Шлома и Ахишар

Коснулся я опасной темы: а так ли уж мудёр был Царь Соломон?

Отрывок из произведения:

Стояла невообразимая жара, полуденное солнце будто нарочно застряло в зените, не желая склоняться к горизонту. Нестерпимо мучила жажда…

Несмотря на жару, Давид сидел под навесом в белом тканом хитоне, укутав ноги нежным мехом молодого ягненка… Но согреть их он не мог — кровь перестала слушаться его слабеющего сердца…

На душе Давида было мерзко… И уже давно… Он ненавидел эту проклятую старость. Все было не в радость. Он вспоминал, будто не про себя, каким он был в молодости. Перед ним чередой проносились сонмы женщин, которых у него было столько, сколько бывает звезд в безлунную южную ночь.

Другие книги автора Игорь Алексеевич Ушаков

Все в названии — сексуальная новелла.

Кто не слышал про Агасфера, или Вечного Жида. А все ли знают за что он был проклят Иисусом? И как же можно наказать вечной жизнью?

Кто такой Егорий? Да просто в детстве меня моя Бабушка называла «Егорушкой». Я — атеист, но Библию знаю хорошо (а в детстве меня Бабушка даже тайком крестила «на всякий случай»). Кто читал Новый Завет, помнит, что в жизнеописании Иисуса почти 20-летний провал. Кроме того, я попытался дать новую версию Иуды.

Культурный человек, даже отъявленный атеист вроде меня, не имеет права не знать Библии. Верь в Бога или не верь, но Библия великолепный литературный памятник. А сколько картин великих мастеров посвящены библейским сюжетам!

Но читать Библию — дело не простое. Здесь вы найдете переложение текста на современном языке с долей усмешки, а иногда и откровенной ржачки.

Конечно же, это игра слов, навеянная книгой Дэна Брауна «Код да Винчи».

«Железная Пята» Джека Лондона, «Мы» Евгения Замятина, «1984» Джорджа Оруэлла… Но эта тема неисчерпаема! А меня вдруг пронзила мысль о киберфашизме…

О жизни трех поколений одной русской семьи после революции. Роман написан в форме мозаичных новеллок, сопровождается стихотворными инкрустациями от лица главного героя.

Популярные книги в жанре Историческая проза

Лев Бердников

Русская жизнь Лейба Неваховича

версия для печати (68789)

╚ ▀ √ ⌡ ╩

Термин "русскоязычный писатель" был, кажется, пущен в ход во времена горбачевской перестройки. Его придумали писатели-почвенники, выдававшие себя за истинных патриотов России, дабы отмежеваться от пишущих на русском языке инородцев (читай: евреев).

Однако, первый еврейский культурный деятель, вполне отвечающий определению "русскоязычный писатель", появляется в России еще в начале XIX века. Жизнь и судьба этого литератора весьма поучительны, ибо ему √ на удивление "патриотам"! √ удалось соединить в себе то, что казалось им несоединимым: заботу о судьбе евреев и горячую любовь к России и русскому народу. Речь идет о публицисте, драматурге и философе Иехуде Лейбе бен Ноахе, или, как его называли на русский манер, Льве Николаевиче Неваховиче (1776-1831).

Творчество  украинского  советского  писателя  Бориса  Комара   хорошо известно на  Украине.  Его  произведения  для  детей  и  юношества  получили признание  -  в  1984  году   Борису   Комару   присуждена   Республиканская литературная премия им. Леси Украинки.

Она родилась в 1575 году за толстыми стенами замка Святого Эльма, где ее отец был комендантом. Дон Альваро, давно уже обосновавшийся в Италии, снискал милость королевского наместника, но навлек на себя враждебность народа и дворянства Кампаньи, которых ожесточили злоупотребления испанских чиновников. Никто, однако, не смел усомниться в его честности и знатности происхождения. При содействии своего родича, кардинала Маурицио Караффа, он женился на внучке Аньезе де Монтефельтро, Валентине, последнем отпрыске, в коем исчерпал себя род, щедрее всех других наделенный дарами. Валентина была прекрасна — светла лицом и стройна станом; слагатели сонетов в Королевстве Обеих Сицилий не находили слов для описания ее совершенств. Озабоченный угрозой, которую подобное чудо красоты могло представлять для его чести, по характеру не склонный доверять женщинам, дон Альваро держал жену в почти монастырском уединении; жизнь Валентины проходила либо в унылых калабрийских поместьях мужа, либо в обители на острове Иския, где она пребывала во время великого поста, либо в тесных сводчатых комнатах замка, где в подземельях томились подозреваемые в ереси и враги королевской власти.

Стояло начало осени 1944 года. Несколько написанных на фронте рассказов свели меня с литераторами родного города Кирова, куда я вернулся из госпиталя. Видимо, за неимением более подходящей кандидатуры меня определили в технические секретари писательского отделения. В мои обязанности входила переписка с начинающими авторами, ведение нехитрых дел и главное — забота о продовольственных карточках для писателей.

В первый же вечер я забрал домой всю местную литературу — всего-то навсего десяток книжек, и ни на обложках, ни в оглавлениях не нашел ни одного известного имени. С предубеждением, которое может продиктовать лишь самоуверенность юности, я небрежно листал сборники. Передо мной мелькал калейдоскоп авторов, тем, жанров, ничем не задерживая моего внимания. И вдруг:

Иногда мне, как малым детям,

снится, будто летать умею.

Но охвачены болью плечи,

как отхлестанные кнутом.

Крылья заживо обрубили,

значит, душу мою убили,

и швырнули меня на землю,

в непринявший, чужой мне дом.

Но рассвет зажигает свечи,

на плечах заживают шрамы,

и довольно раскинуть руки,

чтоб в пречистое небо лететь.

Я ребенок малый. Я верю -

дочь простит и полюбит мама,

«У чёрного моря» - полудокумент-полувыдумка. В этой книге одесские евреи – вся община и отдельная семья, их судьба и война, расцвет и увядание, страх, смех, горечь и надежда…

  Книга родилась из желания воздать должное тем, кто выручал евреев в смертельную для них пору оккупации. За годы работы тема расширилась, повествование растеклось от необходимости вглядеться в лик Одессы и лица одесситов. Книжка стала пухлой. А главной целью её остаётся первоначальное: помянуть благодарно всех, спасавших или помогших спасению, чьи имена всплыли, когда ворошил я свидетельства тех дней.

  Всем им, и увенчанным, и обойдённым официальным признанием, кому ни дерева именного, ни медали, ни льготы мало-мальской – им эта вот книжка негромкая, памятник самодельный,

каждому, чьё имя мы не удосужились расслышать в глухоте прошедших десятилетий, и каждому, кто на этих страницах назван.

В интернете среди чуть ли не десятка определений религии первенствует: «Религия — особая форма осознания мира, обусловленная верой в сверхъестественное, включающая в себя свод моральных норм и типов поведения, обрядов, культовых действий и объединение людей в организации (церковь, религиозную общину)» [1]. На этом же адресе  перечисляются  основные функции религии: определение смысла бытия,  контакт людей с богами, связь единоверцев между собой и, наоборот,  отторжение инакомыслящих, вплоть до войн, нормирование поведения, а также политическое воздействие, и культурное, и ещё что-то – немало ролей отыгрывает религия, но может быть, главную черту ухватил безбожник Карл Маркс: «Религия – опиум народа

Впервые на русском! Яркий любовно-драматический исторический роман о женской судьбе во время Первой Мировой войны. От автора бестселлера "Платье королевы". От автора, написавшей лучший исторический роман года по версии USA Today и Real Simple.

Когда «лампы гаснут по всей Европе», над миллионами людей сгущается тень…

Леди Элизабет мечтает быть независимой, путешествовать по миру и – вот выдумщица – выйти замуж по любви. Она сбегает из родительского дома, мечтая стать полезной обществу. Но Первая мировая война вносит страшные коррективы в судьбу миллионов.

Так из леди Элизабет она становится просто Лилли, попадает в прифронтовую зону, где перевозит раненых с места битвы в полевой лазарет.

Будущее туманно, все близкие люди далеко и, кто знает, живы ли. Но даже во тьме можно отыскать источник света.

«У Дженнифер Робсон определенно есть дар описывать стремления и надежды простых людей в эпоху перемен». – Shelf Awareness

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В этой книге вы узнаете, что кроме щей, да каши в русской кухни есть множество блюд, оказывающих благотворное влияние на наш организм. Приведенные здесь рецепты, несомненно, берут свое начало из России. Русская кухня очень проста и в этом весь ее секрет. Но при всей ее простоте, она необычайно вкусна и питательна. Ваша задача – выбрать для себя то, что вам больше подходит с помощью данной книги.

«История не знает сослагательного наклонения» — опровергая прописные истины, эта книга впервые поднимает изучение альтернативных вариантов прошлого на профессиональный уровень и превращает игру в «если» из досужей забавы писателей-фантастов в полноценное научное исследование. В этом издании ведущие военные историки противоположных взглядов и убеждений всерьез обсуждают альтернативы Великой Отечественной, отвечая на самые острые и болезненные вопросы:

Собирался ли Сталин первым напасть на гитлеровскую Германию? Привел бы этот упреждающий удар к триумфу Красной Армии — или разгрому еще более страшному, чем в реальной истории? Мог ли Гитлер выиграть войну? Способен ли был Вермахт взять Москву и заставить Сталина капитулировать? Наконец, можно ли было летом 1941 года избежать военной катастрофы? Имелся ли шанс остановить немцев меньшей кровью, не допустив их до Москвы и Сталинграда? Существовали ли реальные альтернативы трагедии?

Вы когда-нибудь мечтали стать героем? Да?!. Что ж сочувствую… А вот Ник не мечтал! И не думал даже. Маньяк информационной магистрали. Что ему путешествия по далеким мирам, спасение редких разумных видов, политические интриги, войны, даже любовь? А ничего… Все проносилось мимо, никак не затрагивая. Приполз со службы, впихнул в себя сухпаек и к дивану. Гликнул по виску и понеслась… Магистраль!!! Вот она родная!!! Это тебе не на работе колонки цифрами заполнять!.. Здесь поток накрывает. Воспринимаешь, осознаешь миллиардную часть проходящей на прямую через мозг информации. Остальное работает с подсознанием. Нет времени, нет пространства, а лишь скорость, скорость… Ты несешься, несешься!!! Сердце в бешенном ритме!!!..!!!.. Быстрее!!! Быстрее!!!.. Металлический голос в голове: Вы превысили скорость поглощения! Лимит вашей жизнедеятельности на пределе! Принудительное отключение! Приятных снов… Мысль последняя перед провалом в сон: «Чтоб ты провалилась жестянка проклятая!» Утром голова, как с похмелья, а нужно еще на службу. Топаешь в потоке таких же белых воротничков. Раз, два, левой, правой… Ни друзей, ни подруг… Каждый день… Скукотища на работе, а вечером безумные полеты в бешеном потоке. Пока однажды… На профосмотре перед выходом в рабочий сектор магистрали блокер высветил оранжевый сектор. Сердце?!

В 1888 году Лондон замер в немом ужасе: уайтчепельский убийца вышел на охоту. Тот, кого впоследствии прозвали Джеком Потрошителем, жестоко расправился с пятью проститутками – и исчез. Вот уже более века загадка самого известного в истории серийного убийцы будоражит умы по всему миру. Кто скрывался под маской Потрошителя? Сколько человек пало от его руки? Почему лондонская полиция закрывала глаза на важные факты и улики?

Тревор Марриотт, сотрудник Департамента уголовного розыска в отставке, спустя сто с лишним лет берется за дело Потрошителя. Он анализирует материалы следствия, добывает прежде не известные факты – и выдвигает собственную версию касательно личности уайтчепельского убийцы.

Смелый и оригинальный подход к делу, о котором, казалось, известно почти все.