось с руки наливными боками: одним - с лучевой стороны, другим - со стороны радиальной. Теперь оно казалось неким предметом, аккуратно переброшенным через руку: что-то вроде толстого валика или, скажем, резиновой грелки. Тягучей шкурой, да глубинным бурчанием оно больше смахивало на грелку.

Алексей Смирнов

Сонное царство

Автопортрет в лицах

Оглавление

Предисловие

Глава 1. Что-то не так

Глава 2. Глыба

Глава 3. Проклятый ноябрь

Глава 4. Пластилиновая река

Глава 5. Знаки и символы

Глава 6. Старуха

Глава 7 (вставная). Веник шизофреника

Глава 8. Программа "Жатва"

Глава 9. Полигон

П р е д и с л о в и е

Внутренний голос подсказывает: не выпендривайся! Я отвечаю: о чем разговор? И, не прислушиваясь к внутреннему голосу, уведомляю: истинная правда, что все, следующее ниже, родилось от укуса неизвестной мушки, злобно метавшейся пасмурным осенним днем над платформой и напавшей на автора, когда он покидал вагон поезда. Укус родил скудную, привлекшую внимание автора сыпь на правом запястье; сыпь родила мысли о некой таинственной напасти, поражающей людское племя; мысли, в свою очередь, рождали друг дружку - что за напасть? откуда ей взяться? кому она угрожает? не есть ли она следствие чьих-то козней? и так далее. Разумеется, в дальнейшем все это здорово изменилось, но перемены не умаляют мушиных заслуг. Я, впрочем, далек от мысли, что она, канувшая в безвестность мушка, мечтала о лаврах.

Алексей Смирнов

Cват

Штах, полулежа в рабочем кресле, слушал жалобы коллеги - высокой размалеванной особы в очках.

- Что у меня за судьба, - сетовала особа. - Один - моральный урод, другой - импотент. Страшное невезенье!

Штах отхлебнул кофе.

- Ты по знаку - кто? - осведомился он.

- Овен.

- Не знаю, - подумав, решительно хмыкнул Штах.

- А по году - Змея.

- Я - Дракон, - скромно сообщил Штах, опуская глаза.