Симбионт

Майкл КОУНИ

СИМБИОНТ

Перевалив за гребень холма, Джо поднял голову и посмотрел вперед. Дальше путь пролегал по самому берегу врезавшегося в сушу небольшого залива. Черные тучи над горизонтом уже наполовину скрыли солнце. Серое неуютное море предвещало шторм. Становилось холодно и сыро. А идти еще долго: к ночи надо добраться до следующей деревни.

Джо устал, и чинто, сидевший у него на плечах, казался непомерно тяжелым. Тот обвил его шею тонкими ножками и крепко держался за голову, вцепившись в волосы длинными пальцами. Джо привык носить чинто. Сколько он себя помнил, они всегда были вместе. Хотя память у него не очень... Смутно он понимал, что чинто с ним уже давно, но вот что было раньше?.. Не вспоминается...

Другие книги автора Майкл Коуни

«Здравствуй, лето, и прощай» – история любви двух молодых жителей чужой планеты, где идёт война. Одновременно наступает период резкого похолодания, и, хотя часть населения успевает укрыться в убежищах под землёй, остальные обречены на смерть.

Майкл Коуни

Что же сталось с этими Мак-Гоуэнами?

До оторопи красива весна на Джейде.

Ричард Невис созерцал ее, посиживая у окна своего бревенчатого домика с приятным ощущением сытости в желудке, пока за его спиной Сандра прибирала со стола остатки завтрака.

- Трава в этом году дружно всходит, - задумчиво сказал Ричард, и странно - ощутил вдруг, что его голос как-то слишком грубо вторгся в стоявшую кругом тишину.

Сандра подошла к окну и, положив руку на плечо мужа, тоже взглянула на равнину - огромный изумрудный ковер, на котором чернело одно-единственное пятнышко. То была ферма Мак-Гоуэнов, милях в двух отсюда.

Michael Coney. Mirror Image. 1972.

На планете Мерилин обнаружен необычайный вид живых существ, которых колонисты назвали «аморфами». Для самозащиты аморфы способны принимать облик самого желанного существа того, кто приближается к ним. Встреча аморфов с людьми меняет судьбы не только планеты, но и всей галактики.

Корпорация «Хетерингтон» осваивает планету Мэрилин, которую населяют аморфы. Это местная форма разумной жизни, которая умеет перевоплощаться в кого угодно. Если аморф сохраняет постоянную форму несколько месяцев подряд, то утрачивает способность к ее дальнейшему изменению. Принявшие облик людей аморфы стали всё глубже проникать в жизнь земного посёлка… К чему это привело, читайте в романе.

Майкл Коуни

Эсмеральда

Весь следующий день после посещения меднаблюдателя Агата и Бекки обсуждали цель его визита, и необъяснимая атмосфера таинственности, сопровождавшая вчерашние интервью, внесла в эти обсуждения какую-то неуловимо-тревожную ноту.

Их древний дом стоял между оградой и морем - одинокое, похожее на ящик строение всего метрах в тридцати от берега. Двадцать миль плоской равнины отделяло его от ближайшего супер-города. Со свистом проносясь в перекрытиях крыши, с моря постоянно дул ветер. И Агате, и Бекки было уже за шестьдесят, они жили здесь одни, не имея никакой компании кроме друг друга, да постоянно ревущих за оградой бронтомехов, бездумно возделывающих огромные поля. И лишь совсем недавно у них появилась Эсмеральда.

Michael Coney. Syzygy. 1973.

Действие романа разворачивается на планете Аркадия, где раз в пятьдесят два года все шесть лун выстраиваются в ряд, из-за чего нарушается экологический баланс планеты. Сизигия вызывает не только высокие приливы, но, как оказалось, и гораздо более серьезные проблемы — внезапные вспышки насилия и попытки массовых самоубийств.

У планеты Аркадия шесть лун, на ней почти никогда не бывает безлунных ночей. И лишь раз в пятьдесят два года все луны собираются вместе на небольшом участке неба. Появляются большие приливы, а люди в прибрежных посёлках обретают способность читать чужие эмоции…

Майкл Коуни. ОСОБЫЙ ДАР

«Я не пренебрегал в своих произведениях и любовной линией, и психологией, но все же главной задачей считал загадывание разных каверзных загадок». Читателей ждет знакомство с самым изощренным фантастическим детективом М. Коуни.

Браулио ТАВАРЕС. СЛАБОУМНЫЙ

Почетно быть уникальным посредником между человечеством и внеземным разумом. Но как это отразится на посреднике?

Морган ЛЛИВЕЛИН. ПАРАЛЛЕЛЬНЫЙ ОБРАЗ

Не родись красивой, а родись… Героиня рассказа поняла, какой надо быть, чтобы достичь вершины успеха.

Уильям Брауиинг СПЕНСЕР. ДОЧЬ ХРАНИТЕЛЯ СУДЬБЫ

Пылкому юноше, коему объект его страсти кажется чем-то неземным, бесплотным, стоит задуматься — а вдруг так оно и есть…

Наталия САФРОНОВА. СТРАНА СНОВИДЕНИЙ

Что общего между царем Агамемноном, Декартом, Римским-Корсаковым и Менделеевым? Открытия, творческие озарения настигали этих выдающихся людей… во сне.

Татьяна АНИКЕЕВА, Юлия МОЧАЛОВА. ЛИДЕР В МАСКЕ

Имиджмейкеры в России… Можно ли «втереть очки» отечественному электорату?

Вл. ГАКОВ. ХАРИЗМА МАЙКЛА КОУНИ

Никто не поверит, что «параллельным миром» одного из самых изобретательных фантастов был… финансовый аудит.

ЗВЕЗДНЫЙ ПОРТ

Вас ждут Большие Гонки на астероиде и новая встреча со Старым Капитаном. Не забудьте также заглянуть в казино «Последний кредит»!

Евгений ХАРИТОНОВ. ПАСЫНКИ ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЯ

О трудной судьбе отечественного фантастоведения пишет московский библиограф.

КУРСОР

Мытарства писателя в Москве, снова об Интернете, воинственная американка и другие новости…

РЕЦЕНЗИИ

В нашей постоянной рубрике вы узнаете мнение рецензентов о книгах X. Пирса, Л. Буджолд, М. Голицына и других писателей.

ПЕРСОНАЛИИ

Информация об авторах — для любителей подробностей.

ВЕРНИСАЖ

Американец Барклай Шоу, автор обложки этого номера, не только художник, но и краснодеревщик…

ВИДЕОДРОМ

Рассказ о судьбе сериала, прошедшего по нашему ТВ под названием «Путешествие в параллельные миры».

Заметки об экранизациях загадочных произведений Г.Ф.Лавкрафта, который не любил кинематограф. Рецензии представляют новые ужасы от Уэса Крейвена и фантастические схватки из Гонконга.

Детская фэнтези — наследница сказок.

Michael Coney. Brontomek! (1975, received the British Science Fiction award for best novel of 1976 largely, I suspect, because my agent was on the Committee). Награжден British Science Fiction Award (1977) за роман «Бронтомех!».

Действие разворачиваются на планете Аркадия, и мы вновь встречаемся с героями романа «Сизигия». Планету, соблазнив жителей перспективой экономического роста, прибирает к рукам корпорация «Хедерингтон», но аркадяне оказываются заложниками этого договора и понимают свою ошибку лишь тогда, когда на планете появляются машины-бронтомехи и принявшие человеческий облик аморфы.

На Аркадии прошло два года после событий, описанных в романе «Сизигия». Поселенцы не верят в будущее этого мира и улетают. Планета вымирает. Но корпорация «Хетерингтон Организейшен» заинтересована в Аркадии и готова её развивать.

ФАНТАСТИКАЕжемесячный журналСодержание:

Дж. Дэвид Нордли. ПОСЛЕДНЯЯ ИНСТАНЦИЯ, повесть

Майкл Коуни. КНУТ, УШКО И КРЮК, рассказ

Альберт Родионов. ХОТЬ, КАЖЕТСЯ, ПРИНЯТО НАОБОРОТ

ФАКТЫ

Дэвид Зинделл. ШАНИДАР, рассказ

Наталия Сафронова. БУДЬТЕ ПРОЩЕ!

ФАКТЫ

Клиффорд Саймак. ДОМ НА БЕРЕГУ, повесть

Кит Робертс. КАНАРЕЙКИ БОУЛТЕРА, рассказ

Льюис Кэрролл. ФОТОГРАФ НА ВЫЕЗДЕ, рассказ

Теодор Старджон. КЕЙЗ И МЕЧТАТЕЛЬ, повесть

Всеволод Ревич. ПОПЫТКА К БЕГСТВУ

Брайан Стэблфорд. ИНЫЕ МИРЫ

ДИСПЛЕЙ-КРИТИКА

PERSONALIA

ВИДЕОДРОМ

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Игорь Росоховатский

Электронный судья

Маленький беспокойный человек с выразительным лицом - Брайтон Мэйн был непохож на всех остальных, чьи лица неподвижны и словно присыпаны пылью, как части старых ржавых машин. (Кажется, что, когда они улыбнутся, раздастся визг и скрежет).

В его теплых серых глазах всегда мерцал вопрос, десятки вопросов, делающих детей взрослыми и придающие взрослым детскую чистоту и непосредственность.

Игорь Росоховатский

Фантастика

За открытым окном качались ветки сирени. Узоры двигались по занавесу, и мальчику казалось, что за окном ходит его мать. "Белая сирень" - ее любимые духи.

- Папа, мама вернулась.

Мужчина оторвал взгляд от газеты. Он не прислушался к шагам, не подошел к окну - только мельком взглянул на часы.

- Тебе показалось, сынок. До конца смены еще полчаса. И двадцать минут на троллейбус...

Игорь Росоховатский

Хозяева космоса

...Осталось одно серебристо-зеленое окошко. Только телеэкран первого обозревателя продолжает светиться. На нем земляне видят чужой звездолет.

- Они вошли в метеоритный поток, - говорит Петр.

- Может быть, им не страшен поток?.. - с затаенной надеждой произносит Альва и умолкает.

Все равно больше ничего предпринять не удается. Передатчик послал предостережение. Дошло ли оно до чужого корабля, поняли ли его там?

Игорь Росоховатский

Иду к вам

Когда я впервые очнулся, то услышал несколько непонятных слов, произнесенных разными голосами: "Замените витлавсановой"... "На осциллографе"... "Включите второй биотрон"...

Я приоткрыл глаза. Надо мной склонилась морда чудовища с блестящими отростками, одним человеческим глазом, а другим - граненым и сверкающим.

Душная тьма надвинулась на меня...

Не знаю, сколько времени прошло, пока я очнулся вторично. В голубоватой комнате, кроме меня, никого нет. С трудом приподымаюсь. Сильно кружится голова.

Игорь Росоховатский

Я, БМ-115-Х

До сих пор миллионы людей не знают причин крупнейшей катастрофы, когда баллистическая ракета внезапно вернулась на место запуска во время объявленных "учебных стрельб". Многих тогда удивили масштабы трагедии, сила взрыва, уничтожившего всю базу вместе с персоналом и военным городком. Позже выяснилось, что учебная ракета якобы по ошибке несла на себе ядерный заряд. Некоторые газетные обозреватели отмечали, что катастрофа произошла в дни острейшего политического кризиса, и спрашивали, не связаны ли между собой эти события. Оппоненты называли их утверждения абсурдными. А правы оказались первые: ракета была вовсе не учебной, а боевой. С ее попадания в цель должна была начаться ядерная война, которая несомненно привела бы к гибели человечества.

Игорь Росоховатский

Каким ты вернешься?

Дочке Маринке посвящаю

Нет, ее поразили не слова - слов девочка не могла точно вспомнить: кажется, спросил, почему она плачет. Но голос... Он звучал совсем не так, как другие... И такой ласковый, что она заплакала сильнее. Словно сквозь мокрое стекло заметила его озабоченную улыбку. Девочке показалось, что она ее уже видела очень давно. Вот только вспомнить не могла...

- Тебя кто-то обидел?

Игорь Росоховатский

Командир

Острие самописца вывело на ленте пик - и голова Андрея откинулась вправо. Пик - спад - пик - спад: голова металась вправо-влево. Мутные капли пота дрожали на его лбу, глаза были закрыты сине-желтыми веками. Все мне казалось сейчас нереальным: и эта голова, и светящиеся индикаторы модулятора, и змеи магнитных лент, и сам я у постели умирающего Андрея.

- Шестая программа, - я отдал команду компьютеру, управляющему модулятором. Послышался щелчок, шевельнулся наборный диск...

Игорь Росоховатский

Круг

1

С острым любопытством и восхищением Бум-Восьмой наблюдал, как старшие собирались на Мыслище. Вот из голов Бесшовно-Бесшабашного, Смело-Сварного, Фотонно-Непревзоиденного, Гаечно-Осторожного, Лазерно-Строптивого, Магнито-Податливого, Болт-Спотыкающегося и Болт-Тугодума высунулись контактные пластины. Вспыхнули искры. Затрещало, зашипело, запахло озоном. Пластины сомкнулись. Это означало, что соединились мозги Именитых. Сейчас они мыслили как единый коллективный мозг. Мысль пробегала от одного к другому - по кругу, дополняясь в соответствии с индивидуальностью каждого. Затем начинался второй круг Мысли, где ее нещадно секли и подгоняли, понукали ласками и окриками, рассматривали под различными углами зрения. Ее подымали на гребне объединенной энергии всех и опускали до оригинального взгляда одного. Мысль на Мыслище дрессировали, как лошадь, хотя здесь вместо запаха конского пота раздражающе пахло паленой изоляцией и озоном. После каждого круга ее взвешивали снова и снова, прежде чем выпустить на арену в строю сестер с причесанными гривами и серебряными уздечками: в строю, который будет называться Решением. А уж оно определит поведение всех космонавтов-бумов - Именитых и пока Безымянных, неопытных, как Бум-Восьмой, не заслуживших еще имени. Мыслище Именитых решит, задержаться ли всем на этой планете для детального изучения ее, или поспешить к центру новооткрытой галактики, оставив здесь несколько бумов, а то и просто отряд роботов для разведки и составления Местной Энциклопедии.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Майкл Коуни

Закованный разум

Примерно в пятидесяти милях от материковой массы серой каменной башней вздымается с океанского дна остров. Бледные обитатели называют его Фестив [Festive (англ.) - праздничный, веселый, радостный], хотя это едва ли подходящее название для похожих на тюрьму стен с окошками, поднимающихся из моря и занимающих каждый квадратный ярд острова.

Самые старые жители (как все старые жители во все века, они уверены, что знают больше других) утверждают, что название "Фестив" образовано от искаженного и сокращенного "Фоллаут шелтер файв" [Fallout Shelter Five (англ.) - убежище от радиоактивных осадков номер пять]. Странное словосочетание, происхождение которого затеряно в веках, как и история возникновения колонии. Минувшие века - долгий период: много поколений сменилось, были и бунты, и несколько маленьких, но разрушительных гражданских войн, и все это время колония неуклонно росла из подземных пещер сквозь камень и гальку на поверхность. Затем долгие годы все выше и выше строились стены. Люди, что работали в скафандрах, куда от машин, гудящих в огромных камерах под уровнем моря, подавался кислород, старательно герметизировали от ядовитого наружного воздуха каждую новую секцию. Как примитивные люди в доисторические времена, жители острова из пещеры перемещались в дом.

ДЖЕК КОУП

Лев у водопоя

Рассказ

Перевел с английского Г. ГОЛОВНЕВ

Лев повернул голову, чтобы посмотреть, что там, сзади... И в тот же момент - "Хлоп! Хлоп!" - два выстрела вспороли фонтанчиками плотный слой красного спекшегося песка впереди него - как будто неожиданно выросли два пучка мертвой травы там, где ударились пули. Рядом с ним тяжело осела на ноги раненая львица. Там, откуда раздались выстрелы, появился серо-голубой предмет - грузовик. Те, кто стрелял из него, боялись вылезти наружу. Лев тоже был очень напуган. И разъярен.

Юрий Коваль

БЕЛОЗУБКА

В первый раз она появилась вечером. Подбежала чуть ли не самому костру, схватила хариусовый хвостик, который валялся на земле, и утащила под гнилое бревно.

Я сразу понял, что это не простая мышь. Куда меньше полевки. Темней. И главное - нос! Лопаточкой, как у крота.

Скоро она вернулась, стала шмыгать у меня под ногами, собирать рыбьи косточки и, только когда я сердито топнул, спряталась.

"Хоть и не простая, а все-таки мышь,- думал я.- Пусть знает свое место".

Юрий Коваль

ЧАЙНИК

Меня не любит чайник.

Тусклыми латунными глазами целый день следит он за мною из своего угла.

По утрам, когда я ставлю его на плитку, он начинает привывать, закипает и разьяряется, плюется от счастья паром и кипятком. Он приплясывает и грохочет, но тут я выключаю плитку, завариваю чай, и веселье кончается.

Приходит Петрович. Прислоняется к шкафу плечом.

- Неплатеж, - говорит Петрович.