Школа на Роковой Горе

Вы мечтаете оказаться в мире, где магия – реальность, а ваши самые смелые фантазии становятся явью? А в мире Средиземья, может быть, не совсем того, которое описывал Толкиен, но все равно удивительном и еще пропитанном духом Великой Войны за Кольцо? Вдвойне замечательно! Волшебство, приключения, дуэли и любовь… О большем и мечтать нельзя. Но все ли так просто?! Хотите быть Избранным? Что ж, прекрасно! Но будьте готовы и к обратной стороне геройства – боли и потерям, душе, разбитой на осколки, и гибели близких людей. Таков путь Магов, путь УЧЕНИКОВ… Вы еще не передумали? Тогда добро пожаловать в ШКОЛУ НА РОКОВОЙ ГОРЕ!

Отрывок из произведения:

Если Вы читали "Сильмариллион" и пришли он него в полный восторг, если Вы перерыли весь Internet в поисках эльфийского словаря, а экранизация "Властелина Колец" вызывает у Вас бо-о-ольшие сомнения, то, возможно, эта книга не для Вас. Вы не найдете здесь классики и мифологии мира Толкиена. В отличие от, к примеру, Ника Перумова мы даже не пытались ей следовать. Да, в "Учениках" описано Средиземье, но Средиземье, каким видим его мы!

Когда мы работали над романом, друзья предлагали нам заменить географические названия. Но какой смысл - ведь мир-то все равно останется прежним, то есть легко узнаваемым всеми, кто знаком с трилогией Толкиена. Для нас Средиземье это мир-сказка, мир-мечта, как и то, что описано в книге, которую вы держите в руках. Это Зеркало нашей души…

Рекомендуем почитать

Релакс

Пролог. (Love, sweet love…).

— Защищайся, ведьма! — насмешливо бросил мой противник, и наши шпаги скрестились. Я судорожно вспоминала, чему меня учили. О том, чтобы пробить железную оборону моего противника, речь уже не шла. Оставалось рассчитывать на везение. Какой идиот запретил использовать магию в поединках? И вообще, тот, кто писал этот дурацкий кодекс, хоть знал о существовании магии? Геката, до чего же я ненавижу шпаги…

"Ночь я провожу в Секторах. День — в своем мире. Все не так уж плохо, если учесть, что земная ночь здесь длится месяц. А день в своем мире — одна ночь Секторов."

Популярные книги в жанре Фэнтези

Три друга из глухой лесной деревушки…

Трое обычных мальчишек, волей судьбы вынужденных участвовать в ужасной войне.

Три юных героя, наделенных храбростью и смекалкой, верностью и честью. Им поручено совершить практически невозможное – отыскать таинственную древнюю реликвию, которая одна может спасти родную землю друзей от жестоких захватчиков.

Они отправляются в путь.

Отправляются, еще не зная, что вынуждены будут сразиться не только с обычными врагами, но и с недругами, владеющими великой силой черной магии…

Ларратос, получивший статус адепта, начинает свои странствия по свету. Сможет ли он исполнить пророчество об Избраннике, уничтожить Хаос и нанести удар в спину Масхона? Или же он станет новым падшим паладином и примкнёт к Хаммону? По пути сам Ларратос становится сильнее — и обзаводится новыми друзьями и врагами. Ему суждено найти древнюю цивилизацию — или же её руины. И раскрыть тайну своего происхождения.

Со дня смерти Ромео и Джульетты прошло немало лет, а вражда между родами продолжается. Командир наемников Бенволио Монтекки пытается захватить неприступный город Сермонету, в котором правит Розалинда Капулетти.

А потом взошла предательская луна, и осветила низину. Топот копыт приближался, и было ясно, что до берега не успеть. О том, чтобы укрыться в лесу, не могло быть и речи.

И Хьярранди – скальд сказал такую вису:

Славе порадеют
Конунг и дружина.
Молотов потомок
Недругов убийце
Вскорости ответит.

Конунг, к которому обращались, оскалился в волчьей усмешке.

Я лежал среди зеленеющего поля и грелся на солнышке. Всюду среди колосьев проглядывали яркие головки маков и васильков. Весело щебетали птахи, гудели над цветами пчелы и легкий ветерок немного разгонял майский полуденный зной. Мне было так спокойно и хорошо, что я перестал смотреть на облака, неспешно плывущие по небу, закрыл глаза и уснул. Разбудили же меня звонкие голоса и смех. По полю прогуливались девушки, собирая цветы и плетя венки. Но я проснулся слишком поздно, когда они подошли ко мне на расстояние около двадцати футов. И тут, наконец, меня заметили. Раздался пронзительный визг и сломя голову они бросились прочь. Я с презрительным видом отвернулся, прислушиваясь к их воплям и топоту ног. Но кто-то из них остался. Я обернулся. Напротив стояла девушка, смотря на меня округлившимися глазами. На ней было слишком роскошное платье и дорогие украшения и у меня возникло нехорошее подозрение: а не принцесса ли она?

Примерно четыре-пять. Положительно, не больше пяти. Для вестибюля при входе в подъезд, если можно его назвать вестибюлем, конечно, когда смотришь на него сверху, с первой лестничной площадки, это почти рекордный результат. Еще неделю назад тут были верные шесть, а по выходным доходило до восьми.

За счет чего? Отчасти псы. Не все, конечно. Аккуратные овчарки даже понижали на полбалла. То же самое – благородные колли. Но бульдожки разных сортов, бессмертная болонка со шкурой цвета седины древних старух и такой же нездоровой розовостью, буль-терьер, оснащенный мордой каннибала! – и все это с когтистым скрежетом двигалось, шумно дышало, недобро косилось, лупило погаными хвостами по ногам, прямо в подъезде затевало междуусобные войны, заливаясь оглушительным лаем и сочась злобным хрипом… Кажется, график их выгула по субботам и воскресениям втрое оживленнее, чем по будням. Наскоро одетые чада из-под-пятницы-суббота. Ласковые мамашки я-вытрясу-тебя-из-коляски-на-следующей-ступеньке. Или то же, но в варианте ой-ну-помогите-засунуть-ребенка-в-лифт-чего-стоите. Расхлябленные до изнеможения пружин створки входных дверей. Грязные кирпичи на страже их поражения. Это немного напоминает ноги недорогой проститутки, расставленные профессиональным инстинктом даже на седьмом клиенте и в полном беспамятстве (грязными в этой параллели должны быть носки или драные чулки: Игорь никогда не общался с живыми проститутками, завиток воображения возник из книжной пищи). На протяжении двух суток – до позднего утра понедельника – испохабленная уличной грязью плитка. Уборщица по выходным выходная; скидываются на оплату ее труда пять-семь квартир каждый месяц; женщина вспыльчивая и общежитная, она сама себе определила, что этих рублей на субботне-воскресный труд заведомо не хватает, – а кто оспорит, если в подъезде среди состоятельных квартир перевелись монстры, злобные климактерическим упорством?

Всегда сбывшиеся ожидания оказываются такими, как этого хочется?

«…И было слово мое дождем, и поднимались собратья мои, как пшеничные колосья под весенними каплями. И было слово мое громом, и склонялись подданные мои, как пшеничные колосья на ветру. И было слово мое молнией, и падали враги мои, как пшеничные колосья пред серпом жнеца…»

Писец-дабир умолкает, повинуясь резкому жесту владыки.

Табличка из обожженной глины сообщает то, что некогда сказал о предке лугаля-царя его предок, слово в слово повторяя то, что в свой час говорил предок его предка о предке царского предка. Раз сказано и записано верно, к чему что-то менять?

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Все подробности своего детства, юности и отрочества Мэнсон без купюр описал в автобиографичной книге The Long Hard Road Out Of Hell (Долгий Трудный Путь Из Ада). Это шокирующее чтиво написано явно не для слабонервных. И если вы себя к таковым не относите, то можете узнать, как Брайан Уорнер, благодаря своей школе, возненавидел христианство, как посылал в литературный журнал свои жестокие рассказы, и как превратился в Мерилина Мэнсона – короля страха и ужаса.

С этой книгой, дорогой читатель, каждый из вас впервые получает возможность овладеть тайнами древнейшей науки нумерологии. Отныне вам будут понятны причины хитросплетения судеб, подвластно предсказание не только устойчивости семьи, взаимоотношений между родителями и детьми, сослуживцами и родственниками, но и многих политических явлений. И все это благодаря огромной информации - ее несет в себе дата рождения человека или дата какого-либо события. Зная эти простые сведения и освоив вслед за автором несложные вычисления, вы станете настоящим знатоком человеческих характеров, откроете для себя совершенно новую и неожиданную картину мира, многое из которой ранее вам казалось необъяснимым.

Однажды ясным весенним днем в Амстердаме человек выходит за сигаретами. Он - танцор. Талантливый, обаятельный и физически красивый человек. То, что происходит с ним дальше, оказывается полной неожиданностью для него и накладывает неизгладимый отпечаток на всю его дальнейшую жизнь. Он попадает в плен к трем незнакомкам, которые держат его в таинственной белой комнате. Последствия этого заключения оказываются очень тяжелыми и мучительными.

«Шаги по стеклу» — второй роман одного из самых выдающихся писателей современной Англии. Произведение ничуть не менее яркое, чем «Осиная Фабрика», вызвавшая бурю восторга и негодования. Три плана действия — романтический, параноидальный и умозрительно-фантастический — неумолимо сближаются, порождая парадоксальную развязку.