Шесть дней в Рено

Шесть дней в Рено

Преступник, совершающий ошибки, может невероятно запутать следствие и одновременно сделать его необыкновенно увлекательным. Именно так и случается с загадочными убийствами женщин, желающих развестись, из романа П. Квентина «Шесть дней в Рено», необъяснимой смертью директора университета из произведения Р. Стаута «Гремучая змея» и удивительной гибелью глухого симпатичного старика, путешествующего вокруг света, в романе Э. Д. Биггерса «Чарли Чан ведет следствие».

Отрывок из произведения:

Лоррен Плейгел, мультимиллионерша, собравшая в своем доме очень разных людей.

Вальтер Френч, ее единоутробный брат, влюбленный в Мими.

Питер Дулич, поручик морской пехоты, получивший отпуск.

Ирис Дулич, его супруга, кинозвезда.

Мими Бурнет, невеста Вальтера Френча.

Жанет Лагуно, дама, желающая развестись.

Дороти Фландерс,

Рекомендуем почитать

Психологические комплексы — это то, что мы нажили в своем детстве. Родители хотели нам добра, но, сами того не желая, приучили нас ощущать беспомощность, сомневаться в своих успехах и испытывать чувство вины. Теперь мы живем с подспудной тревогой, не удовлетворены собой и тем, что мы делаем. Всему этому надо положить конец; противостояние с родителями слишком затянулось, а наша жизнь так толком и не началась.

Эта книга о том, как найти мир с самими собой и преодолеть свои психологические комплексы.

Преступник, совершающий ошибки, может невероятно запутать следствие и одновременно сделать его необыкновенно увлекательным. Именно так и случается с загадочными убийствами женщин, желающих развестись, из романа П. Квентина «Шесть дней в Рено», необъяснимой смертью директора университета из произведения Р. Стаута «Гремучая змея» и удивительной гибелью глухого симпатичного старика, путешествующего вокруг света, в романе Э. Д. Биггерса «Чарли Чан ведет следствие».

Англия, 1663 г.

Отравлен декан Оксфордского университета. За убийство осуждена и повешена молоденькая служанка.

Что же случилось?..

Перед вами ЧЕТЫРЕ рукописи ЧЕТЫРЕХ свидетелей случившегося – врача, богослова, тайного агента разведки и антиквара. Четыре версии случившегося. Четыре расследования.

Лабиринт шпионских и дипломатических интриг и отчаянных человеческих страстей. Здесь каждый автор дополняет выводы других – и опровергает их. Кто прав? Один из четверых – или все ЧЕТВЕРО! А может, и вовсе НИ ОДИН ИЗ ЧЕТВЕРЫХ?

Это похоже на эпидемию — от загадочной болезни гибнут дети и старики, молодые мужчины и цветущие женщины.

Это похоже на кошмар — зараза расползается все дальше, и никакое лекарство не может ее остановить.

Это похоже на заговор — эпицентр эпидемии находится там, где ей должны противостоять, — в больницах и клиниках...

Кто создал смертельный вирус?

Кто «выпустил его из пробирки»?

И главное — чего добиваются неизвестные убийцы невинных людей и кто стоит за ними?

Есть ли задача сложнее, чем добиться оправдания убийцы? Оправдания человека, который отважился на самосуд и пошел на двойное убийство?

На карту поставлено многое — жизнь мужчины, преступившего закон ради чести семьи, и репутация молодого адвоката, вопреки угрозам и здравому смыслу решившегося взяться за это дело.

Любая его ошибка может стать роковой, любое неверное слово — обернуться смертным приговором…

Преступник, совершающий ошибки, может невероятно запутать следствие и одновременно сделать его необыкновенно увлекательным. Именно так и случается с загадочными убийствами женщин, желающих развестись, из романа П. Квентина «Шесть дней в Рено», необъяснимой смертью директора университета из произведения Р. Стаута «Гремучая змея» и удивительной гибелью глухого симпатичного старика, путешествующего вокруг света, в романе Э. Д. Биггерса «Чарли Чан ведет следствие».

Прокуратура и ФБР, наемные убийцы мафии и «орлы» полиции — весь мир, похоже, охотится за одним-единственным человеком… одиннадцатилетним «трудным подростком» Марком Свеем. Мальчик случайно стал свидетелем самоубийства скандально знаменитого адвоката одной из самых могущественных преступных «семей» США, и перед смертью несчастный рассказал ребенку слишком многое. Если Марк не заговорит — попадет за решетку, если заговорит — погибнет. За совершенно, казалось бы, безнадежное дело его защиты берется адвокат-неудачница Реджи Лав…

Перед вами — МЕЖДУНАРОДНЫЙ БЕСТСЕЛЛЕР, книга, переведенная на восемнадцать языков. Книга, по мотивам которой уже снимают в Голливуде фильм, обещающий стать блокбастером.

Удивительные находки археологов, за которыми охотятся фанатики террористы, и смертельно опасное путешествие по Египту молодой англичанки, рискнувшей открыть тайну гибели своего отца — знаменитого на весь мир египтолога…

«Исчезнувшая армия царя Камбиса» — ШЕДЕВР, соединяющий в себе мощь классического исторического романа, тонкость «археологического детектива» и увлекательность приключенческого боевика.

Триумфальное шествие этой книги по миру ЕЩЕ ТОЛЬКО НАЧИНАЕТСЯ…

У Пола Сассмана две страсти: писательство и археология. Первую он удовлетворяет, работая свободным журналистом, вторую — проводя ежегодно два месяца на раскопках в Египте. Тридцатипятилетний Пол живет в Лондоне. «Исчезнувшая армия царя Камбиса» — его первый роман.

Другие книги автора Патрик Квентин

В седьмом выпуске серии «Частный детектив» объединены произведения американских и французского писателей, характерные углубленным психологизмом, острой детективной интригой с неожиданными парадоксальными развязками Романы входили в списки бестселлеров своих стран и многократно переиздавались.

Русские переводы публикуются впервые.

Произведения, включенные в сборник, опубликованы на языке оригиналов до 27 мая 1973 г.

Преступник, совершающий ошибки, может невероятно запутать следствие и одновременно сделать его необыкновенно увлекательным. Именно так и случается с загадочными убийствами женщин, желающих развестись, из романа П. Квентина «Шесть дней в Рено», необъяснимой смертью директора университета из произведения Р. Стаута «Гремучая змея», и удивительной гибелью глухого симпатичного старика путешествующего вокруг света, в романе Э. Биггерса «Чарли Чан ведет следствие».

Содержание:

Патрик Квентин. Шесть дней в Рено (роман), стр. 5-156.

Рекс Стаут. Гремучая змея (роман, пер. П. Гормузов), стр. 157-261.

Эрл Биггерс. Чарли Чан ведет следствие (роман), стр. 262-455.

В настоящее издание вошли остросюжетные произведения известных зарубежных мастеров детективно-приключенческого жанра - Д. Френсиса, Р. С. Пратера и П. Квентина.

Содержание:

Дик Фрэнсис. Дьявольский коктейль (переводчики: Михайлов Г., Вишневой А.)

Ричард Скотт Пратер. Не убежишь! (переводчик: Александра Борисенко)

Патрик Квентин. Мой сын убийца? (переводчик:  Михайлов Г.)

Напряженная криминальная интрига, динамизм сюжета, яркость, колоритность и психологичность образов — все это присуще романам «Венок для Риверы» английской писательницы Найо Марш и «Зеленоглазое чудовище» Патрика Квентина, американского писателя, мастера «психологического» детектива.

«Ловушка» — остросюжетный роман известного американского писателя П. Квентина. Интригующее развитие сюжета, глубокое проникновение в психологию героев ставят роман в один ряд с другими известными широкому читателю произведениями этого жанра.

«Головоломка для дураков»

В частной лечебнице для душевнобольных совершено два изощренных убийства. Первой жертвой стал обычный санитар, а второй – магнат с Уолл-стрит Дэниел Лариби. Но есть ли связь между этими преступлениями, первое из которых не было выгодно совершенно никому, а второе – слишком многим? Полиция в растерянности. И тогда скучающий в клинике известный режиссер Питер Дулут начинает собственное расследование…

«Алый круг»

В курортном городке на Атлантическом побережье жестоко убиты три женщины, и на теле каждой алой помадой нарисован круг. Неужели в тихом провинциальном местечке появился маньяк? Полиция убеждена именно в этом. Но доктор Хью Уэстлейк, ведущий частное расследование, уверен: преступник водит полицейских за нос и на самом деле его действия далеки от безумной жажды крови…

«Семеро с Голгофы»

В студенческом городке Калифорнийского университета совершено два загадочных убийства. Жертвами стали преподаватель истории и швейцарец, ездивший с лекционным турне по США. Что заставило преступника выбрать именно их? И что символизируют оставленные на телах таинственные послания? Полицейские теряются в догадках. И тогда за дело берутся профессор санскрита доктор Эшвин и молодой аспирант Мартин Лэм…

Преступник, совершающий ошибки, может невероятно запутать следствие и одновременно сделать его необыкновенно увлекательным. Именно так и случается с загадочными убийствами женщин, желающих развестись, из романа П. Квентина "Шесть дней в Рено", необъяснимой смертью директора университета из произведения Р. Стаута "Гремучая змея", и удивительной гибелью глухого симпатичного старика путешествующего вокруг света, в романе Э. Биггерса "Чарли Чан ведет следствие".

Содержание:

Патрик Квентин. Шесть дней в Рено

Рекс Стаут. Гремучая змея

Эрл Биггерс. Чарли Чан ведет следствие

Книга известного американского писателя П.Квентина не изобилует драками, убийствами и ужасами. Главный персонаж скорее жертва обстоятельств, в которых он должен разобраться, чтобы уберечь от опасности себя или близких ему людей. Бесспорно одно: каждый роман свидетельствует о превосходном владении автора "оружием" бестселлера.

Популярные книги в жанре Классический детектив

Гарольд Марч, входивший в известность журналист-обозреватель, энергично шагал по вересковым пустошам плоскогорья, окаймленного лесами знаменитого имения «Торвуд-парк». Это был привлекательный, хорошо одетый человек, с очень светлыми глазами и светло-пепельными вьющимися волосами. Он был еще настолько молод, что даже на этом приволье, солнечным и ветреным днем, помнил о политических делах и даже не старался их забыть. К тому же в «Торвуд-парк» он шел ради политики. Здесь назначил ему свидание министр финансов сэр Говард Хорн, проводивший в те дни свой так называемый социалистический бюджет, о котором он и собирался рассказать в интервью с талантливым журналистом. Гарольд Марч принадлежал к тем, кто знает все о политике и ничего о политических деятелях. Он знал довольно много и об искусстве, литературе философии, культуре — вообще почти обо всем, кроме мира, в котором жил.

Уолтер Уиндраш, прославленный поэт и художник, жил в Лондоне, и в саду у него росло удивительное дерево. Конечно, сами по себе эти факты не вызвали бы тех странных событий, о которых мы расскажем. Многие сажают в саду и в огороде невиданные растения. Но тут были две особенности: во-первых, Уиндраш считал, что этим деревом должны любоваться толпы со всех концов света; во-вторых, если бы они явились, он бы их не пустил.

Начнем с того, что дерева он не сажал. Тем, кто видел дерево, могло показаться, что он тщетно пытался посадить его или, вернее, тщетно пытался вытащить из земли. Люди холодного, классического склада говорили, что последнее желание много естественней первого. Дело в том, что дерево было совершенно нелепое. Ствол был такой короткий, что казалось, будто ветки растут из корней, или корни — прямо из веток. Корни извивались не в земле, а над землей, и между ними белели просветы, потому что землю вымывал бивший рядом источник. В обхвате же дерево было огромным, словно каракатица, раскинувшая щупальца. Могло показаться, что мощная рука небожителя пытается выдернуть его из земли, как морковку.

И для читателя, и для писателя будет лучше, если они не станут гадать, в какой стране произошли эти странные события. Оставим такие мысли, твердо зная, что речь идет не о Балканах, любезных многом авторам с той поры, как Антони Хоуп разместил там свою Руританию. Балканские страны удобны тем, что короли и деспоты сменяются в них с приятной быстротой и корона может достаться любому искателю приключений. Однако крестьянские хозяйства остаются все в той же семье, виноградник или сад переходят от отца к сыну, и несложное равенство земельной собственности еще не пало жертвой крупных финансовых операций.

Мистер Мэкдон Мандевиль, хозяин труппы, быстро шел по коридору за сценой или, вернее, под сценой. Он был элегантен, быть может, даже слишком элегантен: элегантна была бутоньерка в петлице его пиджака, элегантно сверкала его обувь, но наружность у него была совсем не элегантная.

Был он крупным мужчиной с бычьей шеей и густыми бровями, насупленными сегодня еще сильнее, чем обычно. Правда, человека в его положении ежедневно осаждают сотни мелких и крупных, старых и новых забот. Ему было неприятно проходить по коридору, где свалили декорации старых пантомим — с этих популярных пьес он начал здесь свою карьеру, но потом ему пришлось перейти на более серьезный классический репертуар, который съел немалую часть его состояния. Поэтому «Сапфировые ворота дворца Синей Бороды» и куски «Зачарованного, или Золотого грота», покрытые паутиной или изгрызенные мышами, не вызывали в нем того сладостного чувства возвращения к простоте, которое мы испытываем, когда нам дадут заглянуть в сказочный мир детства. У него даже не было времени уронить слезу над своим уроном или помечтать о детском рае: он спешил уладить весьма прозаический конфликт, какие иногда случаются в странном закулисном мире. На сей раз скандал был достаточно велик, чтобы отнестись к нему серьезно.

Все были согласны в том, что благотворительный базар, устроенный в Мэллоувудском аббатстве (конечно, с согласия леди Маунтигл), удался на славу. Качели, карусели и панорамы вовсю развлекали народ; я отметил бы и самую благотворительность, если бы кто-нибудь из присутствующих там лиц объяснил мне, в чем она состояла.

Как бы то ни было, нам придется иметь дело далеко не со всеми этими лицами, прежде всего — с тремя из них, а именно с одной дамой и двумя джентльменами, которые, громко споря, проходили между главными павильонами или, точнее, палатками. Справа от них помещался прославленный провидец, чье малиновое обиталище испещряли черные и золотые божества, многорукие, как спруты. Быть может, они свидетельствовали о том, что не оставят его своею помощью; быть может, попросту воплощали мечту любого хироманта. Слева стоял шатер френолога, украшенный, не в пример скромнее, на удивление шишковатыми черепами Сократа и Шекспира. Как и подобает истинной науке, здесь были только белая и черная краски, только числа и чертежи; малиновая же палатка, где царила тишина, завлекала таинственным темным входом. Френолог по фамилии Фрозо — юркий смуглый человек с неправдоподобно черными усами — стоял у своего святилища и объяснял неведомо кому, что любая голова окажется такой же значительной, как у Шекспира. Едва показалась дама, он кинулся на нее и со всей старомодной учтивостью предложил пощупать ее череп.

Я сидел на скамейке в сарае и смотрел, как хлопает при каждом порыве ветра дверь, которую ураган сорвал с петель. К моим ногам уже намело кучу снега. Я прекрасно сознавал что делаю и даже был в состоянии взглянуть на себя со стороны, чтобы понять, в какое нелепое положение поставил себя своим поведением.

Скамейка была садовая, покрашенная в красный цвет. У нас таких три, и мы убираем их на зиму в сарай вместе с машинкой для стрижки газона, садовыми инструментами и оконными сетками от москитов.

в которой доктор Уотерспун дает рецепт

Убранство комнаты поражало величественной роскошью. Отменный вкус сквозил во всем – в бесценных персидских коврах на полированном полу, в занавесях из чуть выцветших старинных тканей, в глубоких уютных креслах, так и приглашавших погрузиться в их мягкие недра, в тех облагороженных временем украшениях, расставленных то здесь, то там, наконец, в великолепных резных потолках мореного дуба. И все же самым изысканным, самым утонченным и самым благородным объектом в этой удивительной гостиной был некий джентльмен, задумчиво и томно склонившийся над книгой в глубоком кресле у камина. Его внешность, даже на самый придирчивый взгляд, поражала благородством и достоинством, печатью которых отмечены лишь лучшие представители рода человеческого. Высокий и стройный, джентльмен этот был одет так, как одевается человек, заботящийся только о том, чтобы избежать вульгарности в деталях своего одеяния. Костюм же, являвшийся истинным чудом портновского искусства, в свою очередь отвечал ему взаимностью – он сидел на джентльмене столь отменно, что не оставалось никаких сомнений – и сюртук, и гетры, и галстук попросту влюблены в своего обладателя. Джентльмену было лет сорок. Густые вьющиеся волосы обрамляли узкое, точеное, холодно-спокойное лицо, единственным недостатком коего являлась некоторая преувеличенность указанных черт. С другой стороны, это бледное лицо можно было бы назвать чрезвычайно внушительным, если бы не излишняя мягкость чувственного рта, не тусклость взгляда и не общая утомленность, сквозившая в облике этого господина. И действительно, сэр Энтони Эшли Джон де ла Поул Вэйн-Темперли Мармадьюк имел наружность, в точности соответствующую содержанию, а именно, он был последним и самым блестящим представителем в длинной веренице истинных джентльменов. Ему до смерти наскучило все и вся, и прежде всего ему чертовски надоела его собственная персона.

в которой Джаспер Шриг рассуждает об отъявленных убийцах

Адвокат Джон Гиллеспи допил пунш и, отложив документ, изучению которого посвятил целый вечер, зевнул. Часы на соборе Святого Климента Датского пробили одиннадцать. Вознамерившись отправиться на боковую, Гиллеспи выбрался из кресла, взял свечу и уже потянулся к настольной лампе, когда его остановил неожиданный стук в парадную дверь. Адвокат изогнул левую бровь и замер, прислушиваясь.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Каргалов Вадим Викторович родился в 1932 году в г. Рыбинске Ярославской области. Окончил МГПИ им. В. П. Потемкина и аспирантуру МГУ. Доктор исторических наук. Академик РАЕН и Международной Славянской Академии. Председатель правления Русского исторического общества. С 1982 года член Союза писателей.

Автор исторических повестей и рома­нов «У истоков России. Даниил Москов­ский», «Русский щит», «За столетие до Ер­мака», «Святослав», «Вторая ошибка Ма­мая», «Юрий Долгорукий», «Полководцы: X - XVI вв. », «Полководцы: XVII в.» и др., а также научных трудов по истории допетров­ской России.

По настоящему страшный, жестокий роман о работе специального отдела по расследованию ритуальных убийств, которые происходят в Москве и Петербурге в совсем недалёком будущем. И как так совпало, что одно из расследований связало сотрудников отдела с ритуальным убийством, которое произошло за 100 лет до описываемых событий. В Екатеринбурге. В подвале дома Ипатьева...

Госпиталь МВД — это не обычная больница. Это закрытый мир, недоступный для непосвященных. Здесь нет ситуаций, есть только проблемы. Слишком необычны пациенты и их диагнозы! Если бы Данилов мог знать, чем обернется для него работа в госпитале МВД, он бы держался подальше от этого ведомственного учреждения. Тогда бы ему не пришлось срочно покидать Москву и скрываться в провинции…