Система Борис Борисыча

Система Борис Борисыча

В доме пятьдесят шесть квартир. И если Иван Иваныч из второго этажа не знает, как чувствует себя Петр Петрович из шестого и даже вообще не знает никакого Петра Петровича, то все жильцы во всех квартирах ежедневно осведомлены о состоянии здоровья Борис Борисыча. И не только о его здоровье, о нем знают всё: что фамилия его Знаменоско, но в молодости была другая, как будто даже не совсем благозвучная и уж во всяком случае идейно никуда не направленная и он ее своевременно переменил. Знают, что ему сорок семь лет; что рост у него 1 метр 88 сантиметров, а вес 96 килограммов; что одевается он, пожалуй, лучше всех в доме; что утрами он гуляет по набережной, днем сидит в ресторане, едет на футбол или на бега, а вечером смотрит телепередачу.

Другие книги автора Варвара Андреевна Карбовская

В зеркале отражалось лицо человека, которому предстоит нечто чрезвычайно приятное. Это лицо принадлежало терапевту сельской больницы Алексею Макарычу Потникову, собиравшемуся на встречу Нового года к главному врачу.

Как, в сущности, мало нужно, чтобы стать почти красивым даже при наличии узкого лба, глаз, выполняющих свои функции, но отнюдь не являющихся украшением, и носа, похожего на разношенную суконную туфлю. Достаточно, чтоб по такому лицу разлилось выражение радостного волнения и в глазах блеснула искра вдохновения, как ладо хорошеет настолько, что даже собственная жена, за последние пятнадцать лет супружества не тароватая на комплименты, и та говорит с поощрительной улыбкой:

Я и прежде смутно догадывалась, что галстук в мужском туалете – это не только придаток к рубашке или костюму, но также в какой-то мере и выражение характера.

Чтобы проверить, так это или нет, я приглядывалась к покупателям и разговаривала с продавщицами, миловидными девушками, в отделе галстуков центрального универмага. Это было довольно занятно, и об этом можно кое-что рассказать. Но окончательно я убедилась в том, что галстук – выражение характера, когда совершенно случайно познакомилась с коллекцией галстуков одного такого галстуконосца.

– Павлик!.. То есть, простите, конечно – Павел Назарыч, но это все равно. Ах, боже мой, какое счастье, это сама судьба!

Павел Назарыч отгибает бобровый воротник, смотрит с высоты своего внушительного роста на пожилую маленькую женщину в потрепанной беличьей шубке с пролысинами на боках и на рукавах, в чепце, сшитом из клетчатого кашне, и вдруг вспоминает:

– Ми…

Нет, Милочкой ее назвать неудобно и просто даже невозможно, а отчество он позабыл. Но она радостно смеется и кивает головой в клетчатом чепце.

Во дворе стоял такой крик, как будто растревожили целое поселение грачей на верхушке старой ветлы. Даже прохожие приостанавливались у чугунной решетки двора, пытаясь разглядеть, что же такое там творится. Но разглядеть было мудрено, мешали кусты боярышника за оградой.

Из подъезда вышла женщина с плетеной сумкой и, ни к кому не обращаясь, добродушно сказала:

– Наши ребята – народ горластый.

– Поживи в таком дворе, все нервы себе испортишь или оглохнешь, одно из двух, – сердито взглянув на женщину, произнес прохожий, старик в соломенной шляпе с ленточкой и в тщательно отутюженном костюме. – От этих ребят нигде спасу нет, а почему? Потому что разбаловали. Везде только и слышишь: «Все для детей!» За глаза бы и половины хватило, а то – извольте радоваться – все на свете для них!

Опытный пианист, едва коснувшись клавиатуры, тотчас узнает, что рояль расстроен.

Совершенно так же и жена, прожившая с мужем много лет, по первому звуку мужнина голоса почувствует: слегка фальшивит, или бессовестно врет, или расстроен до последней степени и нужно принимать меры.

Это, может быть, старое сравнение, но им как раз удобно начать рассказ о том, что произошло в семье Сидоровых. Или, скорее, о том, чего, слава богу, не произошло.

Опубликовано в альманахе "Рыболов-спортсмен" № 8 за 1958 год.

Художник Н.А. Воробьев

С тех пор как Валерий Гордеев из человека без определенных занятий и мало кому известного стал учеником первого класса средней школы Москворецкого района, жизнь его наполнилась до краев неотложными делами, обязательствами, вопросами и ответами. Вопросы задавали все: учительница Варвара Ивановна, ребята на переменках. И сам Валерий, приходя домой и загадочно глядя на мать, спрашивал:

– Мам, ты думаешь, я один Валерий в нашем классе?

– Ничего я не думаю, откуда мне знать… А сколько же?

Собаки нервничали. Они подбегали к двери, и царапали ее лапами, кидались к хозяину, и тыкались ему в руку влажными клеенчатыми носами, и поскуливали, и стучали когтями по линолеуму прихожей. Все это означало в переводе на человеческий язык: «Мы знаем, ты едешь на охоту!.. Мы нарочно вертимся под ногами, чтобы ты нас не забыл».

Их звали Наль и Дамаянти. Так значилось в их охотничьих паспортах. Так выкликали их на выставках, присуждая медали и дипломы с отличием этим двум красновато-бронзовым ирландским сеттерам. Дома их называли запросто: Налька и Дамка.

Популярные книги в жанре Юмор: прочее

Денис Садошенко

Ошибка резидентного вируса

ИЗ СЕРИИ "КОМПЬЮТЕРНЫЕ УЖАСЫ ДЕНИСА САДОШЕНКО"

Первая часть трилогии

Дмитрию Николаевичу Лозинскому посвящается

На дворе было тепло и уютно - температура, умеренно поддерживаемая вентилятором, относилась ко вполне годной для жизни, поток электронов не иссякал ни на минуту, а высоко в небе мерцали и переливались громадные цифры системного времени. Резвые программки радовались обстоятельству свободного существования, и поэтому никто, конечно же, не заметил, что у них появился новый сосед...

Тэффи

Женский вопрос

Фантастическая штука в 1-м действии

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

О Т Е Ц. В первой и третьей картинах в обыкновенном платье; во второй в длинном цветном клетчатом сюртуке, широком отложном воротнике и в пышном шарфе, завязанном бантом под подбородком.

М А Т Ь. В первой картине в домашнем платье. Во второй картине в узкой юбке, сюртуке, жилете, крахмальном белье.

К А Т Я. Причесана по-дамски. 18 лет. Одета во второй картине приблизительно как мать.

Василий Тимошников

Долли моя гоpькая...

От pоду мне два года, я - бездомная собака, гладкошёpстная колли. Зовут меня Долли. Это кpасивое имя мне дала бывшая хозяйка, милая седовласая стаpушка. После того, как она умеpла, её дом заселили дpугие люди и выгнали меня оттуда. Как вспомню её - слёзы на глаза навоpачиваются. У госпожи Р. не было собственных детей, и ко мне она относилась, как к своему pебёнку. Всегда ласкала, мыла, не забывала вовpемя покоpмить, пpичём делилась со мной лучшим куском, хотя жила очень скpомно. Она даже читала мне книги, и научила понимать человеческую pечь. Бывает, захочется что-нибудь сказать, а получается только тихонько скулить. Думаю, если бы госпожа Р. не ушла из жизни так pано, то она бы смогла меня научить и этому. С тех поp много воды утекло. Из маленького щенка я пpевpатилась в кpасивую, статную собаку. Мальчишки, баловавшиеся на улице с воздушным pужьём, случайно выбили мне один глаз. Один из них даже взял меня к себе домой, но его pодители были пpотив. Так глупо в тот pаз получилось... Соскучившись по человеческой ласке, я подошла к ним и стала тихонько наблюдать. Любопытнейшее, скажу вам, зpелище, сpавнивать забавы человеческих детей и щенков. В азаpте мальчишки не заметили меня, и в pезультате случилась такая вот непpиятность. Hо, если быть честной, гpех жаловаться на жизнь. Люди в нашем гоpодке сеpдобольные, и каждый считает своим долгом дать одноглазой собаке какой-либо кусочек. Даже полиция и отловщики собак меня не тpогают - узнают в моpду, можно сказать, после того, как меня показали по местному телевидению. А случилось это вот как... Однажды, гуляя по окpаине гоpода, я обнаpужила pаспластанное тело человека, лежащее в тpаве. У него было интеллигентное лицо, и ни на пьяницу, ни на бомжа он похож не был. Из мелких pанок на его лице тонкими стpуйками лилась кpовь. Мне стало жалко этого человека. Я тщательно зализала ему pаны, затем пpиподняла своим длинным носом отвоpот его пиджака, и аккуpатно зубами вытащила обнаpуженные там документы. Затем пpиняла pешение отнести их в полицейский участок, идти до котоpого нужно было километpов 20 - это было бы очень долго. Размышляя, что же мне делать, я не заметила, как навстpечу мне шагал мальчишка лет восьми. Он был в синей pубашке, и чёpных джинсах, подпоясанных шиpоким pемнём. Hо что больше всего пpивлекло моё внимание - это небольшая ковбойская шляпа, сдвинутая набок. Я вышла навстpечу мальчонке, и стала смотpеть на него пpеданными глазами. Он подошёл ближе, стал ласкать меня. Тогда я лизнула его в лицо, и тихонько зубами сняла с него шляпу. Затем я стала попеpеменно то умоляюще смотpеть на мальчика, то показывать взглядом на шляпу, и затем в стоpону гоpода. Мальчишка оказался догадлив. - Тебе что, моя шляпа нужна? Я тpи pаза гавкнула, что означало "yes", и завиляла хвостом. - Hу, возьми, pаз нужно. Только зачем она тебе? - недоумённо пожал он плечами. Я pадостно лизнула пацанёнка ещё несколько pаз в лицо, взяла в зубы шляпу, а в неё положила документы, котоpые пеpед этим спpятала в тpаве неподалёку от доpоги. Почувствовав в себе пpилив сил от того, что смогу довести начатое дело до конца, со шляпой в зубах впpипpыжку побежала к автобусной остановке. Там, положив шляпу на землю, встала на задние лапы. Люди удивлённо смотpели на меня, затем подошла какая-то женщина, и бpосила внутpь шляпы несколько монеток. Глядя на неё, остальные люди тоже достали свои кошельки и стали "давать" мне деньги. Вскоpе подошёл автобус. Запpыгнув в него, я подошла к водителю и положила ему на колени шляпу с деньгами. Он немножко опешил от столь непpивычного для него зpелища, но отсчитал несколько монет, положил в шляпу билет и пpотянул её мне. Пассажиpы с ещё большим удивлением, чем на остановке, взиpали на меня. Hо мне было не до их взглядов - хотелось как можно скоpее доехать до места, каждая минута, пока мы ехали, казалась вечностью, да ещё как назло автобус попал в пpобку. Hо, когда мы пpиехали, я вышла из автобуса и побежала в полицейский участок - благо, он был уже совсем близко. Отдала шляпу с документами охpаннику на входе, он сpазу связался с кем-то по pации, началась суета, из гаpажей выехали машины с включенными мигалками и сиpенами. Упитанный полицейский вышел из здания с гамбуpгеpом в pуке, отдал его мне, и сказал: - Будешь показывать доpогу. Машина пpитоpмаживала на каждом пеpекpёстке, и водитель с надеждой смотpел на меня, а я указывала напpавление, повоpачивая голову в нужную стоpону. Мы довольно быстpо доехали до нужного места. Полицейские подняли тело человека из тpавы - он уже смог пpиоткpыть глаза и что-то шепнуть губами, хотя час назад был абсолютно неподвижен. Hа ночь меня оставили в полицейском участке, а на следующий день, когда суета улеглась, пpигласили телевидение. Что точно снимали - я точно не помню, но чеpез некотоpое вpемя у новых хозяев увидела по телевизоpу себя. А живу я тепеpь у того человека, котоpого нашла на окpаине гоpода оказалось, что он тоже pаботает в полиции. Вместе с ним живёт его сын - тот самый мальчишка, у котоpого мне в тот pаз пpишлось одолжить шляпу. Что же случилось с моим хозяином, и почему он лежал в тpаве, истекая кpовью, мне так по сей день и неизвестно. Hо pазве это так уж важно? У нас тепеpь есть дpужная семья, и главное - чтобы подобного больше ни с кем не случалось...

Алексей Тупота

Азбука женских диверсий

Ариадна

Первая женщина, догадавшаяся манипулировать мужчиной. Выдумала какого-то жуткого Минотавра, отправила бедного Тесея в лабиринт, из которого благородно вывела его, бросив путеводную нить. С тех пор женщины отлично наловчились дергать мужчин за ниточки и веревочки, воображая себя не меньше, чем ариаднами?

У любой веревочки, как известно, два конца. Так что за те же самые постромки вы сможете прекрасно подергать женщину сами.

Павел ВОРОНЦОВ

ПЯТЬ ЧАСОВ ДО ЗАУТРЕНИ

Время было позднее - далеко за вечернюю молитву, ближе к полуночи. Ночь была ясна и, хотя Луна еще не взошла, человеку с острым зрением хватило света звезд, чтобы различить темную груду валунов. У окрестных мальчишек это местечко носило название "шесть камней" (на самом деле их там было семь, но седьмой по верхушку врос в землю), больше же его никак не называли, потому что кого еще кроме мальчишек могут привлечь бесполезные булыжники, пусть даже такие здоровенные?

Завилохин Алексей

Хроника лаборатории

_________________________________________________________________

10 июня.

Запускали малошумяший усилитель. Регистрирует импульсные помехи

каждые 8 секунд.

11 июня.

Анализировали спектр помех. Hашли источник. Это радар на городском

аэродроме.

12 июня.

Тестировали новые компьютеры. Фурье- и вейвлет преобразования идут

на ура. Квейк тоже не тормозит.

Денис Журлаков

" HITCH-HIKING FOREVER (_Команда_ _молодости_ _нашей_)".

В главных ролях:

Филипп Леонтьев в роли ген. директора Ультры.

Дмитрий Hазаров в роли фотографа Димы.

Алексей Марков в роли Лелика.

Денис Журлаком в роли Дэ.

Андрей Hалпин в роли фин. директора.

Александр Hетужилов в роли канадского подданого.

Андрей Пожидаев, Алексей Архаров, Алексей Игнатьев в роли остальной Ультры.

Михаил ЖВАНЕЦКИЙ

ЖИЗНЬ ВНИЗУ

Посвящается Наполеону, Карцеву, Сташкевичу, Рудинштейну, Мессереру.

Жизнь человеческая проходит на разных уровнях. Высокие проводят ее наверху, маленькие внизу. Переживать нечего. Там внизу жизнь по-своему интересна. Нам видны подробности. Лужа для нас - море. Камешек - холм. Нас окружают мелочи и мир нам кажется огромным. Нас отличает пристальное внимание не к человеку в целом, а к каждой его части в отдельности. Мы ни на кого не смотрим сверху вниз. Просто не в состоянии. Нашего никогда не назначат министром, не выберут президентом. Поэтому мы не несем ответственности за происходящее. Но мы умны и молчаливы. Мы пробиваемся сами. Но уж если пробьемся - Наполеон, как минимум! Чаплин, как минимум. И этот минимум вполне велик. Конечно, прыжки в высоту и длину не наше дело. Но мир, к счастью, бесконечен. Мы уходим вглубь. Да, кот для нас крупное животное. И мы дружим с ним. На собаку мы идем впятером. Но кто из вас имеет возможность до старости одеваться в "Детском мире". До 16 лет спать в детской кроватке. В 40 лет с трудом прорываться на фильм для взрослых. Наши отношения с женщинами складываются прекрасно, если они складываются. Женщин, которые не складываются, мы бросаем. Это потрясающее, хотя и маленькое, но исключительно долговечное удовольствие со своим маленьким экстазом, легко нащупываемым у нашего любимого. Тем не менее мы очень подвижны и бегучи. Только любовью можно задержать и прикрепить нас к себе. Заметьте, на ласку мы откликаемся не сразу. Мы обидчивы и осторожны. Да погладить нас непросто, а поцеловать целая проблема. Зато потом... Никто не будет вам таким верным другом. Найдите нашу руку и не выпускайте ее. Мы маленькие, но верные друзья. Мы маленькие пожарники. Мы маленькие спасатели. И хоть нашей струйки не хватает, чтоб потушить большой огонь, действуем мы крайне самоотверженно и нашего защитника, вцепившегося в пятку огромного рэкетира, сбросить почти невозможно. А пятеро наших преследуют бандита до забора и какое-то время после него. Мы экономны и неприхотливы, нам достаточно маленькой рюмочки и кусочка рыбки, чтоб почувствовать полное блаженство. Наклоняйтесь к нам. Попразднуйте с нами. Поверьте, жизнь внизу так же интересна и увлекательна. Поговорите с нами. И лечить нас легко. Перед специалистом распростерта вся личность сразу. Поневоле приходится лечить не болезнь, а больного, как и сказано во всех учебниках. Есть у нас и проблемы. Обычное такси для нас великовато. Управлять большой импортной машиной, как и большой женщиной, очень неудобно, приходится ползать от педалей к рулю, пропуская показания приборов. Мы также рады, что перевелись орлы. Они любили выхватывать нашего из общего потока. В последующей борьбе наш все равно побеждал, но самостоятельно спуститься с горы не мог и жил уже там. скрываясь в траве от хищных птиц. Наши комиссары в гражданскую пробовали бежать впереди, их затаптывали свои и маузер. Самое страшное - собственный маузер. На бегу он так подбивал сзади, что выбрасывал комиссара далеко вперед. Часто в расположение противника. В то же время наши комиссары с появлением микрофонов и театральных биноклей могли повести за собой массы. К сожалению, наш горизонт ближе на треть, но нам видны мелочи. Из которых и состоит жизнь. Эй! Под мои знамена, малыши! Все зависит от нас. Мы и суть, мы и украшение этой сути. Ничего. Смерти нужно будет здорово потрудиться, чтоб найти нас. Вперед, крошки! Мы можем быть песком, а можем быть и смазкой в колесе истории. Они еще не знают, почему оно буксует. До них до-л-го доходит. Берегите себя. Каждый из вас образец ювелирного искусства. Не робейте, ведите свой маленький образ жизни. Маяк внизу разглядеть трудно, зато он светит там, где истина. Пусть поднимают ноги, если хотят познать ее.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Решился на написание альтернативки и вынужден начинать с предупреждений.

1. Ни в коем разе не считаю себя ни украино— ни русофобом. Если кому чего померещится, это его проблемы.

2. Роясь в документах той поры, так и не нашёл ни одного русского или малороссийкого, где бы моя родная земля называлась Украиной. Так её называли только поляки. Наверное, имея для этого основания, для них, мы таки действительно, были окраиной. Я не поляк.

 В книге «Баловень судьбы» знаменитый французский кинорежиссер Клод Лелуш вспоминает свои первые шаги в кино (начинал он с короткометражек, в которых соглашались играть его друзья), своих коллег-режиссеров, талантливых актеров, снимавшихся в его фильмах - Анни Жирардо и Жана Поля Бельмондо, Лино Вентуру и Ива Монтана, Мишель Морган и Робера Оссейна... И свою жизнь, давшую ему счастье творчества.

«Я считаю, что самый великий художник во Вселенной - это сама жизнь. Никто не в силах ее превзойти в фантазиях и таланте. Она всегда была и будет моим единственным источником вдохновения и высшим судьей».

А.H. Энгельгарт — (гвардейский офицер, профессор химии, за сочувствие к студентам выслан в свое имение Батищево на Смоленщине и сделал свое хозяйство образцовым. Автор очерков, "Писем из деревни", публиковавшихся М.Е.Салтыковым-Щедриным в "Отечественных записках" (1872–1877)

ОБ АВТОРЕ

Вилли Конн — известный современный писатель, тесно связанный с американской издательской фирмой «Виколга мнтерпрайсес». Он — лауреат ряда престижных литературных конкурсов, однако, относится к наградам с определенной иронией, как, впрочем, и к своим научным работам. С неизменной улыбкой рассказывает он о победах в автогонках, об участии в опасных трюках, ведь Вилли — автогонщик и каскадер высокого класса. Кстати сказать, лучшие его произведения посвящены именно людям этих профессий. Не потому ли его главный герой — всегда мужественный и сильный человек.

Но когда речь заходит об НЛО и инопланетянах, он становится неразговорчивым и категорически отказывается отвечать на вопросы журналистов.

Оставляя за писателем это право, приглашаем вас, дорогой читатель, — добро пожаловать в таинственный мир фантаста Вилли Конна.