Серебристый свет (Подлинная жизнь Владимира Набокова)

Чарльз Кинбот

Серебристый свет

Подлинная жизнь Владимира Набокова

НАЧАЛЬНЫЕ ГЛАВЫ РОМАНА

Перевод с английского и послесловие С. ИЛЬИНА

Обычай требует, чтобы труд подобного рода предварялcя "благодарностями", то есть ученой версией luche-culisme (или похлопывания по плечу - поясняю для читателей, обладающих чрезмерной ранимостью или не владеющих французским), когда автор, неуклюже изображая смирение, перечисляет людей и организации, с коими ему пришлось консультироваться, и дает понять, а зачастую и прямо указывает, что, хотя все эти милые люди сыграли немалую роль в придании книге ее окончательного вида, никто из них не несет ответственности за какие бы то ни было промахи и глупости, в ней присутствующие, - за таковые надлежит отвечать одному только автору.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Александр Александрович Крон

О Всеволоде Иванове

Воспоминания

Не помню, кто и при каких обстоятельствах познакомил меня со Всеволодом Ивановым. Забыл, и не потому, что мне, тогда еще начинающему, было неинтересно познакомиться с маститым писателем, а потому, что это было одно из тех формальных знакомств, каким связаны почти все люди, бывающие на одних и тех же заседаниях. Вероятно, в прошлом веке знакомству с мэтром предшествовали волнующие хлопоты: писались письма, затем некто связующий вез куда-то трепещущего юнца на извозчике, наконец, происходило представление, и юнец приглашался в дом. В данном случае ничего похожего не произошло, встречаясь в общественных местах, мы стали здороваться - и только. Садились мы почти всегда врозь, и первое время я изощрял свою наблюдательность, разглядывая, как В.В. долго усаживается, с тем чтоб потом долго не менять покойной и естественной позы: руки сложены на коленях, голова слегка откинута назад, - поди угадай, целиком поглощен происходящим или полностью отсутствует. Вообще все мои тогдашние представления о В.В. отличались крайней противоречивостью, он казался старше своих лет, а при этом проглядывало в нем что-то совсем младенческое, было в его лице нечто жестокое - и кроткое, чопорное - и простодушное, трезвое - и мечтательное; с одного боку - половецкий хан, с другого - скандинавский пастор - все это никак не совмещалось. Уставши от этих несовместимостей, я отказался от дальнейших попыток составить окончательное суждение, и в течение многих лет для меня раздельно существовали два Всеволода Иванова: один - знакомый только по книгам и спектаклям, автор "Блокады" и "Бронепоезда", "Партизанских повестей" и "Похождений факира" и другой - крепко, но рассеянно пожимавший мне руку при встрече в различных литературных кулуарах загадочно-молчаливый человек. С автором "Бронепоезда" я был в отношениях глубочайшей интимности, с тем, другим - только в вежливых. В первые годы после войны к вежливым прибавились деловые - работая в комиссии по драматургии Союза писателей, я стал получать от В.В. отстуканные на машинке коротенькие записочки почти стандартного содержания: надо оказать содействие некоему автору, ступившему на тернистый путь драматического искусства.

ВЛАДИСЛАВ ХОДАСЕВИЧ

Муни

1

Я ВСЕ-ТАКИ БЫЛ

Самуил Викторович Киссин, о котором я хочу рассказать, в сущности, ничего не сделал в литературе. Но рассказать о нем надо и стоит, потому что, будучи очень "сам по себе", он всем своим обликом выражал нечто глубоко характерное для того времени, в котором протекала его недолгая жизнь. Его знала вся литературная Москва конца девятисотых и начала девятьсот десятых годов. Не играя заметной роли в ее жизни, он, скорее, был одним из тех, которые составляли "фон" тогдашних событий. Однако ж поличным свойствам он не был "человеком толпы", отнюдь нет. Он слишком своеобразен и сложен, чтобы ему быть "типом". Он был симптом, а не тип.

Луис Ламур: краткая биография

Луис Ламур (Louis L'Amour) родился 22 марта 1908 и ушел из жизни 10 июня 1988. Краткая биография:

Он родился Луисом Дарборном ЛаМуром в Джеймстауне, Северная Дакота. Его отец был ветеринаром, любителем лошадей и собак, крепким атлетом, который учил трех своих сыновей боксу. Его мать, хранившая семейный очаг, была известна как завзятый читатель и великий рассказчик. У семьи была библиотека из 300 книг, и юный Луис читал с жадностью. Он также часто посещал городскую библиотеку. Он читал книги начиная с Шекспира до Зена Грея, от Чарльза Диккенса до Джека Лондона - он любил читать. Семья попала в тяжелые времена в 20-х, и он отправился на юго-запад в 1923. В то время Луис покинул дом в возрасте 15 лет, не желающий быть обузой семье.

Джин ЛАНДРАМ

ЛИЗ КЛАЙБОРН: УПОРНЫЙ ПЕРВООТКРЫВАТЕЛЬ

Интуиция - дар богов; логика - се верный слуга.

Альберт Эйнштейн

Спросите деловую женщину или любую женщину, которая делает какие-то покупки, что возникает в их воображении при одном упоминании "Лиз", и Вы получите мгновенное объяснение, достойное исследователя маркета на Мэдисон-Авеню. Названия "Лиз-Спорт" и "Лиз-Одсжда" получили национальное признание быстрее, чем любая другая марка в истории производства предметов одежды. Первые изделия были отгружены в 1976 году, а к 1986 году это уже были предприятия, удовлетворяющие всех американских женщин, мечтающих о профессиональной, практичной и приемлемой по стоимости одежде. "Liz" мгновенно завоевала признание свободными, но элегантными, современными женскими костюмами в спортивном стиле, предназначенными для всех женщин, где бы и кем бы они ни работали. Это было универсальное предложение, буквально, для всех, с простым, но функциональным стилем, совмещающее и разнообразие, и сочетаемость, чего никогда прежде не встречалось в линиях одежды, сделанной конкурентами. "Модная, функциональная и доступная по цене" - торговая марка Лиз. Самое удивительное то, что имидж "Liz" был создан меньше чем за десятилетие беспрецедентный подвиг для озлобленной, как цепные собаки, своры конкурентов в "тряпичном" бизнесе. Как это часто случается, уровень продажи и кривые успеха полностью совпадали с восходящими по спирали признанием и популярностью фирменной марки "Liz".

Джин ЛАНДРАМ

ТОМ МОНАГЕН - СОРЕВНУЮЩИЙСЯ

"Я намерен побеждать, выводить компанию на все новые рубежи и выигрывать соревнованием. Это цитата из биографии Тома Монагена "Тигр Пиццы", 1986 год. Такая мотивация свойственна всем лидерам, отличившимся сверхдостижениями. В ходе исследования психологических мотиваций (Нойс, 1984) было обнаружено, что предпринимателей больше всего стимулирует риск на грани фола. Возникающий в самые трудные моменты "инстинкт самосохранения" заряжает их энергией, и они продолжают состязаться - будь то работа или игра. Следующая выдержка из материалов исследования свидетельствует об уровне напряженности, которая сопутствует деятельности большинства предпринимателей: "Для меня неважно, с кем играть. Я всегда побеждаю. Я играю для того, чтобы побеждать, а когда игра заканчивается, первым возникает желание вернуть деньги". Исследование показало, что выдающихся предпринимателей подстегивает дух состязания, как в работе, так и в игре, и наблюдатели не выявили никаких отличий в том, как они ведут себя в этих двух различных сферах.

О Владимире Лермонтове

Лермонтов Владимир Юрьевич - личность загадочная, непредсказуемая и мистическая. Он является потомком древнего шотландского рода Лермонтов. Наделенный глубокой интуицией, восприимчивостью, он проходит по жизни, руководствуясь не логикой разума, а повелениями внутреннего голоса, высших просветлений и озарений. Он всегда и во всем ищет глубинный, космический, божественный смысл. И потому его путь витиеват и непредсказуем, он не живет в обычном смысле, а исследует жизнь, странствует, познает, а главное, созидает, творит и старается жизнь всех людей сделать добрее, светлее и радостнее.

Лукьянов Аркадий Викторович

(родился  19.10.1959 г.) - специалист в области истории философии, философии религии, теории познания и методологии науки: доктор философских наук, профессор. Родился в г. Уфе Республики Башкортостан. Окончил физический факультет БашГУ (1982), аспирантуру кафедры философии БашГУ (1987), работал ассистентом, старшим преподавателем, доцентом кафедры философии БашГУ (1987-1995 гг.). С 1996 г. - профессор кафедры.

Макеев В.Ф.

А раньше - целая жизнь...

Аннотация издательства: Биографическая повесть о боевых делах летчика морской авиации Героя Советского Союза В.Н.Каштанкина на Балтике в 1941-1943 годах и очерках о моряках,геройски сражавшихся с фашисткими захватчиками.

От автора

Москва засыпала. Гасли окна в домах. Все меньше становилось на улицах машин. Спешили домой запоздалые прохожие. Не замедлив хода у давно опустевшей остановки, с шумом пронесся полутемный трамвай. Я стоял у окна и смотрел на мерцающие огни ночного города, в отдалении рубиновыми поясками обозначилась стрела Останкинской телебашни.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

М.Кинг

На берегу

Пэрни с гиканьем мчался по лесу. Вынырнув из чащобы на полянку, поросшую синим мхом, он заплясал от радости. Этот день принадлежит ему, и он сможет наконец увидеть океан.

Деревня осталась далеко позади. Он ускользнул от братьев и родителей, и теперь ничто не помешает ему уйти к океану. Однако пора остановить время, пока его не хватились дома.

- Ни с места! - крикнул он ручью и его оранжевым водоворотам. Застыть! - приказал он пчелам с тонкими крылышками, летавшим над густой листвой. - Замри! - крикнул он густым лиловым тучам, вечно ползущим по верхушкам деревьев.

Стивен КИНГ

БАЛЛАДА О БЛУЖДАЮЩЕЙ ПУЛЕ

Пикник начался. Он удался, всего было вдоволь: напитки, шашлык, превосходный салат и особая приправа Мэг. Начали они в пять. Сейчас было уже восемь тридцать, и почти стемнело. В большой вечеринке к этому времени обычно делается довольно шумно, но это не была большая вечеринка. Их было только пятеро: литературный агент и его жена, знаменитый молодой писатель и его жена, а также редактор журнала, которому было немного за шестьдесят, но выглядел он старше. Редактор пил только содовую. Агент сказал писателю перед приездом редактора, что когда-то тот чуть не стал алкоголиком. Но сейчас эта проблема исчезла, и вместе с ней исчезла его жена. Вот почему их было только пять, а не шесть.

В обычном маленьком городке живет обычный человек, медленно, но верно погружающийся в пучину черной ненависти к себе и окружающим. Нужен всего лишь повод чтобы ненависть выплеснулась на волю потоком хлещущей крови. И когда повод находится, обычного человека, ставшего убийцей, уже не остановить... Америка превратилась в ад. Люди умирают от голода, и единственный способ заработать – принять участие в самой чудовищной из игр, порожденной извращенным разумом садиста, в шоу современных гладиаторов, где слабые просто не доживают до финала...

В Новой Англии осень, в ожидании снега, который выпадет только через четыре недели, меж крестовником и золотарником показались проплешины тощей почвы. Водопропускные решетки забиты опавшей листвой, небо серое, стебли кукурузы тянутся длинными рядами, словно солдаты, которые изобрели способ умереть стоя. От тыкв, наваленных у северных стен сараев, пахнет, как изо рта старухи. В это время нет тепла, но нет и холода, только воздух не стоит на месте, теребит голые поля под белесыми небесами, где птицы, выстроившись клином, летят на юг. Ветер поднимает столбы пыли с местных дорог, превращая их в танцующих дервишей, словно расческой, приглаживает поля, заглядывает в машины-развалюхи, стоящие во дворах.