Сказки для умных

Словосочетание «Сказки для умных» стало чем-то бóльшим, чем просто название сборника. Это уже своего рода название жанра, созданного Вадимом Шефнером на грани фантастики, сказки, притчи и реализма.

(c) FantLab рекомендует.

Отрывок из произведения:

Сергей Кладезев родился на Васильевском острове. То был странный ребенок. Когда другие дети возились в песке, делая пирожки и домики, он чертил на песке детали каких-то непонятных машин. Во втором классе школы он сконструировал портативный прибор с питанием от батарейки ручного фонаря. Этот прибор мог предсказывать любому ученику, сколько двоек он получит на неделе. Прибор был признан непедагогичным, и взрослые отобрали его у ребенка.

Окончив школу, Сергей поступил учиться в электрохимический техникум. В техникуме этом было немало хорошеньких девушек, однако на них Сергей как-то не обращал внимания — быть может, потому, что видел их каждый день.

Рекомендуем почитать

Шефнер Вадим. Скромный гений. — Москва: Молодая гвардия, 1974. — 272 с. — (Библиотека советской фантастики).

В сборнике известного поэта и писателя пять фантастических повестей. В них он остается верен своей основной теме: глубокий анализ человеческих характеров, взаимоотношения людей, нравственные ценности — вот о чем повествует в своих «полувероятных» историях Вадим Шефнер. Предисловие А.Липелиса.

Содержание:

Липелис А. «Полувероятные» истории Вадима Шефнера. 5-10

Скромный гений. 11–34

Человек с пятью «не», или Исповедь простодушного. 35-138

Запоздалый стрелок, или Крылья провинциала. 139–192

Круглая тайна. 193–254

Когда я был русалкой. 255-271

Название книге дала одноименная научно фантастическая повесть, рассказывающая об отдаленном будущем, об изобретении некоего универсального материала. Кроме «Девушки у обрыва», в книгу вошли две фантастические повести: «Дворец на троих» и «Круглая тайна».

Вадим Сергеевич Шефнер (1915-2002) - поэт, прозаик, лауреат отечественных литературных премий, буквально - "ровесник века" российской литературы ушедшего столетия. В жанре фантастики Шефнер дебютировал относительно поздно, в 1960-е годы, однако уже с самых первых своих произведений сформировал уникальный стиль, ставший впоследствии своеобразной "фирменной маркой" его творчества - фантастики по-доброму иронической и мягко-пародийной, веселой - и мудрой, реалистичной - и поэтичной. Фантастики решительно ненаучной - и (возможно, поэтому?) до сих пор сохранившей свое обаяние...

Другие книги автора Вадим Сергеевич Шефнер

Шестью широкими лучами отходили от бывшего барского дома аллеи, а там, дальше, они соединялись между собой небольшими аллейками. Сверху все это напоминало паутину – и дом, как паук, сидел в центре паутины, кого-то поджидая. А над крышей возвышалась башенка, и с нее было очень далеко видно. Мы, детдомовские ребята, любили забираться на площадку этой башенки. Сюда очень редко поднимались воспитатели, и здесь можно было курить, не боясь быть замеченным.

В этот июньский день Ю. Лесовалов стоял под придорожной сосной, укрываясь от ливня и поджидая загородный автобус. Шоссе здесь шло под уклон, и по асфальту бежал плоский поток, густо неся лесной сор – мелкие веточки, чешуйки шишек, жёлтые двойные иглы. Казалось, всё шоссе движется, как конвейерная лента. А наверху шло деловое новоселье лета. Там спешно мыли стёкла, проливая на землю потоки воды; там с грохотом передвигали невидимую людям мебель; там стопудовым молотом вбивали в незримую стену незримые гвозди; там, завершая строительные недоделки, сверхурочно работали небесные электросварщики. Небо ходило ходуном, гремело, полыхало.

Сны. Когда мне было лет 14–15, я на стадионе Ленина, на пруду, упал с пяти-метровой вышины, с трамплина. Я должен был прыгнуть, но в последний момент потерял равновесие и просто упал, а потом лежал, болел.

С тех пор мне иногда снятся сны, связанные с потерей равновесия (среди прочих снов). Иногда я во сне делаю изобретения; если вдуматься, то эти изобретения связаны с укреплением равновесия. Так, однажды я во сне изобрел приспособление, уменьшающее качку, — для шлюпок и мелких судов. Когда проснулся, то выяснилось, что такое изобретение ничего не даст для увеличения остойчивости. А то я изобрел во сне тапочки, сдвоенные, соединенные шарниром; тапочки — из проволоки плетеные. Во сне я очень радовался, а когда проснулся — понял, что в таких тапочках еще скорее с каната упадешь. А то вижу во сне, что проснулся на краю глубокого обрыва, — неужели я здесь всю ночь проспал?

На пятый день наступления третий батальон ворвался в деревню Коркино, выбил из нее противника и отразил несколько сильных контратак.

Перед рассветом на смену подошла свежая часть, а остаткам третьего батальона было приказано двинуться в тыл, в поселок Нежданное — на отдых и переформирование.

Лейтенант Журавлев, единственный оставшийся в строю офицер, вывел людей из траншеи, и задами деревни, перебегая от одной уцелевшей избы к другой, солдаты третьего батальона добрались до лощины, где пролегала дорога.

Профессор Колькопф еще в 1973 году предсказал, что в непредсказуемом будущем наша добрая старая галактика войдет в несубстанционное соприкосновение с галактикой Икс, и это может вызвать непредсказуемые явления. Мало того, еще раньше, в 1969 году, доцент-самоучка Стоеросов в статье «Завтра или никогда?» предостерег, что под влиянием спонтанных космических факторов бумага может приобрести стойкие цветоотталкивающие свойства, чему будет предшествовать некая мгновенная вспышка в атмосфере. Но человечество почему-то пропустило мимо глаз и мимо ушей эти мудро-зловещие пророчества.

Бессмертный Павел Белобрысов и простодушный "скромный гений" Стефан. Жизнь длиной в "один миллион лет" и пять "не" - неуклюжий, несообразительный, невыдающийся, невезучий, некрасивый...

Невероятные слова и люди в книге блистательного Вадима Шефнера! Горькое веселье и разухабистая грустинка, чистый детский смех стихов и самоцветная россыпь прозы. А главное - просто человеческие истории...

Второй (судя по времени первой публикации) из ранних рассказов Вадима Шефнера.

В жанре фантастики Шефнер дебютировал относительно поздно, в 1960-е годы, однако уже с самых первых своих произведений сформировал уникальный стиль, ставший впоследствии своеобразной «фирменной маркой» его творчества – фантастики по-доброму иронической и мягко-пародийной, весёлой – и мудрой, реалистичной – и поэтичной. Фантастики решительно ненаучной – и (возможно, поэтому?) до сих пор сохранившей своё обаяние...

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Домик комиссара стоял в стороне от других домов на окраине города. Уличное освещение в эту глушь еще не провели, всюду было темно, светилось только одно окошко на втором этаже — видимо, там комиссар работал. Улица была пуста. Шенсберг вышел из машины, закрыл ее на ключ и направился к двери, нащупывая кнопку звонка. Ага, вот и она. Он позвонил. Из глубины дома раздался голос хозяина:

— Входи, Гарри, дверь открыта.

Комиссар — один из умнейших полицейских страны, гроза всех жуликов, бродяг и воров (ни одному из них не удавалось от него уйти) — был старым холостяком. Любитель одиночества, он не имел привычки приглашать подчиненных к себе домой, даже в силу служебной необходимости. Но сегодня он сделал исключение, позвонил Шенсбергу и попросил приехать к нему, да не откладывая. Случилось, мол, нечто чрезвычайно важное.

Нос корабля все еще нацелен в сторону от Марса. Вокруг нас только чернота и пустота космоса. Мы направляемся к звездам — на старом корабле развалюхе, вряд ли способном побороть легкое притяжение. Настанет момент, когда нос дрогнет, ляжет параллельно поверхности и повернется вниз. Гравитация победит. Мы помчимся обратно на Марс… Быстрее… и быстрее… и быстрее…

— Мне нужен обратный билет в Марсопорт, — сказал я пожилому человеку управляющему факторией. Старый Сэм посмотрел на меня так, как смотрят сельские жители, подчеркнуто равнодушно, и неторопливо вышел из-за прилавка.

«Гриада» — это научно-фантастический роман о межзвездном полете к центру Галактики, о знакомстве с жителями других миров, обладающими высокой цивилизацией.

Газета «Пионерская правда», 1959 год, 18 сентября-29 декабря, №№ 75-84, 86-88, 90, 91, 93-97, 100, 101, 103, 104.

Липучка — рыжий суперкотенок с IQ около ста шестидесяти, который научился понимать человеческую речь. Липучка был теперь человеком практически во всех отношениях, кроме телесного. Например, он держал в голове набросок первых двадцати семи глав книг «Пространства-времени для прыгуна». Но однажды шерсть на загривке Липучки встала дыбом — в комнату крадучись вошла Сестренка. Она казалась худой, как египетская мумия. Только великая магия могла побороть эти жуткие проявления сверхъестественного зла.

Воплощая в жизнь национальную идею, космонавты совершили беспримерное путешествие на загадочную планету. Этому предшествовали драматические события, как на Земле, так и в холодной пустоте космического пространства. В то время отважные парни еще не знали, насколько долгой будет дорога домой…

Звери ревели требовательно и тревожно.

Звуки с трудом пронизывали хрусткий морозный воздух, и он, кажется, звенел.

Впрочем, звенел не воздух. Тихонько и надсадно ныл традевал — в нём, вероятно, отпаялся какой-то контакт. Андрею Сырцову не хотелось трогать поющий контакт. Его прерывистое звенящее нытьё — тонкое, как комариный писк, — напоминало, что мир его не вымерз, что, кроме снега и потрескивающих деревьев, есть ещё и другой мир — жаркий, влажный, ласковый.

В сборник включены повести и рассказы зарубежных (в основном, американских) писателей, дающие непростой и неоднозначный взгляд научной фантастики на религию. Помимо сложных философских вещей, таких как "Двадцать первого путешествия Ийона Тихого" Станислава Лема или "Выше звезд" Урсулы ле Гуин, в сборник включены приключенческие и юмористические рассказы и миниатюры. Впервые на русском языке, здесь была напечатана великолепная повесть Урсулы Ле Гуин "Новая Атлантида".

Содержание:

* Вл. Гаков. Мудрая ересь фантастики (эссе)

* Эрик Ф. Рассел. Единственное решение (пер. В. Баканова)

* Рэй Брэдбери. Человек (пер. Н. Коптюг)

* Энтони Бучер. Валаам (пер. А. Корженевского)

* Пол Андерсон. Царица ветров и тьмы (пер. А. Корженевского)

* Роберт Силверберг. Добрые вести из Ватикана (пер. А. Корженевского)

* Джон Браннер. Иуда (пер. А. Корженевского)

* Энтони Бучер. Поиски святого Аквина (пер. А. Корженевского)

* Артур Кларк. Девять миллиардов имен Бога (пер. Л. Жданова)

* Станислав Лем. Двадцать первое путешествие Ийона Тихого (пер. К. Душенко)

* Фредерик Браун. Ответ (пер. В. Баканова)

* Роберт Силверберг. Пастырь (пер. А. Корженевского)

* Роберт Шекли. Битва (пер. И. Гуровой)

* Роберт Шекли. Бухгалтер (пер. В. Баканова)

* Теодор Когсуелл. Стена вокруг мира (пер. Е. Кубичева)

* Альфред Бестер. Вы подождете? (пер. В. Гакова, В. Гопмана)

* Боб Шоу. Обратная связь (пер. В. Баканова)

* Урсула Ле Гуин. Выше звезд (пер. И. Тогоевой)

* Станислав Лем. Маска (пер. И. Левшина)

* Артур Кларк. Звезда (пер. Л. Жданова)

* Деймон Найт. Восславит ли прах тебя? (пер. В. Гопмана)

* Урсула Ле Гуин. Новая Атлантида (пер. И. Тогоевой)

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

"Поселок кентавров" — эротико-философский гротеск. В этом произведении жестокая ярость мира и ужас бытия встречены гомерическим хохотом человека, который знает свою подлинную счастливую судьбу и самым дерзким образом кажет здоровенный елдорай (международный мужской символ) тем силам тьмы, злобы, подлости, что губят сотворенное Богом человечество.

САША ДЭА

ДЕВУШКА С ПОВЯЗКОЙ НА ГЛАЗАХ

Вы, знающая боль, столь верная в любви останетесь во мне.

Два человека встретились в кафе. Две женщины. Они не знают друг друга. Но одной нужно сказать, а у другой есть возмож­ность слушать.

Иначе расставленные слова обретают другой смысл, иначе расставленные мысли производят другое впечатление.

Блез Паскаль

Я, конечно, очень грешна, Но своей любовью я заслужу этот рай.

Юлия Бужилов

Посвящаю Книгу Силе.

Посвящаю Книгу Человеку, который живёт в моём сердце.

«Я говорю с тобой, и не моя вина, если не слышно. Сумма дней, намозолив человеку глаза, так же влияет на связки. Мой голос глух, но, думаю, не назойлив».

Иосиф Бродский

Данная книга является художественным произведением. Но любое сходство с реальными событиями— чистая правда.

Рассказ, в котором главным действующим лицом является Мистер Саттертуэйт. Он направляется в гости к своим друзьям за город. По пути у него ломается автомобиль, и, пока его чинят, Саттертуэйт сидит в кафе. Туда же заходит старинный знакомый Саттертуэйта, таинственный мистер Кин, имеющий обыкновение неожиданно появляться и также неожиданно исчезать. Кин выслушивает рассказ Саттертуэйта о семье, в которую он едет. Саттертуэйт чувствует, что должно что-то произойти. Кин оставляет ему подсказку, как предотвратить преступление.

Дэвид Лэтимер попадает в дом, из которого нельзя выбраться. Кому же понадобилось такое заточение?