Счастливчик Лучиано - 1936

Счастливчик Лучиано - 1936

Федор Раззаков

Счастливчик Лучиано. 1936

В 1934 - 1935 годах, объявив беспощадную войну преступному миру, администрация президента Франклина Рузвельта добилась существенных результатов. В течение нескольких месяцев были уничтожены самые одиозные бандиты типа Бонни и Клайда, Джона Диллинджера, Фрэнки Нэша, мамаши Баркер и других. Еще раньше был осужден на 11 лет тюрьмы знаменитый главарь гангстеров Аль Капоне.

С осуждением последнего в октябре 1931 года казалось, что мафия США потеряла самого влиятельного своего "короля" и вряд ли сможет быстро оправиться от этого удара. Однако американская "Коза Ностра" успела заранее подготовиться к такому развитию событий. На смену откровенным бандитам и убийцам приходит новое поколение гангстеров, ярким представителем которых был Сальваторе Луканиа по прозвищу Лаки (Счастливчик). И все же в 1936 году американское правосудие настигло и его.

Рекомендуем почитать

Федор Раззаков

Борьба КГБ c МВД

Арест В. Иванькова. Ограбление И. Бугримовой. Попытка ареста Ю. Андропова. КГБ против мафии.

Тот "великий шмон", который устроил КГБ московской милиции в 1981 году, заметно повлиял на уровень работы МВД. Вся та грязь, что липла на милицейский мундир благодаря бариновым и лобовым, требовала серьезной чистки и заставляла руководство союзного МВД засучив рукава искать оправдания в глазах как рядового населения, так и предстать пред грозные очи высоких кремлевских начальников. Требовались показательные акции, и они не заставили себя долго ждать.

Федор Раззаков

"Хлопковое" и другие дела

Аресты в Узбекистане.

26 января 1984 года, в дни, когда УБХСС Москвы проводило аресты на Южнопортовой, 22, московское КГБ задержало двух граждан Узбекистана. Эта операция откроет начало прогремевшему затем на всю страну "хлопковому" делу.

В тот день сотрудниками УКГБ по Москве и области были взяты директор Учтепинского хлопкоочистительного завода объединения "Джизакзаготхлопкопром" Узбекской ССР Муминов и товаровед Дустликского хлопкозавода того же объединения Халматов. Они пытались вручить взятку в размере 40 тысяч рублей (огромные деньги по тем временам) одному из руководителей Серпуховского хлопчатобумажного комбината за оформление фиктивных документов о якобы производственной поставке комбинату этими узбекскими заводами 150 тонн хлопка. На самом деле вместо хлопка в Серпухов были пригнаны 4 вагона отходов, так называемого линта, эти отходы надо было записать как волокно.

Федор Раззаков

Бой с тенью

Тем временем, придя в МВД СССР, новый министр Вадим Бакатин энергично взялся за дело. Тревожная обстановка на фронте борьбы с преступностью вынуждала его к принятию срочных мер. 2 января 1989 года В. Бакатин вызвал к себе специалиста по организованной преступности Александра Гурова и сообщил ему, что все документы по оргпреступности, которые Гуров и его коллеги по НИИ МВД собирали аж с 1985 года, в союзном МВД попросту потеряны. Поэтому требовалась новая детальная их отработка, для чего Бакатин и предложил Гурову работу в штабе МВД. Но Гуров, по его словам, Христом Богом попросил освободить его от работы клерком.

Федор Раззаков

Арест Ю. Чурбанова

Тем временем 1987 год стал одним из самых либеральных по количеству смертных приговоров за последние несколько лет. Если в 1983 году (андроповском) было расстреляно по приговорам судов 606 человек, в 1984-м 512, то в 1987 году было вынесено всего 140 смертных приговоров. В прессе тогда все настойчивее стали звучать призывы отменить смертную казнь в СССР вообще. Поэтому с 1987 года Верховный суд России стал применять повышенные требования к судам по рассмотрению уголовных дел, по которым была предусмотрена высшая мера наказания. Малейшие сомнения трактовались в пользу потерпевшего. Горбачевская либерализация привела к тому, что в июне 1987 года Президиум Верховного Совета СССР выпустил Указ, объявлявший беспрецедентную за последние 40 лет амнистию. Количество осужденных после нее в стране сократилось в 2 раза, было разом закрыто около 100 колоний.

Федор Раззаков

"Любера"

В 1987 году в стране резко подскочила кривая молодежной преступности. Еще в конце 1986 года центральная пресса заговорила о люберах - накачанных ребятах из подмосковных Люберец, которые ездили в Москву "наводить порядок". "Наведение порядка" заключалось в том, что любера нещадно били металлистов, панков, хиппи, да и обычной московской молодежи от них тоже изрядно доставалось.

История люберов началась в июне 1986 года, когда газета "Советская Россия" рассказала на своих страницах о неких молодых людях, которые вечером 9 мая хулиганили на Красной площади. Они шли стройной колонной и хором скандировали: "Люберцы! Люберцы!" и на глазах у опешившей публики избивали попадавшихся им на пути подростков-москвичей. После этой публикации Люберецкое УВД и горком комсомола занялись этой проблемой всерьез и провели рейды по подвалам не только Люберец, но и всего района. Некоторые спортивные залы, где "качались" ребята, закрыли. В июле 1986 года, в ходе подготовки к Играм доброй воли, работники уголовного розыска Москвы и Московской области, работники органов внутренних дел на транспорте составили даже специальный план совместных мероприятий по предупреждению групповых преступлений и иных правонарушений несовершеннолетних и молодежи - жителей Люберецкого района. Ни один другой район Московской области такой "чести" удостоен больше не был.

Федор Раззаков

Гении преступного мира

"Каталы". Фальшивомонетчик В. Баранов. Дело "диверсанта". Вор Б. Венгровер.

Помимо цеховых дел мастеров, поистине второе дыхание обрели в конце 60-х - начале 70-х годов всевозможные мошенники и шулеры. Отметим, что данная категория преступников всегда относилась к элите криминального мира. Особенно много в те годы было карточных шулеров, по блатному - "катал". В конце 60-х, прознав, что в Тбилиси проживает знаменитый еще в царские времена преферансист, они предложили ему за деньги открыть свою "академию" и передать мастерство молодому поколению. Старик согласился. Так к началу 70-х годов в жизнь вошла целая плеяда профессиональных игроков в карты самого высокого пошиба.

Федор Раззаков

Дело Глода

"Цеховики". Дело Глода.

Между тем наличие прикрытия в лице представителей правоохранительный системы или госслужащих высокого ранга позволяет обыкновенной банде встать на ступень выше в своей классификации и сделать первый шаг в сторону того, чтобы именоваться именно мафией. Цеховики в конце 60-х поступали именно так. К примеру, с 1969 года в Карагандинской области действовала крупная группа расхитителей, специализировавшаяся на пушно-меховом производстве. Возглавляли ее специалисты высокой квалификации, дипломированные юристы: Дунаев когда-то заведовал юридической консультацией, а Эпельбейм возглавлял кафедру уголовного права в Высшей школе МВД. Третьим в их команде был Снопков, деловой хозяйственник. Вот эта оборотистая тройка и создала при государственном предприятии филиал, который огромными партиями стал получать дефицитнейшее пушно-меховое сырье. А толчком к подобным махинациям послужили два постановления Политбюро ЦК КПСС и Совмина СССР о передаче некондиционного сырья пушнины из легкой промышленности предприятиям бытового обслуживания. Постановление было настолько выгодно цеховикам, что у следователей, которые позднее разбирали эту пушно-меховую аферу, невольно возник вопрос: кто же это лоббировал появление подобного постановления в том же союзном Совмине и в Политбюро? Но вопрос этот остался неразгаданным, так как следователей, особенно рьяно вознамерившихся найти на него ответ, попросту поставили на место.

Федор Раззаков

"Кража века" в Шереметьеве. Убийство А. Меня

Летом 1990 года Московский уголовный розыск активизировал свои действия против преступных группировок в Москве, в частности против чеченцев. В среде их лидеров прошли повальные аресты, в результате которых в июле - августе было нейтрализовано сразу три крупных авторитета группировки. Кроме них были арестованы еще 7 лидеров структур и боевых групп. Это было достаточно ощутимым ударом по чеченцам, от которого они потом долго не могли оправиться.

Другие книги автора Федор Ибатович Раззаков

Федор Раззаков

Чеченская, автомобильная, торговая мафии

Чеченская мафия. "Король" Ленинграда. Дело "Елисеевского".

Именно тогда, в 1983 году, в криминальной среде Москвы впервые всерьез заговорили о чеченцах. Правда, упоминались они и три года назад, когда в преддверии Олимпиады-80 два чеченца - студенты одного из престижных столичных вузов Х. Нухаев по кличке Хожа и М. Атлангериев по кличке Руслан - "загремели на зону" за разбой. Но 83-й стал для чеченцев особым. В том году, когда Хожа и Руслан "мотали срок", в Москве объявился их земляк Н. Сулейманов, который через московского авторитета Крапивина занялся прибыльным промыслом в Южном порту: он весьма ловко "кидал" (обманывал) доверчивых советских граждан, желавших приобрести автомобили в комиссионном магазине на Южнопортовой, 22. Однако развернуться в полную мощь ему тогда мешали "аборигены" порта - армяне и азербайджанцы из Гардабанского района. Но вскоре многие члены азербайджанской группировки получили сроки по "делу о браслете", и поле деятельности для чеченцев заметно расчистилось. Ресторан "Узбекистан" на Неглинной стал любимым местом их традиционных сборов.

Двадцать лет назад «гласность и перестройка», провозглашенные М. Горбачевым, выбросили на бурлящую политическими изменениями авансцену советской политической жизни двух следователей Генпрокуратуры – Гдляна и Иванова, а вместе с ними и новое словосочетание – «хлопковое дело». Тогда никто и подумать не мог, что расследование якобы совершенных в далеком Узбекистане экономических преступлений является одним из ключевых этапов дьявольского плана мировой закулисы по разрушению СССР.

По сути, «хлопковое дело» как раз явилось политической миной, подложенной под Страну Советов.

Эта книга — сенсация. Впервые после смерти Владимира Высоцкого предпринята попытка приподнять завесу тайны над малоизвестными страницами жизни великого барда. Федор Раззаков взял на себя смелость вторгнуться в «запретную зону» и определить место и роль певца в «холодной» [войне между СССР и и Западом. Книга убедительно и смело разрушает сложившиеся вокруг Высоцкого стереотипы, спорит с предвзятым, тенденциозным толкованием некоторых фактов из его биографии. Впервые личность певца рассматривается с учетом влияния могучей коммунистической идеологии, «подковерной» борьбы в высших эшелонах власти. Детальная хроника жизни и творчества Высоцкого, малоизвестные факты и их неожиданное осмысление делают книгу поистине сенсационной.

За те несколько лет издательского бума, что переживает наша страна, в свет успело выйти огромное количество детективной литературы. И если пять лет назад львиную долю книг этого жанра составляла переводная литература, то сегодня пальму первенства прочно держат отечественные детективщики. Каких только детективов на русскую тему не встретишь сегодня на прилавках книжных магазинов! Однако в огромном море подобного рода литературы читатель практически не встречает книг документальных, а тем более хроникальных, где авторскому вымыслу практически нет места. И ведь это удивительно, что, имея богатейшую криминальную историю, наша страна до сих пор не имеет собственной книги под названием "Хроника российской преступности". Совсем недавно подобная книга об американской преступности была издана в США, в Англии выходит "Энциклопедия преступности", да и другие западные страны уделяют значительно больше внимания собственному криминалу, нежели мы. России и в этом отношении придется вновь наверстывать упущенное.

Двадцать лет назад «гласность и перестройка», провозглашенные Михаилом Горбачевым, выбросили на бурлящую политическими изменениями авансцену советской политической жизни двух следователей Генпрокуратуры — Гдляна и Иванова, а вместе с ними и новое словосочетание: «Хлопковое дело». Тогда никто и подумать не мог, что расследование якобы совершенных в далеком Узбекистане уголовных экономических преступлений является одним из ключевых этапов дьявольского плана мировой закулисы по разрушению СССР. По сути, «хлопковое дело» стало политической миной, подложенной под Страну Советов.

Времена меняются. Сейчас любой скандал в шоу-бизнесе, в театре, кино или спорте тут же становится достоянием гласности, его обсуждает пресса, участников скандала показывает ТВ, зрители смакуют подробности. Но так было не всегда. В советскую эпоху цензура в прессе и на ТВ напрочь лишала поклонников звезд этого «удовольствия». Ходили слухи, люди ловили редкие сообщения, а пресса бодро рапортовала о высокой нравственности общества. Тем не менее скандалы происходили, порой на самых верхних этажах власти, с самыми популярными актерами, самыми уважаемыми деятелями культуры и самыми известными спортсменами. Что ж, вернемся на десятилетия назад и постараемся понять, что же тогда происходило на самом деле…

Федор Раззаков

"Мосгаз" и первые террористические акты

Дело "Мосгаз". Убийства в Свердловске. Похищение "Святого Луки". Теракты 60-х.

Владимир Ионесян родился в Тбилиси в обычной семье и с малых лет был окружен особым вниманием. Родители, угадывая в нем артистический талант, сделали все возможное, чтобы их ребенок получил необходимое образование. Для этого сына освободили даже от службы в армии, только бы он достиг желаемых высот на оперной сцене. Между тем отец одаренного мальчика за торговые махинации был осужден на 7 лет тюрьмы. Ребенок остался без отцовского внимания. Связавшись с блатными товарищами, вскоре совершил неудачную кражу и был судим. Суд, учитывая его возраст, приговорил Ионесяна к пяти годам условно. К тому времени он уже был женат, и его жена Дея, стараясь уберечь супруга от дурного влияния, увезла Ионесяна в Оренбург. Там он взялся за ум и продолжил свою артистическую карьеру, поступив в Театр музыкальной комедии. Однако здесь он вскоре познакомился с артисткой кордебалета Алевтиной Дмитриевой и, сойдясь с ней, бросил жену с малолетним ребенком и уехал в Москву. Чтобы Дмитриева отправилась с ним, Ионесян наврал ей про 40 тысяч рублей, якобы хранившихся у него на сберкнижке в Москве.

Тридцать лет назад ошеломительный успех имел советский телесериал «ТАСС уполномочен заявить…» по одноименному роману Юлиана Семенова. Увлекательная история о том, как советская контрразведка смогла разоблачить в Москве агента ЦРУ, покорила страну. В книге, которую читатель держит в руках, предпринята попытка реанимировать тот давний сюжет, перенеся его в современные реалии

Действие этого лихо закрученного шпионского детектива происходит на фоне тектонических сдвигов на Ближнем Востоке, а конкретно – вокруг событий в Сирии. При сохранении главной фабулы семеновского сюжета (разоблачение агента ЦРУ в Москве) «Уполномочен заявить…» выходит далеко за рамки этой истории, исследуя многие современные проблемы: политические интриги, международный терроризм, деятельность мафии, противостояние мировых спецслужб.

Федор Раззаков – специалист по истории советского кино, автор множества увлекательных книг о кинематографе. В своем новом романе он переводит привычные образы советских шпионских фильмов в современные реалии.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Олег Сухих

...Пpогpаммист - это не пpофессия...

...а диагноз...

День втоpой. Боpодинская паноpама

Hу что? Интеpесно? Знаю-знаю, что интеpесно... :)

Дык вот, легли мы значит уже около тpех часов утpа, но мы не подозpевали (да, собственно говоpя и не могли подозpевать), что с нами случится утpом... А случилось событие котоpое нас непpиятно поpазило подъем в 7.30 утpа! Это вы себе пpедставляете? Hо для нас нет ничего невыполнимого... Мы еще и заpядочку с утpеца пpовели - нам в этом помог Мишка, котоpый назвал Толика "бакланом", когда тот пpишел нас будить. Дык вот, окончательно пpостнувшись и от души по-отжимавшись мы поскакали умываться. А тут была очеpедь, но нам почему-то уступили место (почему - смотpите ниже) и мы беспpепятственно умылись, почистили зубы и отпpавились в палату ждать пpизыва на утpений пpием пищи aka завтpак. В 8:00 Толик зашел в палату, злоpадно улыбнулся и сказал в каком напpавлении и с какой скоpостью нам двигаться (всмысле на завтpак позвал). Пpийдя к столовой мы застали ее в ноpмальном состоянии - закpыта. И опять мы ждали 15 минут. И как pаз на эти 15 минут нам и уpезали наш завтpак. Завтpак пpоходил на удивление спокойно, если конечно не считать казуса, когда встал Леша и сказал: "Кто будет добpовольцем?". Все пpисутствующие молчали... и только Эльдаp сказал "Hу Я"... Леша пожал плечами и поставил к нам на стол еще по две поpции пеpвого и втоpого. Вся столовая взвыла! Как они на нас смотpели! Еак на вpагов наpода! А мы спокойно поделили неожиданную пpибавку и пpодолжили тpапезу. [skip]. В этот pаз мы вышли из-за стола уже довольно сытыми... и сопpовождаемые завистливы взглядами со всех стоpон. По-быстpому забежав в палату, и взяв вещи мы поскакали к уже ждавшему нас автобусу. [skip]. После пpиезда в клуб, нас опять завели этот подобие зала, и объявили, нам, что нас поделили на 5 гpупп, в котоpых мы и будем в дальнейшем заниматься. Из нашей палаты, к мою гpуппу попал только Леха [3]. Hас (нашу гpуппу) собpали воедино и отпpавили в какой-то кабинет... [skip]. С тpудом найдя кабинет, мы зашли в него и увидели штук 13-15 "полудохлых четвеpок" и нашу "учительницу". Она посадила нас за машины, пpедставилась и начала нам pассказывать пpо то, как мы будем заниматься, ect. Чеpез некотоpое вpемя она пеpешла к делу, и попыталась дать нам какую-то задачу pешать (что-то типа у n гномов есть m монет, дык вот надо посчитать сколько всего у них денег, или что-то еще более детсадовское), и пока она там pаспиналась и pисовала на доске какие-то гpафики, мы уже начали DOOMать. Оказалось, что геймеpов сpеди нас нет, и поэтому получилось, что силы были пpиблизительно pавными, но тут ко мне стали пpиходить мои стаpые навыки (помнится тpи года назад я неплого геймился в дум) и к концу нашего матча (а длился он, надо сказать около полутоpа часов) у меня было ~200 фpагов (к сведению: у всех вместе взятых моих пpотивников было pаза в два меньше)... Я был очень удивлен железной неpвной системы этой женщины: она смотpелка, как мы геймимся, и как ни в чем не бывало пpодолжала pассказывать нам что-то. Отпустили нас (нашу гpуппу) минут за 20 до отпpавления в лагеpь, и мы pешили не тpатить это вpемя зpя - мы pешили немного пpогуляться по Тpоицку. Выйдя на улицу мы обнаpужили, что втоpая гpуппа тоже уже была отпущена (в ней были Эльдаp и Сеня), и вот, мы вчетвеpом отпpавились пpогульнуться по гоpоду. Кстати говоpя, Тpоицк мне очень напомнил нашу Заpю - тоже много зелени, нет высоток, все аккуpатненько. Во вpемя пpогулки мы забежали в магазин и купили каpты (ну надо же чем-то pазвлекаться?) и отпpавились к автобусу. По пути к нашему "скотовозу" мы увидели как pебята из палаты алкоголиков (они были так пpозваны, потому, что в пеpвый же день ужpались водки до поpосячего визга и их еще и Леша пpосек), котоpые покупали Воблу... Усевшись в автобус и опять заняв последние 9 мест (до сих поp не могу понять, зачем нам на 8 человек надо было 9 мест :). [skip]. Доехали мы ноpмально, если конечно не считать, что нам пpишлось возвpащаться кого-то забыли, и в pезультате этого маневpа мы конечно опоздали на обед, а вpемя-то поджимает... [skip]. Оказалось, что на весь обед нам отвели 10 минут. В этот pаз Леша опять спpосил "Кто желает быть добpовольцем?", и получил в ответ ~60 кpиков "Я!". Пpойдясь по столовой и выбpав паpенька он послал его за добавкой для нашего столика (надо было видеть, как над этим паpнем pжала вся столовая!), а мы опять получили 6 поpций на четвеpых. Да... хоpошо мы пообедали... и отпpавились к автобусам... сегодня нам пpедстояла поездка в "Боpодинскую паноpаму"...

Виктор Анатольевич Вебер

Джадсон Пентикост Филипс - об авторе

Джадсон Пентикост Филипс родился 10 августа 1903 года в городе Нортфилд, штат Массачусетс. Его отец, Артур Филипс, был оперным певцом, мать, Фредерика Филипс, актрисой. Дядя, Хью Пентикост, этим псевдонимом подписаны многие романы Филипса, адвокат по уголовным делам, успешно практиковал в Нью-Йорке в начале века.

Филипс учился в Англии и США, в 1925 году получил звание бакалавра в Колумбийском университете. Писать он начал рано, еще в школе, первый рассказ, "Комната 23", был напечатан в журнале "Флинн" в 1923 году во время учебы в университете. В 1926 году Филипс стал репортером газеты "Нью-Йорк трибюн" и одновременно публиковал рассказы во многих периодических изданиях.

В.Вересаев

ХУДОЖНИК ЖИЗНИ

(О Льве Толстом)

I.

В письме к одной своей приятельнице Гюстав Флобер пишет: "Я опять возвращаюсь в мою бедную жизнь, такую плоскую и спокойную, в которой фразы являются приключениями, в которой я не рву других цветов, кроме метафор". Эрнест Фейдо передал Флоберу просьбу одного своего знакомого писателя прислать ему автобиографию Флобера. Флобер отвечает: "Что мне прислать тебе, чтоб доставить удовольствие моему анонимному биографу? У меня нет никакой биографии". Так, в общем, мог бы ответить любой из писателей, особенно из писателей нашего времени, когда писательство стало специальностью. В большинстве случаев жизнь писателей сама по себе удивительно неинтересна. Обидно неинтересна. И они совершенно не заслуживают биографии. Все интересное, все глубокое и прекрасное, все живое, что в них есть они вкладывают в свои книги, и для жизни ничего не остается. Прочтите биографии Гейне или Бодлера, Ибсена или Достоевского, вычеркните в них все, что непосредственно относится к писательству, - и какая останется скучная, серая обыденщина! Если она иногда и прерывается каким-нибудь ярким, катастрофическим событием, то это является только случайностью, как, например, случайностью была, по собственному признанию Достоевского, его каторга. Это отсутствие биографии у современного писателя не случайно, оно является естественным следствием писательства, как ремесла, я бы сказал, следствием слишком высокой оценки своего писательского призвания. Писательство, это - все! Писатель прежде всего есть писатель! Бальзак поучает Теофиля Готье, что писатель должен чуждаться женщин. Готье рассказывает: единственная уступка, на которую Бальзак соглашался и то с сожалением, это, чтобы видеться с любимой женщиной по получасу в год. Переписку он допускал: "Это вырабатывает стиль". Братья Гонкуры в одном месте своего дневника высказывают сожаление о солнечном дне, отданном ими наслаждению весною вместо работы. Виктор Гюго превратил себя в своего рода заведенный механизм, существует по циферблату, чтоб ничем не нарушить правильности своей работы. В определенный час он позволяет себе небольшую прогулку, но всегда по одной и той же дороге: пойдя другим путем, можно, пожалуй, опоздать на минуту. Флобер работает по шестнадцать часов в сутки, не отрываясь от стола. Флобер в этом отношении вообще особенно характерен. Переписка его дает богатейший материал для характеристики душевного строя специалиста писателя. "Литература, - пишет он, - стала у меня конституциональною болезнью; нет средств избавиться от нее. Я одурел от искусства и эстетики, для меня невозможно дня прожить свободно от этой неизлечимой язвы, которая меня грызет". - "Жизнь моя, - пишет он в другом письме, - была очень плоской и благоразумной, - по крайней мере, в действии. Что касается внутренних переживаний, - о, это дело другое! Я истощился, скача на одном месте (je me suis use sur place. - курс. автора), как лошади, которых дрессируют в конюшне; это ломает им ноги". "Молодость моя, - пишет он еще, - была прекрасна по своим внутренним переживаниям. Огромная вера в себя, великолепные порывы души, что-то бурное во всей личности. У меня было сердце, широкое, как мир, и я вдыхал все ветры неба. А потом, мало-по-малу, я ссохся, заработался, завял. О, я обвиняю в этом только себя! Я находил удовольствие в подавлении своих чувств и в терзании сердца. Я отталкивал человеческие опьянения, которые мне представлялись. С остервенением я с корнем вырывал из себя человека обеими руками, - обеими руками, полными силы и гордости. Из этого дерева с зеленеющею листвою я хотел сделать колонну, совершенно нагую, чтобы на вершине ее возжечь, как на алтаре, я не знаю, какое небесное пламя". Мать Флобера однажды сказала ему: - Чрезмерная страсть к фразам иссушила твое сердце. И на эти убийственные слова он, высохший для жизни обожатель фраз, находит в сердце только такой отклик: "Великолепные слова! Муза должна повеситься от зависти, что не она их изобрела!" Можно умиляться на самоотверженную жизнь таких "подвижников искусства", как их многие называют. Для меня она представляется ужасною. Где же человек с его широкими, разносторонними потребностями души, где он сам, вне его книг? Как, наконец, не понять, что и творение писателя только тогда будет проникнуто живым трепетом и светом жизни, когда жизнь самого писателя действенна, глубока, ярка, звучит всеми доступными человеку струнами? А. О. Смирнова приводит в своих записках такие слова Пушкина: "Греки, может быть, писали меньше, чем мы, и даже наверное меньше. Это и отличает их от нас, современных людей. Мы слишком литературны, - в том смысле, что мы только писатели, что мы живем вне всяких человеческих и общих интересов... Это была счастливая эпоха, когда именно мало занимались литературой, а просто жили, - и жизнь создавала произведения, отражавшие ее". Флобер говорит: "Я истощился, скача на месте"... "У меня нет никакой биографии"... У Льва Толстого есть биография, - яркая, красивая, увлекательная биография человека, ни на минуту не перестававшего жить. Он не скакал на месте в огороженном стойле, - он, как дикий степной конь, несся по равнинам жизни, перескакивая через всякие загородки, обрывая всякую узду, которую жизнь пыталась на него надеть... Всякую? Увы! Не всякую. Одной узды он во-время не сумеет оборвать... Но об этом после. Как всякий живой человек, Толстой не укладывается ни в какие определенные рамки. Кто он? Писатель-художник? Пророк новой религии? Борец с неправдами жизни? Педагог? Спортсмен? Сельский хозяин? Образцовый семьянин? Ничего из этого в отдельности, но все это вместе и, кроме того, еще много, много другого.

Юрий Верменич

"Мои друзья - джазфэны"

Посвящается всем нашим джафэнам,

котоpых я когда-либо знал.

Ю.Т. Веpменич

МОИ ДРУЗЬЯ - ДЖАЗФЭHЫ

Воpонеж

"Если в этой книге есть что-нибудь, то скажите мне,

что в ней есть - это гоpаздо лучше, чем пускаться

в pассуждения о том, чего в ней нет и что бы

должно было в ней находиться".

/Добpолюбов/

Hазвание я позаимствовал у Уиллиса Коновеpа. Когда-то в жуpнале "Амеpика" (№ 52 за 1961 г.) была опубликована его статья "Мои дpузья - аpтисты джаза". Что ж, его дpузья - джамены, а мои - джазфэны (хотя и джазменов тоже немало). Кpоме того, заимствование названий бывало и у пpофессиональных писателей и поэтов.

Протокол допроса военнопленного

генерал-лейтенанта Красной Армии М.Ф.Лукина

14 декабря 1941г.

Приведенный ниже текст допроса был отправлен с оккупированной германскими войсками территории СССР в Берлин для ознакомления Гитлеру. Давший показания М.Ф.Лукин (1892-1970 гг.), Герой Российской Федерации (1993 г.), генерал-лейтенант, командовал в ходе войны 16-й, 20-й и 19-й армиями. В октябре 1941 года в районе Вязьмы был тяжело ранен и захвачен немцами в плен, в мае 1945 года освобожден.

Вячеслав Воробьев

Легко ли быть Миротворцем?

Данные записки не претендуют на полноту освещения событий в Югославии в 1992-2002 году. Автор связан требованиями принципа беспристрастности Миротворца и обязательствами сохранения служебной тайны. Поэтому, он сознательно избегает политических оценок и приводит минимум иллюстрирующих фактов, т.к. они могут быть использованы для разжигания национальной розни. Главная тема записок - сама профессия Миротворца, портреты людей, которые находятся в самом эпицентре кровавых политических событий и рассказ о том, с чем приходится им сталкиваться при осуществлении своей миссии.

Михаил Вострышев

Чарующая Целиковская

ПРЕДИСЛОВИЕ

Большинство читателей, которые возьмут в руки эту книгу, знают Людмилу Целиковскую исключительно как киноактрису, сыгравшую главные роли в фильмах "Антон Иванович сердится", "Сердца четырех", "Беспокойное хозяйство", "Попрыгунья", "Лес"... Кое-кто видел ее на сцене Театра имени Вахтангова в сороковые-восьмидесятые годы. И лишь совсем немногие друзья были посвящены в перипетии ее личной жизни, в сложные, подчас горькие повороты ее судьбы.

Валерий Евгеньевич Возгрин

СВЕДЕНИЯ О ПРОФЕССОРЕ ВОЗГРИНЕ В.Е.

БИБЛИОГРАФИЯ НАИБОЛЕЕ КРУПНЫХ ТРУДОВ

Безусловно, данными работами не исчерпывается список трудов профессора Возгрина В.Е - наверняка имеются еще десятки статей и обзоров, опубликованных в специальных изданиях.

1. Возгрин В.Е. Проблемы настоящего и будущего гренландских эскимосов. В сб.: "Актуальные проблемы этнографии и современная зарубежная наука". Л. 1979. С. 177-184.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Федор Раззаков

Сексуальный маньяк из Иркутска

Дело В. Кулика.

В. С. Кулик родился в Иркутске в январе 1956 года. Рождение его проходило тяжело, будто сама природа противилась появлению этого человека на свет. И все же на седьмые сутки ребенок вошел в жизнь. Был он маленьким, весил всего 2 килограмма и 100 граммов, без ногтей, с вдавленными ушками и большим животом. Почти до полугода новорожденного не купали, так как его кожа от воды начинала почему-то чернеть. Отец мальчика - крупнейший исследователь-энтомолог, доктор биологических наук, профессор Сергей Андреевич Кулик.

Федор Раззаков

"Серебряная калоша"

Так же, как премия "Овация", "Калоша" была придумана с оглядкой на западные аналоги, в частности - на премию "Золотая клюква". "Калошу" учредили хозяева отечественной радиостанции "Серебряный дождь", которые вознамерились таким образом отмечать самые сомнительные достижения в российском шоу-бизнесе. По словам учредителей, вручение премии было задумано как шутка над столичной тусовкой и множеством без конца кому-то вручаемых премий.

Федор Раззаков

Сергей Бондарчук

Сергей Бондарчук родился 29 сентября 1920 года в селе Белозерка Херсонской области. Его отец - Федор Петрович - был коммунистом "двадцатипятитысячником" и на момент рождения сына работал председателем колхоза. Мать - Татьяна Васильевна - работала в том же колхозе. Кроме Сергея, в семье был еще один ребенок - младшая дочь Тамара.

Через несколько лет после рождения Сергея семья Бондарчук переехала сначала в Таганрог (там отец семейства нашел работу на кожевенном заводе), а затем - в Ейск. В этом городе Бондарчук окончил школу. Когда выпускные экзамены были позади и на руках у нашего героя появился диплом об окончании средней школы, отец посоветовал ему идти в инженеры. "Солидная профессия", - объяснил он сыну. Однако тот отца не послушал. "В артисты хочу пойти, батя". (Еще во втором классе Бондарчук участвовал в художественной самодеятельности и играл в спектакле "Золотая табакерка"). Отец настаивал на учебе, мечтал увидеть сына инженером и, когда сын в сотый раз ответил "нет", попросту прекратил с ним всякие отношения. Они долго не разговаривали друг с другом.

Федор Раззаков

Сергей Филиппов

Сергей Филиппов родился 24 июня 1912 года в Саратове. Его отец Николай Георгиевич - работал на заводе слесарем, был необыкновенно силен (запросто гнул руками подковы и рубли), считался мастером "золотые руки". На средства владельца завода он в течение года повышал свою квалификацию в заграничной командировке - в Германии. В отличие от него его супруга Евдокия - работала простой портнихой.

В 1914 году отец ушел на фронт, и за воспитание Сергея взялся брат его матери - дядя Саша.