Шлюха. Любимая

Бесчисленное множество женщин до меня, наверное, так же вот смотрели в спящие мужские лица, сомневаясь, боясь поверить, вопрошая с надеждой: «Это ли моя любовь?»

И любовь ли это?

Счастливы те, кто не испытывают колебаний и сомнений, шепча заветное «ДА». А я смотрела в спящее лицо Артура, гадая про себя, какое будущее откроется мне в его чертах. Время остановилось, когда я, захваченная потоком мечтаний, представляла нас вместе… а потом едва знакомый парень, лежавший подо мной, раскрыл пересохшие уста.

Рекомендуем почитать

Он — коллекционер живых игрушек. Он богат и чертовски привлекателен. И он нашёл новую игрушку. Она — представительница древнейшей профессии, лучшая в своём деле. Деньги решают в её жизни всё. Что же принесёт ей его появление: шанс на лучшую жизнь или ад? 18+ Предупреждение: секс, насилие, жестокость, атрибутика БДСМ, проблемы психологического характера у главного героя.  

Месть — блюдо, которое подается холодным. Но только не в этом случае. Она ворвется в его жизнь сумасшедшим пожаром, безумным вихрем, бурей, что не оставит после себя ничего. Лишь разрушения, хаос и боль. Она отомстит за себя и сгорит в этом сумасшествии сама. На осколках прошлой жизни, на кровавых остатках былых чувств возродится… любовь. Любовь, закаленная в боли, проверенная страданиями, навсегда пропишется в венах… Предупреждение: 18+, постельные сцены        Вступайте в группу автора https://vk.com/ninalennox_official    

Другие книги автора София Блейк

Если вы тут ждете, что сейчас я начну расписывать, как я раздвигала ноги, как захлебывалась спермой, и какой это кайф — быть желанной всеми куртизанкой, то дальше вам лучше не читать. Если вы хотите всплакнуть над судьбой бедной девушки, которую судьба толкнула на панель, то скорее закройте эту книгу и забудьте о ней.Я написала все, что вы сейчас читаете, только с одной целью — рассказать правду. Там, где я считаю, что важно писать о сексе, я буду о нем писать. Если я решу, что время вспомнить о милосердии, я вспомню о нем. Но когда я буду писать о жестокости и унижении, не думайте, что я хочу вызвать вашу жалость. Просто так было, и я не желаю грешить против истины, либо утаивать что–нибудь для того, чтобы потом это утаенное копошилось во мне.

Популярные книги в жанре Современная проза

Саша Мусаев, одиннадцатилетний воспитанник детдома, осторожно ступая на цыпочки, миновал дверь ночной дежурной и остановился, чтобы посмотреть на часы, что висели как раз напротив «дежурки». Там, рядом с часами, тускло светила одна-единственная на весь длиннющий и узкий коридор лампочка.

У мальчика было плохо со зрением и чтобы рассмотреть циферблат и определить который час, ему требовалось время. В тот момент, как он остановился, большая стрелка дрогнула и передвинулась к цифре 3, а маленькая склонилась к двойке. «Вот это да! Пятнадцать минут второго!» — прошептал он и тут же замер, прижавшись к стене.

Биографический роман – сокращенный интернетный вариант Полная версия – издательство Patson"s Press, 308 Tasman Drive, Sunnyvale, California, USA, 94089 Библиотека Конгресса США ЉPG3549.L327 B662001 Copyright G.Landa, San Francisco, 2001

Аннотация: вышел в изд АСТ в 2004 тираж 10 тыс в твердом + 7 тыс в мягком покет в конце романа – критические статьи Баринова Andrew ЛебедевЪ Хожденiя по мукамЪ

Сунув руки в карманы длинного добротного плаща из светлой замши, привычно и удобно сидящего на широких плечах, Валентин свернул под кирпичную арку и хмуро огляделся.

Типичный питерский внутренний мощенный двор…

Катафалк… Штук пять легковых машин… Столько же на улице… Возле катафалка люди в спецовках. Явно мортусы. Поплевывают, поглядывают на часы, дело привычное…

Рыжие кирпичные стены, пыльные окна…

Действительно самый типичный питерский двор – мощенный, запущенный, голый, хотя, как ни странно, откуда-то под стены нанесло желтых листьев, а кое где упрямо бледнеет жалкая вырождающаяся трава.

Наталья Суханова. Зеленое яблоко: Повести и рассказы. – Ростов-на-Дону: Старые русские, 2006.

Вначале была настороженность: читать немолодого уже автора, произведения которого тебе рекомендуют как “очень и очень хорошую прозу, автор живет в Ростове”… Думается в таких случаях, что проза эта окажется “на любителя” – или талант окажется добротного провинциального покроя. Потому что – не может же человек писать “очень и очень”, и чтобы имя его не попадалось ни в толстых журналах, ни в беседах людей читающих.

Стая амуров… Дотошный мог бы сосчитать: триста два. По фасаду, на крыше, внутри по всем потолкам. На перилах крыльца красовались четверо – правда, с обколотыми до тупых культяпок крыльями. Особнячок был облеплен амурами, как брошенный бутерброд мухами. В народе, к слову сказать, так и назывался: Дом амуров.

Но нет, ничего такого… Правда, дебютировал особняк как гнездышко парамоновской содержанки Лидии Леру, но сразу вслед за тем (ещё и паркет не во всех комнатах дотёрли) стал штабом 24-го Летучего красноармейского полка, потом конторой Рыбхоза. “Молодой Республике – свежую рыбу!”. Долго пробыл дурдомом. А когда построили новый многоэтажный психдиспансер на северной окраине, Дом амуров ни с того ни с сего превратился в художественную студию. (Обучение детей рисованию гипсовых яиц и кубов, лепке лошадок, а во втором этаже – несколько мастерских местных художников).

Засыпал – в окне висела плотная, как коровье вымя, туча. Пахло чем-то деревенским. Распаренным прудом, что ли. И вместо лягушек – звуки включаемых на ночь сигнализаций. Странно: в последнее время пасмурное небо пахнет для него деревней. Вспомнил бабушку. Как будила его тихим шепотом: “Кися моя, кися”, – будто кошку подзывала. И ладонь тяжелую на голову клала: “Вставай, Кися, в школу пора”. А когда на лето забирала его в свои Пятихатки, по утрам его будили запахи.

Он прибыл к нам как корреспондент известной иностранной газеты. Его сопровождал офицер из главного штаба, которого мы потом взяли в плен.

Молодой князь разъезжал по улицам города на бронетранспортере, стоя в открытом люке. Его прапрадед когда-то воевал на Кавказе, был храбрым, беспощадным начальником знаменитых экспедиций, уничтожил несколько аулов немирных горцев. Фамилия его вошла в историю, а далекий потомок унаследовал и сохранил прославленное имя в эмиграции, где после революции оказалась одна из ветвей княжеского рода.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Олег Панин — оперативник с паранормальными способностями, преуспевающий сотрудник Управления, контролирующего большую часть обитаемых миров. Место его очередной командировки — Крепость, глухой медвежий угол, дальний форпост Управления в странном мире, населенном сарацинами, полулюдьми-полупризраками. Задача, казалось бы, ясная — расследовать непонятное исчезновение нескольких сотрудников Крепости, однако, вместо вполне рутинного задания, Олег неожиданно оказывается в самом сердце политического переворота.

Обрушивается не только карьера Олега — вразнос пошла сама система, которой он служил, и Олег неожиданно оказывается лишь фигурой в политической игре с неизвестным числом участников. Однако решительная фигура, наделенная свободной волей, способна изменить очень многое…

Наследие прошлого способно разрушить будущее!

Кибела — отдаленный мир-мавзолей, воинский мемориал, охранять который поручено небольшому гарнизону ордена Кровавых Ангелов. Этот орден Адептус Астартес славится не только своими подвигами, но также труднопреодолимым изъяном, тяжелым наследием эпохи Ереси, когда в поединке с Хорусом пал примарх Ангелов, богоподобный Сангвиний. Запечатанная в генокоде каждого Ангела красная жажда способна превратить хладнокровного воина в обезумевшего зверя.

Когда проклятый легион Хаоса атакует Кибелу, на помощь гарнизону как нельзя вовремя приходит крейсер «Беллус», возвращающийся на родной мир Ангелов, Ваал, со славной победой — возвращенным Копьем Телесто, священным оружием самого Сангвиния.

Кибела освобождена, но испытания Кровавых Ангелов только начинаются…

Инспектор Де Кок из Амстердамского полицейского управления на Вармусстраат медленно шагал в сторону площади Драмак с ее широкими тротуарами. Время от времени он жмурясь смотрел на яркое солнце, которое, словно опровергая неутешительный прогноз погоды, упорно не желало прятаться за облака и вот уже несколько дней радостно и беззаботно сияло на ясном небе.

Де Кок наслаждался. Его настроение, точно барометр, всегда соответствовало погоде: в холодные дождливые дни лицо инспектора становилось хмурым, как бы означая «бурю», а при ясной солнечной погоде сияло улыбкой, от чего резкие складки вокруг рта исчезали и словно разглаживались, а старая шляпа, казалось, сама собой съезжала набекрень.

Автор в живой, увлекательной форме рассказывает об истории первобытного искусства и искусства древнего мира (Египет, Ассиро-Вавилония, Греция, Рим) во всем многообразии различных художественных памятников, созданных зодчими, скульпторами, живописцами, резчиками по камню, ювелирами. В тонких анализах произведений искусства раскрывается непреходящая художественная ценность наследия далеких эпох.

Книга станет ценным пособием для учащихся, слушающих факультативный курс истории искусств.