Сизиф

Рисунок Л. Смирновой

Из раннего, тяжелой синевы, рассвета выступили горы. В ближних деревушках заблеяли овцы, закричали голодные с ночи ослы. Волы, жирные, тупые и бесстрастные, глухо замычали. Не успела смолкнуть невеселая музыка нищих горных селений, как подскочило, выпрыгнуло солнце: начал дневной путь Гелиос — в золотой, слепящей глаза смертным, колеснице, — разгоняя первыми, еще длинными лучами утреннюю рябь моря, озеленяя поросшие лесом прибрежные горы.

Рекомендуем почитать

Рассказ из названий, опубликованный в январском номере «Уральского следопыта» за 1978 год.

Рисунки Е. Стерлиговой

— Звезд с неба не хватает, — сказали про него, и он обиделся.

Была весна, и все росло. Даже небо — оно стало выше. А звезды по-прежнему были близко.

Он решил поймать звезду. Ему было почти восемь лет, и звали его Мих-Михом.

Звезд с неба не хватает… Потом, с годами, слова эти понимаются иначе: проще и безнадежней, а сейчас все не так, и мальчишка торопится за звездой. Так бывает однажды, когда первая, необъяснимая обида пробивает душу навылет, так бывает однажды, в детстве, когда дальние страны лежат сразу за горизонтом, и нет невозможного, и кажется — все сбудется…

Валерий Серенко, Вилорик Ушаков, Николай Петров, Николай Быков, Геннадий Михедов, Владимир Дубаков — гидрологи научной станции «Островное». Живут и работают на Северном Урале. Летом — гидрологические обследования в тайге и тундре, зимой — обработка материалов на экспедиционной базе. И вся их жизнь? Не вся…

Рисунки С. Малышева

Близился поворот, за которым должна была открыться река Счастья, как Таволгин ее называл, — Руна, как ее называли географические карты. В глухих берегах, где от ягод черники сизовела трава, речка, свиваясь в тугие узлы струй, неслась через перекаты к долгим и тихим заводям, куда поплавок падал, как в поднебесное зеркало, и не было в ней числа быстрым хариусам, темным сигам, красноперым язям, всему, что встречалось так редко на нынешней Земле.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Нелегко возвращаться домой. Особенно когда дома у тебя больше нет. Нелегко выжить в современном мире среди людей. Особенно если ты уже не человек. Нелегко ужиться с бывшим воином союзнических сил, когда любишь бывшего врага. Очертя голову, шагнет Верити в будущее, в свое потерянное детство, на свою забытую родину. Ей предстоит понять, как изменился мир в ее отсутствии, и как он меняет людей. Но куда бы ни бежала она, с кем бы ни пыталась забыться от своих истинных чувств, ей нигде не скрыться. Два сердца помнят, чувствуют друг друга и видят во сне, не смотря на то, что между ними тысячи миль, портал и целая вечность. Благосклонная судьба сталкивает Рити с бездомной девочкой, благодаря которой закаленная в бою волчица познает свою сущность с другой, совершенно новой стороны. Рити видит в ней свое беззаботное прошлое, свои несбывшиеся мечты... И считает своим долгом сделать Карри счастливой. Но жизнь преподносит новые и новые сюрпризы. Сердце Верити велико, но хватит ли его на двоих? Кого выберет: нежного, беззаветно влюбленного ангела или свободолюбивого демона, давно ставшего смыслом ее жизни?..   По Ту Сторону: Война окончена и победителей не судят, пусть даже если это Тьма. Но не все умеют завидовать молча. Колдун Нэкадэус и дочь убитого императора ждут ребенка, великого ребенка! Только "добро" не дремлет. Оно сильно обиженно и жаждет восстановить пресловутое равновесие. Верити всегда следовала Праведному пути, всегда... до этого дня. юри, однополые отношения, нестандартный любовный треугольник, откровенные сцены. Рейтинг: R (18+)

Свободное продолжение лукьяненковского "Не время для Дракона". Ученическая вещь.

Шаги немузыкально поскрипывали по снежному полотну дороги. Мороз щипал за щеки и за нос. В воздухе в веселом танце кружились снежинки. Кутаясь в полушубок и потирая колючими варежками щеки, я остановилась, огляделась и облегченно вздохнула. Вот я и на месте!

Деревенька Прокопово пейзажами не радовала, и однообразие местности мне уже порядком наскучило. С двух сторон от главной дороги выстроилась цепочка маленьких одноэтажных домиков, почти невидных под огромными шапками снега. В наспех сколоченных будках мерзли и поскуливали шавки. На крылечках истошно орали кошки да так, что хотелось повеситься. Правда, несмотря на все это, погода стояла на редкость неплохая — светило яркое солнце и ветра не было вообще.

Команда «Вестрела» попадает в страшный шторм, вызванный колдовскими чарами. Команда чудом добирается до Сартоса, города на Побережье, но корабль сильно повреждён. В поисках денег на починку коробля Конан и Сигурд встречают человека, который рисует карты, ведущие к сокровищам. Узнав, что у одного из золотоискателей получилось найти сокровища, Конан бросается в это авантюрное приключение...

Маленькая компания студентов, увлекающихся спелеологией, делает первопрохождение неизвестной пещеры. Вместо банального похода ГГ попадает к эльфам, а ее друзья — в лапы демонов. Желание у героев одно — благополучно вернуться домой.

Сенечка сидел за кухонным столом в полном отчаяньи. Обхватив голову руками, он обдумывал неразрешимую задачу: как совместить вечное и повседневное… Как?!

Ведь так хочется и след в веках оставить, и свой век прожить в достатке. А стало быть, надо ухитриться, и всунуть нетленные мысли о мирозданьи в коммерчески успешный проект.

Эпическое полотно… Широкое, как этот обеденный стол… Сенечка машинально смахнул в ладонь хлебные крошки со стола и вытряхнул их в мусорное ведро. Стол преобразился — так и хочется сказать, — стал девственно чист, если б не голубые ромашки, которые планомерно замостили его поверхность. И всё же перед взором Сенечки этот стол превратился в некое подобие карты: горы взбугрились слева и справа, море выплеснулось в верхней части, едва не затопив кухонную плиту… Муравьиными тропами протянулись цепочки следов, по которым зашагали многочисленные путники, загромыхали обозы.

Если Родина обучила тебя, призвала, если тебе нравится твоя работа, если ты искренне считаешь, что ты нужен, разве ты можешь изменить? А ведь можешь…

Эту историю я написала, после того, как прожила в Калифорнии несколько лет. Это было то время в моей жизни, когда я жила возле воды. Я четырежды чуть не утонула. И тогда я получила сертификат ныряльщика. Мне показалось, что это избавит меня от моих фобий. Когда у меня было неудачное погружение, к моей водобоязни добавилась клаустрофобия. Ну и ладно. Это очень эмоциональная история, открывшая во мне, как в авторе новые грани. Это очень печальная история. Идеи страха и тоски, наполняющей меня, как океан, отразились потом в книгах об Аните. Некоторые из персонажей, появившиеся потом в «Пляске смерти», родились именно из этого рассказа.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Пожалуй, самой неоднозначной и спорной фигурой нашей истории является Иван Грозный. Иностранцы давно сделали «Ивана the Terrible» символом русской души и русского человека, что лишний раз свидетельствует о привычном для Запада глубоком непонимании нашего народа. Однако и на Руси образ первого царя, его судьба и его дела вызывают непрекращающиеся публицистические дрязги, жестокую критику или безудержную апологию. Причем началось все это еще при живом Иване Васильевиче, благодаря письмам беглого воеводы Андрея Курбского и его же «Истории о великом князе Московском». С тех пор и бьются сторонники и противники первого царя Великой Руси, швыряя друг в друга исторические аргументы или пытаясь сокрушить противников полемическим напором.

Федор Иванович занимает особое место в ряду русских монархов. Дело не только в том, что он последний представитель династии, правившей Россией более семи столетий. Загадка царя Федора не давала покоя ни его современникам, ни позднейшим историкам. Одни видели в нем слабоумного дурачка, не способного к управлению страной. Для других (и автор книги относится к их числу) царь Федор Иванович — прежде всего святой, канонизированный Русской церковью, а его внешняя отгороженность от власти — свидетельство непрестанного духовного служения России. Как бы ни относиться к фигуре «последнего Рюриковича на троне», надлежит признать: именно в его царствование (1584—1598) Россия не только смогла преодолеть ужасные последствия предыдущего правления царя Ивана Грозного, но и добилась выдающихся успехов в своем историческом развитии. Именно при «слабом» царе Федоре (и при его непосредственном участии) в России было введено патриаршество; при нем строились новые города и основывались монастыри; при нем Россия одержала военную победу над Швецией, взяв реванш за поражение в Ливонской войне, сумела закрепиться на Урале и в Западной Сибири. Так благом или нет было для России правление «царя-инока», чурающегося мирских дел? Свой ответ на этот вопрос дает автор книги, известный историк Дмитрий Володихин.

Произведения маркиза де Сада всегда воспринимались неоднозначно, вызывая у читателей то ужас, то восхищение, его сочинения проделали головокружительный взлет от томиков, читаемых украдкой, до солидных академических изданий. XVIII век считал его непристойным писателем, автором гнусных порнографических романов, названных «эталоном безобразия», XIX век снисходительно отнес его сочинения к области литературных курьезов, но век XX, радикально изменив отношение к маркизу, отвел ему достойное место в литературе эпохи Просвещения. Серьезная исследовательская работа автора данной книги дает объективную оценку этому безусловно неординарному человеку, споры о котором не утихают в мировом литературоведении и по сей день.

Навуходоносор, сын Набопаласара, правил в Междуречье 43 года — дольше всех ассиро-вавилонских царей. С его именем связаны многочисленные легенды. При нем были возведены знаменитые ворота богини Иштар, украшенные изображениями священных быков и драконов, и Вавилонская башня, ставшая в Библии символом человеческой гордыни. Он взял столицу Иудеи Иерусалим, разрушил храм Соломона и увел десять тысяч евреев в 50-летний вавилонский плен. Именно ему традиция приписывает строительство легендарных висячих садов.

Благодаря книге Даниеля Арно, написанной на основе свидетельств библейских пророков, трудов античных историков, многочисленных клинописных текстов на глиняных табличках и результатов археологических раскопок, читатель имеет возможность отделить реальность от вымысла, познакомиться с жизнью обширной империи, занятиями и религиозными представлениями ее подданных и деяниями их великого правителя.