Штурм Мир Самира

В 1956 году два англичанина – Эрик Ньюби и Хью Кэрлесс – решили совершить путешествие в Нуристан – область на востоке Афганистана, в горах Гиндукуша, где очень редко бывали европейцы. Больше месяца шли они по горам и долинам, встречали разные племена и претерпели немало злоключений. Но им никогда (почти никогда!) не изменяло веселое настроение и чувство юмора.

Как это часто бывает с путешественниками, они, сидя в Лондоне, задумали множество смелых предприятий (и осуществили, разумеется, далеко не все из намеченного). В частности, Ньюби и Кэрлесс мечтали покорить в. Афганистане не меньше трех шеститысячников.

Правда, никто из них не обладал альпинистским опытом.

Отрывок из произведения:

В 1956 году два англичанина – Эрик Ньюби и Хью Кэрлесс – решили совершить путешествие в Нуристан – область на востоке Афганистана, в горах Гиндукуша, где очень редко бывали европейцы. Больше месяца шли они по горам и долинам, встречали разные племена и претерпели немало злоключений. Но им никогда (почти никогда!) не изменяло веселое настроение и чувство юмора.

Как это часто бывает с путешественниками, они, сидя в Лондоне, задумали множество смелых предприятий (и осуществили, разумеется, далеко не все из намеченного). В частности, Ньюби и Кэрлесс мечтали покорить в Афганистане не меньше трех шеститысячников. Хью Кэрлесс уже побывал в Кабуле в 1952 году и пытался тогда (безуспешно) подняться на Мир Самир (6060 метров); на этот раз он не сомневался в успехе.

Другие книги автора Эрик Ньюби

Эрик Ньюби

Прогулка по Гиндукушу

Сокращенный перевод Л.Жданова

ОТ ПЕРЕВОДЧИКА

В 1956 году два англичанина -- Эрик Ньюби и Хью Кэрлесс -- решили совершить путешествие в Нуристан -- область на востоке Афганистана, в горах Гиндукуша, где очень редко бывали европейцы. Больше месяца шли они по горам и долинам, встречали разные племена и претерпели немало злоключений. Но им никогда (почти никогда!) не изменяло веселое настроение и чувство юмора.

Популярные книги в жанре Путешествия и география

Едва ли найдется сегодня человек, равнодушный к судьбе Байкала. Прошло более года с тех пор, как было принято постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мерах по обеспечению охраны и рационального использования Байкала в 1987—1995 годах». На состоявшемся в июле этого года совещании в ЦК КПСС, как сообщалось в печати, отмечали, что уже выполнено немало природоохранных мероприятий. Однако наиболее крупные задачи решаются медленно, поэтому чувство озабоченности положением дел на Байкале не должно покидать никого.

П лоская, ровная, сколько глаз хватает, земля. Приханкайская низина. Плавный невысокий вал кустарника вдоль грунтовой дороги. Вербы, лозняк. Заболоченные поляны. Похожие на клубы дыма округлые пышные деревья на этих полянах. Густая и при этом на редкость одноцветная зелень постепенно сменяется полями с выгоревшей травой. Горизонт просматривается на многие километры. Сизые от дали силуэты сопок, как неровные края чаши.

Земля, по которой мы едем, имеет ко мне и к Николаю, водителю машины, непосредственное отношение. Пригодной для жизни ее сделали наши деды. Шакуны, Романюты, Божки, Побегайловы, Коваленки, Костырки, Стужины и десятки других фамилий наших разветвленных семейных кланов срослись, спеклись с этой землей. В зное, в комарином гудении, в бесконечной мороси, приносимой с океана, приучая язык и ухо к «чудным» удэгейским названиям, осваивали они эту землю, поднимали целину, обкашивали болота, ставили дома.

Каменистая тропа вьется среди зарослей орешника. Бредет по тропе сонный ослик. Привычная дорога, привычная тяжесть кувшинов, привьюченных к бокам. Привычно тянет на высокой ноте нескончаемую песню черноглазый мальчишка-погонщик. Что еще делать в дороге? Грустный напев «Шикясты» не требует слов. Если хочешь, придумай слова сам. И Абдулхан поет: «Опять я иду за водой... Иду за водой к роднику, а родник далеко-о...» Вот и все слова, их хватает на всю дорогу, потому что «Шикяста» — медленный напев.

В Таллине море дает о себе знать мокрым снегом, внезапно — среди ясного дня — налетевшим мелким дождем, промозглым вечерним ветром. Вы чувствуете это море, но редко его видите — разве что поедете к памятнику Русалке или на пляж в Пирита, Меревялья или Клоога-Ранд. Далеко не с каждого места в городе виден залив, и не ходят вечером горожане прогуляться по набережной, как на юге. Новые районы города тоже уходят от моря, как бы укрываясь от его холодного дыхания. И не ради моря приезжают в Таллин туристы.

Репортаж с борта атмосферного зондировщика

Стоит тихое утро. Совсем непохожее на предыдущие, в которые нам приходилось взлетать. Нет ни пурги, ни ветра, сбивающего с ног, ни тумана. От солнечного тепла медленно рассеивается дымка. Начинают просвечивать горы, окружающие аэродром, и, глядя на них, легко вспоминаешь место, где вчера остановились на ночлег. Засыпанная снегом деревушка на берегу речки, черные острые пирамиды елей на склонах гор, желтый свет уличных фонарей в прозрачной синеве горного утра... И как всегда, немного жаль расставаться с землей, ибо знаешь, что картина эта померкнет с первыми вздохами турбин, как померкли картины других рассветов, пейзажи других широт. Каждое утро мы стремимся в свой самолет, будто он и есть наш самый родной на земле дом.

Мы вступили в год 60-летия Великой Октябрьской социалистической революции. За шесть десятилетий страна прошла путь, равный столетиям... В нашу сегодняшнюю жизнь как реальность вошли понятия «материально-техническая база коммунизма» и «научно-технический прогресс». Благодаря достижениям экономического и социального характера стала возможной реализация крупных народнохозяйственных программ и создание территориально-производственных комплексов в различных районах страны — в Сибири и Таджикистане, в европейской части Союза, на Дальнем Востоке и в Казахстане...

Самолет летит на север от Читы. Плывут однообразные сопочки, покрытые щетиной лиственниц, тускло мерцают болота. «Кэвэкетэ» — называют такие места эвенки. Кажется, что не будет конца унылым серо-зеленым холмам Витимского плоскогорья.

И вдруг! Нечто вздыбленное, отливающее снежным блеском и синевой возникает внизу. Удокан... Мелькает ярко-зеленая впадина со множеством озер и островком (не мираж ли это?) песчаной пустыни в ряби рыжеватых дюн. И снова горы. Мощнее первых — острее, выше. Это Кодар. Тень доисторической катастрофы лежит на всем этом хаосе камня. Так оно и было. В результате «планетарного разлома» земная кора дала здесь гигантскую трещину, которая, по словам геологов, доходила до глубины полутысячи километров — на поверхность были вывернуты мегатонные глыбы гранита и диабаза, выплеснулись огненные фонтаны лавы...

Когда взлетел наш первый спутник, еще не все разрушенное войной в стране было восстановлено. Чернели кое-где остовы сожженных зданий, еще таились в перелесках мины, и не заплыли окопы Великой Отечественной войны. А над планетой уже разносилось победное «бип-бип»!

Великую мечту человечества о выходе в космос первым осуществил народ, у которого недавняя война отняла более двадцати миллионов жизней. В истории много героического и удивительного. Но такого она еще не знала.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

«Три вестъётские (или вестгётские) хроники» – древнейшие наряду с «Сагой о гутах» источники по истории Швеции. Они написаны на вестъётском диалекте древнешведского языка и до сих не переведены полностью ни на один современный язык мира, включая шведский. Автор хроник неизвестен. Возможно, это был лагман Фольке или его преемник лагман Петер Нэф. Скорее всего, хроники были написаны примерно в 1240 г.

Герой повести – модный и дорогой художник Микис Самсонов, любимец Фортуны, проходит свидетелем (или подозреваемым?) по делу об убийстве своей бывшей любовницы, тоже художницы, Елены Макеевой. В результате следствия настоящий тайфун обрушивается на тихую заводь славы модного художника, открывая завесу над тайной его творчества…

Кто же Самсонов на самом деле? Гениальный художник? Великий мистификатор? Убийца?

Каждый человек, если, конечно, он не наплевательски относится к себе и своей жизни, стремится к успеху – в любом начинании, в карьере, в бизнесе, в семье, в любви. Такие люди, как лягушки в банке со сметаной, барахтаются и выплывают наверх, добиваясь заслуженного успеха. Однако пути к нему они выбирают самые разные и цену платит каждый свою.

История, которую предлагает автор, не рассказывает о реальных людях и реальных событиях, но характеры и обстоятельства, описываемые в книге, во многом типичны для нынешнего времени.

Бодрийар Ж. В тени молчаливого большинства, или Конец социального. Екатеринбург. 2000

Издание осуществлено в рамках программы Пушкин при поддержке Министерства иностранных дел Франции и Посольства Франции в России.

История лунной экспедиции «АПОЛЛОН-13»

БЕСТСЕЛЛЕР, ПО КОТОРОМУ БЫЛ СНЯТ ЗНАМЕНИТЫЙ БЛОКБАСТЕР

Книга «Аполлон-13» рассказывает реальную историю пятой американской экспедиции к Луне, экспедиции, которая чуть не закончилась катастрофой в апреле 1970 года. Всего через 55 часов после старта на борту произошел взрыв, в результате которого Джим Лоувелл и двое других астронавтов попали в бедственное положение, быстро теряя кислород и энергию. Лоувелл и Клюгер ярко повествуют о том, как эти люди были вынуждены покинуть главный корабль и перебраться в лунный отсек – маленький модуль, предназначенный для проживания двух человек в течение двух суток. Их близкие и вся страна наблюдали за отчаянными попытками Центра управления вернуть экипаж на Землю, что многими теперь расценивается, как лучшие дни «НАСА».

У людей из экипажа «Аполлона-13» было много планов на 21 апреля 1970 года. Если бы все прошло, как намечено – а ничего и не предвещало иного – 21 апреля они бы совершили посадку в Тихий океан и поднялись на борт вертолетного авианосца «Айво-Джима», завершив третью пилотируемую и самую амбициозную высадку на Луну. В отличие от «Аполлона-11» и «Аполлона-12», которые садились на гладкие равнины Моря Спокойствия и Океана Бурь, «Аполлон-13» собирался совершить рискованную посадку в лунном массиве Фра-Мауро. Достижение этой неприступной земли потребует высшего пилотажа и докажет не только возможности лунных кораблей, но и мастерство пилотов, управляющих ими. Выполнишь подобную миссию – и день посадки в южные воды Тихого океана станет историческим днем.

И в то же время, экипаж «Аполлона-13» – командир Джим Лоувелл и новички Джек Суиджерт и Фред Хэйз – неожиданным образом внесли те апрельские дни в анналы истории. В их экспедиции не было точных посадок, памятных слов и громадных, кроличьих прыжков в неземной гравитации Луны. Вместо этого там был взрыв кислородного бака, смертельно раненый корабль и экипаж в безвыходном положении за 200 тысяч миль от Земли, без шансов починить корабль и вернуться домой.