Шеллинг

Книга посвящена выдающемуся немецкому философу, представителю немецкого классического идеализма. Фридрих Вильгельм Шеллинг рано сформировался как творческая личность. В 23 года ему было присвоено звание профессору. Труды Шеллинга оказали значительное влияние на формирование русской философской мысли начала XIX века.

Отрывок из произведения:

На старинной гравюре Леонберг миниатюрен: собор, возвышающийся над городской стеной, башни ее, дворец, теснящиеся друг к другу здания. Ныне это только центр довольно крупного города. Во время оно добирались сюда из Штутгарта, столицы Вюртемберга, экипажем не менее трех часов. В наше время автомобилем по ухоженной асфальтированной дороге, проложенной сквозь лесистые холмы, езды минут двадцать.

Машину приходится оставить на площади; дальше пешком узкими проулками, и вот уже виден дом с мемориальной доской. Здесь 27 января 1775 года в семье местного дьякона Шеллинга родился герой нашей книги.

Другие книги автора Арсений Владимирович Гулыга

Жизнь Канта – основоположника немецкой классической философии – почти лишена внешних событий, она однообразна, протекает в основном в четырех стенах, за письменным столом. Однако как поучительна эта жизнь! Прежде всего это история самовоспитания – физического и духовного. Девиз Канта «Если ты не повелеваешь своей натурой, она повелевает тобой!» актуален для всех поколений.

Город Штутгарт взбудоражен. В воскресную ночь 3 июля случилось нечто необычное. Впрочем, никто толком не знает, что именно. Говорят, что видели, как проехал по улицам объятый пламенем экипаж, в котором сидели люди и смеялись. А среди них, говорят, сам господин черт. Перепуганные обыватели обратились за помощью к армии. Офицер, дежурный по гарнизону, поднял тревогу. Солдатам отдан приказ: при повторном появлении нечистую силу задержать и доставить на гауптвахту. Так, по крайней мере, говорят...

Это первая в нашей стране подробная биография немецкого философа Артура Шопенгауэра, современника и соперника Гегеля, собеседника Гете, свидетеля Наполеоновских войн и революций. Судьба его учения складывалась не просто. Его не признавали при жизни, а в нашей стране в советское время его имя упоминалось лишь в негативном смысле, сопровождаемое упреками в субъективизме, пессимизме, иррационализме, волюнтаризме, реакционности, враждебности к революционным преобразованиям мира и прочих смертных грехах.

Этот одинокий угрюмый человек, считавший оптимизм «гнусным воззрением», неотступно думавший о человеческом счастье и изучавший восточную философию, создал собственное учение, в котором человек и природа едины, и обогатил человечество рядом замечательных догадок, далеко опередивших его время.

Биография Шопенгауэра — последняя работа, которую начал писать для «ЖЗЛ» Арсений Владимирович Гулыга (автор биографий Канта, Гегеля, Шеллинга) и которую завершила его супруга и соавтор Искра Степановна Андреева.

Книга А. В. Гулыги, первым изданием которой в 1963 г. открылась серия «Мыслители прошлого», посвящена немецкому философу, гуманисту и демократу эпохи Просвещения И. Г. Гердеру. Автор дает общую характеристику эпохи, краткий биографический очерк. Гердер — один из творцов историзма; в работе прослеживается возникновение идеи историзма в различных сферах творчества немецкого просветителя. Специальная глава посвящена философии истории. Большое внимание уделяется анализу гердеровской эстетики, оказавшей значительное влияние на последующее развитие эстетической мысли.

Русская идея переживает сегодня второе рождение, становится культурной реальностью нашего времени. Одни считают ее философией будущего. Иные относятся, напротив, отрицательно. Чтобы судить о ней, ознакомимся с сутью дела.

Чем не является русская идея? Подчас уверяют, что русская идея — "идеология русского империализма"[1]. Для того, чтобы придерживаться этого взгляда, не обязательно быть эмигрантом "третьей волны". На страницы бывшего "Коммуниста" читаем аналогичное: "…"Русская идея" — в значительной степени государственная имперская идея"[2]

В книге известного отечественного философа А. В. Гулыги немецкая классическая философия анализируется как цельное идейное течение, прослеживаются его истоки и связь с современностью. Основные этапы развития немецкой классической философии рассматриваются сквозь призму творческих исканий ее выдающихся представителей — от И. Гердера и И. Канта до А. Шопенгауэра и Ф.Ницше.

Рекомендуется в качестве учебника для студентов вузов, аспирантов и всех интересующихся историей философских учений.

Международная научная церковная конференция, посвященная 400-летию установления Патриаршества в Русской Православной Церкви. Москва, 5–8 сентября 1989 г.

Смешанное чувство беды и вины, тревоги и надежды охватывает душу, когда размышляешь о судьбах Русской Православной Церкви в XX веке. Я говорю от имени тех русских людей, которые, будучи воспитаны в неверии, все же питают чувства глубокого уважения и благоговения к религии, всегда служившей стержнем, опорой, питательной средой русской культуры. Когда-то "русский" и "православный" были синонимами. И сегодня судьбы России и православия нерасторжимы. Полагаю, что так будет и впредь.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

«Прошло еще два года. Каждая их минута была по-своему любопытна и значительна. Даже то, что виделось во сне, вполне захватывало, хотя бы на время, мою душу. Возможно ли удержать все это!.. Пришлось бы не жить, а только записывать. И сколько бы получилось повторений, общеизвестных и ненужных, тогда как в самой жизни все это выходило как бы новым и необходимым! Но эти мгновения уже успели исчезнуть бесследно и для меня. Оглядываясь назад, я могу довольно кратко передать мою жизнь за это время…»

Блокированный Ленинград остался далеко позади, там, за льдами Ладожского озера. Нас везли на восток. В это утро я проснулся от беспрерывных гудков паровоза. Поезд почему-то стоял. В вагоне было совсем темно. Чугунная печь уже погасла, и от этого стало холодно и сыро. Все вповалку спали, закрывая весь пол, так что только около печки, где стояло ведро с сырым углем, оставалось немного места.

«Вологда, Вологда!» — послышалось снаружи. Неужели мы уже в этой самой Вологде, где был в прошлом веке в ссылке Александр Герцен и где, как написано в поварской книге Елены Молоховец, лучшее в России сливочное масло?

Книга воспоминаний лётчика, Героя Советского Союза Павла Михайловича Михайлова.

Книга посвящена советскому патофизиологу и общественному деятелю, академику (1932) и вице-президенту АН СССР (1942), академику АН УССР (1929), АН БССР (1939) и АМН СССР (1944), почётному члену АН Грузинской ССР (1944), заслуженному деятелю науки РСФСР (1935), Герою Социалистического Труда (1944) Александру Александровичу Богомолец (1881 — 1946).

Семейные трагедии представителей дома Романовых достойны пера Шекспира. Личная биография каждого из царствовавших в XVIII вею российских императоров скрывала свою драму. Все императоры от Петра I до Павла I были вынуждены заплатить высокую цену за имперский триумф государства. Они жертвовали во имя империи и трона собственной семьей, любовью и дружескими привязанностями. Петр I, приказавший убить своего сына, чтобы освободить дорогу детям от второго брака; несчастный государь-младенец Иван Антонович, прямо в пеленках попавший в тюремный каземат, когда он был свергнут своей троюродной бабкой Елизаветой Петровной; Петр Федорович, который был лишен власти и жизни собственной супругой Екатериной II и ее фаворитами; Павел I, в заговоре против которого принимал участие его собственный сын, будущий император Александр I, — вот далеко не полный перечень семейных потрясений дома Романовых. В результате целого века дворцовых интриг, переворотов, смен правящих ветвей династии сама семья очень сильно изменилась. Но несмотря на маленькие и большие трагедии она не распалась и с надеждой глядела в будущий век.

Книга рассказывает о жизни и деятельности революционера Виктора Павловича Ногина.

Книга о Петре Алексееве представляет собой биографическую повесть. Используя канву биографии рабочего-революционера, писатель сообщил ей большую рельефность с помощью многих живописных подробностей. Добиваясь художественной выразительности, автор имеет право на домысел такого рода, не искажающий исторической правды. В книге Островера этот домысел в основном относится к второстепенным частностям.

Этот текст – сокращенная версия книги Фила Найта «Продавец обуви. История компании Nike, рассказанная ее основателем». Только самые ценные мысли, идеи, кейсы, примеры.

О книге

Об эволюции компании Nike от стартапа до одного из самых знаковых брендов в мире рассказывает ее основатель Фил Найт. По окончании бизнес-школы он занял у отца 50 долларов и основал компанию, которая покупала недорогие японские кроссовки и продавала их в США. В 1963 году он торговал ими из открытого багажника автомобиля. Сегодня годовой объем продаж достигает 30 миллиардов долларов. Nike – мгновенно узнаваемый бренд в любом уголке мира. А вот его создатель остается загадочной фигурой. В своей книге он подробно описывает риски, с которыми столкнулся при создании своего детища, сокрушительные неудачи, козни конкурентов и банкиров, а также блестящие триумфы. Он вспоминает о своих первых сотрудниках, которые на его глазах превратились в сплоченную команду, которая создала легендарный бренд.

Зачем читать

• Познакомиться с мотивирующей историей успеха легендарной компании Nike и ее основателя.

• Почерпнуть полезный опыт диверсифицирования рисков, чтобы оставаться на плаву в любые времена.

• Узнать правила Фила Найта по созданию сплоченной творческой команды.

Об авторе

Фил Найт – основатель и председатель правления компании Nike. С детства занимался легкой атлетикой. Личный рекорд на средней дистанции 1,6 км – 4 м 10 с. Выступал за сборную легкоатлетов Орегонского университета. Затем, по окончании Стэнфордской школы бизнеса, начал продавать японскую спортивную обувь в США и основал будущий мировой бренд. В 2019 году занимал 21 место в списке самых богатых людей мира по версии Forbes с состоянием 37,6 миллиарда долларов. Владелец кинокомпании Laika.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Всю свою жизнь Лоуренс ван Ален посвятил тому, чтобы Князь тьмы Люцифер, заключенный в подземном мире, не смог вернуться на землю. Труд его был не закончен. Лоуренс оставил этот мир навсегда. И хотя после мятежа Люцифера путь в рай оказался закрыт для него навеки, он знает, что где-то под землей существуют семь путей мертвых, по которым можно выбраться на свободу. Ключи от врат, преграждающих каждый из этих путей, хранят привратники, имена которых есть великая тайна. Но Князь тьмы с помощью подкупа и коварства узнает их тайные имена. Теперь во что бы то ни стало нужно предупредить семерых привратников, что над миром нависла угроза дьявольского нашествия, и эта ответственная задача ложится на плечи Шайлер, внучки и наследницы дела Лоуренса ван Алена.

Впервые на русском! Новая книга сериала, разошедшегося миллионными тиражами!

Эта книга — мемуары аса люфтваффе о пяти годах войны на восточном фронте: от Польши до Москвы и от Сталинграда до Берлина. Рудель — один из лучших пилотов в немецкой авиации, он совершил 2530 боевых вылетов, этого достижения не превзошел ни один пилот в мире. Думающему искушенному читателю будет интересно познакомиться со взглядом на Вторую мировую войну человека иной идеологии.

Это — комментарий к произведениям Станислава Лема. Он состоит из двух частей — словаря и путеводителя. Путеводитель — это обзор основных проблем, рассматриваемых Лемом, с цитатами и некоторым анализом. В словаре комментируются прежде всего слова, имеющие социальные аллюзии и коннотации, то есть слова, для понимания смысла употребления которых полезно знать социальные параллели — исторические, политические, культурные. Неологизмы, архаизмы, научные, исторические, технические идеи и термины комментируются, если их смысл не очевиден из текста и если знание их смысла необходимо для понимания произведения. При таком подходе очевидно фантастический термин может быть оставлен без комментария, равно как и непонятный читателю научный термин — если он означает лишь то, что персонажи говорят о математике, физике и т. д. А "промежуточный" термин, вызывающий при чтении у читателя подозрение, должен быть прокомментирован. Из личных сентиментальных побуждений сделано одно исключение — статья "Шорох…" В словаре комментируются художественные, литературоведческие и философские работы Лема, причем для работ двух последних групп порог комментирования выбран более высокий, то есть составитель комментария исходил из того, что их читает более подготовленный читатель. Подбор цитат в словаре производился так, чтобы всесторонне представить использование данного термина Лемом.

В предлагаемом вашему вниманию рассказе Виндж с тревогой приподнимает завесу над тем, что может ждать нас в постиндустриальном обществе, где жизнь полна опасных сюрпризов.